Пункт о взаимопомощи

Время давно перевалило за полночь, а Чимин всё также играл с макнэ в игры, всё никак не в силах оторваться. Пойти спать Пак не мог, стоило только перестать чем-то заниматься, как сразу же голову заполняли различные мысли и страхи. Чимин боялся предстоящей течки, провести которую он должен с хёном. Хотелось даже убежать или спрятаться где-то, но это слишком низкий поступок, да и банально времени на это у него нет: график забит практически до каждой минуты, и чем ближе камбэк, тем больше напряжение и занятость. Своими глупостями подвести остальных не хотелось, тем более слишком большая ответственность на нём лежит, да и кем он покажется перед остальными мемберами после стольких лет вместе?! Нажимая клавиши на джойстике, Чимин смог одолеть Чонгука, оторвавшись всего на несколько секунд, что стали победными. За последние часы ребята перепробовали не одну игру, всё никак не желая успокаиваться, с головой уйдя в развлечения. Завтра им дали небольшой выходной, если те несколько свободных часов с утра можно таковым назвать, так что можно было и немного задержаться, не спеша ложиться спать. Лидерство в очередном загоне взял Чонгук, откидываясь на пол и на секунды прикрывая глаза. Приглушенное освещение комнаты практически не давало возможности рассмотреть лица старшего из положения Чона, поэтому макнэ поднялся обратно, учуяв нечто странное. — Чем-то пахнет? — Пахнет? — Чимин принюхался, но ничего не уловил, недоуменно посмотрев на младшего, думая о том, что тот опять выдаст шутку, которых нахватался от Джина. — Да, чем-то сладким… — Чонгук напряг обоняние, удивленно уставившись на Чимина. — Хён, у тебя течка? Недоуменно расширив глаза, Чимин приложил запястье к носу, улавливая запах карамели. — Странно, она рано, — осмотревшись по сторонам в поисках часов, Чимин нашёл телефон, сверившись по времени и, заодно, дате. И правда, течка должна начаться завтра ближе к вечеру, но никак не сегодня. Подняв настороженный взгляд на макнэ, Чимин уже готов был отбиваться, ведь альфам присуще посягать на омегу «с помощью» в периоды течки. — У тебя есть глушители? Я могу сбегать к тебе, принести, — предложил Чонгук, откладывая джойстики в сторону и подымаясь. — Нет, не нужно. Она ещё только начинается, я спокойно доберусь и без таблеток. — Уверен? — Чонгук не спешил отпускать омегу одного в такое время, тем более в период течки. Ему всё равно, но другие могут соблазниться. — Да, не беспокойся. Спокойной ночи. Чимин поспешно поднялся и покинул комнату, решая, куда ему лучше отправиться. Шуга говорил идти к нему в студию, но ведь течка должна была начаться завтра, и сам омега сегодня её вообще никак предугадать не мог — обычно всё шло по привычному графику, отходя, разве что, на пару часов. В комнату также возвращаться не было желания, Джин уже спит, а тревожить своей возней в поиске таблеток вовсе не хотелось. Оставалось идти к Юнги и надеяться, что хён не разозлится и поможет. Путь к студии занял несколько минут, за которые Чимин пытался придумать, как объяснить свою ситуацию с ранней течкой и вообще как реагировать на различные эмоции Шуги. Конечно, время уже позднее, но тот раньше часа практически никогда не ложился, именно в позднее время во всю занимаясь написанием и аранжировкой новых песен. Со страхом нажав звонок и дождавшись, пока ему откроет слегка взвинченный и недовольный Мин, Чимин стушевался, отходя на шаг назад. — Почему не спишь? — первое, что произнёс Юнги, не спеша впускать в свою обитель, как уловил уже немного усилившийся запах. Вечерняя доза глушителей ещё не полностью прошла, так что запах было сложно уловить, не находясь близко к омеге. — Началась?.. — Всё сообразив в одно мгновение, Юнги пропустил ночного гостя в студию, оглядываясь по сторонам, нет ли ещё кого в коридоре, и только после закрывая дверь. — Она должна была завтра начаться, так что я… — неловко пробормотал Чимин, опустив голову. Паку было стыдно перед Шугой. Они столько лет провели вместе, а теперь нужно сблизиться настолько сильно, что это невольно даже пугало. — Это естественное явление, тут уж ничего не попишешь. Ты проходи, подожди немного, я быстро закончу с песней, — указывая на диван гостю, Шуга подошёл к столу, делая некоторые правки в тексте. — Прости, что помешал, — тихо ответил Чим, усаживаясь на мягкий диван и наблюдая за действиями рэпера. — Я уже заканчивал, так что всё нормально. Только некоторые моменты в песне поменять нужно и с битом