"Урок" эльфийского

Эовин была вполне счастлива в браке с Фарамиром. Но для полного счастья всем всегда чего-нибудь да не хватает. Эовин же - продолжало не хватать. Арагорна. Однажды запав в душу, ныне чужой муж и вообще король больше не покидал ее. Пожалуй, став из-за последних двух обстоятельств еще интереснее. И насколько сильно тот ей интересен, не просто замечали, а прекрасно видели все вокруг. Кроме самой Эовин и ее супруга, как это часто бывает. Наиболее заметен интерес рохирримки к повелителю Арнора и Гондора был для их же владычицы Арвен. Владычицы так же и самого Арагорна, причем на законных супружеских основаниях. Однажды терпение эльфийки и королевы должно было исчерпать свой лимит, и в один не слишком прекрасный так и случилось. По случаю чего Арвен решила закатить пир на весь подвластный ей мир – для того, чтобы форсировать события и посмотреть что получится. Фронтовые товарищи мужа супруги Итилиэны были приглашены в первую очередь. Согласие приехать и благодарность за приглашение примчалось от них тот же день. Написанное изящным женским почерком, и как следует надушенное, чтобы наверняка не выветриться по дороге. Красавица Арвен скрипнула жемчужными зубками, напомнила себе, что она эльфийка и королева, а насколько далеко готова зайти княгиня Итилиэна, еще не доказано. Только поэтому Арвен Элрондовна не порвала письмо в мелкие клочья (как с удовольствием порвала бы наглую белобрысую кобылу), а дала почитать и мужу. В лице которого не прочла ничего вызывающего подозрений – как и предполагала, конечно же. Что и говорить, быть молодой женой молодого мужа, будучи старше его на… неважно насколько, и лучше об этом не вспоминать, удовольствие ниже среднего. Хоть и сохранилась Арвен на зависть той же бесстыжей Эовин. Эовин, которой лучше бы было держаться за своего мужа и подальше от мужа Арвен! *** Вволю наплясавшаяся веселых заводных танцев, Эовин отошла от танцующих перевести дух, посидеть и попить сладкого эльфийского вина, принесенного с ледника. Жаль, с Арагорном ей довелось потанцевать совсем немного. Но удалось, это же главное! Чаще чем она, с королем танцевала только его королева. Старая мымра! Эовин тихонечко вздохнула и, пользуясь тем, что сейчас она оказалась одна (муж слинял квасить и вспоминать Фродо с Сэмом), что не нужно было ни с кем разговаривать, полностью отдалась любованию желанным ей мужчиной. Который танцевал со своей эльфийкой, что б ей упасть и расквасить породистый нос. Попивая дивный на вкус напиток, Эовин с трепетом гадала, казалось ли ей, или Арагорн в самом деле удерживал ее руку в своей дольше положенного. Прижимался ли к ней во время танца чуть ближе, чем допустимо приличиями, или она опять же себя накрутила. Сбилось ли его дыхание от танца, или от того, что она рядом… Конечно же нет, нет, нет и еще раз нет, она все выдумала… И все же… Мысли хоть и отдавали горечью, но в то же время были и так упоительно сладки! По сравнению с ними это вино – уксус. И Эовин продолжала перебирать их в уме, как сказочной красоты украшения. Продолжая задавать себе вопросы, остающиеся без ответа – посмотрел ли на нее Арагорн сейчас, или ей это только показалось? Улыбнулся ли он ей при этом или это опять же обман зрения? Вот сейчас точно посмотрел! Или нет?.. Он ей подмигнул?! Точно же подмигнул! Нет, вряд ли, снова показалось… - Госпожа, вам просили передать, - раздался над ее ухом негромкий голос какого-то мальчишки. Обернувшись, удивленная Эовин увидела юного пажа с подносом в руках. На подносе были изящной работы вазочки с изысканными яствами. И… запиской, выглядывающей из под той, что стояла к ней ближе всего! Пажу было необязательно украдкой указывать на нее глазами. Было не обязательно говорить от кого она. Как говорить и следующее: - Простите, госпожа Эовин, но я не могу сказать от кого это. И умоляю вас, возьмите ее незаметно, вместе со сладостями. И не читайте при всех, иначе мне не поздоровится. В лучшем случае