Wanna be yours

— Дже-ек!       Едва Грейзер прошел фейс-контроль, даже пару шагов ступить не успел, как Финн вынырнул буквально из неоткуда, налетая на прилетевшего, и немного не рассчитал силы: похудевший Джек не смог удержать равновесие и повисшего на своей шее Финна, упав на холодную плитку вместе со всеми вещами. Парни продолжали кататься по белой плитке аэропорта, забрасывая поочередно друг на друга ноги и руки. Недавно прибывшие глядели на парочку с вскинутыми бровями, некоторые даже бросали нелепые улыбки — так уж сильно это забавляло. Финн вырвался из хватки и помог подняться другу. Джек усмехнулся и схватился за ладонь парня: — Классно приветствуешь, малыш*, у меня вся одежда в половой грязи. — Да ты и не против был, — Вулфард подошел ближе и провел невидимую линию от своей макушки до Джека. — А ты немного подрос. И лицо повзрослело. Мы так давно не виделись?       Грейзер тоже заметил некие изменения в своем друге — у него стали больше выпирать скулы, тонкие губы слегка побледнели, а ресницы, казалось, почернели еще больше. Но одно не изменилось — россыпь веснушек. Он стал взрослее.       Как и Джек. — Да… — парень отвел взгляд от поцелуев солнца, — пожалуй, ты прав. — Навалялись, сорванцы? — к мальчикам подошла женщина с блистательной улыбкой на лице. — Здравствуй, Джек, давно не виделись. А ты подрос, и похудел… — женщина провела пальцами по щеке парня. — Здравствуйте, — улыбнулся он в ответ. — Да, скинул немного… — Ничего, откормим тебя. Ну, поехали, время позднее, — засмеялась мама Финна, распахивая стеклянные двери аэропорта, — Джеку нужно отдохнуть с дороги. Финн, прекрати на нем висеть!       Джек плелся позади женщины, с Вулфардом на плечах, который не переставал тыкать тонким пальцем в лицо Грейзера, похихикивая при этом в своей манере. Приезжий закатывал глаза и ухмылялся, скрывая от своего друга неописуемую радость.       Научился прятать эмоции.       В машине Джек позвонил маме, сообщая, что его забрали, и что всё хорошо, передал телефон женщине за рулем, та пару минут дружески поболтала, а затем вернула трубку обратно. — Нам ехать еще минут сорок, можете поспать.       Но парни спать не собирались. Поочередно, фотографируясь то на телефон Джека, то Финна, и по традиции снимая глупые видео, парни заливисто смеялись, увеличивая нелепые лица друг друга на вышедших снимках и параллельно рассказывали о каких-то незначительных мелочах прошедшего времени, пока не доехали до дома. — Входите мальчишки. Джек, — женщина пропустила их вперед и обратилась к гостю, — чувствуй себя как дома, дорогой. Чаю? — Да, конечно, — радушно согласился парень, вертя головой вокруг. — Тогда я принесу в комнату, отдыхайте.       Мама Финна помахала рукой и ушла, видимо, на кухню. Джек же продолжал глазеть по сторонам: его привлекал интерьер дома, светлый, максимально уютный, в прихожей и коридорах висели картины и зеленые растения, создавая фундамент атмосферы дома Вулфардов. Грейзер подумал, что даже в другой стране подобное будет ассоциироваться с этим чудным домом. — О чем задумался, Тыквенная Голова? — Финн перехватил сумку Джека и поднялся на лестнице. — Пойдем, уложу тебя баиньки.       Бедра Финна двигались вверх, вниз, снова вверх, и снова вниз. Джек наблюдал за их движениями и поймал себя на мысли, что ему даже не стыдно. — Вулфард, заткнись, — Джек поднимался следом. — Даже домом не дал полюбоваться как следует. — Мною любуйся, детка, — не оборачиваясь ответил Финн, но даже так Джек мог представить самодовольную ухмылку. — Я и любуюсь… — под нос пробурчал себе парень.       