Трое мужчин и не-леди

Сцена шестая, из которой становится ясно, что семейные связи еще более запутанные, чем казалось раньше Послышался звон разбитого стекла, и Бек машинально втянул голову в плечи. Но так как бой перешел на другой фронт (в спальню, если быть точнее), осколки до кухни не долетали. — Сара! Этот сервиз мама привезла тебе из Китая! — Плевать! Ты обещал мне, Эмиль! — Любовь моя, всего раз, и больше никогда! — Ты всегда так говоришь, а потом выясняется, что… Сара продолжала бушевать, Эмиль уговаривал ее позволить ему помочь вызволить Юрио из плена мафии. Бек и Джей-Джей вздрагивали от особенно громких криков, Виктор нервно посматривал на часы, и только Микеле олицетворял собой спокойствие — привык, наверное. — Сейчас, покричит немного и успокоится, — сказал он. — Она у нас добрая, и Юрио ей жаль. И точно — не прошло и пяти разбитых чашек, как из спальни появились растрепанный Эмиль и все еще хмурая, но уже относительно мирная Сара. — Ну что, Бек, Джей, идемте? — Идем! — обрадовался Джей-Джей. Он, похоже, до конца не верил, что Эмиль будет им помогать. — Я с вами! — воскликнул Виктор, едва не подпрыгивая от нетерпения. — Кстати, Виктор, — ужа на пороге позвала Сара, — вы, кажется, обещали мне автограф? — И она протянула ему ручку и злополучную газету со статьей. Тот, словно в насмешку, размашисто написал «Самой прекрасной и темпераментной женщине на свете» и поставил подпись прямо на лицах Бека и Джей-Джея. — Повешу в рамочку на стену, — улыбнулась Сара. — Была рада познакомиться с вами, ребята, заглядывайте к нам, если останетесь живы! — Будем в этих краях — обязательно, — откашлялся Бек, мысленно обещая себе обходить их дом за километр. — И чтобы не смел геройствовать! — крикнула Сара мужу. — Не буду, дорогая! Вернусь к ужину! — Саре не о чем волноваться, — тихо сказал Бек, — тут и без тебя найдется, кому погеройствовать. Джей-Джей с громким «йу-у-у-уху, держись, русская мафия, мы идем» съехал по перилам. Виктор пытался догнать его, перескакивая через три ступеньки разом. Жара на улице немного спала, но зной все равно висел над Эль-Пасо мутным маревом. Пока они шли по трущобам, Эмиль вкратце рассказал о событиях своей жизни за последние полгода, о том, как встретил Сару в аэропорту Палермо и влюбился в нее с первого взгляда. Поженились они почти сразу — вопреки воле родителей Сары. Микеле тоже был не особо доволен, но увидев, что сестра счастлива, немного успокоился. Прошло уже порядком времени, небо успело налиться вечерней синевой, когда Эмиль остановился перед шикарным особняком и сказал: — Вот мы и пришли. — Точно! — воскликнул Виктор. — Это же он, дом дяди Яши. — Кого? — переспросил Бек. — Бывшего мужа пятиюродной сестры снохи моей тетки, который мне почти что родственник. А домик ничего так, совсем как на фото, что он высылал нам в Одессу! Я ж говорил, что узнаю его, стоит только увидеть! Вот кирпичный заборчик, флюгер в виде петуха, а вон и пальма! Бек молчал, пытаясь подобрать с пола отвисшую челюсть. Судя по тому, что Джей-Джей тоже молчал, он занимался тем же. Первым отмер Эмиль: — Дядя Яша, значит, — хмыкнул он, — а тут он известен как Яков Фельцман или Джейкоб Скала — бывший криминальный авторитет, сохранивший связи с преступным миром, ныне — хозяин «Паутины» и филантроп, помогающий заново отстроить разрушенные трущобы. — Хозяин «Паутины»?! — охнул Джей-Джей. — Той самой «Паутины», которую мы разнесли?! Эмиль, куда ты нас привел?! — Куда бы ни