Последняя

В лесах Америки снова лились сильные дожди, затапливая дикие реки и заставляя их покидать родные берега. На каких-то территориях даже громыхал гром и сверкали яркие молнии, на долю секунды озаряющие мрачное небо всепоглощающим светом. Именно в подобном месте возвышался двухэтажный дом, казавшийся одиноким и уже давно заброшенным. Рядом с ним был небольшой склад, позади – озеро с выходом в свирепый океан. На нём тоже безлюдно, будто всё живое вымерло, а сами призраки не хотят здесь оставаться. Однако это поместье было не таким уж и пустым, как казалось на первый взгляд. На нижнем этаже сидел мужчина в летах с тёмным цветом кожи. Нет, она была тёмной не от столь тусклого освещения, а от природы. Здесь этот человек жил достаточно давно. Возможно, он был бы и рад покинуть здешние леса, но не мог: прикован воспоминаниями и телесными увечьями. Мужчина писал какое-то письмо, низко склонив голову, поверх которой была надета шляпа с низко опущенными спереди полями. Вскоре он приподнял голову, будто стал во что-то вслушиваться. Повернувшись на стуле, мужчина посмотрел в сторону лестницы. Сощурившись, он с трудом поднялся, взял стоявшую рядом трость, опёрся на неё и неспешными, тихими шагами направился наверх. Незаметный, бесшумный мужчина прошёлся по короткому коридору, остановился возле одной из дверей. Она резко распахнулась. Хозяин дома застукал одинокого вора. Он был одет в чуть великоватое для него пальто, перчатки, сверху был натянут капюшон, а нижнюю часть лица скрывал тёмный платок. Но это не помешало мужчине распознать носителя этих одежд, на которых, если хорошо присмотреться, можно было увидеть знак братства. Хозяин знал, что грабитель не был врагом. Но был ли другом? — До чего ты докатилась, Абигейл… — произнёс Дэвенпорт, встав в проходе и сверля взглядом незваную гостью, позади которой виднелось распахнутое окно. — Воровать у старых знакомых… Разве твой отец одобрил бы такое поведение? — Мой отец мёртв. — коротко ответила девушка, закрывая выдвижные ящики письменного стола и чуть отходя от него. — Точно так же, как и мать с братом. — И ты всё хочешь найти виновных в этих смертях? — бывший наставник слегка ухмыльнулся, прошёлся чуть вперёд, внимательно наблюдая за движениями Абигейл. Несмотря на то, что они были знакомы и никаких распрей между собой не имели, Ахиллес всё-таки предпочитал быть осторожным. — Я уже нашла виновных. Мангауер, Уилз и Плэй. Они приказали убить мою семью, а потом заняли их место во главе британского братства. Я им этого не прощу. — Ты ставишь свои личные цели превыше всего остального. — заметил наставник, встав напротив Вейр и громко стукнув по полу тростью. — Превыше ценностей братства. — Свои? Ценностей? Братства? — с толикой гнева в глазах начала девушка. — Его больше нет, Ахиллес… Ассасины высших рангов цапаются друг с другом, лишь бы занять места получше, совершенно забывая обо всём остальном, а самое главное об истине, которой сами учат… Оно уже не то. — И, по-твоему, уход в орден — это наилучший выход? — пытался образумить её Дэвенпорт, хоть и понимал, что переубедить столь импульсивную особу будет не так-то просто. — Уйти к врагам, которые могли бы сделать тоже самое, что и эта троица? — Да. — без всяких сомнений бросила Абигейл, твёрдо смотря на Ахиллеса. — Я погибну, если не найду защиту в ближайшее время. Британское братство нарекло мой род предателями, точно так же думают и другие. Они убьют меня, как только я появлюсь в Париже, Лондоне или в любом другом месте, где обо мне известно. И они не будут выслушивать меня. Убьют без всякого суда, и поминай как звали. Именно поэтому мне нужна защита и помощь. — И ты думаешь, что найдешь их в рядах