- Скажи...

      Глеб дошел до дома Вадима, достал ключи и только хотел приложить один из них к замку домофона, как вдруг бабушка, сидевшая на скамейке, окликнула его.       — Парень, ты из какой квартиры будешь? Я здесь давно живу, всех знаю, а тебя первый раз вижу, — миловидная пожилая женщина в сарафане с цветочным рисунком пристально смотрела на Глеба. Голова ее была накрыта косынкой, чтобы солнце не напекло, но несколько прядей седых волос выбивались из-под нее.       — Меня друг попросил ему принести кое-что из его квартиры. Вы не подскажете, в какой квартире живет Вадим Савичев? — Парень оглянул старушек, которые сразу переменились в лице.       — Бедный мальчик. Я вчера видела его, еле шел. Он у тебя, да? — обеспокоенно спросила другая женщина, которая выглядела помоложе других. — Я их соседка, переживаю за мальчика. Жаль его, с такими родителями жить, — понуро опустила она голову.       — Да, он сейчас у меня. Так вы не подскажете номер его квартиры? — спросил Глеб еще раз.       — Я не помню номер их квартиры, но он живет на четвертом этаже, в правом крыле, — ответила старушка в сарафане.       — Спасибо большое, — поблагодарил за информацию парень и вошел в подъезд.       Обшарпанные стены, расписанные граффити, некогда были светло-голубого цвета, а теперь — грязно-сизыми. Неприятный запах, который преследовал Глеба первые два этажа, а потом сменился на сильный запах горелого, встретился ему снова между третьим и четвертым этажом. Грязь, следы от рвоты за мусоропроводом, кругом хлам. Помойка, а не подъезд.       Наконец, дойдя до второй двери, он наугад выбрал ключ и открыл замок. Когда он зашел, перед ним оказалось еще три двери. Определив по крикам, куда идти, Глеб взял последний ключ и открыл нужную дверь.       Перед ним тянулся коридор, справа шла кухня, дальше была дверь, ведущая в гостиную, а затем коридор упирался в кладовку и уходил на развилку в две комнаты, одна из которых, вероятно, принадлежала Вадиму.       — О-о-о, а вот и наш гомосек пришел. Добро пожаловать домой, уебище. Подойди, поговорим, — услышал парень с кухни крик отчима Вадима и увидел, как тот встает из-за стола и направляется к нему. — А, ты его дружочек. Ну хорошо, тогда поговорим с тобой. — покачиваясь, мужчина занес кулак, но Глеб так же, как и при первой их встрече, скрутил ему руки за спину и повалил на пол. Достав небольшой складной ножик, который всегда носил с собой, парень приставил его к горлу мужчины.       — Слушайте меня. Сейчас я забираю документы Вадима и некоторые его вещи. Запомните: нападете на него еще хоть один раз — этот нож случайно застрянет глубоко в вашем горле. Надеюсь, мы друг друга поняли. — Оставив небольшую царапину на коже, Глеб встал. — А теперь не подскажете, где его комната?       — За углом, — дрожащим голосом тихо произнесла пьяная женщина, судя по всему, мать Вадима. Да, не повезло ему с родителями.       — Спасибо, — холодно поблагодарил парень и прошел в указанном направлении.       Зайдя за угол, он открыл дверь и прошел в комнату. Небольшой шкаф с книгами, такой же — с одеждой. На письменном столе лежала стопка учебников и тетрадей, а рядом с этой кучей стоял ноутбук. Под столом лежала сумка от него. Рядом со стеной, около стола, стояла кровать, над которой висели пара старых плакатов уже не популярных рок-групп и знаменитостей.       Порывшись в ящиках стола, Глеб нашел паспорт Вадима. В шкафу с книгами, на одной из полок, он обнаружил страховой полис. На самом верху лежала небольшая коробочка. В ней парень нашел деньги и решил забрать ее с собой, чтобы потом отдать Вадиму.       Упаковав ноутбук в сумку, Глеб положил в нее же найденную коробочку, которая, видимо, была сделана из старой коробки из-под заварки, о чем свидетельствовал характерный запах черного цитрусового чая, который до сих пор не выветрился.       Парень также взял немного одежды для Вадима, а после нашел тонкую тетрадь. На первой странице красивым шрифтом было выведено «Личный дневник». Положив ее в свой рюкзак, он еще раз оглядел комнату и покинул ее.       За углом его поджидал отчим Вадима. Дождавшись, когда парень выйдет из комнаты, мужчина ударил его кулаком по щеке, туда же, где и так виднелась ссадина от утренней их встречи. Толком ничего не поняв, на чистой реакции, Глеб ударил его в ответ под дых, отчего тот загнулся, держась за место удара. Схватив мужчину за волосы, он ударил его лицом об колено, тем самым разбив ему нос. Под конец он резко отвел в сторону его ногу, заставив упасть, и сел рядом с ним на корточки, вытирая кровь с щеки.       — Вы не понимаете с первого раза, да? Мужик, я забрал от вас сына, которого вы и так ненавидите. Что не устраивает-то? Что груши для битья нет? — спокойно спросил парень, смотря на корчащегося на полу мужчину.       — Да пошел ты, — просипел он, пытаясь встать.       — Надеюсь, вы когда-нибудь почувствуете то, что чувствовал Вадим, живя с вами, — Глеб встал, подхватив сумку, накинул рюкзак на плечо и направился к выходу, провожаемый печальным взглядом женщины и скулежом мужчины.