определиться. Чимин кивнул, от нервов натягивая ткань футболки и пытаясь успокоиться. Сам приход сюда казался неправильным, чем-то мерзким, а ещё омега боялся испортить отношения с Юнги, ведь своё мнение после сегодняшней ночи у него точно изменится, только вот в какую сторону? Минут двадцать прошло прежде, чем Шуга оторвался от работы, сохраняя всё и откладывая по местам карандаш и другую канцелярию. — Нервничаешь? — Чимин вздрогнул от прозвучавшего рядом голоса, поднимая голову на стоящего рядом Шугу и кивнул, врать всё равно смысла нет. — Я тоже немного. Юнги присел рядом, высматривая что-то на лице донсена. — Мне подождать, пока ты будешь готов? — невесомо прикоснувшись к розовым прядям, тихо проговорил старший. Чимин отвёл взгляд, соображая, сможет ли он вообще быть «готовым» к тому, что последует? — Нет, я не смогу успокоиться. Просто давай сделаем это, иначе я только сильнее буду нервничать. — Хорошо. Если будут какие-то замечания, сразу говори, договорились? — дождавшись утвердительного кивка, Шуга приблизился к лицу Пака ближе, чувствуя частое дыхание и замечая неловкость младшего. — Закрой глаза, будет не так неловко. Чимин еле заметно кивнул, следуя совету и закрывая глаза, спустя секунды чувствуя легкое касание к губам. Невольно приоткрыв рот, вокалист позволил хёну действовать, пока сам сгорал со стыда от происходящего. Кто бы мог подумать, что всего вскоре он будет сам просить Юнги переспать с собой? Раньше Чимин о таком даже никогда не задумывался, даже не видя старшего рядом с собой в таком ключе. Юнги мягко сминал пухлые губы, пробуя на вкус и растягивая удовольствие. Решительно положив руки на плечи омеги, подтолкнул Чимина на диван, нависая сверху и уже более настойчиво прикасаясь к губам и изредка облизывая, легко прикусывая нижнюю. Мин чувствовал запах, что исходил от Пака, и своей сладостью он полностью удовлетворял вкусы Шуги. Альфа любил «сладких» омег, это было чем-то неимоверным, будто ешь какую-то сладость, хоть на деле целуешь или прикасаешься к живому человеку. Говорить ничего не хотелось, пусть Чимин не давал Юнги полной власти и возможности даже прикоснуться к прессу, положив руки на живот и удерживая футболку, как единственное спасение не уйти в небытие и просто утонуть. Действия Юнги настолько будоражили всё внутри, что от одного только поцелуя, пусть даже не глубокого, внутри становилось тепло и накатывало возбуждение. Запах всё усиливался, Чимин уже и сам смог уловить его без особых трудностей. Юнги оторвался от губ и прикоснулся щеки, легко проведя языком, чтобы оставить мокрую дорожку и смутить младшего. Смущенный Чимин был очень мил и хотелось увидеть его таковым сейчас. — Не бойся, — неожиданно мягко произнёс Юнги, оторвавшись от Пака и рассматривая омегу чуть издали, подмечая покрасневшие после поцелуя губы. Открыв глаза, Чимин в который раз кивнул, не желая нарушать своей концентрации словами. Юнги улыбнулся, что было слишком неожиданным, но приятным, моментом, и накрыл чужие губы вновь, лаская и пробираясь языком в рот, умело принуждая Чимина к ответу и заставляя теряться в ощущениях на несколько минут. Спустив руку вниз, Шуга сжал возбужденный орган омеги, массируя через ткань. Чимин вздрогнул, невнятно промычав в поцелуй, тут же цепляясь за шею Юнги и притягивая ближе. Страх постепенно отпускал, хотелось просто отдаться в эти умелые руки и насладиться временем в объятиях Юнги. Думать о том, что это его хён и что это, скорее всего, неправильно по отношении пары альфы, не хотелось вовсе. Шуга приспустил шорты с бельем омеги, обнажая до колен, и продолжил свои действия уже без лишних помех, активно водя рукой по всей длине и натирая головку для более сильных ощущений. Чимин давился воздухом, подаваясь в чужую руку и, не в силах оторваться от губ, постепенно начинал ловить в этом особый кайф, что никогда не чувствовал рядом с другом. Они давно знакомы, а вдруг вытворяют такое, и по обоюдному желанию и согласию. Пак уже давно хочет, прижимаясь всё ближе к Юнги и кусая Мина за губы, не даёт отстраниться и всё просит своими действиями больше, чтобы его не отпускали и не отстранялись, дарили всё своё внимание и тело в данный момент только ему, а в мыслях чтобы не было ничего, кроме Чимина. — Какой ты несдержанный, — усмехнулся Юнги, оторвавшись от пухлых губ и облизываясь. — Хён, — просипел Чимин, пытаясь дотянуться до губ обратно, но ему не дали сдвинуться с места, облокотившись рукой в грудь и оставляя на месте. Шуга