Первые шаги

Воительница прошла быстрым шагом в открывшуюся дверь, за лидером прошли и остальные участники события. Стивен с вопросом огляделся по сторонам, замечая, что сама инквизитор не бежит, а идет, хотя все, кроме Уайт, идут ускоренным шагом, чтобы не отстать. Юниверс задумался над этим. У него оставалось все меньше времени, чтобы хоть как-то отсрочить появление империи Самоцветов. Может, стоит все рассказать сейчас? Хотя, куда больше сейчас вызывало вопросов, как так вышло. В будущем, на Земле слышали лишь о самоцветах, а об этой станции ничего. — Подождите, — обратилась самоцвет к лидеру, та свернула к какой-то двери. В зале работало ещё несколько гуманоидов. Или жило… Жилая часть комплекса. Воительница, подняв руки над головой, хлопнула в ладони. — Мы на месте! — заскочила в комнату Мирли, с места прыгая на какую-то койку, в другом конце комнаты раздался грохот, а также чье-то шипение. — Отряд Альдебарана на месте, — доложила Кувира, хмыкая и проходя к какому-то шкафу. — Да, пришли, — вылезла из-под стола, кряхтя, какая инопланетянка с серой кожей и черными пластинами? Отростками на голове. Она была в запачканном халате, а также у неё было шесть глаз. — Алина, угомони свою ученицу! Она у тебя с мотором в одном месте! — Как только узнаешь, как это сделать, скажи — организую, — ответила Астер, смотря на дуэт самоцветов. — Лучше узнай, что это за раса. Камеры и зонды не так работают, как всегда, в общем. — А кто их проектировал? — посмотрела Небесная в сторону Хонды, которого перетрясло с взгляда молодой девушки. — Что же, ладно, как вас звать? — вышла ученая из своего места, проходя первым делом к Белому Алмазу. Она почему-то некоторое время косила взглядом то на Алину, то на Уайт. Белый Алмаз. — Белый Алмаз, — ответила Уайт, а Кувира перестала что-то записывать, смотря на командира инквизиции, которая никак не изменилась в лице. — Я не понимаю, что все так на твою наставницу смотрят? — спросил Кварц у ученицы, которая без брони была в розово-красном легком платье, волосы каштановые до плеч. — Потом объясню, не мешай, — ответила она шепотом, таща на себя какое-то покрывало и прячась в нем. — Имя Белый Алмаз? Так вас зовут все? Может, — ученую прервала командир, оглядев через сенсорный экран лицо самоцвета. Уайт, Святоша, Чистенькая, Белая, Звездочка и… Снежинка? — Уайт, Святоша, Чистенькая, Белая, Звездочка и Снежинка? — спросила Астер щурясь в серые глаза будущей правительницы. Она в них что-то и боялась, и хотела разглядеть, а Хонда сел на сидение, с интересом наблюдая за процессом. — О-откуда, вы это узнали?! — Белый Алмаз была очень возмущена тем, что об этих названиях знают полностью чужие люди, но большую часть эмоций вызвала именно «Снежинка». На Межрасовой Космической Станции так никто и никогда не называл её, вообще её так последний раз звали в её самый первый год, когда их всех ещё не было. — Вы о последнем? Леди Астер часто говорит, как называла бы лично она вас, вот и Снежинка, — объяснила Шифр Алмазу, но самоцвет все ещё была в легком ступоре от такого безэмоционального лица и немного уставшего взгляда командира, которая спокойно сидя за столом, попала в то самое дорогое, что Уайт скрывала в своих воспоминаниях веками. — Камеры слежения, вы не в первый раз на станции, вы много, где ещё побывали, — ученый что-то записала и продолжила задавать вопросы. — Из какой вы расы? Где ваша родная планета или планета, служащая базой? Кто у власти? — самоцвет физически не знала, как ответить на подобные вопросы, но