Свадьба по расчёту

— Сколь, кончай заниматься! Там Риная зовёт, — Эмина выглядела бодрой и вполне довольной. — У нас собрание в гостиной. Пойдём. Сколь с сожалением отложила задание по норийскому — только-только во вкус вошла — и пошла за Эминой. В гостиной её посадили между двумя элеминами. Народу собралось много — в одном углу элемины, в другом сидел Вилони, а за его спиной собрались все слуги. В третьем углу устроилась Роси вместе со всей охраной, усевшись прямо на пол, а четвёртый занимали те, кому в предыдущих двух места не хватило. Мелька подошла и встала за креслом своей госпожи. Почти все шумели, о чём-то переговаривались. Сколь посмотрела на всё это и тихо спросила: — Тиная, в честь чего у нас собрание? — Элейна будет составлять список тех, кто поедет в столицу. — Ты же не была ещё на наших собраниях? — с другой стороны к Сколь перегнулась через подлокотник Эмина. — Вроде нет. — Тогда предупредить тебя надо. Сейчас все орать начнут и спорить — не пугайся, так всегда бывает. — Поорут, — продолжила Тиная, — и утихомирятся. А потом элейна быстренько список составит. Риная вошла в гостиную вместе с планшетом, к которому были прикреплены листы с бумагой. Оглядела всех, пересчитала по головам, встала рядом с элеминами и супругой и сказала: — Мины, секундочку внимания! Помолчите! — Все сразу же замолчали. — Как вы знаете, послезавтра мы поедем в столицу. И как вы знаете, мы все здесь собрались ради одно. Итак. Кто хочет поехать в столицу, а кто хочет остаться за домом присматривать? — Ну я не знаю, — громко сказала Эмина, — я устала! Заорали все разом. Сколь смогла разобрать лишь несколько фраз: — Каждый раз одно и то же! — Если ты не поедешь, то с кем по бабам ходить?! — Я хочу поехать! — Ты в прошлый раз ездил! — Ну к чёрту! — Да ничего с домом не случится! Крики и шум сливались воедино, и в какой-то момент Сколь перестала понимать, что говорят и что происходит. Ей казалось, что этому не будет конца. Но постепенно голоса становились тише, и в какой-то момент Риная сказала: — Хватит уже. Все успокоились? — Да какое там, — махнула рукой Роси. После этого норийцы замолчали. — Итак, — сказала Риная, оглядывая всех, — напоминаю, что мой дом в столице вместит максимум тридцать человек. Остальным придётся искать жильё самостоятельно, и меня не волнует как вы будете это делать. Начнём. Эмина, ты едешь? — Еду. — Хорошо. Тиная? — Еду. — Сколь, поедешь? — Да, — ответила Сколь. — Хорошо. Роси? — Конечно! — Мелька? — Поеду, с госпожой ежели. Риная продолжала зачитывать список. Сколь обратила внимание, что он расположен по старшинству, и что там есть все, кто работает в доме. — Хорошо, давай отдохнём и перейдём ко второй части, — велела Риная. — Наконец-то! — Эмина довольно потянулась. — Раз уж у нас перерыв, то я хочу тебя спросить. На основе некоторых наблюдений я сделала вывод, что вы со Сколь наконец потрахались. Так ли это? — Что вам всем не даёт покоя моя личная жизнь? — хохотнула Риная. — Так и есть. На основе чего были сделаны выводы? — Во-первых, вчера я увидела смущённую Мельку. Настолько смущённую, что она не поздоровалась со мной, как обычно это делает. Во-вторых, ты, начиная со вчерашнего дня, лучишься довольством. Сопоставив несколько известных фактов и сплетни, которые я слышала от Роси, я пришла к такому выводу. — Какие же сплетни тебе рассказывала Роси? — Что ты напилась и рыдала, что твоя жена тебя не хочет, — пожала плечами Эмина. Дверь кабинета с грохотом распахнулась, вбежавшая Роси поспешила её закрыть. — Риная! Как ты и сказала, я сходила за кровью — вот бутылка — и увидела что-то невероятное! Твоя постель была аккуратно застелена, а не как обычно! — Обычно я её и застилаю, — нахмурилась Риная. — Ну может сегодня поленилась. — Говорю тебе, застелена не так как ты застилаешь! — Роси плюхнулась в кресло и передала бутылку с кровью Эмине. — Я даже сунулась проверить — и представляешь! Кто-то перестелил всё бельё на чистое! — Не знаю кто это был, — серьёзно сказала