Исповедь одиночества

Что хуже? Обмануть себя или обмануть других? Когда обманываешь других, твоя ложь может зайти слишком далеко. И уже пути назад не будет. А когда обманываешь себя, когда бежишь от настоящих мыслей и пытаешься переубедить свои чувства. Тогда уже можешь потерять свою личность. Уже ты не ты. Так что хуже? Этот вопрос явно не ко мне. Я обманываю и себя, и других. Но всегда хандра была для меня главной музой. Мысли, навеянные всей этой ситуацией, я стал переносить на бумагу. Нарисовал пару пауков. Как раз эти пауки плетут дикие паутины в моей голове, сильнее и сильнее запутывая все в моей жизни. За рисунками не заметил, как закончилась пара. - Вань, это ты нарисовал? – услышал я за своей спиной. Я обернулся и увидел одногруппницу. Странно даже то, что она знает, как меня зовут. Не знаю, как она оказалась за моей спиной. Я сижу за последней партой и сзади меня только стена. Что она там забыла? Целенаправленно решила подойти ко мне? Странно. - Да, а что? – я капец какой разговорчивый. Три слова мой предел. Одногруппники не мои друзья. Мне с ними детей не крестить. Так что большой нужды в общении не вижу. Почему три года со мной никто особо в контакт не вступал, а сегодня, когда я решил высказаться за права геев, все решили со мной побеседовать. Резко всем стало интересно, что у этого интроверта в голове. Я повернулся опять на свое место. Осмотрелся по аудитории. Свят на меня смотрел. Нет, ну, реально. Кто-то сегодня во мне точно дырку своими зенками прожжет. Я резко дернул головой и сильно прищурился. Как бы всем своим видом показывая, чтобы этот наглый тип на меня не косился. - Просто очень красиво. Ты бы мог стать тату-мастером. – говорит девочка. Ой, ангельский голосок. Кукольный вид совпадает с кукольным наполнением. Какой тату-мастер? Мои рисунки и рисунки детского сада одно и тоже. Ладно. Вру. Мой уровень это третий класс. - Ага. – отвечаю скорее даже столу, чем одногруппнице. - Слушай, Вань, а ты сможешь мне что-нибудь подобное нарисовать? – говорит она. Ой,ёмаё. Художника нашла. Ну, сильно плохо мне жилось, решил на паре свои пять копеек вставить. Теперь один куда-то зовет, вторая картины просит ей рисовать. Мистер популярность что ли? - Не думаю, что это хорошая идея.- говорю я и чувствую, как чей-то взгляд так и впивается в меня. Перевожу взгляд на Свята. Не глаза, а лазеры какие-то. Только свет из них идет голубой, а не огненно-красный. – Хотя погоди, да, давай нарисую. Что именно ты хочешь? Я отвечал девушке, но говорил это как будто в лицо парня. Что это со мной? Вдруг меня резко задел взгляд этого «красавчика». Я никогда не думал о нем, как о парне. Мне никогда не был интересен сладкий, даже приторный, мальчик. А сейчас по непонятным причинам я хочу, чтобы он видел, как я говорю с этой девушкой. Неужели одного известия о том, что он, возможно, гей, может так меня взволновать. Не думал, что я настолько впечатлительная натура. Да, нет. Он меня не впечатлил. Я просто идиот. Я просто всеми своими действиями говорю: «Эй, голубок, смотри! Я флиртую с девушкой. Не гей я.» А ему ли я пытаюсь это доказать? Его ли я обманываю? Я перевожу взгляд на одногруппницу. Я знаю о ней не особо много. Ее зовут Маша. Она очень умная, но не страдает синдромом отличницы. Никогда не против прогулять пару, но потом все сдает быстрее и лучше всех. Она бывает очень шумной, но бывает и молчит весь день. Она светленькая, голубоглазая.Миленькая (хотя это определение ее очень бесит). Лицо, правда, необычное. С первого глаза вообще не ясно: нравится она или вызывает отвращение. Смотришь на лицо с одного угла, она красотка. С другого, определенно не очень. Фигура а-ля инста-телка. Довольно большая грудь, узкая талия, округлая задница. В моей голове тут же возникает вопрос. Если я захочу удостовериться в том, точно ли мне не нравятся девушки, то захотел бы я проверить это с ней. Может быть, да. Может быть, нет. Я не знаю. Она наклоняется ко мне почти вплотную. Глубоко вздыхает. И медленно выдыхает мне на ухо. Мурашки. Не потому что мне это нравится, или меня это возбуждает. Просто щекотно. Я не любитель щекотки. - Я хочу не просто картину. Я хочу картину на себе. Давай встретимся вечером у меня. Я дам тебе холст для творчества. – шепчет с придыханием она. Серьезно? Три года ни слова. А тут холст для творчества? Мир, ты норм? Пока она шептала мне на это, я смотрел прямо в глаза своего одногруппника. Он хитро наблюдал. Может это прикол такой? Проверка на прочность или вшивость? Ребят, если это юмор такой, я не оценил. Я киваю в ответ на ее шептушки. Она выхватывает из моих рук черную гелиевую ручку и поверх рисунка пишет адрес и номер телефона. Почему нельзя было страницу перевернуть, а? Самоуверенная такая? - Увидимся в восемь. – говорит Маша и, виляя своей задницей в обтягивающей юбке, пошла к своему месту. Святослав в этом момент усмехнулся и повернулся ко мне спиной. Это точно пранк. Ладно, хоть нарисую розу на всю жопу. - Уже жду вечера! Обманщик.