По эту сторону стекла

       Мой вопрос повис в тишине квартиры, Ян молчал, он даже ослабил свои объятья, мутным взглядом уперевшись в стену. Я отодвинулся от него, чтобы увидеть застывшее в шоке лицо. «Господи, какой же я уебан, — пронеслось сразу в моей голове. — Я снова всё испортил».        Тяжело вздохнув, я встал с дивана, взял кружки со стола. Ян всё ещё не двигался.        — Чёрт, я поторопился, прости, можешь не отвечать. На тебя и так слишком многое свалилось в последнее время, — сбивчиво пробормотал я себе под нос и поспешил скрыться на кухне от этого позора.        Уже на кухне, включив кран и активно работая губкой, я пытался привести себя в чувства, чтобы не сотворить ещё какую-то ненужную херню. Через пару минут сквозь шум воды я расслышал шаги, что застыли на входе на кухню.        «Прошу, только ничего не говори, этот разговор меня просто убьёт», — молился я про себя и старался сделать непринуждённый вид, вымывая салатницу.        Тихий шаг за спиной. Ещё один. Ещё парочка. И вот, его руки скользят по моим бокам, переплетаясь на торсе. К спине прижалась тёплая грудь, а на шею опустился поцелуй.        «Что ж, кажется, он не собирается сбегать от меня, это уже хорошо», — выдохнул я про себя.        — Кир, повтори свой вопрос, пожалуйста, — слышу я просьбу рядом со своим ухом и моё сердце начинает бешено биться снова то ли от интимности момента, то ли от этого шёпота, то ли от слов, что я услышал.        «Так, надо собраться, — привёл я себя в чувства мысленно, всё ещё помогая контролировать себя дополнительно мытьём посуды. — Он наверняка просто хочет объяснить в спокойной обстановке, почему не может этого сделать. Нафига ему вообще съезжать из своих хором ко мне сюда? Я, конечно, не видел жильё его бабули, но, учитывая родительскую квартиру, думаю, у бабушки его не хуже всё».        — Если тебе нужно повторить, значит я задал его зря и не вовремя, — пробурчал я наконец-то свой ответ, рассматривая бок кастрюльки на предмет не отмывшейся грязи.        — Ну уж нет, я слышал, но боюсь, что додумал сам, что хотелось, — не согласился со мной Кот, затем, мягкими движениями вынимая из моих рук последний шанс на стабильность в виде кастрюли, ополоснул пену с моих рук, выключил кран и развернул к себе передом.        Я не знал куда деться от распирающих чувств. Ян такой милый, такой домашний, вытирал мои руки полотенцем, а я боялся поднять глаза, чтобы не увидеть эмоции на его лице, когда ответит отказом на такое предложения.        — Ты хотел бы, чтобы в нашей жизни было больше таких моментов? — спросил он, попадая в самую суть моих желаний, что я собрался с духом и поднял-таки свои глаза, встречаясь с его сапфировыми. В них совсем не было какой-то печали или боли…       — Я бы хотел, чтобы ты был рядом как можно чаще, — доверительно прошептал я, стараясь переформулировать своё предложение с переездом в немного другое.        Как бы говоря, что если не хочешь со мной жить, то хотя бы давай видеться чаще, впереди каникулы, и я очень боюсь, что без постоянных встреч в институте мы совсем перестанем видеться. Ян же после моих слов стал стремительно сокращать расстояние между нашими лицами, но как бы сильно я не хотел в тот момент прижаться к нему и поцеловать, стоило закончить этот сложный разговор. Я накрыл его губы рукой, останавливая и немного отодвигая:        — Эй, нет, сначала ответь!        Подушечки моих пальцев получили в ответ лишь поцелуй, намекая на то что чтобы что-то сказать, нужно убрать преграду. Я улыбнулся на такой нежный жест, опуская руку.        — Отвечу, только спроси ещё раз, — тут же произнёс он вполголоса.        — Давай жить вместе? — спросил я очень неловко, как будто ожидая удара, но получил в ответ крепкие объятья и даже ощутил, как неожиданно пол ушёл из-под ног. Не дожидаясь моего возмущения, губы были накрыты губами в страстном поцелуе, а я сам оказался неожиданно сидящим на тумбочке и прижимающим к себе ближе голову Яна. Я просто потерялся на время в этом поцелуе, но совсем скоро забрал бразды правления, переводя его в более жёсткий. Дыхание сбилось, стало тяжело дышать, и чтобы мысли перестали путаться, я сильнее схватил парня за волосы, оттягивая его от себя.        — Обманщик! — грозно прошептал я упрёк и увидел в лице напротив лишь счастье и улыбку на миллион ватт.        — Нет, я просто очень счастлив, что мне не нужно к лору, — ответил он и наклонился ко мне обратно, лбом касаясь лба.        — Никогда бы не подумал, что новость про хороший слух так тебя обрадует, — рассматривая его глаза и восстанавливая дыхание, не смог сдержать я улыбки.        — Глупый, я рад твоему предложению и очень хочу уже скорее перевезти к тебе свои вещи, — горячо прошептал он мне, прикрывая глаза и соприкасаясь носами в эскимосском поцелуе.        «Так значит вот как? Он меня просто так заставил переживать столько времени? — осознание произошедшего снова выбило на миг весь дух из груди и наполнило до краёв любовью и страстью. — Что ж, надо кого-то очень сильно проучить».        — Ой, я не слышу, что ты там бормочешь? — показушно, отвернул я голову, от Яна, слабо толкая от себя, парень же в ответ немного грубо повернул её назад, фиксируя мой взгляд на себе.        — Лучше не порть этот момент, милый, — горячо прошептал он прямо в губы. И я не мог себя сдерживать. Резко стало неудобно сидеть на этой чёртовой тумбочке и контролировать ситуацию, а этого хотелось сильно. Так что, отпуская все предохранители, я спустился на пол, сжимая Яна за рёбра, толкнул его к стене, резко припечатывая к ней.        — Ты что, домашний тиран? — абсолютно потерянно прошептал Ян, рассматривая моё лицо и стараясь понять, всё ли со мной хорошо.        — Я могу для тебя быть каким угодно, — горячо прошептал я ему в губы, не придавая значения тому, что парень видимо испугался. Я прижался сильнее своим телом к нему, потираясь, губы встретили другие губы, но ответных действий не последовало. Я остановился, рассматривая его всё ещё потерянное лицо: — Я тебя напугал? — спросил я тогда, обычным своим тембром. Ян шумно сглотнул, его сердце билось очень быстро и шумно в мою грудную клетку, он отрицательно покачал головой, и я почувствовал ещё один пульс рядом со своим бедром. Осознание ситуации заставило меня коварно улыбнуться: — Да тебе это нра-а-авится, — пояснил я, что раскрыл его истинные чувства, потираясь о его пах и закусывая свою нижнюю губу, кажется, сводя этим с ума Яна.        — Так что? Ты хочешь жить со мной или заставить тебя умолять об этом? — наклоняясь к шее, томно поинтересовался я, уже думая поставить очень яркий засос.        — Я безумно хочу жить с тобой, Кир, — ответил с придыханием голос над моей макушкой, я оторвался от шеи парня, поднимая свои глаза.        Сердце, казалось, покидает грудную клетку, он согласился. Он, чёрт побери, хочет жить со мной! Я понял, что ещё немного и проиграю эту «битву», что сам и начал, поэтому мастерски с неё слился:        — Всё равно недостаточно громко, но ладно, у меня будет ещё достаточно времени, чтобы заставить тебя кричать, — постарался я проговорить это как можно соблазнительней, куснул Кота за нижню губу и оттянул её, отпуская. Ян был поражён, я ухмыльнулся такому его виду и вышел из комнаты, уже размышляя о том, что может понадобиться для переезда Яна сюда.        — Эй, а продолжение? — только спустя минуту, а может две, раздалось из кухни, где я оставил парня.        — Мы едем за вещами, — копаясь в шкафу, громко ответил я. — Но потом ты познаешь все прелести и ужасы совместной жизни…        Уже подходя к нужной квартире, спустя время, меня немного одолела паника. А не поспешили ли мы? Что сказать и вообще стоит ли говорить? Тут такое дело, мы переспали с вашим внуком, моя сестра хочет замуж за вашего другого внука и вроде как даже к нему съехала, так что мне очень одиноко, и я очень хочу жить с Яном… Мда, Кир, ты такой дурак…        Мы застопорились у входной двери, и я только в этот момент заметил, что Кот переживает ещё больше меня. Тогда я решительно взял его за руку, а второй нажал на звонок. Тупо конечно, Ян тут всё-таки живёт, зачем ему звонить? Но так по крайней мере мы поймём дома ли его бабушка, и она сразу увидит, что Кот пришёл не один.        Совсем скоро за дверью послышались звуки и голос с небольшой хрипотцой, что-то спрашивающий.        — Да, бабуль, это я… Мы, — довольно громко ответил Ян, наклоняясь ближе к двери и сжимая мою руку сильнее на последнем слове.        