Риная, — но постарайся этого кого-то не спугнуть. Эмина подавила смешок и сказала: — Я знаю, кто это был. Единственная прислуга, которая ещё не поняла, что в этом доме хозяева сами меняют постельное бельё. — Единственная? — Роси склонила голову на бок. — Кто-то считает, что должен менять постельное бельё? Эмина хихикнула, отпила крови и передала бутылку Ринае. — Мелька. Она же прислуживает Сколь. — Да, но ведь у Сколь отдельная постель, — не поняла Роси. — Зачем ей менять постельное у Ринаи? — Интере-есно, зачем Мельке менять постельное бельё на кровати, где не спит Сколь? — заулыбалась Эмина. — Ты хочешь сказать, что Сколь спит в постели Ринаи? — начало доходить до Роси. — Я, конечно, сама не видела, но предполагаю, что это прямое следствие. — Прямое следствие чего? Риная, вы со Сколь что ли трахались? — И спали в одной постели, — смущённо улыбнулась Риная. — Вы просто ужасные сплетники. — Поздравляю! — заорала Роси. — Наконец-то! Ну как, понравилось? А Сколь понравилось? А оргазмы-то, оргазмы были? Как это вообще произошло? — Мины, давайте работать, — давя улыбку сказала Риная. — Погоди, какое работать! — возмутилась Роси. — Это отпраздновать нужно! — Работать. Сведение отчётов. Роси, а потом я тебе всё расскажу. — И мне, — сказала Эмина, потянувшись к бумагам. — Так, на чём мы остановились? Сколь с Ринаей до самого отъезда не занималась никакими интересными вещами. Сколь успевала засыпать ещё до того, как супруга придёт в постель, а просыпалась уже когда супруга опять шла работать. Это немного печалило Сколь, но она понимала, что работа не будет ждать. В день поездки в столицу собралось чуть больше тридцати человек, и все на конях, даже Мелька. — Ехать, если дорогами, дня два-три выходит. Но мы воспользуемся магией и уже к вечеру будем на месте, — пояснила Риная, раздавая каждому по бледно-голубому камушку на цепочке и прилаживая такие же камни к лошадиной сбруе. Сколь стататерльно крутила головой, пытаясь понять, как работает вампирская магия. О людской Сколь, в силу воспитания, знала довольно много, но она была другой, да и магов среди людей было мало. А вот про вампирскую магию Сколь слышала лишь мельком, и у неё сложилось впечатление, что вампиры все немного маги. Раздав всем камешки, Риная на широкой дороге поставила всех в длинную линию по два всадника в ряду. Сколь оказалась во втором ряду и смога увидеть, как вначале Роси, а затем Эмина проскакали вперёд — и неожиданно исчезли посереди дороги. — Напоминаю технику безопасности и поясняю тем, кто её не знает! — говорила Риная громко. — По моей команде начинаем ехать. Бодрой рысью, но не разгоняемся до галопа. После перемещения едем до впереди стоящих, первый ряд до Роси. Повторяю! Едем до впереди стоящих! Хоть кто-то остановится — лично голову снесу, если жив останется! Техника безопасности внушала опасения, но почему-то Сколь была спокойна. Ей казалось, что если бы в перемещении было что-то действительно страшное, то Риная рассказала бы ей об этом раньше. — Ладно, — вздохнула Риная и встала рядом со Сколь. Она постояла, словно прислушиваясь к чему-то, и велела: — Первый ряд, поехали. В первом ряду было два охранника. Они бодрой рысью тронулись, поехали буквально пятнадцать шагов и исчезли. Сколь услышала, как Риная считает от тридцати в обратном порядке. — Сколь, Мелька, поехали. Сколь тронула поводья, чуть пришпорила коня — и поехала бодрой рысью. Мельке дали спокойного привычного ко всему коня, и задача той была всего лишь не вывалиться из седла. Конь Мельки привык ехать рядом с кем-то и даже не обращал внимания на внезапно дёрнутые поводья. Мир вокруг Сколь дрогнул, смазался — и предстал уже другим. Голова немного закружилась, но Сколь не обратила на это внимания. Как и сказала Риная, она ехала вперёд и видела впереди охрану. Обернувшись, Риная увидела Эмину, которая ей приветливо махнула. Сколь махнула в ответ. А потом увидела, как из пространства прямо перед Эминой возникла ещё одна пара всадников. — Не