привел, — печально сказал Бек, — сваливать уже поздно. Кованные ворота разъехались в стороны — будто сам хозяин приглашал горе-спасителей внутрь. Ну а на случай, окажись они особо непонятливыми, из-за ворот появилось двое мужчин в костюмах. — Ну что, идем? — спросил Джей-Джей. — Конечно, идем! — жизнерадостно сказал Виктор. — Это же дядя Яша, он нам обязательно поможет! Хотелось бы Беку разделять хоть толику его оптимизма! Судя по кислому выражению лица Джей-Джея, тот тоже сомневался в доброте дяди Яши. Впрочем, никто из них не произнес ни слова, покорно позволяя мужчинам провести себя внутрь. Яков восседал за широким дубовым столом. Выглядел он смурным и усталым, на искренне восторженное «Дядь Яша, я вернулся!» не отреагировал, мрачно потер переносицу и спросил: — Ну, что скажите в свое оправдание? — Дядя Яша, мне нужна помощь, — по-русски сказал Виктор, но Яков махнул рукой и тоже на русском ответил: — Погоди, Витя, с тобой потом поговорим. — Властность в его голосе заставила Виктора послушно умолкнуть. — Ну что, хлопцы? Пришли за бар мой каяться? — Вообще, — кашлянул Джей-Джей, — там, в «Паутине» вышло небольшое недоразумение. — Небольшое? Разрушенный салун, кража кассы... — Мистер Фельцман, — вклинился Бек, — мы правда не хотели… То есть хотели, но не этого, а как лучше, но вы же знаете, получилось как всегда. Эмиль стоял рядом и, кажется, даже не дышал. — И мы ни цента не взяли из «Паутины». Да, виноваты — хотели помочь Ание и утихомирить зарвавшихся рейнджеров. А сцена и люстра — так получилось. И мы готовы нести ответственность. — Только немного позже, — подхватил Бек. — Потому что сейчас нам очень нужна ваша помощь! Яков от такой наглости даже крякнул и ухмыльнулся. — Вот же нахальная нынче молодежь пошла! Выглядел он грозно, но убивать их, вроде не собирался — напротив, жестом приказал телохранителям выйти. Стоило двери закрыться, как Джей-Джей приободрился и затараторил: — Нам надо выяснить, где держат нашего товарища. Его похитили, и мы должны его спасти! Он много сделал для нас, и мы не можем так просто его бросить. Пару раз он обмолвился, что за ним охотятся серьезные люди, но мы не придали этому значения… — Дядя Яша, это моя муза! Я нашел ее! Теперь я смогу исполнить Агапе! Ничего не понимающий Яков переводил взгляд с Джей-Джея на Виктора и обратно, а эти двое все говорили и говорили, пытаясь перекричать друг друга. В итоге Яков ударил кулаком по столу так, что пепельница подпрыгнула, и рявкнул: — А ну тихо! Вышло зычно — аж стекла в окнах задрожали. Джей-Джей и Виктор умолкли на полуслове. — Так, вы оба — заткнулись. Устроили тут не пойми что. Птичий двор какой-то! Говорить будешь ты. — Скрюченный от старости, тонкий палец Якова указал на Бека, и он сглотнул. А потом честно и без утайки рассказал Якову и о том, как Джей-Джея угораздило поссориться с Челестино, и о случившемся в баре, и о «заложнице», и о встрече с Виктором. Умолчал Бек лишь про то, что это Юре пришла в голову идея обворовать легенду русского фигурного катания. А то кто их знает, эти семейные связи, какой-то там бывший муж чьей-то снохи обидится за племянника и откажется помогать. Воцарилась тишина. Яков, успевший выкурить за подробный рассказ сигару, задумчиво потер подбородок. — Ну вы и вляпались, конечно. А от меня-то вы чего хотите? — Чтобы вы помогли нам найти Юру, — ответил Бек. — Мы подозреваем, что его похитили русские мафиози, и поэтому мы пришли к вам — Эмиль сказал, у вас остались какие-то