ей на помощь пришел Стивен, решившийся поведать будущее. — Империя Самоцветов. У власти Желтый, Синий и Розовый Алмаз, — Уайт хотела прервать напарника, не понимая о чем он ведет речь, но подросток заткнул ей рот ладонью не церемонясь, но терпя холод исходящий от голограммы. — Много колоний, войн, обширный флот, благодаря Желтому воину, тишина и гармония в свите из-за Розового чуда и внешняя политическая безопасность от Синего. Выше этого цветного трио Белый Алмаз, что стоит перед вами. Она — верховная Правительница Родного Мира Самоцветов. С её разрешения, Желтый воин буквально спалила всю планету. — О чем это ты? — Уайт была в ступоре, а секретарь с ученой не успела ничего записать из слов мальчика. Хонда заметно оживился и прислонился к стене, уже с интересом слушая этот допрос. — Молодой гражданин, ваша очередь еще не настала, первое. Второе, Белый Алмаз, это правда все то, что сейчас доложил молодой гражданин? — спросила Астер, а подросток изумился тому, как можно внешне профессионально сохранять спокойствие, а второе его возмутило: « Ему. Никто. Не. Верит. » — Я не знаю, о чем говорил сейчас. Сам говорит из будущего, где мне под сотню тысяч лет, но я сама не знаю, что он готов ещё выдать, но кое в чем он, может быть, прав. Я действительно разумный самоцве-е-ет. Что происходит?! — ученая тут же схватила Уайт за руку и достала из внутреннего кармана несколько инструментов. — А это уже интересно. Раса разумных самоцветов? — достала какой-то сканер инопланетянка, начиная им просвечивать самоцвет, как она замолчала немного оглушено и поражено. — Девять тысяч девятьсот сколько лет этому камню? — Ого, — мечтательно протянула ученица, с явно хорошим настроением, но без желания сходить со своей комнаты. — Она получается старше самой станции, на сколько тысяч лет? — Эм, я не врач, но у неё же должно что-то быть внутри? Какие-то органы, разве нет? — спросила Шифр, а доктор нервно посмеивалась, продолжая сканером собирать информацию об Алмазе. — У неё тело из света, что генерируется камнем, а свет сам с примесью какого-то материала, что он такой плотный и осязаемый? — командир инквизиции прищурилась, а позже достала из-под пояса кинжал и метнула его в Уайт, что не успела увернуться… От удара о внешнюю оболочку Белого Алмаза, металл отлетел, а самый конец и вовсе откололся. Белому Алмазу не было причинено никакого вреда. — Прости, я знала. — Кхем-кхем, — привлек внимание на себя юноша, что-то оставляя у стены, где ранее стоял. — Да, Хонда? — спросила ученая, возвращаясь в реальность. Молодой человек поправил её халат и вышел вперед. — Прошу прощения, что мешаю, доктор Элизабет Моро, но мне кажется, что равноценный обмен информацией будет более эффективен. Леди Астер может много рассказать об истории, а сама Белый Алмаз поймет её. Мы можем с Мирли попытаться вот этого молодого гражданина изучить, — указал обходительный и вежливый юноша на Стивена. — Мисс Шифр может пройти с нами, а у вас, леди Моро, я знаю, есть куда более важные занятия, верно? — Ты прав, — сглотнула Элиза. — Что твое мнение, Алина? — Соглашусь с тобой, — юношу вовсе не покоробило, что инквизитор его игнорировала и даже не желала замечать. Стивену это напомнило состояние холодной войны. Долгой молчанки и игнорирования с одной стороны. Воительница согласилась именно с ученой, а не с ним. Хлопок ученой в ладони, Мирли поспешно уводит мальчика и юношу из помещения, за ними не медля выходит Кувира, а Моро сворачивает куда-то, не следуя за квартетом, а дальше.