по-человечески так перемещаться, — вздохнула Мелька. — Зато быстро. — Быстро-то быстро, да не по-человечески, — опять вздохнула Мелька. Охранники остановились прямо перед Роси, которая встала поперёк дороги и внимательно за той дорогой следила. Она словно была погружена в свои мысли, на лице застыла безэмоциональная немного жутковатая маска из тех, на которые Сколь насмотрелась на празднике в честь перемирия. Когда переместились все, Риная сама проехала мимо всех рядов и махнула рукой: — Едем. Столица была окружена высокой каменной стеной. Сколь с трудом припомнила, что в истории боевых действий между Гварной и Норией гварнейцы раз или два вторгались в земли и доходили до столицы — но каждый раз терпели поражение. В отличие от ограны у дома Ринаи, стена вокруг столицы была высока, прочна и широка, ещё и со рвом. Такую стену брать будет сложно. Столица не произвела на Сколь большого впечатления — такие же, как в гварнейской столице, широкие улицы, высокие, до пяти этажей, дома. Разве что улицы чище. Дом Ринаи был хоть и не очень большой, но зато в четыре этажа с просторной конюшней. Пока Риная на правах хозяйки бегала и распоряжалась по поводу размещения и ужина, Сколь задремала в гостиной. Её разбудила Мелька и сказала, что ужин уже готов. Комната у Сколь с Ринаей оказалась одна на двоих. После сытного ужина и ванной Сколь с удовольствием забралась под одеяло на свежее постельное бельё, которое только сегодня постелили. — Уже спишь? — Риная, войдя в комнату, поспешила улечься рядом со Сколь на кровать, только не под одеяло, а на него. — Может, хочешь чем-нибудь ещё заняться? — Спать хочу, — зевнула Сколь. Она заснула быстро, утомлённая за день. Риная не лишила себя удовольствия полежать рядом и посмотреть на супругу, пока та засыпала, и только потом отправилась в ванную. На праздник Сколь надела то самое платье, которое шили и вышивали специально для неё. Два платья друг на друге, оба в пол, красное и золотистое. Золотистое выглядывает из-под красного, на верхнем платье вышит рисунок, вольно копирующий герб Ринаи — рыба, перепрыгивающая через животное. В качестве животного на гербе была изображена олениха, но швеи постарались и сделали разных животных и разных рыб. Мелька потуже затянула пояс и критически оглядела Сколь. — С корсетом, госпожа, было бы гораздо красивее. — Ерунда, — махнула рукой Сколь. Риная уже была готова выходить. Она заглянула в комнату и восхищённо сказала: — Изумительно! Сколь, тебе очень идёт! — Спасибо, — улыбнулась Сколь. — Сколь, и не забудь документы, на входе во дворец их тщательно проверяют. Мелька, ты идёшь? — Да что вы, госпожа… — Просила же не называть меня госпожой, — вздохнула Риная. — Мин Риная, да что вы говорите, я же просто служанка. — Ну и что? Пойдём, повеселимся! — Нет-нет, — замахала руками Мелька и даже попятилась. — Да я и с вашей прислугой уже договорилась… — Ну если договорилась — то ладно, — не стала настаивать Риная. — Сколь, идём уже. До дворца, к удивлению Сколь, шли пешком. Лёгкие сапожки не возражали против такой прогулки, хоть и не были приспособлены к длительным переходам — весь город был вымощен камнем, непривычно гладким, и дороги были непривычно чисты. — Столица Нории — самый центр всего государства! — вдохновенно говорила Роси. — Она центр сразу в нескольких смыслах. Географически это самое центральное место во всей стране. Отсюда элая управляет провинциями, здесь центр всех торговых путей… — …которые не идут транзитом, — фыркнула Эмина. — Не перебивай! Центр торговли, смешения рас… ну вот, я забыла что хотела сказать! — Ты хотела возвеличить столицу Нории, — опять фыркнула Эмина. — Кстати, — подхватила разговор Тиная, — столица — это искусственно созданный город. То есть, в отличие от большинства городов, его сразу строили как столицу. — Это случилось те самые триста лет назад, когда Норию разделили на провинции? — припомнила Сколь немного истории государства, которую ей успел поведать Вилони. — Да, — ответил Вилони. — Только