связи с преступным миром. Не знаю, что Юра там натворил или, может, что увидел, но уверен: это не стоит его жизни. Если его отпустят, то он будет молчать, да и вообще, уедет отсюда подальше! В Мексику! — Какие радужные перспективы, — пробурчал Яков и неторопливо закурил следующую сигару. — Вам, конечно, торопиться некуда, — не выдержал Джей-Джей, — но Юрио, наверное, сейчас пытают. Или его вообще уже нет в живых! — Спокойно! — отозвался Яков. — Все самое плохое, что могло с ним произойти, уже произошло. — Он поднялся из-за стола. — Он здесь. Я вас провожу. Внутри словно что-то заледенело. Бек с трудом поднялся и растерянно взглянул на товарищей. Виктор, кажется, наконец, осознал серьезность ситуации. Джей-Джей побледнел как мел — он никогда не терял лица даже перед смертельной опасностью, а теперь… Сам Бек чувствовал, как внутри что-то противно подрагивает. Юра был здесь, совсем рядом все это время. Может быть он кричал, пока его били, или плакал — хотя, это же Юра, о чем это он?! — или звал на помощь, но они не слышали… — Эмиль, — сказал Яков, подойдя к двери, — я знаю, ты здесь потому, что у тебя доброе сердце, но к происходящему ты отношения не имеешь. Возвращайся домой, Сара, наверное, тебя уже заждалась. Эмиль растерянно обернулся к Джей-Джею с Беком, но те лишь кивнули. Он и так им помог; впутывать его в свои проблемы еще сильнее им не хотелось. — Иди, — сказал Бек. — Спасибо тебе за помощь. — За нас не переживай! — вторил ему Джей-Джей. — Мы сами со всем разберемся. Эмиль вздохнул, порывисто обнял их обоих, шепнув: «Удачи», вежливо попрощался с Яковом и выскользнул за дверь. Яков вышел следом и сделал всем знак следовать за ним. Несколько коридоров показались бесконечно длинными. Бек вслушивался в гулкую тишину, но не слышал даже стука каблуков — все звуки гасили пушистые ковровые дорожки, устилавшие пол. Наконец, Яков остановился перед дверью. Она блестела так же, как и предыдущие, ее явно периодически покрывали полиролью — или как там ухаживают за дорогой древесиной? — в общем, на дверь в пыточную она не была похожа. — Нет! — донесся до них крик Юры — говорил он на русском — и Бек почувствовал, как внутри что-то оборвалось. Видимо, Виктор с Джей-Джеем ощутили что-то похожее, потому что оба дернулись и бросились вперед, но Яков жестом приказал им остановиться. — Стойте! Перед тем, как вы войдете, должен предупредить: пути назад не будет. Вы точно этого хотите? — Ох, Юра, — прошептал Джей-Джей, и они одновременно с Виктором толкнули дверь. Глазам предстала интересная картина: Юра сидел на белоснежной постели, обложенный подушками, а вокруг него с тарелкой пирожков хлопотал бородатый пожилой мужчина. — Ну хоть еще половиночку, Юрочка, — сказал он по-русски. — Я же для тебя старался! Вон, смотри, твои любимые — кацужки! Совсем отощал, куда ж это годно! — Нет, говорю! Хватит уже, деда! Не могу больше, и так объелся. — Деда?! — в один голос переспросили Бек и Виктор; Джей-Джей, знавший по-русски всего несколько слов, да и то — матерных, завертел головой, пытаясь понять, что происходит. — А это еще кто? Яков? — Мужчина вскочил на ноги, выхватывая из-за пояса пистолет. — Ты зачем всяких проходимцев к Юрочке пущаешь?! — Деда, это не проходимцы. Ну, не совсем проходимцы. Они, вроде как, меня спасать пришли, — фыркнул Юра. — А-а-а, — протянул мужчина, — ну раз спасать, то ладно. Друзьям Юрочки я всегда рад. Проходите, я вас тоже кацужками угощу. Бек счел за лучшее от приглашения