Дверь открылась, и моим глазам явилась непривычно низкого роста, но очень милой наружности пожилая женщина. Не повернулся бы язык назвать её старушкой, хотя многочисленные морщинки на лице намекали на то, что лет прожито уже не мало. Но даже они как-то украшали её. Они, убранные в незатейливую причёску волосы, даже домашний халат — всё это в ней было таким милым и тёплым. И особенно неподдельные эмоции, что были не только на лице, кажется, они транслировались всем телом. Когда она увидела меня рядом с Яном, то сразу запереживала, начала что-то быстро говорить о том, что не ждала гостей или что-то в таком духе, но моментально завела нас внутрь квартиры.        — У тебя всегда всё готово для приёма гостей, — с улыбкой ответил ей Кот, наклоняясь и целуя в знак приветствия. — Вот, познакомьтесь, бабуля, это Кирилл, — непривычно произнесённое этим голосом моё полное имя заставило немного дёрнуться. Он перевёл свой взгляд на меня, видимо, чтобы удостовериться, что я в порядке после такого непривычного знакомства. — Кирилл, это моя бабушка — Людмила Николаевна, — проговорил он сразу же, уводя своё внимание назад к женщине.        Я волновался очень, стал повторять мысленно её имя и отчество, как только услышал их, много-много раз, чтобы не дай Бог не забыть, а когда понял, что Ян закончил представление нас друг другу, то, скорее всего, слишком быстро протянул свою руку вперед и сказал:        — Очень приятно, — боясь показаться ей невоспитанным или ещё хрен знает каким.        Чёрт побери, я никогда в жизни не знакомился с кем-то… С кем-то вроде родителей человека, с которым строю отношения. Да я и отношения не строил ни с кем так-то, так что логично. Но этот момент я не забуду никогда. И то, как я осознал, что Людмила Николаевна сказала те же слова в унисон со мной и так же быстро поспешила подать руку в знаке приветствия. Я тогда понял, что она тоже очень переживает, но этот момент был таким милым и забавным, что мы остановились на миг, хихикнув и улыбнувшись друг другу, а затем довольно крепко пожали все четыре руки. Я осознал, что этот человек действительно очень любит Яна, и ей очень интересно всё то, чем он с ней делится.        — Очень рада знакомству, Кирилл, — взяла этот разговор в свои руки женщина с улыбкой. — Как понимаю, это ты тот самый рыжеволосый красавчик, что похитил сердце нашего Янчика? — очень мягко и как-то по-семейному что ли поинтересовалась она, рассматривая меня своими невероятными, как и у Яна глазами, но зелёно-карими как будто выгоревшими на солнце.        Этот вопрос наверняка заметно ввел меня в краску, что я даже потерялся, что ответить. Я почему-то думал, что она будет говорить со мной, как с обычным парнем, как с другом своего внука или вроде того, и никак не ожидал такие комплименты и… Лесть? Заигрывание? Дружеская усмешка? В общем, я не рассчитывал услышать то, что услышал.        — Простите, да, мы вс… — стал я мямлить что-то наверняка неразборчивое и остановился на полуслове, испугавшись, что я чего-то не должен говорить ей, что касается наших с Яном чувств. Я посмотрел на миг на своего парня, он весь светился от счастья из-за этой встречи и нашего знакомства в целом, а когда понял, что я жду его разрешения на следующие слова, просто кивнул.        — Мы встречаемся с Вашим внуком, — тут же вернул я всё своё внимание Людмиле Николаевне, заканчивая предложение.        — Я очень рада, — словно услышала самую обыкновенную речь, сказала в ответ она и протянула руку к моему лицу, побуждая чуть наклониться. — Ты очаровательный, — очень искренне сказала она, смотря прямо в мои глаза и поглаживая мою щёку тёплой и немного сухой рукой, затем почти сразу отстранилась.        От всей этой доброты и переполняющих меня чувств, я боялся, что расплачусь как маленький ребёнок. Ведь так же не бывает? Не бывает на столько чистых и тёплых людей! Я таких в своей жизни никогда не встречал. Разве что самого Яна, но это, конечно, не то же самое. Я, кажется, впервые ощутил, что такое «бабушка»… Что это совсем не то же самое, что я наблюдал в автобусах в час пик или больницах с магазинами.        — Голодные наверное, давайте накормлю вас? — расслышал я сквозь шум в ушах ещё одну типичную бабушкину фразу.        — Попозже, ба, хорошо? Я хотел тебе кое-что сказать, — отклонил её предложение Кот, что я даже хотел спросить: «Какого чёрта ты творишь? О тебе так переживает человек, хочет накормить, от всей души, а ты отвергаешь?»        — Ну говори, что стряслось? Лариска опять что-то учудила? — ни разу не обиделась Людмила Николаевна, участливо ожидая, что хочет сказать ей внук.        — Не, бабуль, — Ян переплел наши пальцы, осматриваясь на меня, я сжал его руку чуть крепче, придавая уверенности, хотя сам начинал её терять и думать, что мы совершаем ошибку. — Мы бы хотели попробовать жить вместе, — смотря прямо в мои глаза, сказал он не колебаясь, со стороны его бабушки раздался грустный вздох.        — Янчик, ты же знаешь, что я не в праве тебе указывать, как жить и где, — ответила она. — Жалко, конечно, что я не успела пообщаться с твоим очаровашкой, и что ты хочешь съехать от меня… — снова смутила меня за секунду. — Видимо всё-таки придётся заводить домашнюю животинку, но вы молодые, когда-то нужно начинать строить взрослые отношения… — кажется, она совсем расстроилась и замолчала. Мне стало даже стыдно, что я так бессовестно и эгоистично забираю у неё родного человека, и хотелось как-то её приободрить, но Ян среагировал быстрее. Он мягко отпустил мою руку, приближаясь к ней, пока не обнял, закрывая всем телом.        — Ну, бабуль, пожалуйста, не грусти, ты же знаешь, что ты у меня самая лучшая? Мы к тебе будем обязательно забегать в гости, — пообещал он, и я уже себе мысленно поставил обязательное условие раз в неделю или две приезжать сюда с Яном.        Она что-то пробормотала ему, сказав собирать вещи, пока будет готовить нам ужин, и мы поспешили оставить её наедине с собой. Я не был уверен, что это правильно, но мне не оставалось ничего другого, только следовать за Котом.        Совсем скоро мы складывали в основном одежду Яна в сумки, разговаривая о детстве, в основном, конечно, его. Я увидел пару фотографий, где он был совсем малышом, рядом с таким же ребёнком Артёмом, в котором сложно было узнать того накаченного парня, что знал я. Постепенно моё переживание о правильности действий рассеялось, и мы даже шутили о каких-то семейных распределениях обязанностей при совместном проживании. И тут приглушённо хлопнула входная дверь. Ян хмуро и обеспокоенно обернулся в направлении выхода из комнаты.        — Подождешь немного? Я проверю, всё ли в порядке, кажется дверь хлопнула, может ба в магазин пошла? — обернулся он ко мне, передавая стопку конспектов, которую тоже надо было уложить.        — Конечно, я пока сложу последнюю часть, принеси пакет какой-нибудь ещё, — с готовностью ответил я, аккуратно вместил переданное мне в рюкзак и стал осматриваться по сторонам, прикидывая что куда ещё можно положить.        Мой взгляд зацепился за портрет, что я ему дарил и висел теперь здесь, перекочев, по всей видимости, в эту квартиру при предыдущем переезде Кота. Не долго думая, я снял его со стены, положив на кровать, чтобы не забыть, и остановился у другого портрета. Это была фотография, довольно старая фотография пары, чёрно-белая.        — Это мой муж, — напугала меня тихо вошедшая Людмила Николаевна. — И я, конечно, молодая и красивая, — усмехнулся голос. Я обернулся на неё, мы обменялись улыбками.        — Вы и сейчас прекрасно выглядите, — поделился я своим наблюдением.        — Ой подхалим, — шутливо махнула она на меня. — Уже прошло моё время, настало время молодёжи.        — Ну, был бы я достойным мужчиной с большим опытом за плечами и, возможно, с сединой на висках, то точно не смог бы пройти мимо, — улыбнулся я.        — Ну конечно, если только не интересовался бы другими такими очаровательными мужчинами…        Я снова смутился, отведя взгляд на фотографию.        — Мне не нужен никто, моё сердце уже занял один человек и навсегда, этот человек продолжает жить в наших детях, во внуках. Я счастлива, что прожила ту жизнь, которую прожила, и рада, что могу видеть как растет продолжение нас, — она подошла ко мне со спины, положив руку на моё плечо и поглаживая его.        — Простите, но вы правда не против, что одно из продолжений… Ну, может не продолжиться? — неловко сформулировал я свой вопрос. Но для меня это правда было не совсем понятно и странно… Она лишь рассмеялась, убирая руку.        — Ох милый, кто я такая, чтобы решать, какой должна быть любовь у моего внука? — я обернулся снова, смотря в эти всё ещё озорные глаза, обрамлённые сотней мелких морщинок. — Никто не знает, какой человек будет жить в сердце, так же, как и когда этот человек появится в жизни.        — Вы считаете, что я такой человек для Яна? — осторожно поинтересовался я.        — А ты считаешь, что ты не достойный его мужчина? — лукаво спросила она меня в ответ.        — Я не знаю, я не лучший из людей, — пожал я плечами, уводя взгляд в пол.        — Знаешь, не лучший для одного человека, обычно является идеальным для другого, — мудро заметила Людмила Николаевна. — А это может показать лишь время, проведённое вместе. В горе и радости, как говорится… — усмехнулась вновь она. — И кроме того, продолжение человека, это далеко не только дети, не только дети, рожденные именно этой парой. Продолжение, это то, что люди дарят этому миру в ответ на своё появление. Кто знает, может, Ян или ты в будущем захотите стать учителями, и сотни детей, благодаря вам, будут знать сотни вещей. Может, вряд ли конечно, но вы совершите открытие в какой-то области и немного перевернёте представление всех живущих на земле людей. Может, вы просто откроете небольшое дело, которое будет интересно исключительно вам, а оно перерастёт в империю на много-много лет… Вариантов масса, дорогой, и не обязательно таких грандиозных, как я рассказала. Ты прекрасно рисуешь, — она жестом показала на кровать, где я оставил портрет Яна. — Я знаю, что ты что-то делал и больше этого, и это было прекрасно. Я, конечно, не понимаю почти ничего в этом, но я - прошлый век, так должно быть. Наше будущее всегда лучше, чем прошлое. Так что, пока двое чувствуют что-то друг к другу, что сложно объяснить словами, и хотят одного и того же — это прекрасно и достойно для существования.        — Я… — я хотел поблагодарить эту женщину и обнять крепко-крепко, но почему-то не мог этого сделать, всё ещё не считал, что имею на это право. — Вы совсем не злитесь на меня? — спросил почему-то я.        — Что забираешь к себе Янчика? — уточнила она весёлым голосом, сквозь него можно было почувствовать улыбку. — Не говори глупости, если вы оба считаете, что хотите совершить такой шаг, то вы должны его сделать, бабушка — это бабушка, она найдёт себе занятие и будет ждать встреч с родными, чтобы узнать все новости в их жизни. А если родные не могут прийти к ней, то она всегда может прийти сама. Но самый родной человек должен быть как можно ближе.        — Спасибо, — тихо прошептал я себе под нос, совсем сбитый с толку.        — И, к слову о «как можно ближе», думаю, тебе стоит поспешить на кухню, Яну может потребоваться твоя помощь, у нас там не совсем ожиданные гости наведались, — поделилась она новостью, и я моментально поспешил в указанном направлении.        Лишь в коридоре я сбавил темп шагов, вслушиваясь в разговор людей на кухне и стараясь двигаться как можно тише. Может, Людмила Николаевна ошиблась? Вряд ли я нужен сейчас Яну.        — <…> Нет, мам, просто сложилось так, что я полюбил парня! И если это всё, что вы хотели узнать, то мне не о чем с вами разговаривать, разговор окончен, — грубо проговорил Кот и раздался скрип проезжающих по полу ножек.        Послышался лёгкий всхлип, я выглянул из-за угла в небольшой панике, что стоит защитить своего парня или успокоить. Там кто-то в слезах…        Представшая моим глазам картина, немного потрясла меня. Ян почти незаметно с моего ракурса почему-то сидел на корточках под столом и успокаивал темноволосую женщину, передавая салфетки.        — Прости, Янчик, я такая глупая, я подумала… — еле слышно шептала она, но сбилась под конец.        — Ян, мы подумали, что вечными расспросами про девушку так сильно надоедали тебе, что ты решил нам отомстить, — подхватил её сбившуюся речь мужчина, что сидел спиной ко мне. Он тоже был брюнетом с густыми волосами и кое-где пробивающейся сединой. — Прости нас, сын… Если это всё правда так, как ты говоришь, то мы бы очень хотели познакомиться с твоей… С твоим парнем, — проговорил, очевидно, Котов старший. На последней фразе, я думал, что потеряю сознание. Они разговаривают обо мне! И Ян мужественно отстаивает свою позицию на право встречаться со мной. А его родители… Кажется, они… Принимают его?        Тем временем Ян поднялся с корточек, присаживаясь на стул. Он поднял глаза к входу на кухню и неминуемо заметил меня, стоящего в дверях. Он махнул мне головой в сторону, будто говоря: «Я в порядке, я разберусь, ты можешь идти подождать меня в комнате». Но я совершенно не хотел уходить теперь.        