тамплиеров? Они нужны тебе только для того, чтобы отомстить тем, к кому одна ты не в силах пробраться. — голос ассасина стал громким. — А когда ты это сделаешь, что будет тогда? Ты ведь не останешься в ордене. Ты сама прекрасно понимаешь это, потому что их взгляды противоречат твоим убеждениям. — Я верю в справедливость и ищу её. — настаивала на своём девушка, перед этим тщательно обдумывая каждое слово. — Тамплиеры делают тоже, но другими способами. — И они подходят для тебя? — задал провокационный вопрос бывший ассасин. — Пока я не имею ничего против… В любом случае это лучше, чем сидеть в цепях или быть убитой. — отведя взгляд, уже не так раздражённо продолжила шотландка. Было видно, что ей тяжело об этом не только говорить, но и думать. — Думаешь, это лучше? Ты предала собственные принципы, опустившись до уровня своих же убийц. Не лучше ли было умереть так, как подобает настоящему воину? — Эта смерть не вернёт родителям доброе имя. Все меня считают предательницей. Что ж, прекрасно. — разведя руки в стороны, она вновь повысила голос. — Пусть так и будет. Но умирать я не собираюсь, пока не прольётся кровь настоящих предателей и убийц. — Что ж… — с тяжестью произнёс ассасин, опершись двумя ладонями о свою трость. — Твой выбор, Абигейл. Я больше не в силах тебя разубеждать. Но всё же… — Ахиллес посмотрел в изумрудные глаза девушки, чей огненный блеск не в силах забыть даже он, — исполни одну мою просьбу. — Какую? — Абигейл вышла из-за стола, скрестила руки, уставившись на бывшего наставника холодным взглядом. Наверняка чему-нибудь захочет научить в очередной раз. — Не воруй у меня. Если тебе что-то нужно, просто приходи и попроси это. — неожиданно для Вейр произнёс ассасин. — Оскар видел в тебе не только большой потенциал. Но и хорошего человека, который выжил, несмотря на все приключившиеся беды. Я не знаю, что будет с тобой после всех этих приключений с тамплиерами, но я уверен, что человеком ты останешься. Похоже, старик и правда печётся о её судьбе, хоть и знает о юной особе чуть больше вечно всем недовольного Чарльза. Но Дэвенпорт был хорошим приятелем того, кто научил Абигейл выживать на вонючих и обезображенных людскими грехами улицах. И он доверял своему другу, которого уже давно не видел. Его звали Оскар Дин, но он был более известен под прозвищем «Койот». Был кем-то вроде умелого корсара… Но в один прекрасный день его со всей командой арестовали. Что с ними сейчас, где они, всё ли в порядке — этого никто не знал. — Я постараюсь… — проронила Абигейл, слегка смягчившись и уже по-доброму глядя на Ахиллеса. — Можно я заберу их? — спросила она, вытаскивая из-за пазухи два скрытых клинка. Всё-таки успела своровать, да и притом хорошо спрятать. — Позволь спросить. Что случилось со старыми? — уточнил наставник, внимательно рассматривая её запястья, где должны были быть скрытые клинки. Девушка опустила запасные на стол, затем вытянула руки вперёд. Короткий щелчок, после чего из рукавов выскочило два холодных лезвия. Одно из них было сломано, другое вот-вот могло отвалиться. — Им лет столько же, сколько и мне, если не больше. Они изрядно износились. — пояснила Абигейл, убирая острый металл назад. — Для заданий мне нужны новые. — Можешь забирать. — согласился ассасин, а после подошёл к столу и постучал о поверхность костяшкой указательного пальца. — А эти оставь мне. Я их заменю. Если что случится, можешь прийти и поменять. — Спасибо… Я очень благодарна… — на лице заиграла счастливая и умиротворённая улыбка, но она скрывалась под чёрной тканью, не позволяя никому насладиться её солнечным блеском. — Не стоит. — перебил Ахиллес, сделав соответствующий жест рукой. — Давай их сюда, я всё сделаю.

