Please, don't jump.

      Pov Frank. Ветер со всех сторон обдувал тело так, что даже самая теплая толстовка в моем гардеробе не спасала от утренней прохлады, волосы на голове запутались и лезли в глаза, раздражая меня. Но больше всего раздражало то, что я не держу обещания, данные самому себе, и приперся на знакомую крышу, проходя мимо парка, даже не посмотрев в его сторону. В ход пошла вторая пачка сигарет, за которой пришлось спуститься с крыши в ближайший киоск. Руки уже онемели, совсем не желая функционировать, и тлеющая сигарета полетела вниз, приземляясь на влажный асфальт. Я натянул капюшон на голову и присел, опираясь спиной об ограждение, и принялся снова безуспешно щёлкать полудохлой зажигалкой в попытках закурить. Вдруг вспышка света озарила маленькое пространство, поджигая сигарету. Я вздрогнул от неожиданности, сдерживая писк шестилетней девочки, и уставился вверх на того, кто посмел нарушить мой покой и идилию с глупой зажигалкой. Высокий парень в красной шапке уже убирал зажигалку в карман , но я успел заметить пальцы с красными следами,но я не понял от чего. Возможно , у кого-то шалят нервишки. Он встал в двух шагах от меня и уставился вниз на светлеющую аллею парка. Почему-то он казался мне дико знакомым , но я не мог понять где видел его. - Спасибо, - едва слышно сказал я. - Спасибо говорят за хорошие поступки. Я, по сути, помогаю тебе медленно убивать себя. Разве это хороший поступок? - незнакомец криво усмехнулся и накинул на голову капюшон лёгкой парки. Я не ожидал такого ответа, но, поразмыслив, решил, что он прав, но всё же промолчал. Около десяти минут стояла тишина и казалось, что время замерло. Я чувствовал необъяснимую неловкость. Как этот парень смог приблизиться ко мне так незаметно? Я вздохнул и решил, что пора с этим завязывать. Уж очень он выглядел знакомо. - Я Фрэнк. - Сай, - незнакомец, даже не посмотрев в мою сторону, протянул руку с обгрызанными пальцами и слегка кивнул головой, - Красиво здесь, не правда ли? - Да. Наш..моё любимое место, - в голове всплыло лицо Джерарда , всё в слезах, и я сглотнул тугой ком ,образовывшийся в горле из-за нежелательных мыслей. - Утро субботы , а ты здесь. Почему? - Встреча, - вот так просто ответил Сай и пожал плечами, - Очень важная. - Да кому придёт в голову...- в этот момент Сай кинул на меня взгляд, от которого мурашки побежали по спине, и я машинально захлопнул рот. Когда я уже научусь не лезть в чужие дела и молчать, когда это нужно? Видимо, никогда. - И всё -таки, сейчас слишком рано для встреч. - А тебе это кажется подозрительным ? - Если честно, то немного. - Он мой клиент. - Эскорт услуги? - странное мычание вырвалось у меня изо рта, будто я знаю в этом толк. Мысленно я уже бил себя по голове, потому что шутить я, видимо, совсем разучился. Саймон хитро улыбнулся и приподнял капюшон, выдыхая дым от сигареты прямо мне в лицо. - И сколько ты был бы готов отдать за мои услуги, малыш? - Не больше двух долларов, - я оценивающе посмотрел на парня снизу вверх и приподнял бровь. - Так мало? Обидно. Ты ещё не знаешь, на что я способен, - он забавно засмеялся, а я почувствовал, как краснеют мои щеки. Вся ситуация принимала всё более идиотский расклад. - А ты хочешь, чтобы я это знал? - я усмехнулся и выпустил дым изо рта. - Главное, чтобы ты этого хотел. - Чувствуешь, чем пахнет? Кажется, флиртом. - Ладно, так уж и быть, один один, - парень усмехнулся и кинул в меня не зажженной сигаретой, которую всё это время пытался вытащить из пачки, но я успел её поймать. - Неплохая реакция. Стараешься произвести впечатление? - Нет, что ты, просто я быстрый, - напускное самодовольство никогда мне не шло. - Сочувствую твоей девушке, - Саймон покосился на меня, всё ещё не переставая улыбаться. - Эй, это был удар ниже пояса, так не честно. К тому же у меня нет девушки. - Зато мы теперь знаем, почему, - мы оба засмеялись, и я вдруг понял, что с того самого дня, как Джерард попал в больницу, я так и не смеялся. Я даже больше не улыбался как всегда, когда играл со своими собаками, меня больше ничего не радовало. И когда я поднимался на крышу, то мог представить только грусть и слезы, но никак не смех, особенно после всего, что здесь произошло. Я почувствовал себя предателем по отношению к Джи. И я всегда очень ревностно относился к этому месту и всем воспоминаниям, которые были связаны с ним. Я вздохнул и прикрыл глаза, вспоминая наши вечера на этом месте, и немного утихший ветер трепал мои волосы, забираясь под одежду. - О чем задумался? - вырвал меня из раздумий тихий голос. - Да так..