Кот вернул своё внимание матери, положив свои руки на её, немного дрожащую на поверхности стола.        — Это вы меня простите, я повёл себя странно, накричал на вас тогда, особо не объясняя причины… Просто всё так навалилось на меня… Да и к таким как я относятся не очень хорошо люди… — стал извиняться он в ответ, сбиваясь с мысли, но стараясь объяснить свою позицию.        — Малыш, ну ты чего? — мгновенно сориентировалась женщина, мягким движением кладя руку на его щёку и встречаясь взглядом. — Как же ты мог подумать, что мы бы не поняли тебя? Прости меня, если сказала что-то не то, я просто испугалась…        — Я понимаю, мы все друг друга неправильно поняли, но познакомить вас с Киром я не могу, думаю, вы ещё не готовы к такому… — проговорил упрямо он. Моё имя, сорвавшееся с его губ, заставило моё сердце биться чаще, согревая теплом и придавая уверенности. — Да и он, наверняка, тоже, — продолжил он, опустив взгляд на руки, что были переплетены с мамиными, и не замечая, что я всё ещё не ушёл.        — Почему же? — сделав глубокий вдох и выдох, спросил резко я, обращая внимание всех присутствующих. — Не решай за нас, если знакомиться с семьёй, то со всей сразу, — закончил я, изо всех сил стараясь не показать всего своего волнения в эту минуту.        — Ки-и-ир, — простонал Ян, — ну зачем? Сейчас не лучшее время.        — Так это ты? — мгновенно среагировал мужчина, как мне показалось, довольно грозно. Я даже приготовился защищаться, если что, привычки со школьных времён никуда не делись. Хорошо, ещё, что сам не стал первый кулаками размахивать, было бы так себе знакомство с родителями.        — Да, сэр, — осторожно ответил я, не отводя взгляд от глубоких синих глаз. Тут, как говорится, и тест ДНК не нужен. Ян — абсолютная копия своего отца, разве что девятнадцатилетняя, более щуплая и немного нетрадиционно ориентированная.        — Это правда, Ян? — послышался женский голос.        — Да, это мой парень — Кирилл, — ответил ей сразу Кот. — А это мой папа — Андрей Владимирович, и мама — Лариса Петровна, — представил он нас друг другу, хотя я на этот раз не силился запоминить имена, лишь на миг перевёл взгляд, чтобы увидеть женщину. Та, в свою очередь была похожа на Людмилу Николаевну, тоже не очень высокая и с забавным носом, из-за чего я понял, что бабушка Кота её мать.        — Очень рад знакомству, — сказал я, глядя на неё и тут же вернул взгляд Котову старшему, всё ещё ощущая угрозу с его стороны.        — А уж мы-то как рады, — сказал он, так же продолжая меня рассматривать.        — Боже мой, Ян! — излишне восхищённо прервала недолгую тишину женщина, всё же напугав меня, своей неожиданностью. — Он же такой прелестный! — выкрикивает она и следующее, что я чувствую — крепкие, непривычные для меня, женские объятья. Я даже на мгновение пытался вырваться, не понимая что происходит, но она вцепилась лишь сильнее, прижимаясь щекой где-то на уровне груди, а когда тело осознало, что из этих внезапных объятий не вырваться, то просто одеревенело, не понимая что происходит и что делать. Я тупо не сталкивался с таким никогда, никто в первую встречу не бежал меня обнимать, как будто я главное спасение этого мира.        — Андрюша, ты чего молчишь? Ты посмотри, какой милый мальчик! — оборачиваясь на мужа, но не выпуская меня, продолжала громко восхищаться она. — Да ещё и так похож на Киру!        Лишь эта фраза безотказным триггером сработала на мне, заставив произнести:        — Я и есть Кира.        — Лариса, не раздави парнишку, — как по волшебству смягчился Котов старший, усмехнувшись. — А то сын с тобой вообще никогда больше не заговорит, — а затем он протягивает мне свою руку для приветствия, я всё ещё мало соображая, молча протягиваю свою, ощущая, что обнимающая хватка на мне не уменьшилась и на долю. — Очень рад с тобой познакомиться, Кирилл, можешь звать меня просто Андреем, а если эта женщина не оторвется от тебя ещё минуту, то, наверное, и папой звать можешь, — смеясь, сказал он, указывая на свою жену. Я лишь перевёл взгляд на женщину, совершенно не понимая, как оказался во всей этой ситуации.        — Что, простите? — пискнул я. Ещё пару минут назад, казалось, меня хотели разорвать на куски, ещё час назад Ян был без поддержки родителей, а сейчас они мне говорят такие вещи!        — Мам, пап, перестаньте приставать к моему парню! — прорычал, наконец, Ян.        — Ой, прости, милый, конечно, конечно, — отступила от меня женщина, позволяя нормально дышать.        — Вот и прекрасно, что вы снова нашли общий язык, давайте вы поставите стол в зале, я принесу еду и мы обсудим всё, всей семьей, — неожиданно раздался хрипловатый голос Людмилы Николаевны из-за моей спины.        — Отличная идея! — мгновенно согласилась с ней её дочь.        Ещё львиную долю времени я не мог осознать происходящего, находясь в прострации. Как-то совсем незаметно был поставлен стол в центре общей комнаты, принесена какая-то еда и прочие атрибуты для ужина. Я сидел за этим столом, хотя даже не помнил, как очутился тут, когда секунду назад стоял в дверях кухни. Ян сидел рядом со мной, соприкасаясь бедром, и я периодически в подбадривающем жесте касался его верхней стороны рукой.        Я какое-то время наблюдал за его разговором с бабушкой и родителями. Кажется, они действительно переживали о сыне и, как оказалось, ждали всё это время встречи, но тот не был готов. Сейчас же они все не могли наговориться, они были рады видеть друг друга и слушать новости о завершении первого учебного года и по мелочам. В какой-то момент, я даже не заметил как, но влился в этот семейный разговор. Темы перетекали одна в другую, помогая мне совершенно поменять своё отношение к этим людям. Они действительно любящие и заботливые родители. Просто бывает, что случается недопонимание. Главное, что теперь Ян был счастлив, он мог быть тем, кто он есть при самых близких людях, не боясь их осуждения, он был свободен от тяжелого груза родительского неприятия. А я, в свою очередь, ощущал себя уже совершенно комфортно и уместно. Как будто такие вечера не редкость, как будто мы приходим с ним к его родителям иногда, рассказать как дела и поинтересоваться, что нового у них, в какой стране побывали на этот раз и что там видели.        За импровизированным застольем в честь примирения семьи последовала гора немытой посуды. Людмила Николаевна устала за день, поэтому мы оставили её отдыхать, а сами, чтобы ей не мешать, все перебрались на кухню. Ян с мамой встали к раковине, выстраивая небольшой конвейер по мытью посуды, а я с Андреем (как он меня просил несколько раз называть) сел за стол. Отец Яна, как оказалось, очень хорошо разбирается в технике и компьютерных программах, так что мы с лёгкостью находили снова и снова темы для разговоров. Мы разговаривали до тех пор, пока я краем уха не подслушал разговор своего парня и его матери. Ничего необычного: она говорила ему, что очень скучала, он признался ей в ответ в том же. И всё бы ничего, только правдивость их слов была слышна даже по их голосам, что уже заставило сжаться моё сердце. А потом последовал лишь один её вопрос:        — Ты вернешься домой?        И тут уже мои нервы не выдержали, буркнув Андрею что-то в качестве извинений или о забытых делах, я просто вылетел из кухни, поспешив куда-нибудь скрыться.        Ведь одно дело, когда человек, будучи одиноким, соглашается жить с тобой вместе и совсем другое, когда у него есть семья. Любящая, чёрт побери, его семья. И зачем сейчас, в тот момент, когда к тебе пришли самые дорогие в жизни люди, по которым ты очень скучал, что-то менять в жизни так кардинально, если можно и куда удобней и логичней вернуться к старому?        Пробежав несколько метров через всю квартиру, я еле сдержался, чтобы не хлопнуть дверью в комнате Яна. Всё-таки вспомнил подсознательно, что не стоит шуметь, его бабуля отдыхает. Поэтому я лишь пару раз ударил подушку и ругнулся полушепотом сквозь зубы. Это внезапное осознание своего краха меня застигло врасплох. Сегодняшний день был чудесным во многих отношениях, но и так же перевернул с ног на голову мои мысли, мечты и планы. Да, то, что Ян вернётся к родителям это не конец света и это не означает, что мы не будем жить с ним вместе никогда, но всё равно обидно, чёрт возьми, всё же складывалось так удачно.        Тяжело вздохнув, я плюхнулся на кровать и зацепил что-то. Испугавшись, что мог что-то сломать, я принял сидячее положение и обернулся, сразу замечая, что это портрет, Яна, что я сам сюда и положил. Взяв антираму в руки, я сначала осмотрел её на предмет повреждений и, удостоверившись, что всё в порядке, продолжил держать и рассматривать, думая о чём-то постороннем. Совсем скоро тишину нарушили шаги, которые остановились прямо передо мной.        — Ну и чего ты убежал? — последовал вопрос.        — Ты скучал по ним, возвращайся домой, не заставляй себя держать слово, ведь ты его давал, когда не знал, что родители тебя поддерживают, — сразу вывалил я свои размышления, не ходя вокруг да около. Не хочу, чтобы он страдал и мучился с выбором как ему поступить, родители важнее, я никуда не денусь всё равно.        Шаги подошли ближе, прямо к моим ногам, после чего Ян просто сел передо мной на пол, убрал мешающий предмет из моих рук и заставил посмотреть на себя.        — Да, я скучал, — кивнув, согласился он. — Да, я рад, что они меня поддерживают во всём… — кивнул он ещё раз, делая небольшую паузу. — В том числе и мой переезд к тебе, — закончил он, улыбаясь так заразительно и ожидая такую же улыбку на моём лице. Но нет, я абсолютно не хотел, чтобы едва помирившись с родителями, он уходил. Это казалось таким неправильным и диким. После знакомства с одной бабушкой мне уже не хотелось его забирать от неё, а тут мама и папа, да и брат, раз на то пошло. Я не хотел становиться ещё одной причиной для ссоры.        — Ян, не делай этого, если не хочешь, — ответил я ему со всей важностью в голосе, потому что от слов Кота веяло абсолютной несерьёзностью решений, он выглядел как маленький ребенок на своем дне рождения, которого засыпало подарками и сладостями.        — Блин, вот как тебе доказать, чего именно хочу? Вот козлина ты бесячая, не хотел я это делать у бабушки дома, — закапризничал он, поддерживая образ ребёнка, на последних словах резко выпрямился и бросился на меня, повалив на кровать и целуя. Он действовал в тот момент от части как я обычно: что-то не получается с Яном или не знаешь что сделать — целуй, обнимай, люби. Но я не отвечал на эту выходку, наверное, впервые хотел поговорить с ним, обсудить этот момент, чтобы уже завтра, проснувшись со мной вместе, он не начал обижаться на то, что я не оставил ему выбора или что-то в таком духе.        — Сука, я же люблю тебя, с тобой жить хочу, дебил ты такой! — вымученно простонал в конце концов парень, ударив от злости по кровати совсем рядом со мной, и лёг мне на грудь, успокаиваясь.        «Люблю тебя, с тобой жить хочу», — ещё несколько секунд бились в моём сознании слова, произнесённые только что. Правда любит? И правда готов попробовать со мной построить что-то большее, чем встречи после учебы украдкой?        — Что, так и сказал родителям? — спросил я вслух, продолжая рассматривать потолок. Ян поднялся на руках, подтягиваясь к моему лицу.        — Да, сказал, что к тебе переезжаю сегодня… — не понимая моего вопроса, ответил Кот.        — Так почему мы ещё не дома? — моментально посветлел я, осознав, что он действительно говорит правду и искренен со мной.        Даже неожиданно для самого себя, я каким-то образом поднялся с постели, вместе с Яном, приподнимая его немного от земли и покружив пару кругов вокруг себя, от нахлынувшего счастья.        — Это ещё что за фигня с тобой? — ошарашенно уточнил он, когда ноги коснулись пола.        — Близнецовские примочки, — сказал я, не зная толком, как быстро объяснить всё то, что бурлило внутри меня в течении дня, лишь дополнил свои слова довольно громким и продолжительным чмоком в его висок. — Ну что, берём вещички и пошли?        — Мы можем подвезти, — ворвался в наш немного странный диалог ещё один голос, и Ян заглянул за мою спину, смотря на вошедшего.        — И как давно ты тут стоишь? — спросил он его неловко, а по моей спине прошёлся холодок. Всё-таки одно дело — болтать с парнем своего сына, а другое — видеть, как он обжимается с ним или ещё чего похуже.        — Ну, был такой момент, когда вы страстно сдирали друг с друга одежду? — уточнил Андрей, заставив меня немного вздрогнуть, но Ян в моих объятьях лишь покачал головой. — Ну тогда, когда вы мило сюсюкались в обнимку, то ли кружась, то ли ещё чего, и решили брать чемоданы и по-тихому уходить, — ответил Котов старший, и Ян сильнее прижался ко мне, обнимая и не теряя зрительного контакта с отцом.        — Если не сложно, то мы бы не отказались от помощи, — сказал мягко он.