***

Бостон в эти часы медленно перерождался. Улицы начинали пустовать, а отдельные заведения, наоборот, жирели, не в силах уместить в себя всей гуляющей толпы. Столько народу здесь бывало довольно-таки часто, что уж говорить про выходные или же праздничные дни. Гулянки, попойки, плотские утехи… Что ещё нужно обычному горожанину, не обременённому нормами морали и нравственностью? Разве что побольше сэкономить. Впрочем, не всем и не везде это удаётся. Зелёный дракон — это излюбленное местечко жителей города. И еда вкусная, и выпивка, и женщин на ночь можно найти. Когда-то Хэйтем со своим людьми обсуждал здесь планы о поисках святынь, но сейчас здесь снимали комнаты совсем другие люди. Мисс Вейр была одной из них, но брала она самое дешёвое помещение. За столами внизу сидело несколько молодых людей, запивающих свои заботы крепким алкоголем. Девушка даже на них не посмотрела. Она слишком устала, чтобы обращать внимание на грязных пьяниц. Единственное, что ей хотелось — тёплое одеяло, и поэтому Абигейл быстро поднималась вверх по лестнице уже без надетого капюшона и без повязки, притом вывернув своё пальто наизнанку. Оно было сшито таким образом, что его можно было носить с обеих сторон, но одна из них не была отмечена какими бы то ни было знаками — прекрасный способ скрыться от погони. Абигейл зашла в комнату, заперла за собой дверь и облегчённо выдохнула, но через секунду тут же напряглась: такое чувство, будто сзади кто-то стоит. Сделав от стены шаг назад, девушка резко достала кремневый пистолет с пояса и направила в сторону окна. — Ты всегда так радушно принимаешь гостей? — спросил до жути знакомый голос, на который было направлено оружие. — Только незваных… — проронила Абигейл, через несколько секунд отнимая от него пистолет и кладя на прикроватный столик. — Чего тебе, Хэйтем? У магистра была дурацкая привычка появляться в самый неожиданный момент, да и притом очень тихо. Видимо, пережиток далекого прошлого. Девушка двигалась также бесшумно, если хотела, но она хотя бы никого не сбивала с толку своим внезапным появлением. Во всяком случае, шотландка так думала. Сейчас он стоял возле раскрытого окна, по привычке убирая благородной формы руки за спину. Кенуэй глядел на неё спокойно и непринуждённо, будто пришёл совсем не к ней, а просто проходил мимо. Обычное поведение, которое иногда бесило юную особу. — Хотел лишь узнать, как продвигаются твои дела. А ещё… — сделал он небольшую паузу, подступив к всё ещё ютившейся у двери девушке. — Где ты так долго была? — Это имеет какое-то значение? — спросила она, подходя к кровати и снимая с себя перчатки, после чего само пальто, никаким образом не стесняясь присутствия мужчины в своей комнате. — Я должен знать, где ты пропадаешь. — произнёс он, стоя за её спиной и внимательно рассматривая тонкую фигуру Абигейл, скрытую под тканью светло-жёлтой блузы и нескольких слоёв одежды. — Должен? Или просто хочешь? — смекнула она и даже не посмотрела на магистра, расстёгивая бесчисленные ремни и защиту, что со звоном падала на пол. — Хорошо… — нотка раздражения прозвучала в голосе, которую мог распознать лишь хорошо знакомый с ним человек. — Я хочу это знать. — Тогда обойдёшься. — резво отозвалась шотландка, сняв с себя кожаный жилет и собираясь убрать очередной ремень, пересекающий плечо. — А ну… — Хэйтем резко схватил её за руку, дернул к себе и вывернул кисти. — Знакомая работа. — он внимательно рассматривал запястья, на которых были закреплены клинки девушки. — Ахиллес, значит… — Как всегда, наблюдательность тебя не подводит. Да, была у Ахиллеса. Руку пусти, мне больно. — безучастно ответила Абигейл. Она равнодушно смотрела на тамплиера, показывая всем своим видом, что не видит в совершённом поступке ничего плохого. — Мне не нравится твой тон. — с недовольством для себя подметил магистр, отпуская тонкую руку девушки, которая тут же отошла от Хэйтема