меня отправят на конюшню. Потом - младшим помощником младшего конюха. В худшем я вообще потеряю здесь работу. – мальчишка-паж жалостливо шмыгнул конопатым носом. - Не бойся, мальчик, - поспешно ответила ему разрумянившаяся и счастливо улыбающаяся Эовин, пожирая жадным горящим взглядом записку - как не испепелила только! Только потому Эовин и не увидела, каким взглядом смотрела на нее в этот момент Арвен. Только потому щепотка пепла не осталась от нее самой. Предмет соперничества смотрел в это время на звезды и мечтательно мурлыкал нежную любовную песенку на эльфийском. - Вот эти лакомства особенно вкусны, госпожа, и эти, - заговорил мальчик-паж погромче. Эовин быстро сунула за раскрасневшуюся щечку нечто восхитительное уже на вид, сцапала другую вкусняшку, и ловко подцепила и спрятала в кулачке записочку. Юный паж церемонно поклонился и поспешил поскорее слинять. По-королевски щедрая прибавка к жалованью, не говоря о том, что он получил на чай – это хорошо, вот только как бы от второй половины не прилетело на орехи, если что! Эовин без труда нашла указанное в записке место. В одной из пустующих сейчас зал ее ждал другой слуга, парень постарше, с опознавательным знаком в руках – кувшином вина, на котором были нарисованы красные и синие драконы, а горлышко (кувшина) было обвязано золотой лентой. Слуга низко поклонился и ни слова не говоря, пошел вперед. Переставшая краснеть, теперь побледневшая от волнения Эовин, машинально переставляя ноги, мысленно повторяла и повторяла текст записки. Вернее только две строки из нее: «Моя милая Эовин, стань моею хотя бы этой ночью!» и «Если бы я только мог вернуть все обратно!» Остальное было про то, как добраться до нужного места. Почерк был неровный, и Эовин было приятно думать, что тоже от волнения, а не от вина. Которое и толкнуло примерного семьянина под руку, предварительно стукнув в голову. А хоть бы и так! Все равно! Пусть любимый позвал ее вообще со злости на дражайшую супругу, с которой они повздорили, обсуждая список приглашенных! Не важно, ничто не важно! Сейчас, когда Эовин шла на встречу к тому, которого любила… По-настоящему… Не как собственного мужа, который был для нее скорее добрым и заботливым другом… Эовин отмахнулась от неприятно зажужжавших было мыслей о муже, и продолжила повторять про себя те две строчки записки. И повторяла и повторяла до тех пор, пока слуга не остановился перед дверью в одни из покоев определенно пустующего крыла замка. Сюда и музыка едва доносилась. - Прошу вас, госпожа Эовин, - с поклоном пригласил ее войти слуга, после того, как передал ей ключ от двери, которым открыл ее. А едва зажег факелы на стенах, поторопился уйти. От греха подальше. Теперь Эовин могла как следует оглядеться по сторонам. Ей ли, воину, было не узнать оружейную! Торопливо переоборудованную под альков для влюбленных. О чем заявляло во весь голос королевских размеров ложе посередине. Дивной красоты цветы повсюду. Маленький столик с напитками и угощениями, скромно притулившийся у отнюдь не навевающей мыслей о скромности кроватищи. К столику Эовин и устремилась. Хотела плеснуть вина в кубок, но едва не пролила, так дрожали руки. Так что несколько добрых глотков для храбрости Эовин сделала прямо из кувшинчика, едва не замочив своего нарядного платья. Деве-воину казалось, что так она не волновалась и перед сражением, из которого не думала возвратиться живой… От вина (или же скорее от избытка эмоций?) у Эовин закружилась голова, она почувствовала слабость в ногах, и присела на постель. Разгладила смятую во вспотевшей ладони записку и с упоением продолжила перечитывать строки, которые запомнила, едва глянув на них в первый же раз. Мысленно видя написавшего их перед собой как воплоти, воображая какое у него было выражение лица и глаз, когда он их писал… Заскрипела дверь и девушка подскочила как ужаленная осой в попу. Сердце скакнуло вверх и забилось птичкой-невеличкой у самого сжавшегося