***

Оставшись наедине с холодной воительницей, Уайт почувствовала себя… Неуютно. Во всех смыслах. Безэмоциональный взгляд, уставший от всего. Шрамы от многочисленных сражений, но Белый Алмаз не могла поверить, что перед ней не машина. Да даже Алмазы могли больший спектр эмоций выдать, а она лишь как наставник. — И что я должна вам рассказать? — Что сочтешь нужным, — звучит спокойный голос Фиолетового Алмаза в унисон голосу Леди Астер. Она понимает, что сейчас у Белого Алмаза явно какой-то призрак, саму воительницу также преследует призрак прошлого. — Семья? Родные? Близкие люди? — перечисляет опытный военный лидер, она грустно улыбается, смотря на белоснежный камень во лбу у собеседницы. - Сестра, ты тут не при чем, — отвечает голос младшей сестры самой Алине. — Как вы все это знаете? — спрашивает, наконец, самоцвет, а Астер хмыкает, садясь на кресло. Белоснежные волосы, бледная или белая кожа, серые глаза, рост и силуэт очень схож. — Ты похожа на одного близкого мне человека, на мою младшую сестру, которая погибла, спасая мне жизнь. Старшие погибли во время разрушения колонии номер три, а я была в это время на орбите, наблюдая за гибелью моей родной планеты. Ты же, дай угадаю, устроила холокост? — Что такое холокост? — спросила Белый Алмаз, записывая новое слово в словарный запас. — Истребление. Полное, запланированное истребление кого-то или чего-то. Я легенды знаю, — самоцвет уже прокляла сто раз, что Покорители успели так много о себе оставить, а также, что они и она запечатлены в этой не самой приятной истории. — Увы, все легенды имеют реальную основу. Я действительно была в то время, — Уайт не хотела об этом вспоминать, но приходилось. Грей — самоцвет на вид точная копия Уайт, но на самом деле это именно Грей оригинал. Уайт была её бледной тенью, которую все всегда путали с начальной версией. Но было главное отличие у этих двоих, у Белого Алмаза были полностью другие грани, которые запустили программу в полностью противоположном русле. Вместо верной слуги — безжалостного врага, вместо того, кто без приказа не нападет — того, кто любит помучать и просто умеет уничтожать во всех планах своих врагов. В один определенный момент произошел перелом одной из граней, началась работа. — Понятно все с тобой, — сперва голосом Черного Алмаза говорит Астер, а потом уже чисто своим, когда собеседница снова вернулась в реальность. — Множество рас повторили судьбу твоих создателей, на место старой поросли пришла новая. — Я не могла иначе. — Мы все в прошлом не могли иначе, я при определенных обстоятельствах не поступлю иначе, — Алина сжала в своей ладони кулон, на котором были трапеция, пятиугольная звезд, ромик, прямоугольник, треугольник, шестиугольник и овал. Ожерелье своеобразное из металла. — А как получилось Ариенам собрать расы в нейтралитет и мирное сосуществование? — Белый Алмаз не видела в этом деле никакого смысла, а вот Астер рассмеялась в кулак. — Элементарно, светильник, — слышен задорный голос маленькой умной девочки, которая доставляла и гордость семье, и много шума, как и все дети. Сноу обращалась к Алине светильником, из-за естественно невольного освещения, что исходило долгое время от Алины, после порции принятия света. —  Я прошу объяснить снова. — Давай условимся, сейчас по нашим меркам семь тысяч двести лет, так что, когда я называю определенные даты, то это год, когда, наконец, что-то произошло…

***

— Мне слабо верится, что твоя напарница в будущем будет одной из диктаторов, — усмехнулась Мирли, сидя на скамье в искусственном парке на станции. Оранжевая листва деревьев, играла цветами с красными кустами. Бегали вокруг странные чудные, маленькие зверюшки, всякого размера и форм. — Да я сам не верю, что Уайт это та Белый Алмаз, которую я видел. Но я не знаю, как её остановить, — признался подросток на что Шифр грустно вздохнула, плетя венок из желтых цветов. — Согласно законам, путешествия во времени не выбиваются из таймлайна, историю ими не изменить, наверное, она просто сделала так потому, что ты должен был у неё в нашем времени появиться, — Кувира посмотрела на венок, что-то представляя в нем или кого-то. — Ничего не удастся изменить. — Ты найдешь Билла, не расстраивайся, — начал поддерживать Хонда секретаршу, напоминая о некоторых вещах. — Это у Алины вся семья погибла, это она не может ничего себе создать. Её семья точно погибла, а твой младший брат, наверняка, жив и в скором времени вернется. — Ты оптимист, — усмехнулась молодая женщина, а Стивен задумчиво посмотрел на Мирли, Кувиру и вспомнил внешность Астер. — А сколько вам лет? — Семьдесят девять, — рассмеялась девушка, одевая в прическу розу. Они ей были не к лицу, но она их очень любила. — Двести, — ответил офицер, смотря на то, как по-забавному играли друг с другом маленькие животные. — Сто девяносто два, — Кувира и Небесная были из одной расы, а потому к ним у Кварца вопросов не было. — Алине двести двадцать шесть лет, а наш максимум по известным данным триста девяносто два. — Вы долгожители, — заметил Юниверс, думая, как там Конни, что с ней стало? Может она в зоопарке для людей? Или Белый Алмаз её прихлопнула? — Оптимистами звали тех, кто верил семь тысяч двести лет назад, что станция станет межрасовой, — придумал ответ офицер, а ученица засмущалась на это. — А как это получилось, кстати? — трое гражданинов, знавших историю, рассмеялась в кулачок, часто им такой вопрос задают туристы при встрече.

