Почему бы, Гэбриэль?...

Коридор. Белые стены. По бокам - множество дверей, за которыми слышатся то стенания, то смех, то слезы и гневные выкрики. Возле наружной двери сидит охрана, лениво осматривая свой участок. Мужчинам скучно. Ни телевизора, ни телефона, кроме внутреннего, здесь нет по распоряжению начальства. Двери в палаты особо буйных чуть ли не бронированные, так что самое интересное для охранников - разговаривать и время от времени разгадывать припасенные головоломки. Однако сегодня должны были перевести нового пациента, поэтому скучать особо не пришлось: все утро сновали туда-сюда санитары, готовя палату, а ведь их нужно было проверять на наличие пропусков. В общем, довольно суматошный выдался денек по сравнению с обыкновенным. Хотя... Какой день может считаться обыкновенным в сумашедшем доме? Пациентом оказалась девица лет двадцати пяти. Она кусалась и пыталась брыкаться в равнодушных объятиях санитаров, пока ей не впрыснули транквилизатора. "Симпатичненькая... Жаль," - мелькнуло в голове у одного у охранников. Чего ему жаль, он так и не успел додумать, потому что в двух соседних камерах, куда пару недель назад прибыли "новички", стали раздаваться странные звуки; в то же время девчонка снова начала вырываться, как будто у нее открылось второе дыхание. Санитарам пришлось экстренно ввести ей новую дозу успокоительного, и пациентка вырубилась, что было весьма кстати, потому что те две камеры прямо-таки разбушевались. Беспорядок удалось уладить довольно быстро, спасибо подоспевшим докторам. Но один из взволновавшихся пациентов не отключился после лекарств, хотя остальные об этом не знали. В закрытую дверь вперился полный холодного бешенства взгляд. Полученных скудных впечатлений хватило до обеда, когда пара санитаров стала развозить пищу по палатам. Все шло хорошо, пока еще хорошо, когда они добрались до противоположного выходу конца коридора. Потом - серия непонятных поначалу резких звуков. Момент - и дверь распахивается, чудом не слетая с петель; сотрудник автоматически подмечает про себя, что, если выживет, сообщит о недосмотре начальству. Момент - и его коллега уже прижат к стене психом. Момент - и крохотный кусок металла как-то вспарывает бедняге горло, а взбесившийся пациент отшвыривает еще живого мужчину внутрь палаты. Серия моментов, складывающихся в вечность - и ошарашенному сотруднику, жалко пытающемуся выставить перед собой электрошокер, стискивает горло сильная рука, а глаза убийцы заинтересованно рассатривают другую,словно он там увидел нечто необычное вроде вырасшего пальца. Еще один момент - и второй сотрудник становится бесполезной кучей мяса с вкраплениями костей и внутренних органов. Его тоже помещают в палату, дверь которой монстр запирает. А потом неспеша он направляется в сторону охранников, бегущих на ненужную помощь "коллегам". Несколько минут - и один валяется с разорванным горлом, а второй испуганно пятится к стене, в панике кидая взгляды на дверь, в которую скоро войдет помощь, которую он так ждет. Дракула никогда не любил трусов.