не отказываться; молча вошел и взял с протянутой тарелки пирожок. Джей-Джею на его «Что здесь происходит?» лишь пожал плечами. Он бы и сам хотел в этом разобраться. — Знакомься, Коля, это Витя, племянник Лилечки, — сказал Яков, тоже войдя внутрь и закрыв за собой дверь. — Тот самый, про которого я рассказывал. Тридцатник не за горами, а он, вместо того, чтобы делом заняться, по танцулькам все бегает! — Не по танцулькам. Это называется фигурное катание, — поправил Виктор. — Вот-вот. Катание. Витя, ты уже не мальчик. Хватит кататься, пора и саночки возить, за ум взяться. Э-э-эх, молодежь пошла! — И не говори, — поддакнул мужчина. — У самого вон, вырос наследничек. Нет бы семейное дело продолжить, дедушку уважить. — Деда, ну хватит! — Не хватит! Где это видано, чтобы из дому сбегать?! Я понимаю, ты расстроился из-за того, что увидел, но всему же есть предел. Что скажет дон Карлито, если правда о твоих приключениях выплывет наружу? Да он же меня на смех подымет! Подумать только, внук самого Николая Дерзкой Паутины, крестного отца русской мафии, скачет по сцене в женской, прости Господи, одежде! — Кого-кого? — внезапно севшим голосом спросил Бек. — О, простите, забыл представиться, так разволновался, — спохватился мужчина. — Николай Эрастович Плисецкий, но друзья Юрочки могут звать меня просто дядя Коля. — О, значит, вы тот самый дядя Коля! — непонятно чему обрадовался Виктор. — Дядя Яша вечно про вас рассказывает! И про то, как вы плавали с акулами, и про Чернобыль, и про то, как вы грелись в горах, когда вас накрыла лавина! Бек нервно хмыкнул — происходящее все больше напоминало какой-то фарс. За прошедшие дни они пережили много чего странного, но встреча с крестным отцом русской мафии, а по совместительству — дедом Юры, была, несомненно, самым странным из всего. — А тебя, сынок, как величать? — спросил вдруг дядя Коля, чуть ли не впервые за все время обратив на него внимание. — Отабек я, — ответил Бек. — Алтын. Джей-Джей, уловив, о чем речь, ткнул себя в грудь и улыбнулся. — Джей-Джей. — Женя значит, — кивнул дядя Коля. — Ну что, хлопцы, чего вы там замерли? Садитесь, в ногах правды нет. И ты, Витя, тоже садись. Подождав, пока они рассядутся вокруг Юриной кровати, дядя Коля сказал: — А теперь расскажите-ка, что с вами за эти дни приключилось. А то из Юрочки клещами ничего не вытянешь, а мне любопытно. Джей-Джей не понял ни слова из сказанного, Виктор нехарактерно молчал, и Бек понял, что отдуваться снова ему. Посмотрел на Якова, но тот только кивнул — мол, рассказывай. И Бек третий раз за день (хоть записывай, право слово) рассказал уже заученную им историю. Слушателем дядя Коля оказался хорошим — лучше, чем Сара и Яков: в нужных местах вздыхал, качал головой и бросал гордые взгляды на Юру — хотя чем там было гордиться, Бек ума не прилагал, но, в конце концов, он не был мафиози. Юра на протяжении рассказа по большей части молчал, лишь изредка вставляя ехидные комментарии и проезжаясь по поводу их с Джей-Джеем умственных способностей. Закончив, Бек перевел дух и выжидающе уставился на дядю Колю. — Да уж, накуролесили вы, ребята, будь здоров, — сказал тот и снова покачал головой. — А мораль сей истории такова: все зло от баб. — Вот уж точно, — пробормотал Яков с таким видом, что стало ясно: говорит по собственному опыту. — Почему от баб? — не понял Бек. — Потому что если бы не эта Изабелла, сидели бы вы сейчас дома, — сказал Юра. Да уж, с этим и не поспоришь, вздохнул