ближе к тумбочке. Грандмастеру это сильно не понравилось. — Только не говори, что он во всём тебя разубедил! — выпалил он, сильно стиснув тонкие пальцы и выказав белые зубы. — Пытался. — призналась Абигейл после некоторого молчания (что очень напрягало магистра), снимая клинки и кладя их всё на тот же прикроватный столик. — В чём-то он прав. — её взгляд поднялся вверх и устремился в сторону окна. Вейр вспоминала сегодняшний разговор с наставником ассасинов, прокручивала его реплики, истину, которую он пытался донести до неё, и в очередной раз обдумывала всё сказанное. После этого она лишь сильнее уверовала в собственную правоту. — Но я останусь при своём. — Что ж, приятно слышать, что его слова не дали тебе засомневаться в своих стремлениях. — голос показался ей более спокойным и мягким, почему-то стал доноситься чуть ближе, чем раньше. Позади чувствовалось горячее дыхание тамплиера. — Меня это радует. — Оставь это, Хэйтем. — устало проронила она, отталкивая его рукой. — Я слишком устала, чтобы думать обо всём этом. — кровать легонько скрипнула под тяжестью женского тела. — И я хочу спать. Слишком многое свалилось за последние дни на мою голову. — Это только начало, Абигейл. Но когда ты докажешь верность ордену, то твои беды с лёгкостью исчезнут. — Хэйтем встал прямо перед ней, оглядывая сверху вниз. — Я не была бы так уверена. — грустная улыбка, промелькнувшая на лице Абигейл, не ускользнула от острого взора магистра. — Мне уже никогда не будет легко. — Не думаю. Будешь следовать моим указаниям — всё образуется. В противном случае… — Хэйтем убрал одну руку из-за спины и протянул к девушке, взяв её за подбородок и подняв рыжую голову. — Неприятности будут. Я лично их устрою, чтобы образумить тебя. — Я порой забываю о твоей жестокости… — тихо произнесла она, всматриваясь в его серые глаза. Они внимательно блуждали по сидящему на кровати существу, что сейчас было потеряно в огромном мире вопросов и неясностей. В данный момент шотландка была очень слаба. И, понимая это, она прекрасно чувствовала ауру хищности, исходящую от тамплиера и заставляющую задрожать. Она нервно сглотнула застрявший посреди горла комок, что бывало с ней не так часто. — Это пугает. — Я не причиню тебе зла, Абигейл. — он слегка наклонился к ней, продолжая отвечать своим властным тоном. — Пока ты будешь рядом со мной. Хэйтем подался вперёд, слегка прикрыв глаза. Он хотел прикоснуться к её губам, почувствовать их шершавость и неровности, утонуть пусть и в коротком, но всё же неземном блаженстве, которое он испытывал каждый раз, когда находился рядом с «рыжей бестией», как её успели окрестить в рядах тамплиеров. Кенуэй вот-вот мог бы коснуться желанной плоти, но в самый последний момент Вейр отвернула голову, не дав желаниям магистра исполниться. Тот хмыкнул, медленно отстранился от девушки и выпрямил спину. — Я устала. — повторила она, осторожно подняв тусклый взор на мужчину. — В следующий раз. — Что ж… Понимаю… — коротко кивнул магистр, снова убрав руки под синий плащ. — Тебе и вправду нужно отдохнуть. Желаю доброй ночи. — Спасибо. Тебе тоже. Через несколько секунд Хэйтема уже не было в комнате, а единственным напоминанием о нём осталось лишь открытое настежь окно. Абигейл закрыла его тёмными занавесками так, чтобы даже лучи луны не проникали в комнату и чтобы никто не потревожил её долгожданный сон. Она легла на двуспальною кровать, предварительно сняв обувь и накрывшись одеялом. Наконец-то шотландка ощутила тепло и мирской уют… Впервые за весь этот долгий день, подаривший только слякотную и дождливую погоду. И всё же, какое это прекрасное чувство, когда спустя не такой уж и маленький промежуток времени можно отдохнуть, закрыть глаза и спокойно думать о своём, не боясь внезапно вваливающихся через все входы и выходы врагов. Под такое безмятежное состояние Вейр быстро задремала, довольствуясь на удивление тихим вечером.