Непреложный закон

В горле першило невыносимо. Фрэнк потянулся губами к трубочке, сделал короткий глоток. Теплая вода из нательной фляги не освежала, к тому же, ее нужно было экономить: до утра возможности пополнить запасы может и не случиться, а это еще три с лишним часа. Тело начало затекать, пришлось снова напрягать и расслаблять мышцы, поочередно, аккуратно и не меняя положения. Засаду он устроил идеальную, оставалось дождаться добычу — тех, кого обычные люди называют монстрами. Вряд ли они сами согласились бы считать себя жертвами в еженощной кровавой игре. По правилам, древним, как сам этот мир, охотниками называли их: Детей Тени, живых мертвецов, пожирающих плоть и кровь ради продления собственного бессмысленного существования. Впрочем, Фрэнку было плевать, кем они там себя считали. Он всегда плохо соблюдал чужие правила, предпочитая навязывать свои. Он прильнул к оптическому прицелу, снова проверил периметр. Чутье не подвело: три быстрых тени промелькнули одна за другой на соседней крыше. Фрэнк выдохнул: «Одна пуля — одна кучка», — и выпустил три пули. Две из них отозвались короткими хлопками — по ветру рассеялся прах, третья оторвала «тени» руку. Существо взвыло, метнулось прочь, и Фрэнк, тихо выматерившись, набросил на винтовку маскировочную сеть и кинулся следом. Его чутье работало идеально — именно благодаря ему Фрэнк и стал специализироваться на упырях, после того как с Рукой и крупными мафиози в этом городе было покончено. Сейчас оно вело его вниз, в канализацию, которую Фрэнк за прошедший год успел выучить как родную, туда, где эти твари чувствовали себя вольготно и спокойно и куда обычно сваливали зализывать раны. Люк легко отъехал в сторону, Фрэнк спрыгнул вниз. Вдалеке послышался утробный вой, и Фрэнк бросился туда, перехватывая из-за спины обрез, готовый к близкой схватке. Он вылетел из-за поворота и замер, не веря своим глазам. Вампир был, несомненно, тот же. Возможно, тот же. Видимо, тот же, если судить по оторванной разрывной пулей конечности. Опознать его по остальным частям тела не представлялось возможным. Только что резво удиравшая тварь лежала на грязном полу кучей мяса, лишь отдаленно напоминающей человеческое обличье. На месте клыков, в распахнутом в агонии рту, зияли две кровавые дыры, все тело было изодрано и изломано, сквозь рваные раны вытекала кровь, медленно, удерживаемая силой воли ее хозяина. Глаза вампира, распахнутые от боли и ужаса, уставились на Фрэнка, и он считал в них несвойственное своей дичи облегчение. Ботинок впечатался во что-то мягкое с противным хлюпающим звуком. Фрэнк приподнял ногу, брезгливо пригляделся — внутренности. На фронте он насмотрелся на подобные картины вдоволь, но тошнота все равно подкатила к горлу. С такими ранами даже сраный упырь не выживет, это Фрэнк знал по опыту. Он вскинул обрез, целясь уроду в то, что осталось от головы, поставил ногу на развороченную грудь. Отстраненно отметив про себя, что когда-то упыря даже можно было назвать красивым: длинные темные кудри, заостренные скулы и огромные глаза, — Фрэнк поинтересовался: — И кто это тебя так приложил, сволочь? Голос его звучал хрипло из-за маски, под тяжелой подошвой тихо хрустели ребра. Фрэнк никогда не миндальничал с нежитью, и совесть его при этом не мучила. Из открытого рта твари вырвался глухой свист, вампир дернулся, попытался что-то сказать, но из-за дыры в шее вышел нечленораздельный хрип. Глаза его уставились в дуло автомата с вожделением, свойственным только смертельно раненым. Видимо, осознав, что ответ приблизит его к заветной цели, он попытался снова: — Д… д… хх… д… дья… вв… л... — Изо рта вампира потекла кровь. — Чч… хх… чуд… вв… щще... — То есть твой сородич. — Фрэнк коротко сплюнул и выстрелил. Одна пуля — одна кучка. Черный прах осел на грязный пол, Фрэнк брезгливо пнул его в сторону желоба с помоями. Сравнение неизвестного монстра с дьяволом неприятно кольнуло. В Адской кухне был только один Дьявол. И упырями он не занимался, предоставив этот фронт Фрэнку. При мысли о Мэтте на сердце заскребла привычная смесь тепла и беспокойства. Они виделись редко: незачем было слишком часто тащить свою грязь к дверям Красного, Фрэнк всегда тревожился за его безопасность. Это чувство, плата за то, что позволил себе привязаться к кому-то, пусть способному за себя постоять, но при этом ищущему опасности, было с ним всегда, странным образом придавая жизни хоть какой-то смысл. Если ему удастся пережить встречу с