потянулся к футболке донсена, снимая по ненадобности и откидывая на стул, куда секундами после отправилась и остальная одежда Чимина. Две пары обуви полетели на пол и были отпихнуты Юнги, когда альфа встал на ноги и поманил к себе младшего, что тут же последовал за ним, приподымаясь на диване. Разместившись на бедрах Чимина, Юнги прикоснулся губами к шее, целуя и облизывая, но не смея оставлять следов, будь то укусы или засосы. Чимин зарылся пальцами в тёмные волосы, перебирая и массируя голову. Мысли уже успели покинуть его, осталось одно желание и Юнги рядом, а большего и не нужно для них. Юнги долго не ждал, оглаживая одной рукой тело под собой, а второй пенис, стирая с головки выступающую смазку. Чимин уже терял последние ограничители, отрываясь от Юнги и сдавленно постанывая куда-то в район шеи, при этом кусая губы, чтобы не издавать слишком громких звуков. — Не кусай себя, у меня в студии звуконепроницаемые стены, так что можешь не бояться и не сдерживаться, — заявил Шуга, очередным поцелуем в шею заставляя с характерным звуком выдохнуть воздух и, слегка отстранив Чимина от себя, стянул с того футболку, откидывая к остальным вещам. Чимин только угукнул в ответ, не в силах уже произносить слов. Жажда альфы брала верх над здравым смыслом, всё же более полугода секса не было, а это уже приличный срок для того, кто раньше практически каждый месяц проводил течки с альфой. Юнги принялся за подготовку, решив особо не париться и начать сразу с двух пальцев, всё же Чимин уже имел контакт с альфами, так что это не его первый опыт, осторожничать смысла нет. Пара не разрывала несдержанных поцелуев, утопая в всепоглощающих эмоциях и желании. Сладкий запах кружил голову Юнги, что альфа уже не стал тратиться на раздевание и лишь расстегнул ширинку, слегка приспуская штаны для удобства. Чимина он усадил на диване, стянув практически на самый край, чтобы было удобнее, и несдержанно заполнил растянутую и изнывающую дырку собственным членом. Чимин проскулил, хватаясь за спинку дивана, пытаясь не слететь с мебели, для удобства и безопасности обхватив Юнги ногами, перекрещивая на спине. Шуга держался за бёдра младшего, толкаясь с каждым разом всё сильнее и неравномерно, вырывая всё новые звуки. С глаз омеги вырвалось несколько капель влаги, а всхлипы невольно срывались с опухших губ, не в силах выдерживать всех тех толчков, приходивших на него. Чимин любил по жестче, и Юнги давал ему это даже без каких-то слов, как будто с самого начала знал, что мешать ласку и жестокость — это то, что доводит Пака до крайней точки удовольствия. Конечно, сейчас не получится опробовать всё и воплотить все желания, но Чимину хватает и больно впившихся в него ногтей, члена, толкающегося без остановок, и просто этих губ, жадно ловящих каждый звук. Вынув пенис, Юнги скомандовал Чимину перевернуться к нему спиной, что Пак и сделал, повалившись на спинку дивана и практически слетая с того под новым напором Шуги, что уж никак не планировал останавливаться на достигнутом, выбирая из донсена всё возможное и получая самому не более большое удовольствие от этого громкого высокого голоса, сейчас необычно звучавшего в его студии. Записать бы его, да оторваться нет сил, чтобы подойти к столу и включить запись. И мысли об этом тут же вылетают вместе с несдержанным «хён», потонув где-то в прошлом, а, возможно, и будущем. К этому Юнги вернётся позже, а сейчас перед ним только Чимин, выпятивший задницу и так призывно ей вертящий и самостоятельно пытающийся насаживаться, когда Шуга замедляется, чтобы растянуть удовольствие на чуточку больше. Буйство продолжается ещё долгие минуты, ребята ещё несколько раз меняют положение, опробовав диван чуть ли не со всех сторон, пока и вовсе не лишаются сил после очередного оргазма. Чимин еле соображает, откинув прилипшие ко лбу волосы назад и пытаясь глотнуть воздуха, но его катастрофически не хватает, всё вокруг пропахло сладостью его запаха, потом и сексом. Говорить что-то никто из них не видит смысла, переводя дыхание на всё том же диване, а после также молча приводя себя в порядок, одеваясь и расходясь по своим комнатам, будто ничего не произошло. Наличие двух ванных комнат даёт возможность не пересекаться больше этой ночью, и Чимин этому рад, ведь только сейчас пришло осознание того, что и с кем он сделал, а главное то, что ему безумно понравилось. О том, что он хочет повторить, омега оставит в секрете, стыдливо отводя глаза от Юнги завтра с утра.