это особенное для меня место. Столько воспоминаний, которые днем и ночью лезут в голову, не давая даже маленькой передышки. - И какие мысли, если не секрет? - Ну, я не знаю, стоит ли об этом говорить, - протянул я, чувствуя небольшую неловкость. - Ну, может я чем-то помогу или тебе просто станет легче. Давай, твои секреты останутся здесь, - я усмехнулся, - Какая пафосная речь. Ну хорошо. Просто мой друг..мой друг он..он в больницу попал, - я не знаю почему, но я начал заикаться, чувствуя тяжесть и лёгкие покалывания в области живота и лёгких, но решил списать всё на действие сигарет. - Видимо, он очень важен для тебя, раз ты начал заикаться, - Саймон поиграл бровями, а мне стало не по себе от его слов. - Ещё как, - я усмехнулся в ответ и вздохнул. От только поднявшегося настроения не осталось и следа. Только горечь и разочарование в себе, - Я вспоминаю каждую деталь и каждую мелочь изо дня в день. Продумываю все варианты развития событий, как надо было поступить, чтобы не допустить того, что уже случилось, но всегда возвращаюсь к началу, потому что прошлое не изменить, даже если очень постараться, и я понимаю, что всё это не имеет смысла, надо было быть с ним тогда. Но я был и старался не допустить этого. Это просто жрёт меня изнутри. - Что он сделал? Прыгнул вниз? - Саймон покрутил зажигалку и передал её мне, чтобы я смог зажечь уже пятую по счету сигарету. Думаю, мама придушит меня, ведь ветер утих , а от меня пасет, как от табачной фабрики. - Какой ты догадливый. - Ты даже не представляешь насколько, вообще интуиция у меня отменная. - А ещё ты, кажется, очень скромный, - Саймон улыбнулся, обножая ряд желтоватых зубов и развел руки в стороны, - Что есть, то есть. И что должно случиться, то обязательно случится, это лишь дело времени. Кстати о времени. Подвинься, - парень лёгким движением руки отодвинул меня в сторону и прошёл ко мне за спину. Проследив за ним взглядом, я не сразу заметил недалеко от него худого невысокого паренька, по виду он казался моим ровестником. Выглядел он болезненно и в тонких пальцах держал несколько изрядно помятых купюр, протягивая их Саймону. Тот в свою очередь что-то шепнул ему на ухо, передал какой-то маленький сверток и, хлопнув его по спине, как старого друга, направился в мою сторону, а парень, глазами, полными недоумения и доли страха, таращился на меня, будто я какой-то страшный зверь. Потом он недобро усмехнулся, будто его что-то обидело, ещё раз взглянул на Саймона, который больше не обращал на него никакого внимания и вполне спокойно курил, рассматривая что-то вдалеке, и стремительно удалился, накинув капюшон ветровки на голову и засунув руки в карманы. Когда тяжёлая железная дверь за ним захлопнулась, то я посмотрел на Саймона уже другими глазами. Мне не сложно было сложить два плюс два и понять, что это был за клиент, и чем промышляет мой новый знакомый. - Так вот, что за клиент и зачем ты его ждал. - А ты из полиции нравов? - Саймон дернул головой и капюшон упал ему на спину. - Нет, просто я никогда такого не понимал. Ты же их убиваешь. Что это? Кокс, героин? - Саймон рассмеялся, прикрывая лицо рукой, - Не думаю, что тебе стоит знать, что это такое. Если, конечно, ты сам не хочешь попробовать. - Извини, но это не по мне, - я нервно засмеялся. Мне захотелось срочно уйти отсюда и забыть этого парня. Мне всегда было противно от наркоманов, а от тех, кто это дерьмо расспространяет, вдвойне.