Бек. Впрочем, дом — если только домом можно было назвать ту конуру, что они с Джей-Джеем последние два месяца снимали у вдовы аптекаря, — казался сейчас чем-то далеким, будто из другой жизни. Даже знай Бек, чем обернется та встреча с Изабеллой, не стал бы ничего менять. Потому что тогда бы они не встретились с Юрой, не встретились с Виктором, которые, несмотря на все недостатки, после всего пережитого стали «своими». — И что мне с вами теперь делать? — хмуро спросил Яков, выдергивая Бека из размышлений. — Как ни крути, а бар вы мне разворотили. Я зла на вас не держу, но с рук вам это спустить тоже не могу. Джейкоб Скала я или кто? Повисло тревожное молчание, и Бек подумал, что, пожалуй, кое-что из случившегося все-таки хотел бы изменить. — Да ладно тебе, Яша, — нарушил тишину дядя Коля, — не будь с мальчиками так строг. Вспомни нас в их годы. Что мы тогда вытворяли! Помнишь Кубу? Карибский кризис? А революцию в Китае? — Как не помнить-то, — кивнул Яков. — Да, этим юнцам такое и не снилось! — Я возмещу причиненный мальчиками ущерб. «Паутину» отремонтируем, краденые деньги вернем. — Чтоб я — и взял с тебя деньги? Да побойся бога, Коля! — Ничего мы не крали! — вмешался Бек. — Нас Челестино подставил! — Челестино, Челестино... — задумался дядя Коля. — Шериф, что ли? — Он самый. — Нехорошо… Слышишь, Яша? Нужно с этим разобраться. — Разберемся, — отозвался Яков. — Этому городу давно нужен новый шериф. Лучше скажи мне, что мы с этими двумя делать будем? Просто так отпустить мы их не можем, у нас репутация, надо ее поддерживать. А то скажут, Николай Дерзкая Паутина и Джейкоб Скала уже не те, что прежде. — А ведь дело говоришь, — отозвался дядя Коля и задумчиво уставился на Бека с Джей-Джеем. Бек напрягся, а не осознающий серьезности ситуации Джей-Джей широко улыбнулся. — Надо принять их в семью! — внезапно сказал Юра, привстав с кровати. — Что? — обернулись к нему Яков с дядей Колей. — Что? — переспросил Бек, не веря своим ушам. — Надо взять этих двоих в семью, — повторил Юра, твердо встречая обращенные на него взгляды. — Убивать их нельзя — я им обязан. Взять и отпустить — тоже не вариант, они в розыске, сами по себе долго не протянут. Единственное, что остается — это взять их в семью, под нашу защиту. Никто ж не знает, что они неудачливые дебилы, пресса, вон, называет их новыми Кэссиди и Кидом. Если наши спросят — скажем, что такими способными людьми нельзя разбрасываться. — А парень ведь прав, — с минуту помолчав, сказал Яков. — Что ни говори, а побег ему на пользу пошел. — Наследник растет, — гордо отозвался дядя Коля и обернулся к Беку с Джей-Джеем. — Ну что, вы согласны? Не то чтобы у вас выбор. — Согласны, согласны, — ответил за них Юра. — Радости вон, полные штаны. — Учти, Юрочка — под твою ответственность! — Да-да, — нетерпеливо отозвался Юра. — И в качестве первого задания предлагаю послать их в Мексику. На переговоры. Деда, ты рассказывал, что мексиканская мафия там вкрай оборзела? В обход нас дела проворачивает? — Ричи Ирландец совсем распоясался, — кивнул дядя Коля. — Думаешь, они справятся? — Не волнуйся, я за ними присмотрю. — Юрочка! — Что Юрочка?! Восемнадцать лет уже Юрочка! Деда, если хочешь, чтоб я принимал участие в семейном бизнесе, дай мне действовать самостоятельно! — Я тоже хочу в Мексику! — сказал Виктор. — Куда моя муза, туда и я! Дядя Коля обескураженно оглянулся на Якова. — Это твой племянник, а вернее, племянник Лилечки, — сказал он. — Тебе и решать. — Тогда пусть