термин «разделили» здесь не уместен, потому что у Нории всегда было семь провинций. Тогда, скорее, уточнили их расположение. — И самое главное, — вновь вдохновленно начала вещать Роси, — в столице Нории есть всё, чем так гордиться эта страна. Камень! И еда со всех провинций! Сколь старалась поменьше крутить головой, так как это было неприлично, но не могла удержаться. Она заметила, что дороги в Нории холмисты, и столица тоже была холмистой. Некоторые улицы по краю шли ступеньками, для удобства. Главная площадь, через которую они проходили, сейчас была свободна, только по краю суетились граждане, устанавливая столы — Роси сказала, что здесь в непраздничный день полно торговцев под открытым небом, но сейчас торговля на главной площади запрещена из-за праздника. Поэтому по краям площади ставят столы, которые, по словам уже Эмины, к вечеру заполнятся едой и выпивкой. На входе действительно проверили документы всех входящих, документы Ринаи — тщательно, остальных — просто просмотрели. Дворец тоже не произвёл на Сколь какого-то особого впечатления — он был другой, но всё равно неуловимо напоминал королевский дворец на родине. Риная провела всех в небольшой зал на втором этаже с креслами и диванами для сидения. Здесь уже расположилась компания норийцев, среди которой Сколь заметила знакомого гварнейца — Тинки. — Риная, ты ли это! — нориец в праздничной одежде, которую от повседневной отличала лишь вышивка, бодро встал со своего места и поспешил к их компании. — Мери, здравствуй! А что, больше никого нет? — Так до сдачи отчётов почти полтора часа, а до пира и того больше. Я то пришёл пораньше, хотел поболтать со всеми, но пока кроме тебя никого не увидел. — Да я тоже пришла пораньше с этой же целью, — рассмеялась Риная. — Мери, это леди Сколь, моя супруга. Сколь, это элейн Мери. — Приятно познакомиться, — Сколь улыбнулась и поклонилась по норийскому обычаю. — Мне тоже приятно, — поклонился Мери. — Пожалуйста, обращайтесь ко мне без всяких титулов. — Аналогично, — улыбнулась Сколь. — Вы уже покончили с вежливостью? — один из норийцев вместе с гварнейцем подошёл к ним. — Риная, это мой муж Тинки. Тинки, это элейна Риная. — Приятно познакомиться, — Тинки настолько идеально улыбнулся и поклонился, что Сколь на секунду стало завидно, как прежде. — Приятно познакомиться, — ответила Риная. — Сколь, это элемин Нира. Тинки, это элемина Тиная и мин Вилони. Сколь оглянулась и поняла, что Роси с Эминой куда-то ушли. Ей хотелось спросить об этом, но момент был явно не подходящий. Сколь представили ещё двух элеминов, имена которых тут же вылетели у неё из головы. Все завели увлечённую полуделовую беседу, и Сколь, воспользовавшись моментом, отозвала Тинки в сторону. — Как у вас дела? — спросила она, оглядывая Тинки. Тот был одет в традиционную норийскую одежду, только сочетание цветов другое — коричневый и золотой. Верхнее платье было коричневым и вышито золотыми нитями; Сколь не поняла, что именно вышито, но было это похоже на камень с непонятным знаком в центре. — Лучше, чем ожидал, — улыбнулся юноша. — Вначале переживал, конечно, но Нира оказался не таким страшным вампиром, как нам рассказывают. А у вас, леди Сколь? — Ох, гер Тинки, да какая я уже леди, — махнула рукой Сколь. — У меня всё хорошо, наверное, лучше даже не придумаешь. — И ты не скучаешь по Гварне? — Тинки понизили голос, видимо, боясь, что его услышать. — Скучаю, — вздохнула Сколь, также понижая голос. — Но не столько по Гварне, сколько по семье. Мне даже моей мачехи уже не хватает. Возникла неловкая пауза, в течении которой Тинки стал задумчиво перебирать край своего пояса. — Сколь… давай отойдём подальше, у меня вопрос есть. Сколь вместе со своим старым знакомым как можно спокойнее и естественнее прошли в другой конец зала, подальше от увлечённых разговором норийцев. — Спрашивай, Тинки. Тинки вздохнул. — В общем… я понимаю, что у вас то с элейной Ринаей всё по-другому… Но всё-таки. У вас была первая брачная ночь? — У кого же