* * *

      Забежав домой и оставив там сумку с ноутбуком, он пошел на остановку, по пути вспоминая, на каком автобусе можно доехать до больницы. Городок был не слишком большим, и Глебу было не сложно запомнить пути всего транспорта, так как маршруты были не очень длинными. Максимум остановок десять-пятнадцать.       В итоге выбрав сорок первый автобус, он запрыгнул в уже почти уходящий транспорт. Кое-как передав за проезд, он стал пробираться к излюбленному месту у окна. Ехать все равно надо было до конечной, а стоять в начале автобуса и умирать от недостатка кислорода не хотелось.       Сквозь грязное окно он смотрел на город, утопающий в солнечном свете. После ночного дождя в лужах играло солнце, облака плыли по уже розовеющему небу, солнце начинало медленно клониться к горизонту. Мимо проносились люди, веселящиеся дети и их хмурые родители, прогуливались парочки и компании друзей. Торговые центры, вероятно, были забиты под завязку. Глеб усмехнулся. Такой прекрасный день подложил такую свинью.       Наконец автобус добрался до конечной остановки. Глеб выскочил и почти бегом направился в сторону дежурной больницы. Зайдя в помещение, он сразу пошел в регистратуру.       — Вам сегодня привезли парня, Вадима Савичева. Не подскажете, где его можно найти? — быстро проговорил Глеб.       — Диагноз, пожалуйста? — коротко уточнила полноватая женщина средних лет.       — Предположение на воспаление, заражение или перелом.       — Он в реанимации. Его привезли без сознания. Его лечащий врач просил вас зайти. Второй этаж, двести четырнадцатый кабинет. Привезли документы? — в ее голосе было безразличие. Она сидела и заполняла бумаги, даже не поднимая взгляда на пришедшего.       — Да, привез, — кивнул он.       — Передайте это врачу, — женщина протянула ему бумаги.       — Хорошо, — Глеб взял листы и поспешил пойти в указанном направлении.       Дойдя до нужного кабинета, он постучал в дверь и нажал на ручку. К удивлению, у врача никого не было, и поэтому парень зашел.       — Здравствуйте, — мужчина лет пятидесяти сидел за деревянным столом и заполнял бумаги. Из-под медицинского халата торчал воротник темно-голубой рубашки. Доктор был шатеном, но седина уже начала хватать его волосы, и на макушке некоторые пряди уже были будто серебряными. — Присаживайтесь.       — Добрый день. К вам сегодня поступил парень, Вадим Савичев. Я привез его документы, — Глеб достал файл и положил поверх бумаг, которые ему дали в регистратуре.       — А вы кем ему приходитесь? — поинтересовался врач, перекладывая листы на свой край стола и начиная рассматривать их.       — Близкий друг, — немного подумав, ответил Глеб.       — Ну, а теперь расскажите, что с ним произошло. Почему он в таком состоянии? — мужчина смотрел на него поверх очков.       — Он сказал, что его избил отец. Вчера мы договорились с ним встретиться и погулять. Когда я пришел, он стоял, прислонившись к дереву, а потом потерял сознание. Я принес его к себе домой, обработал раны, дал жаропонижающее. А сегодня этот упертый баран все равно пошел домой и встретил отчима, который снова избил его. По-моему, он ударился головой, когда падал, — кратко рассказал о произошедшем Глеб.       — Что же у него отец за изверг? — спросил мужчина, возвращаясь к заполнению бумаг.       — Могу предположить, что он психически болен. Когда я сегодня пришел за документами Вадима, он сразу кинулся на меня с кулаками, — дополнил рассказ парень, вспоминая удар и машинально касаясь щеки.       — Я могу вызвать полицию. Они зафиксируют побои, а вы сможете написать заявление на его отца, — предложил врач.       — Буду признателен. Вы можете сказать, что с Вадимом? — немного нетерпеливо спросил Глеб.       — Секунду. — Мужчина перебрал несколько листов. — У него перелом седьмого ребра с правой стороны, трещина на кости правой руки и пошло воспаление на руку от ожога. Есть подозрение, что сломанное ребро могло поранить легкое, но это еще точно не известно, нужно сделать рентген. Также есть вероятность частичной амнезии из-за удара головой. Он еще не приходил в сознание, а сейчас находится в реанимации. Я вызываю полицию?       — Да, пожалуйста.