едет. Уж лучше мексиканская мафия, чем эти… танцульки! — Не волнуйся, дядя Яша! Я присмотрю за ними, — сказал Виктор и подмигнул. — Это еще интересно, кто за кем присмотрит! — крикнул Юра. — Ладно, молодежь, стройте планы, это полезно, — дядя Коля потрепал Юру по волосам. — Пойдем, Яша, нам тоже надо кое-что решить. Насчет одного зарвавшегося шерифа… Яков и дядя Коля ушли, оставив четверку беглецов, а нынче почти мафиози наедине. — Черт, — стоило старшему поколению удалиться, как Бек почувствовал, как ослабли колени, — не верю, что мы еще живы! — А я не верю, что Юрио тут — жива и здорова! — воскликнул Виктор. — Эй, что вообще было?! Переведите мне кто-нибудь, — жалобно попросил Джей-Джей. И дядя Коля, и Яков говорили по-русски, Юра и Виктор, видимо, машинально отвечали им на родном языке, а Бек не решился перейти на английский. Он поморщился, представив, что ему снова придется что-то кому-то рассказывать, но тут заговорил молчавший до сих пор Юра. — Все еще не верю, что вы пришли за мной, — сказал он, глядя в сторону. — А могли бы и бросить. Надо было валить, идиоты! Если бы Яков просто вас прикончил за погром в «Паутине», так и знайте, я бы не переживал! А, понял, деньги же! Вы пришли к Якову за баблом… Он умолк, потому что Бек подошел ближе и крепко обнял его. — Как будто мы могли тебя бросить. Ничего не понимающий Джей-Джей в кои-то веки промолчал и обнял Бека со спины, положив ладони Юре на плечи. — Эй, а я! Про меня забыли! Юра охнул, когда на постель запрыгнул Виктор и тоже сгреб всех троих в объятья. — Дебилы, задушите, — возмутился Юра, но как-то деланно, без огонька. — Нет, вы не подумайте, я не против коллективных обнимашек, — раздался над ухом голос Джей-Джея, — но кто-нибудь уже объяснит мне, что тут было?!! Бек рассмеялся, вместе с ним — Юра и Виктор. — Ну вас, идиоты, — обиделся Джей-Джей. — Бек, брат, ну хоть ты мне объясни, а? Что сказал диадиа Колиа и почему Юрио тут, а не в руках русской мафии? И чем таким вкусным его кормили? Снова грянул смех, а уж отсмеявшись Бек сказал: — Нет уж, я за сегодня столько наговорил, что теперь очередь Виктора. Или Юры. А я лучше помолчу. Спустя четверть часа, за которые Джей-Джей успел удивиться, ужаснуться и обрадоваться — в общем, предаться общему настроению, — он глубокомысленно почесал затылок и наконец изрек: — И одно лишь мне не дает покоя. Юра, помнишь, как ты рассказывал, что оказался в не то время в не том месте и что-то там видел? — Джей-Джей… — начал было Бек, но тот его не слушал: — Что это было? Вендетта? Мафиозные разборки? Босс закатал любовницу в бетон? Юра внезапно покраснел до кончиков волос. — Не ваше дело, — сказал он и отвернулся к окну. И, чуть помолчав, добавил: — Но если вам очень интересно, то деда с Яковом… предавались воспоминаниям. — А? Каким? — спросил Бек, но Юра не ответил, внимательно разглядывая что-то за окном. Джей-Джей нахмурился — он, судя по всему, тоже не понял, о чем речь, — а Виктор прижал палец к губам. — О! Так вот что значит та история о Паутине и Скале! — глубокомысленно сказал он. — Теперь ясно, почему тетя Лиля ушла от дяди Яши. — И, поймав взгляд Бека, только отмахнулся. — Давайте о приятном. «Паутина» свела нас всех вместе, и теперь нас ждет Мексика! Приключения! Разве это не увлекательно? Юрио, как только мы найдем каток — где-то в Мексике же должен быть каток? — я хочу станцевать с тобой в паре! Юра глубоко вздохнул и оглянулся на Бека и Джей-Джея, но те сделали вид, что