Финн распахнул двери своей комнаты: широкая кровать стояла боком у самого окна, на подоконнике которого покоилось одинокое зеленое растеньице, а в изголовье вся стена обклеена постерами разных групп — от восьмидесятых и до настоящего времени; Джек заметил, что Финн не отличается особой аккуратностью, хотя и пытался привести комнату в порядок к приезду друга. — Чем займемся, Джек? — без подвохов поинтересовался парень, плюхаясь на простыни темно-зеленого цвета. — Ах, да, я хотел уложить тебя спать. Ну, укладывайся, — Финн дважды вскинул брови и похлопал ладонью по месту рядом с собой. Джек пожал плечами и присел рядом, но тут же оказался притянутым в объятия Финна. — Блин, ты меня задушишь, Вулфа-ард, — сквозь смех протянул Джек. — Я слишком счастлив, что мы наконец-то встретились, и еще целые сутки проведем вместе! — А день интервью? Его не считаешь? — Нет, потому что мы встретимся со всем кастом, а с тобой вместе больше нет, — Финн запустил прямую трансляцию, к которой в считанные секунды присоединилось более тридцати тысяч человек, лицезревшие обоих вместе — самая первая совместная трансляция. Следующие двадцать минут парни истерично смеялись, тыкали друг в друга, дрались, одним словом — развлекались в своей манере поздней ночью перед фанатами, пока в комнату не вошла мама Финна, приготовившая горячий чай с бутербродами. — Ложитесь спать, мальчишки, — она отключила трансляцию, не попав при этом в камеру. — Уже поздно, у вас еще целый день завтра будет!       Оба закивали головами. Женщина пожелала сладких снов и вышла из комнаты, оставляя ребят наедине. Пока Джек жевал едва теплые бутерброды и запивал чаем, он понял, что очень устал, а вот Финн же наоборот — слишком перевозбудился и спать не собирался вовсе, но заметил усталость своего приятеля: — Ты какой-то уставший, Джек, — нахмурился Финн, убирая посуду в сторону. — Интересно почему, — всплеснул руками Грейзер, падая на пуфик-мешок. — Наверное потому, что я летел три часа, а сейчас уже светает, а я не спал, и… — У-у, — дразнился Финн, заткнув при этом уши, — разнылся, как маленький! Значит, кому-то пора спать!       Джек даже головы не успел повернуть, как Вулфард дернул его за ноги, пододвигая вместе с креслом ближе к постели, через сопротивления друга, парень при помощи щекотки добился того, чтобы Джек привстал, а уж поднять его на пару секунд и кинуть на постель совсем ничего не стоило. В итоге Грейзер оказался в постели, а поперек на его животе разлегся Вулфард. — Финн-кретин, я дышать не могу, — кряхтел он, молотя кулаками по спине Финна. — Всё, маленькие мальчики должны спать! — друг еще раз воспользовался превосходством в силе, забравшись на Джека сверху и укутав его в одеяло, словно младенца.       Джек сделал «лицо кирпичом» и уже перестал сопротивляться, а Финн, взглянув сверху на друга, в какой раз не мог скрыть улыбки — уложенная на бок челка рассыпалась прядями на красное лицо с веснушками. Грейзер максимально старался делать невозмутимый вид, при том что когда Финн сидел сверху, внизу живота накатывала волна. — Малыш, слезь, иначе я так просто не дамся, — поддельно-холодно предупредил Джек. — А еще мне дышать нечем. — Джек, — Финн слегка подался вперед, — а ты хорошенький.       