тем, что ждало его в глубинах канализации, решил Фрэнк, передвигаясь вперед по затхлому пространству, нужно будет наведаться, удостовериться собственными глазами, руками и всем остальным, что Мэтт если не цел, то жив. И дать ему по морде, как всегда, если жив он с трудом, а цел чуть менее, чем наполовину. Жажда Красного наставлять на путь истинный посредством калечащей, но не убивающей рукопашки раздражала неимоверно. Фрэнк и сам любил меситься руками, но настоящих врагов предпочитал выпиливать с расстояния, надежными разрывными пулями. Потому что осознавал свою смертность, не то что Красный, не считавший нужным себя жалеть. «Мир, — подумал Фрэнк, перепрыгивая очередной желоб с нечистотами, — не вертится вокруг тебя, Красный, и когда-нибудь ты сломаешь зубы о противника, от которого не отбиться в рукопашной схватке. И что самое хуевое, я могу и не успеть на вечеринку с огневой поддержкой. Тебе-то, мертвому, будет все равно, а мне…» Он поморщился, обрывая мысли об этом, не давая страху сжать сердце ледяными когтями. Фрэнк Касл ничего в своей жизни не боялся так, как снова стать одиноким. И лучше бы ему было влюбиться в какую-нибудь тихую девушку, блондинку-одуванчик, но, как показала практика, это тоже не панацея. Смерть безжалостно забирает тех, кто жаждет жить, и обходит стороной ищущих с ней встречи. Ищущий в данный момент встречи с непонятным новым монстром Касл резко остановился, прислушиваясь. Из-за угла послышался хлюпающий, рваный скулеж. Он выглянул, осторожно, коротким взглядом окидывая пространство. Вампиров — того, что от них осталось, — в этот раз было больше. Шестеро, судя по копошащимся грудам искалеченной плоти. У каждого вырваны зубы и сломаны хребты. Они валялись внутри большого коллектора, на сухой бетонной площадке под канализационным люком. Тот был приоткрыт, из него вниз падал тусклый луч желтого уличного света. Фрэнк внимательно осмотрел все темные закоулки, но следов невнятной твари не обнаружил и вышел в коллектор, держа обрез наготове. Один из упырей, пострадавший чуть меньше остальных, пытался восстановить силы нехитрым способом: присосавшись к открытой, истекающей кровью дыре на горле «товарища». Это помогало на глазах, его собственные раны затягивались; и если бы не Фрэнк, этому примеру для всех борющихся за выживание тварей удалось бы уйти. Но Касл подошел, уперся ногой ему в спину, резко дернул за плечи вверх, с отчетливым хрустом ломая позвоночник. — Не так быстро, сученыш, — выдохнул он, крепко удерживая тварь. — Кто это был? Подробно. — Пшл нхрррн, — раздавшийся в ответ рык был мокрым и хриплым, сквозь капающую из дыр, в которых раньше были клыки, кровь. Вампир дернулся, нечеловечески сильно, но позвоночник не оставлял места для маневра. Он мог только тщетно пытаться достать Фрэнка ногами, скользя по омерзительно шевелящимся телам своих менее удачливых собратьев. Пришлось отталкивать его в сторону, поддав пинком в лицо, чтобы лишнего не рыпался. С остальными пятью Фрэнк покончил быстро. Пустые гильзы падали к его ногам, острый запах пороха проник даже сквозь маску, приободряя. Фрэнк повернулся к «счастливчику», приставил пушку к его лбу. — Это может быть быстро, — пообещал он, легко раздавив ему запястье протектором. — А может быть медленно, как и было задумано. Вампир бессильно оскалился, сплюнул кровью. На его лице отразилась внутренняя борьба, осознание и принятие грядущей смерти. — Надеюсь одна из вас, сук, другую прикончит, — выдохнул он хрипло, прежде чем продолжить. — Один из наших, в блядском маскарадном костюме. Не дышит, быстрый, сильный, как пиздец, и ебанутый. Давай уже, не затягивай! — оскалился вампир с неожиданным отчаянием в голосе, за которым скрывался страх. — В каком еще маскарадном костюме? — в душе Фрэнка всколыхнулось неприятное предчувствие. Если расплодившиеся в последнее время упыри добрались до одного из героев, защищавших Землю, то это... это пиздец. — Твоей бабушки! — выплюнул потерявший все желание сотрудничать вампир и дернулся, пытаясь ускользнуть. Фрэнк рыкнул и выстрелил, брезгливо убрал ногу от липкого жирного пепла. Черт. Желание поговорить с Мэттом только укрепилось. Прямо сейчас, несмотря на усталость и грязь. Красный знал людей, способных проверить супергероев, хотя бы тех, кто подписал Договор. Сраные вампиры, чтоб они все провалились к чертовой матери. Он выбрался из канализации, угрюмо рассматривая предутренний, сонный город вокруг. Как раз к рассвету и доберется.