История болезни

      В этот вечер сердце Саске щемило пульсирующей болью, пока ноги устало брели по кварталу Учиха в компании брата. На самом деле, не произошло ничего страшного. Просто человек он такой - порой впечатлительный. Легко может зациклиться на одной вещи и мусолить её долгие дни со старательной и ревностной тщательностью. Правда, почему-то всегда получалось так, что мелочи эти были связаны с Итачи.       Вот и сегодня на миссии он увидел - а точнее, ему просто показалось - как брат едва не погиб, падая с огромной скалы. Естественно, всё было продумано им заранее, и в последний момент он призвал огромного ворона, но Саске напугался так, что образ близкого к гибели Итачи прямо отпечатался в голове.              — Слушай, нии-сан, — хриплым, неуверенным голосом обратился младший, стыдливо отводя взгляд в темно-синие тени их традиционного сада. В очередной раз налившийся водами бамбук перевернулся и звонко ударился о камень. Саске набрал воздуха в легкие и вернул себе уверенный голос и взгляд, или их подобие. — А давай, как в былые времена, у меня поспим? Нам ведь обоим так нравится больше.              Итачи перевел на Саске удивленный по-доброму взгляд. И, хмыкнув, пожал плечами, идя вместе с младшим в его комнату.              Односпальная кровать и одна подушка. Когда-то это не казалось проблемой. Но не теперь, когда Саске уже 14. Старший вздыхает с мыслью о том, что сегодня в роли подушки для брата будет его широкое плечо. На стул аккуратно складывается форма и жилеты, и Саске достает каждому по футболке.              Он с упоением вдыхает хвойно-цитрусовый запах аники, лежа в его совершенно невинных братских объятиях и чувствуя, как выпирающая изящная ключица немного больно давит скулу, из-за чего приходится приподнять лицо немного выше, утыкаясь носом в нежную кожу шеи, где запах становится ещё более насыщенным и будоражащим, рождающим внутри какое-то странное трепетное чувство. Усталое тело тонуло и растворялось в сильной и успокаивающей ауре Итачи, заставляя разум окунуться в блаженство.              — Как же хорошо, — мучительным тихим шёпотом давит по слогам Саске, сам удивляясь такому откровению, но всё равно продолжая, потому что не может держать в себе, — как же хорошо, что ты у меня есть, Нии-сан, - младший сдавил теплое тело в объятиях, чувствуя твердые кости и мышцы, приятно впивающиеся в собственное тело. — Было бы так всегда. Ты и я. Вместе.              Саске услышал лёгкий смешок и ощутил руку на своих волосах.              — Глупый младший брат. Я всегда буду рядом с тобой.              — Ну... нет... — покачал головой тот в ответ, невольно потираясь о чужую шею щекой и носом, от чего Итачи едва не поёжился. — Ты не волнуйся, я понимаю... ну, что ты однажды женишься, заведешь семью, детей, и мы будем видеться раз в год, и уже они будут в твоем приоритете. Я уже давно не маленький эгоистичный ребенок. Я понимаю. Да и вообще, - закусив губу, перевернулся на другой бок Саске, - глупо это, пора отвыкать. Не дети, правда.              — Эх, — Итачи вздохнул с усталым снисхождением, — ну ведь и ты тоже заведешь свою семью, Саске.              — Не, — поморщился подросток. — Я не заведу. Это ты такой - заботливый, относительно общительный, в общем, нормальный... А я не могу ни о ком заботиться, я избалованный. Тобой. Я буду худшим в мире мужем и отцом, я знаю. И, главное, мне просто никто из них не нужен.              — Какие громкие слова в четырнадцать лет, — усмехнулся старший. — Это сейчас я тебе так важен, а через года три ты меня забудешь, как гормоны ударят.              — Не будет такого. Это вот ты меня забудешь. Ты от меня всегда отмахиваешься, а там и вообще...              Саске представил себе картину того, как Итачи заботится о своих детях. Конечно же, в его жизни не останется места для взрослого шиноби, пусть тот и младший брат. Носоглотку стянуло болезненным спазмом от подавляемых постыдных слез, что так и не вырвались. Наверняка жене и детям Итачи будет уделять внимания гораздо больше, чем когда-либо уделял Саске.              — А зачем мне это? — неожиданно спросил старший серьезным низким голосом. — Если мне сейчас хорошо с тобой, зачем напихивать в жизнь множество ненужных отягчающих её деталей? Я раньше не думал об этом, но вот сейчас, когда ты поднял эту тему, то думаю, я с тобой солидарен.              — Нии-сан... но ведь все однажды всё равно женятся и всё такое, а ты будущий глава клана...              Итачи улыбнулся и зарылся носом в мягкие иголки черных волос.              — У "всех" нет тебя, Саске.