Sanguine sacro

За закрытым окном – руины главного корпуса. Повезло, что огонь не перекинулся на соседние здания. Всё напоминает о недавнем пожаре. Особенно запах. Тяжёлый, душный запах горящей плоти и костей. Сыновья Спарды… почему они не сгорели заживо там, вместе с не успевшими выбежать во двор «истинными детьми»? Ускользнули. Тогда, когда она была так близка к цели, когда она почти сумела растоптать, уничтожить одного из них. Взять в плен нефилима, да ещё и унизить его, сломить… Такое не удавалось даже мёртвому господину. Хлопает за спиной дверь, бьётся о стену так, что штукатурка сыплется с потолка не сероватой пылью, а кусками. В размышления врывается громкий вопль: - Они вышли на связь! Женщина, до того неподвижно стоявшая у треснутого зеркала, вздрогнула и обернулась. Она давно переоделась, и сейчас отнюдь не походила на лидера секты: вместо белого платья – простая длинная юбка и блузка. Кажется, из гардероба похищенной девчонки. Вспомнив о пропаже ангела, «Ева» скривилась, но почти сразу же её лицо приобрело прежнее выражение. Не хватало ещё, чтобы кто-нибудь понял: печаль в её лице вызвана отнюдь не скорбью по павшим «истинным детям». Особенно этот мальчик, Неро. Демоническая кровь не даст подчинить его, как бы она ни старалась. С другой стороны, сейчас он в смятении, и его разум уязвим. Может, стоит рискнуть? - Ты не мог не подкрадываться так неожиданно, дитя моё? Ты напугал меня. Мальчишка скривился, как если бы челюсть свела судорога. Ошибка. Он не любит, когда его называют «дитя моё». Наверное, всем сиротам это не по душе. Впрочем, нет – Кириэ, напротив, всегда улыбалась, услышав подобное обращение. И тогда от неё исходило спокойствие. Она не чувствовала себя одинокой. - Кириэ у них в плену, а вы… - Неро осёкся, натолкнувшись на взгляд пронзительно-голубых глаз – острый, как лезвие наточенного клинка. - Что толку в том, чтобы показывать свою скорбь? Лишняя суета. Так чего ты хотел? «Ева» склонила голову набок, выжидающе глядя на взволнованного мальчишку. Мысленно она пыталась соприкоснуться с его разумом, нащупать в нём слабые места – и проникнуть в них, сломать все барьеры, изменить что-то до того, как взбунтуется демоническая кровь. Но мальчик, разумеется, не должен этого почувствовать. - Они обещали отпустить Кириэ, если вы отправитесь за ней в одиночку. Предлагают встретиться в полночь, у старого склада «Верилити». Что вы об этом думаете? Руки Неро слегка подрагивали и сами собой сжимались в кулаки. При этом демоническая длань то и дело вспыхивала неровным голубым светом. Не терпится броситься в бой, пролить кровь. А в глазах – недоверие. Что ж, было бы глупо обманываться и полагать, будто он до сих пор верит «госпоже». Разве он когда-то давал повод принять себя за верного слугу? Если бы не демоническая кровь в его жилах, она давно уже избавилась бы от него. Но как можно разбрасываться столь ценными экземплярами? Пусть он и не чистокровный демон. Тем лучше. Тем легче будет в случае измены лишить его жизни, а в идеале – сделать своей марионеткой. Сейчас его разум всё же сопротивляется, да и сил пока недостаёт. Проклятая девица пыталась вырваться изо всех сил. Но эта глупышка – Кэт, кажется, - была человеком. А разве способен человек одолеть такую, как она?.. - Пойду за ней, что же ещё? А вот теперь – недоумение, такое же искреннее, как злоба мгновения назад. Смешно. Того, в ком вечно сражаются демон и человек, легко вывести из равновесия. Ведь он ждал другого ответа. - Они убьют и её, и вас. Он не верит – и всё равно поддаётся её влиянию. Он не верит в Еву, но верит каждому слову той, кого считает никем. Спасибо за это старшему сыну Спарды: ценная услуга. - Убьют меня? Может, ты забыл, но я всё ещё ангел. Быть может, мне удастся их образумить и защитить свою истинную дочь. Сегодня не получается быть многословной, как раньше, и до боли хочется сбросить надоевшую маску. Как же надоело прикидываться! Ничего. Скоро, совсем скоро можно будет немного побыть собой. Пусть и ненадолго, лишь до тех пор, пока оба сына Спарды не превратятся в куски рефлекторно дёргающегося обугленного мяса. Между пальцев промелькнул почти сразу исчезнувший электрический разряд. - Ступай, Неро. Сообщи остальным. А мне… мне нужно подумать. Он послушно удаляется. Хорошо. Устало прикрыв глаза, Ева посмотрела в зеркало. Из-за трещины казалось, что её лицо раскололось на две неровные половины. Русые волосы, голубые глаза, молочно-белая кожа и отрешённый вид. Таким, в представлении обывателей, должен быть ангел. А ещё у ангела должны быть крылья – большие, белые крылья. От него должно исходить божественное сияние, одежда должна быть белой… Сотни, тысячи глупых стереотипов. В воспоминаниях сыновей Ева не такая. Смешно: если бы люди увидели её – или Кириэ, или её брата, да любого другого настоящего ангела, они бы не задержали на нём взгляда. Они увидели бы человека, не видя дальше оболочки. На пару мгновений «Ева» закрыла глаза. Когда же она открыла их вновь, из зеркала смотрела другая женщина. Прямые пряди тёмно-рыжих волос, усталый, даже измождённый вид, и, в качестве финального штриха – неровный шрам, слегка виднеющийся из-под ворота блузки. Шрам тянется далеко вниз, по всей груди. Фальшивая Ева усмехнулась – и та женщина в зеркале усмехнулась вслед за ней. А вот такой, наверное, стоит явиться на встречу с детьми Спарды.