Щеки Грейзера заполыхали с новой силой, парень прикусил внутреннюю сторону щеки, давая себе отсчет. — Ты что, гей? — ухмыльнулся Джек, пытаясь спрятать глаза. — Не прячь свои темные печальные глаза, Джек Дилан Грейзер, — Вулфард мягким жестом провел по щеке, а после убрал его пряди в сторону. — Точно гей, — Джек сделал еще одну попытку скинуть с себя друга, но второй лишь сильнее сжал коленями руки Грейзера, прикованные к туловищу. — Финн, я сейчас задохнусь, честное слово. — Джек, вот скажи мне, — Вулфард принялся поправлять каштановые пряди собеседника, — почему ты стал встречаться с Элли? Чтобы потом звонить в слезах мне на ночь глядя и заставлять меня испытывать волнение?       Джек опешил. Ему вспомнился позавчерашний разговор по телефону. Тогда он не думал, что они встретятся так скоро, потому и позвонил в отчаянии, захлебываясь слезами, в надежде, что услышав голос друга, его отпустит душевная боль: — Алло, Финн? Ты можешь сейчас говорить? Пожалуйста, поговори со мной! — едва в телефоне раздалось родное «алло», Джек сразу затараторил, заикаясь, жадно хватая ртом воздух. — Джек?! Успокойся, перестань реветь! — Вулфард встревоженно положил гитару и выбежал из репетиционной точки своей группы. Друзья проводили его озадаченными взглядами. — Что произошло?! — Финн, я не понимаю! Почему так, скажи же? — Джек лежал на холодном паркете, кусая костяшки пальцев. — Эй, друг, успокойся, прошу, и объясни, что стряслось! — парень прикусил губу и нервно принялся сжимать края футболки. — Элли… она ведь призналась тебе, верно? Почему ты не сообщил мне? Она сказала, что не будь меня, она бы… она… — Джек! — Вулфард прервал друга довольно резко, так, что хлюпанья в телефоне затихли. — Прекрати плакать для начала, я умоляю тебя, я не могу слушать это, — он грузно уселся на холодную стриженную траву, потирая пальцами глаза. — Я… я… — всхлипывал собеседник, и с каждым всхлипом Финн чувствовал, как внутри сердце пропускает удар, — прости меня, Финн. Просто… мне так больно и одиноко… не понимаю… — Тише, Джек, пожалуйста, — Финн судорожно сводил тонкие брови к переносице, а свободной рукой уже выщипал небольшой участок травы. — Это я виноват, что не сказал. Прошу, перестань плакать, я очень сожалею. Ненадолго на линии повисло молчание. Только Финн слышал редкие короткие всхлипывания своего близкого друга. — Джек?.. — Да, да, я здесь. Прости. — Не извиняйся, придурок. — Да нет же, правда, прости меня.       Вулфард облегченно рухнул на траву; она колола ему шею и голые руки. Только сейчас он заметил, что замерз в одной футболке. — Ты что ли на улице? — голос Джека вывел его из прострации. — А? Да, а как ты догадался? — Ну, знаешь, ты так выдохнул в трубку… так выдыхают, когда замерзли. Ты репетировал? — Джек, — он посмеялся, — ты идеален, черт возьми. Я сейчас в шоке. — Да будет тебе, — шмыгнул носом успокоившийся Грейзер. — Нет, правда, ты, гребанный логик, узнал где я и что делал при глупом выдохе? — Отвали, Финн. — Уже не плачешь? — Нет, — спустя пару секунд обдумывания ответил Джек, заходя в ванну. — Я рад, — улыбнулся Финн, пытаясь разглядеть звезды сквозь затянутое облаками небо. — Правда, очень рад. Хочешь совет, который тебя развеселит? — Ну давай, — добродушно отозвался Грейзер, включая кран. — Засыпай с мыслью о том, что Элли никогда не было, или еще лучше, чтобы ее переехал… — Я тебя понял, Финн, понял! — затараторил Джек, регулируя температуру воды. — Дальше не договаривай. — Ну так что? — Финн поднялся с колкой травы, радуясь, что Джек меньше переживает и, кажется, слегка отвлекся от ситуации. — Хорошо, я прислушался к твоему совету, Финн.       