***

1990 по меркам Ариенов. « Станция в полной рабочей готовности на орбите». « Начинайте». Космический корабль, выведенный на орбиту оранжево-красной и бело-голубой планеты с её поверхности, начал свою работу, как строительная площадка для изучения космоса. Еав и её обитатели отпугивали долго от себя другие цивилизации, которые уже давно покоряли космические просторы. Начинает исходить сигнал о четкой работе, процесс запущен. 2000 « Начинайте стыковку с Атлантами». « Есть начать стыковку». Высокий, похожий на человека в скафандре гуманоид отличался от него видом и формой глаз, а также более тощим телостроением, из шлюза, который открылся, вышли гуманоиды с оранжевой кожей и человеческим лицом на вид. Космонавты улыбнулись, пожали друг другу руки и даже обнялись в невесомости. «Стыковка завершена успешно». Работа на постепенно растущем корабле продолжается. 2100 — От лица всех представителей оболочки Еав, приветствуем вас на этой межрасовой космической станции, — говорит бледный и высокий капитан с яркими голубыми глазами, у него более спортивное телосложение в отличии от Ариена, что стоял слева от него и кого-то ещё с оранжевой кожей. — Благодарим вас от лица всех представителей оболочки Земли, — говорит какой-то Родерих, он больше всех походил на нормального человека, нет, он сам был таким обычным человеком. — Надеюсь, в вашем мире мы быстрее найдем контакты с другими цивилизациями. Станция уже диаметром в пять километров застроена зданиями. Космопорт и город в космосе на орбите планеты продолжают расти и в любой момент готовы принять гостей из просторов космоса. 2190 « В это очень трудно поверить, дорогие граждане. Спустя двести лет существования Межрасовой Космической Станции переговоры и контакты с другими расами из нашей системы состоялись. Мы и они можем спокойно существовать вместе, помогать друг другу и совместно развиваться. К союзу! К объединению!» Кричат заголовки новостей на поверхности планеты. Именно с этого и начался путь станции, который стал её третьей ступенью модификации. Совместимость с другими цивилизациями, терпимость и совмещение традиций, культур, технологий. Позже сама станция направилась в путешествие по галактике, когда её уже не могла выдержать орбита. Сто разных цивилизаций, на контакты с другими в открытом космосе, и через семь тысяч лет, эта станция — один из самых больших рынков в нижнем слое галактики.

***

— Кому понадобилось забирать это все у вас? Безвозвратно? — не понимала Белый Алмаз, невольно улыбаясь своей удаче, что держит контакт с таким местом. — Вот потому копировщики нам и нужны, а тебе они на заказ, верно? Идем, — вышла воительница из помещения вместе с Уайт, на инквизиторше появлялся костюм-броня. — Нам пора. В парке, где Алина спокойно читала ученице и секретарше лекцию на тему того, что уходить так далеко не надо, самоцвет только-только начинала осознавать, какими чудесами галактика может полниться, так что, возможно и она не одна такая, и где-то в космосе есть планета, как и Еав, с проходом в другой мир, а там есть и другая Уайт, и все другое… — Если что, я вам помогаю во всем, — прыгнула Мирли на плечи самоцвета и гибрида, Кувира что-то хмыкнула, поправляя шестиугольный монокль зеленого цвета. Хонда скрыл лицо за шлемом и маской, предвкушая падение его конкурентов. Белый Алмаз прогнала воспоминания о Зеленом Алмазе из своих мыслей, ностальгия иногда была вредной, а для самоцветов она всегда была вредной. В тени появилась, в ней же росла, от света укрыта надолго. Войдя в него, ужаснулась она, когда снова, изменила его. Белый отсутствие цвета, черный его перебор. В себе хранят воспоминания и забытые надежды, скучают по дому и родным, но цели в жизни не изменяют, все ради других и ради семьи. Легко сорваться на месте, остановится она и в миг канет во тьму, наследник её ей же ловушку устроил, выводит на тонкий лед, а для другой, эта же самая поверхность крепкая платформа.