её не было? — пошутила Сколь. — Хочу уточнить — под первой брачной ночью ты имеешь ввиду спали ли мы в одной постели, или трахались ли мы? Тинки покраснел, Сколь, не удержавшись, хихикнула. Уж на что она смущалась подобных разговоров, но смущать Тинки всегда было весело. — Второе. Ну, то есть… — Трахались, — подтвердила Сколь. — И довольно неплохо. Тебя это беспокоит? — Да, — вздохнул Тинки. — Нира вовсе не плохой, ты не подумай чего. Просто он ко мне вначале приставал с… ну, с предложением, но я слишком резко отказал. И сейчас мне кажется, что зря. — Почему же? — Всё-таки мы официально супруги, но от такого супружеского долга дети не родятся, — Тинки вздохнул, — то есть это только ради удовольствия. И… в последнее время я думаю, что зря, наверное, отказал, мы же супруги, просто… Сколь хотела сослаться на норийские законы, которые однозначно запрещают принуждать граждан к действиям сексуального характера и сексу, но быстро поняла, что это дурацкий аргумент. Она сама до сих пор не верит в то, что норийцы действительно такие законопослушные, как хотят казаться. — Насколько я поняла со слов своего норийского окружения, они просто не любят принуждать кого-либо к сексу. — Это я понимаю, — криво улыбнулся Тинки и сжал руки в замок. — Просто… я кажется уже сам созрел для супружеского долга, — Сколь подавила смешок на такую формулировку, — но не знаю, как предложить это. — Просто сказать? — Я уже сам не уверен, что он хочет. В зал вошла ещё одна группа норийцев и присоединилась к первой. Сколь, глянув через плечо, увидела ещё одну свою давнюю знакомую. — Идти надо, — вздохнул Тинки. — Подожди, — Сколь ухватила его за рукав, — давай ещё поговорим. Если мы им понадобимся, то позовут. Почему ты думаешь, что твой муж не хочет? — Ну… он не обнимает меня, не целует… — Может, потому что знает, что гварнейцы это не приветствуют? — Думаешь? — оживился Тинки. — Как вариант. Ты то сам почему хочешь супружеского долга? — Интересно же, — вздохнул Тинки. — Нира говорил об этом довольно… заманчиво. Да я тогда и отказался больше из-за страха и из-за приличий. Сколь, не удержавшись, тихо рассмеялась. — У меня тоже так было. Слишком боялась, а в итоге всё было очень даже хорошо. Ты спроси Нира, хочет ли он этого. — Да как спросить-то, если я постоянно смущаюсь, — опять вздохнул Тинки, и эти вздохи уже начали смешить Сколь. — А если на норийском? — Да я его и не знаю толком! — Но две-то фразы сможешь сказать? Или совсем всё плохо? — Смогу, думаю. Я же его с приезда сюда учу. Только… что говорить-то? — Давай я тебе напишу, — оживилась Сколь. — Надо только бумагу попросить и письменные принадлежности. — Ой, не надо просить! Подожди, у меня с собой есть… У Тинки нашлась маленькая книжечка, которую тот назвал обычной записной книжкой, и вечная ручка. Сколь уселась на диван, рядом, касаясь коленей коленями, устроился Тинки. — Смотри… ты на норийском уже можешь читать? — Конечно! — Тогда на норийском и напишу. Основные конструкции… «Я люблю тебя», «я хочу тебя»… Пф, ты опять краснеешь. «Можно тебя поцеловать?», по-моему, тоже хорошая фраза, — Сколь ловко орудовала ручкой, записывая, по её мнению, наиболее удачные фразы для предложения. Большую часть она взяла из тех, которые разучивала с Роси и Тинаей, но и от себя кое-что добавила. — Всё понятно? — Всё, — вздохнул Тинки. — Спасибо тебе, Сколь. — Да не за что. Напиши мне потом, получится или нет. У меня у самой-то, — и тут Сколь впервые с начала этого разговора покраснела, — опыта не очень много. — Но явно больше чем у меня! Но как я напишу-то об этом в письме-то? Вдруг кто увидит? — Так иносказательно! Или думаешь, я настолько глупа что не пойму? Тинки рассмеялся. — Иногда я даже жалею, что мы не были помолвлены. — А я этому только радуюсь. Как представлю, что ты дрожишь при важном разговоре… — Злая ты, — Тинки в шутку пихнул Сколь в бок локтём. — Пойдём к норийцам, они явно заждались. И с Ветрой поболтаем, кажется, там она стоит. — Она, — подтвердила