***

Мой дядя, мамин брат, плотно подсел на наркотики. Всё это началось ещё до моего рождения и продолжалось до того момента, когда мне исполнилось шесть лет. Всё начиналось просто: его сильно избили за долги, и когда он лежал в больнице, то был вынужден принимать сильные обезболивающие, потому что, как он говорил, без них он не мог спать. После выписки он продолжал курс лечения, зависимость становилась всё сильнее, он устроился на работу и стал спускать деньги на заменители, так как родные выкинули все таблетки, когда заметили поведение дяди Морриса. Я был малышом и не понимал, почему моя мама ругается с братом, ведь он был таким хорошим, я его очень любил и проводил с ним очень много времени, и когда мама запретила мне видеться с ним без неё или кого-то из родных, я не понял этого и думал, что это я что-то сделал не так, что это наказание, которое я мужественно выносил, не зная, что происходит, пока дядя не пропал. Я рассказывал об этом Джи, когда заметил его странное поведение. Я наивно думал, что он сознается, но он вел себя как ни в чем не бывало, говорил со мной и пытался поддержать. Такой беспечности к себе я не видел никогда. И я боялся, что случится что-то плохое. И случилось. Майки позвонил мне и в панике сообщил, что день назад Джерард пропал, что они искали его везде, где он мог бы быть, но не нашли. Я сразу понял, где он.

***

Сердце пропустило удар и я почувствовал сильную злость и разочарование. Я тщетно пытался вспомнить, где видел Саймона, но никак не мог понять, хотя никогда не жаловался на память, особенно на лица. Не жаловался до того, как Джи попал в больницу и я совсем потерял связь с окружающим меня миром. Сейчас я только и хотел, что оказаться рядом с Джерардом, поговорить с ним, видеть, что он в порядке. И я ненавидел себя за то, что не мог быть рядом. Какой друг так поступит? А друг ли я ему? Я уже не знал, кто мы друг другу. - Думаю, мне уже пора идти, - я спрыгнул с перил и неспеша обошёл Саймона, - Надеюсь, мы ещё встретимся, Фрэнк, - парень протянул мне руку; я кивнул и нехотя пожал её, пытаясь не показывать настоящих эмоций. Саймон наклонился к рюкзаку, и через несколько секунд передал мне небольшую бумажку с номером телефона.

***

По пути домой я раздраженно пинал листья, камни и всё остальное, что попадалось мне под ноги. Весь этот мусор разлетался во все стороны и один раз, очередной смятой банкой из-под какой-то дряни, я зарядил в бродячую кошку, и под осуждающим взгдядом пожилой мадам, поспешил извиниться перед испуганным пушистым комком, который шипел на меня из-под скамейки, а прохожие, число которых увеличилось, обходили меня за километр. Кого-то раздражало моё поведение, кто-то разглядывал меня, не понимая, какого черта я не могу держать себя в руках. Я и сам не понимал, что меня так взбесило. В любом случае это было их дело, каждого, кто жрёт это дерьмо, а не моё, и мне должно быть просто плевать на чужую жизнь. Но меня раздражало, что такие, как Саймон, считают, что в праве решать чью-то судьбу, чью-то смерть. Да какое право он имел так поступать? А эти ненормальные фанатики иллюзий были готовы следовать за ним куда угодно, как крысы за флейтой Гамельнского крысолова из сказки. Только это не сказка, а чертова жизнь. Я не понимал, как можно так просто отдавать самое дорогое, что у тебя есть. Будь то вещи, деньги, квартиры или даже жизнь в чужие руки, позволять себе такую медленную мучительную смерть, попутно доводя своих близких до крайностей, до истерик, до насилия, только лишь бы вылечить это ходяче недоразумение от зависимости. Боже, да что с этим миром не так?

***

Придя домой я просто валился с ног от усталости, хотя даже ничего не делал. На часах было ровно десять утра, мама ещё спала, даже и не думая просыпаться, собаки возились на полу у моих ног, кусая друг друга за лапы и пищали, когда кто-то из них кусал слишком сильно. Я раздраженно сморщил нос, когда мой бульдог укусил и меня за ногу, пытаясь вовлечь в их непонятную игру, и снова уставился в телефон с открытой галереей, рассматривая наши с Джи совместные фотографии. Вот мы валяемся на лужайке возле дома и смеёмся, вот он обнимает меня за шею, а сзади Майки показывает задницу, потому что ничего умнее он придумать не мог, вот Джи парадирует нашу учительницу физики, забавно вытаращив глаза, а тут мы на футбольном поле за школой. Я присмотрелся и увидел на фото парня, котрый подходил к нам сзади. У него были неестественно белые волосы и он был в широкой толстовке, несмотря на солнечную погоду. Я узнал его, чертов Саймон, чьё лицо я успел забыть. И как раз сегодня я вспомнил его, и понял, какой же я придурок, что не узнал, кто стоит передо мной, сразу. Я соскочил с кровати, напугав собак, и понесся к домашнему телефону, попутно врезаясь во все углы в доме. Три гудка и сонный Майкл Уэй снимает трубку телефона. - Алло? - Майки, поднимай задницу. Через час я жду тебя в парке.