горла. - Здравствуй еще раз, Эовин, - открыто и обаятельно улыбнулся ей вошедший в бывшую оружейную ее нынешний король. - Здравствуй… - эхом повторила Эовин, - Еще раз… - Я не был уверен, что ты придешь, - подошел к ней любимый и ласково взял ее руки в свои. - Как я могла не прийти… - Эовин смешалась и опустила голову под раздевающим взглядом, которым смотрел на нее хозяин вечеринки и близлежащих земель. - Ты теперь замужем, - раздался негромкий мягкий голос у самого ее покрасневшего ушка – руки любимого легли на талию девушки. Как во время танца. Но теперь плавно скользнули ниже, сжали, погладили, притянули ближе к себе. - Ты тоже больше не свободен, - с придыханием напомнила Эовин. Томным грудным голосом, настолько не вязавшимся со смыслом сказанных ею слов, что мужчина не удержал веселого смешка. - А ты на меня даже не смотришь, - с лукавым укором шепнул Арагорн в миленько покрасневшее ушко и дразнящее прихватил его мочку губами. Эовин тихонечко вскрикнула, и обвила шею Арагорна руками. Прижалась к нему всем затрепетавшим телом, жадно прильнула к его губам. С пылом и сносящим крышу умением ответившим на ее поцелуй. Долго целовались эти двое, оставившие на время свои законные половинки. Долго и страстно до само-забвения. Не то, что половино-забвения. - Ты даже по имени меня больше не называешь, - с наигранной обидой прошептал чужой муж, на миг отрываясь от губ чужой жены. Но не отрывая ладоней от ее груди с затвердевшими под лифом платья сосками. - Арагорн! – со стоном выкрикнула Эовин, и повторяла и повторяла самое любимое во всем свете имя, пока губы и умелый язык его обладателя не лишили ее дара речи и почти сознания. - У меня есть одна идейка, Эовин, - проговорил Арагорн, незаметно подталкивающий девушку к постели, - Ты не против попробовать что-нибудь новенькое? Уверен, вы с Фарамиром так не делали. От Арвен тоже хрен чего дождешься, кроме культурной миссионерской позы. Упоминание имени соперницы больно кольнуло взволнованно колотящееся сердечко Эовин. И стало грустно от того, что любимый мужчина с ней только потому, что его жена не соглашается поскакать на нем или на позу шестьдесят девять. Кстати, на счет ее мужа Арагорн более чем угадал, кроме как миссионерскую, устраивающую обоих, позу не делали и они с Фарамиром. Вот и самое время попробовать это самое новенькое! С тем, с кем и правда хочется, всего чего угодно, всего, что только ему ни пожелается – с ней, Эовин! Арагорн мог выбрать любую из самых прекрасных окружающих его женщин, но захотел он ЕЕ!! Захотел ее, и… связать ее. Да не просто связать, а привязать к кровати. Еще и стоящей. К поддерживающим балдахин, резным изящной работы, тонким, но от этого не менее твердокаменным, колоннам. Между которых оказалась привязанная к ним за руки Эовин, стоящая лицом к изголовью, едва только оказалась без платья, а заодно и без обуви. Чему, избавленная от них ловкими руками почти любовника, нисколько не возражала. Это было так странно, чувствовать на себе ласки и поцелуи не мужа, а другого мужчины... Непривычные. Удивительно искусные. От которых у Эовин форменно в глазах мутилось от восторга и вожделения! И могло ли быть иначе? Ведь то были ласки и поцелуи второго в ее жизни мужчины - которого она полюбила и захотела первым! - До чего же ты сейчас красива, милая моя Эовин, - сладко протянул довольно сощурившийся Арагорн, подходя к девушке сбоку и поднося к ее припухшим от поцелуев губам чашу с ароматным напитком, - Хочешь глоточек, прежде чем мы начнем, красавица моя? Эовин хотела – всего, чего бы только не предложил ей Арагорн! Она не то, что некоторые задирающие породистые эльфийские носы!! И девушка сделала подряд несколько больших глотков. От которых у нее на миг помутилось в глазах, и пробежала холодная дрожь по всему телу, как бывает перед обмороком. Так было всего мгновение, уже в следующее все прошло. И Эовин увидела продолжающую держать у ее губ чашу и довольно улыбаться Арвен.