Сколь, поднимаясь. — Ты не знаешь, кто её супруг? — Увы. Кажется, даже сами норийцы не помнят, кто кого выбрал в супруги. Нира говорит, что всего-то три дня и видел всех, а запомнить, кто кого взял, вообще сложно. Общение со своими старыми знакомыми (а всех гварнейских супругов Сколь знала хотя бы немного, положение обязывало) неожиданно вызвало грусть. Подумав, Сколь назвала это ностальгией — они же все точно так же болтали во дворце. Даже Хант, которого Сколь терпеть не могла, сейчас казался ей чудесной частичкой родного дома. Перед самыми дверями банкетного зала Сколь сослалась на малую нужду. Действительно посетив туалетную комнату и выйдя из неё, Сколь пошла не направо, в сторону банкетного зала, а налево, приметив там ещё один отходящий коридорчик. В этом коридорчике оказалось до удачного пусто — можно было встать напротив окна, опереться руками о подоконник (почти единственное отличие родного дворца от этого — наличие у норийцев везде широких подоконников, даже во дворце) и посмотреть вниз. Норийский дворцовый сад, в котором Сколь не была, ещё не успел облететь и местами краснел кронами деревьев. А ведь дома, в Гварне, уже наверняка все деревья стоят без листьев. Отец наверняка опять ругается на чёртовых политиков, хотя сам же таковым является, сестра наверняка перебирает свои платья и приказывает перешить какое-нибудь на очередной бал, мачеха наверняка пилит слуг и приёмную дочь. Наверняка король опять орёт на собраниях: «Ну что вы все баб приводите, как будто бабы могут что-то решить!», а рядом наверняка сидит ландграфиня Неренийская, вдова, и успешно что-то решает… — Как ты? — Риная неслышно подошла и встала рядом, оперевшись на подоконник. — Нормально, — сказала Сколь и почувствовала, что в горле пересохло. Риная притянула к себе Сколь почти так же, как на свадьбе, и Сколь благодарно уткнулась в плечо. — Как хорошо, что ты больше не красишь глаза, — пошутила Риная. Сколь лишь всхлипнула. Ей было стыдно за её привычку плакать чуть что. При том нет бы дома в подушку — когда не видят ещё можно. Но почему-то слёзы начинали литься именно когда рядом было слишком много людей. Или, как сейчас, много граждан. — Извини, — буркнула Сколь, отстраняясь и утирая платком слёзы. — Да ладно тебе, всё нормально. Ты меня извини, — вздохнула Риная. — Тебе то за что извиняться? — За всё, — Риная снова притянула к себе Сколь. Сколь постояла, прислушиваясь к Ринае — и крепко прижала её к себе. Риная, пусть Сколь и не видела уткнувшись в её плечо, совершенно точно рыдала. Словно это у неё в одночасье разрушили всю прежнюю жизнь. — Но если бы не эта свадьба, мы бы никогда и не встретились, — вздохнула Сколь. Риная всхлипнула и Сколь, не отрывая голову от её плеча, передала платок и послушала, как её супруга сморкается. — Ты действительно рада, что мы встретились? — Ну уж из-за этого плакать точно не собираюсь! Риная рассмеялась и отстранилась. Сколь слышала мифы о том, что вампиры плачут кровью — но слёзы Ринаи были такие же, как её. И глаза такие же красные. — Сколь, спасибо тебе. — За что? — Сколь растерялась и попыталась припомнить, что она сделала. — За всё. Я сейчас очень рада, что встретила именно тебя. Сколь хмыкнула. Риная всё ещё была непонятной норийкой; Сколь не могла предполагать, что она думает, не знала, что она любит (кроме излишне сладкого шоколада), и вообще крайне мало общалась со своей супругой после свадьбы. Но сейчас она как будто стала ближе и более человечной. — Риная, а что ты будешь делать если всё-таки пожалеешь об этом? — Вначале мне надо пожалеть, — пожала плечами Риная, улыбаясь — и неожиданно обернулась и посмотрела на угол серьёзными и холодными глазами. Сколь тоже туда посмотрела, но ничего не увидела. — Мелина, я прекрасно знаю, что ты там. Казалось, что ничего не изменилось — но Риная расслабилась и даже улыбнулась. — Там была элая? — Она самая. Любит постоять и послушать из-за угла, старая сплетница. Сколь, пойдём на банкет? Кажется, нас уже все заждались.