Весь этот телефонный разговор пронесся в голове за долю секунды. Всё до малейшей детали, каждое слово, каждая фразочка. Тогда после этого разговора у Джека на душе полегчало. И скучать он стал в сотни раз больше. Но сейчас, когда Вулфард осматривал его холодным осуждающим взглядом из-под длинных ресниц, Джек понял, что ему неуютно, и на душе вновь тяжело. Теперь в прямом смысле. — М? — Финн закончил разбирать волосы и слегка отстранился, дожидаясь ответа. — Ты мог мне сказать тогда, что занят, вот и все… — Грейзер отвел смущенный взгляд в сторону, чем разозлил собеседника: — Перестань отводить глаза, — он требовательно повернул его лицо к себе и вновь встретился с потерянным взглядом. Взглядом человека, который сожалеет. — Сказал бы, и казуса бы не произошло, — продолжал уже более настойчиво Джек, чувствуя, как начинает злиться на Вулфарда. — И сейчас бы спали спокойно, закинув ноги друг на друга, прямо как во время работы! Финн, слезь, надоел. — Я ведь переживаю за тебя, Грейзер, черт тебя!       Джек воспользовался тем, что Финн начал говорить, выпустил одну руку и рывком перевернул друга на другой бок, вылезая из-под него. Мягкая кровать прогнулась под их весом и издала жалобный скрип. Вулфард не растерялся и потянул Джека на себя, а тот в свою очередь свалился прямо на нападающего. Завязалась возня, отдаленно напоминающая драку. — Финн-кретин, как же ты меня бесишь! — рычал Джек, пытаясь заломать другу руки. — Просто выводишь из себя! Дала же мне вселенная такое счастье на голову, которое еще и стало объектом влюбленности моей девушки! — Бывшей, прошу заметить, — иронично поправил Вулфард, ловко освобождаясь от хватки парня.       Вновь Финн занял свое место на животе у Джека, но уже его руки он больно сжал по бокам. Грейзер скривил лицо от боли в запястьях. — Разница в весе и росте, Джек-Тыквенная-Голова, — подобно мурчанию выдохнул победивший. — Вулфард, — только и прорычал Грейзер, давая телу расслабление. — Ты победил, молодец, а теперь слезь! — Нет, это тебе наказание за то, что заставил меня волноваться и рвать газон, Джек Дилан Грейзер. — Мне-то всяко удобнее, чем тебе, — оскалился Джек, — да и долго ли ты так просидишь? — Да хоть до утра, детка, — гордо ответил Финн. — Окей, окей, — пожал плечами парень, несмотря на боль в руках, — сиди.       И они находились в такой нелепой позе около двух минут, как Вулфард первым не выдержал, хватаясь за веснушчатое лицо Джека: — Дже-ек, придурок! Ладно, ничья, так уж и быть! — Хватит меня трясти, у меня вот-вот бутерброды наружу выйдут, — в такт потрясываниям просил Грейзер.       Финн остановился. Он глядел на россыпь веснушек. У Джека количество их преобладало. Грейзер выглядел ребенком, мальчишкой, с этими невинными карими глазами и поцелуями солнца. На мгновение Вулфард представил его заплаканное лицо и заметно помрачнел. — Эй, ты чего, малыш? — Джек приподнялся на локтях. — Что такое? — Ну, я представил тебя зареванного такого, с градом слез… — И? — Ты похож на девчонку, — улыбнулся Финн, приводя Джека из состояния любопытства в состояние театральной раздраженности, — на красивую девчонку, в которую я бы влюбился. И поцеловал. — Ты что, гей? — в сотый раз повторил Джек, заметно смущаясь. — Может быть. Наверное, — Финн мечтательно почесал пальцем скулу, наблюдая за тем, как Грейзер все больше краснеет. — Да.       