не замечают пламенных призывов о помощи. Сам кашу заварил — сам ее и расхлебывай, а они лучше посмотрят, как он будет выпутываться. — Слушай, — наконец сказал Юра, — я не хочу топтать твои эдельвейсы, но давай начистоту: я никогда не буду кататься с тобой в паре! — Но почему? — нахмурился Виктор. Юра тяжело вздохнул, закатил глаза и сказал: — Во-первых потому, что ты меня бесишь. — Это пройдет: никто не может долго противиться моему природному обаянию. — Во-вторых, я не умею кататься на коньках. — А, ерунда, — отмахнулся Виктор. — Я превосходный учитель, а у тебя явно талант. Уверен, ты быстро научишься. Юра громко застонал и стукнулся затылком о подголовник. — Ладно, — выдохнул он. — Видит бог, я хотел с тобой по-хорошему… Я никогда не буду кататься с тобой потому, что я — парень! — У каждого свои недостатки. — Что?! — Мне кажется, или я уже где-то слышал эту фразу? — тихо спросил Джей-Джей Бека, но тот только шикнул на него, внимательно наблюдая за разворачивающейся у них на глазах драмой. — Юрио, — вздохнул Виктор и прижал ладонь ко лбу, — ну неужели ты и правда думаешь, что я не отличу парня от девчонки? Просто все говорили о тебе как о девушке, и я решил подыграть. В конце концов, у всех свои кинки. — Но ты признался мне в любви! — Ах, Юрио, у настоящей любви нет пола и возраста! — Отвали от меня, извращенец!..

***

Так началось их покорение Мексики. Надолго, правда, они нигде не задерживались, влипая все в новые и новые неприятности и кочуя из города в город. Но слухи из Эль-Пасо до них доходили исправно. Яков, как и обещал, сместил Челестино с должности шерифа; лишившись поддержки, тот не долго думая сбежал в Таиланд, где устроился работать в ночной клуб. Говорят, там он нашел свое призвание. Новым шерифом стал Эмиль. Сам он, кажется, не очень-то и хотел брать на себя такую ответственность — еще и потому, что привык быть по другую сторону закона, — но Сара его уговорила. Недавно у них родилась дочь; счастливые родители долго думали, как же назвать малышку — Эмиль хотел назвать ее в честь Бека с Джей-Джеем, но Сара не позволила, — а потом решили соединить свои имена и назвали Эмирой. «Паутину» перестроили, и теперь она стала еще лучше, чем была. Ей по-прежнему заправляет Яков, который все также полон сил; во время редких телефонных звонков Мила рассказывала, что Яков с Николаем частенько приходят туда пропустить «по рюмочке», обсуждают их четверку и гадают, когда же они возьмутся за ум. Что касается остальных, то у них все хорошо. Изабелла обручилась с каким-то писателем, чем разбила Джей-Джею сердце аж на целых три дня; Аня все еще клеится к посетителям, Гоша все еще ждет, что она когда-нибудь одумается, а Мила постигает секреты кулинарного искусства. Одно из ее последних изобретений — тирамису с чак-чаком. Когда-нибудь, подумал Бек, глядя на раскинувшееся впереди море, мы обязательно вернемся, чтобы его попробовать. Послесловие Так началась история Джей-Джея Соколиного Глаза и Железного Бека, легендарнейших гангстеров нашего времени. Подвиги этих двоих окутаны пеленой тайны и шлейфом слухов: кто-то рассказывает, что они перехватили контроль наркокартеля, кто-то — что объединили русский и мексиканский кланы мафии и встали во главе. Кто-то — что удачно вложили награбленные деньги и открыли бизнес по производству сгущенки. Другие говорят, что все это чушь, и что они мирно живут на побережье Карибского моря, но им, конечно же, никто не верит.

Изабелла Янг Эль-Пасо Таймс