Не такой.

      Гелия считает, что ночное небо прекрасно. Когда только луна и звезды, а на сотню миль никого вокруг. Когда где-то в стороне, в таком далеком лесу воют волки, вспархивают перепуганные птицы, а из знакомых только крупный, но легконогий вороной жеребец, неторопливо щиплющий луговую травку, почти сливаясь цветом с ночью.       Гелия любит теплые, летние ночи, когда можно просто взять и уехать далеко, расположившись посреди большого поля, открытого и неприступного - местность просматривается просто прекрасно.       Он любит эту тишину и спокойствие, когда даже собственные мысли не донимают, погрязнув в бездонной пучине темного неба.       А еще больше он любит осень. Не ту промозглую, когда вокруг только дождевая вода, а самое начало, когда деревья желтеют и осыпаются, а в садах расцветают поздние цветы.       Когда его спрашивают - почему же он больше любит осенний листопад, чем летнее тепло, он отмалчивается, или болтает что-то невразумительное про очарование буйства красок. Нет, не будет же он говорить, что ему нравится наблюдать за тем, как природа медленно умирает. Умирает, чтобы отдохнуть и через сезон воскреснуть вновь, полной сил и новых красок.       Иногда Гелия тоже хочет умереть, чтобы вернуться обновленным.       Иногда ему кажется, что он слишком устал. Что его душа знатно износилась от пережитого. Что она заляпана кровью и трещинами, пропитываясь до основания.       А затем он поднимается на ноги, улыбается и возвращается в свою комнату, усаживаясь в уголок, под настольной лампой, чтобы зарисовать очередную идею. Иногда из-под его руки выходят красочные картины, иногда - мрачноватые, но такие притягательные зарисовки.       Эти рисунки он хранит в отдельной папке, как символ победы.       В этот раз над самим собой.