Парень резко подался вперед, накрывая губы Джека. Поцелуй вышел мягким и нежным, таким быстрым, что оба ничего не успели понять. Отстраняясь, Финн виновато опустил темные глаза: — Джек, я…       Вулфард почувствовал, как его шею сдавливают в объятиях. Чувствовал горячее дыхание друга, которого он только что поцеловал. — Я думал, почему мне было так больно, — шепотом говорил Джек, чувствуя, как в волосы зарывается холодная ладонь. — Я думал, что это потому, что я люблю Элли. Нет. Нет, нет. Я тебя люблю, Финн. Тебя. Это ненормально, это неправильно, но я правда ничего не могу с этим поделать… — Джек, — прервал его поток эмоций Вулфард, зарываясь в тонкую бледную шею. — Помнишь, я еще давно говорил, что меня не интересуют девушки? — Д-да, я еще интервью читал, — дрожащим голосом, готовый вот-вот заплакать ответил парень. — Я тоже долго думал над этим. Тоже думал, почему у всех моих друзей есть какие-то чувства, а я — будто пуст. Я злился на эту чертову Элли, потому что она не знает, кого потеряла, злился, потому что не мог сказать тебе сразу, признаться во всем. Я не мог. Но теперь, — Финн прикоснулся губами ко лбу, — теперь могу. Ты здесь, ты рядом со мной, это не сон. Ты здесь, Джек.       Грейзер теперь первым подался вперед и осторожно, едва касаясь, прильнул к тонким губам, медленно целуя, ощущая что-то далекое родное и по-настоящему свое. — Финн, я сейчас расплачусь, как девчонка, — улыбнулся Джек. — Сделай что-нибудь! — О, о! — Вулфард запрыгал на постели и заставил Грейзера вскрикнуть от боли — Финн всё еще сидел у него на коленях. — Ой, прости, детка! Я кое-что вспомнил… — он ловко соскочил и полез в шкаф. — Вулфард, блин, перестань звать меня деткой! — напыжился Джек, складывая руки на груди. — А по-моему мило, — послышалось из шкафа. А затем он добавил: — Детка. — Финн!       Парень вынырнул из шкафа с тем самым огромным свитером, в котором они сидели в холодном отеле больше года назад. Финн взобрался в этот мешковатый новогодний атрибут и раздвинул руки, приглашая в объятия. Джек нежно улыбнулся и залез внутрь, вытягивая левую руку в свободный рукав. Парни уселись поудобнее, оперевшись на изголовье кровати. Финн мягко, не спеша сплел пальцы с ладонью Джека. — У тебя ручка такая маленькая, — Вулфард потерся щекой о волосы, — и волосы мягкие. Ты весь такой хорошенький, Джек… — Неудобно, Финн, — тихо проговорил Грейзер, пытаясь отвести его от темы. — Пожалуйста, еще немного, — прошептал Финн, зарываясь уже в шею. — Мне тебя не хватало. — Финн… люблю. Тебя люблю, — тихо сказал Джек в самые губы парня. — И я, Джек.

***

— Скажите это еще раз! — Посмотрите сюда, в нашу камеру! — Как давно вы вместе? — Это правда, или очередной розыгрыш?       Вспышки фотоаппаратов слепили парней. Остальные члены каста остались за окружившими их журналистами и ждали, пока подоспеет охрана. Джек от неловкости пытался отвести взгляд от множественных камер и микрофонов, но куда не поверни он голову — везде его встречал объектив. Финн, замечая, как Грейзер опешил, уверенно взял его за руку. Джек прижался к нему плечом и перестал бегать взглядом. — Разойдитесь! Сраные журналисты! Они всего лишь дети! — подоспела охрана, расталкивая людей с их дорогими камерами. — Зря ты сказал на прямой эфир об этом, — заметил Уайатт, подходя к ним вместе с остальным кастом. — Подождал бы немного. — Зато теперь мы обсуждаемы, — гордо ответил Вулфард, сплетая пальцы с Джеком. — Я всегда знала, что между вами что-то будет, — София легонько пихнула плечом Грейзера, приводя его в замешательство. — Оу, Джек такой милый, когда смущается! — Да не смущаюсь я, — отнекивался актер, прижимаясь ближе к Вулфарду. — Нас уже машина ждет, поехали, — позвал Джейден. — Хоть день вместе проведем, а то до следующего интервью черт знает сколько времени.       Состав одобрительно закивал и наспех сфотографировался.       На фотографии Джек прильнул к щеке Финна, и фото вышло в разы милее всех остальных фотокарточек каста.