Sanguine sacro

Старый склад, как ни странно, выглядел почти нетронутым, словно какая-то сила защищала это мрачное здание. Ну, если не обращать внимания на обвалившийся забор, потрескавшийся асфальт и наполовину провалившийся под землю грузовик без колёс. Значит, информация верна: это место пока ещё не начали восстанавливать. - Жутковато здесь, да? – Данте преувеличенно весело хохотнул и хлопнул по плечу передёрнувшегося брата. Вергилий плотно сжал губы, крепче сдавливая плечо вскрикнувшей заложницы. Младший близнец раздражённо фыркнул, пиная подвернувшийся обломок арматуры: всё, хватит разряжать атмосферу! Шут его знает, что случилось, но Вергилий начисто утратил чувство юмора. Да и сам он нервничал, как бы ни пытался это скрыть: кто знает, на что способна эта сучка? - Зачем вы меня сюда притащили?! Что вы собираетесь делать?! – снова оживилась Кириэ, до того строившая из себя эдакую партизанку на допросе. - Да ты подожди, сейчас разведём костерок, зажарим тебя и сожрём с потрохами, - хмыкнул Данте. Девушка тоненько взвизгнула и закрыла лицо руками. - Эй! Да ты что, серьёзно в это поверила? – недоверчиво покосился на перепуганную заложницу младший сын Спарды. Даже интересно – что там о них наговорила её «госпожа»? За обвалившейся оградой что-то звякнуло, затем послышался чрезмерно отчётливый звук падения какого-то небольшого предмета. Оба близнеца, не сговариваясь, повернулись на звук. Но нет – никого. Данте потёр костяшки пальцев, уже почти жалея, что выбрал в качестве места встречи заброшенный склад. С другой стороны, так выше шанс, что в их дела не будут втянуты посторонние люди. Довольно и тех разрушений и смертей, в которые обошлась смерть Мундуса. Внутри их ждала темнота. С трудом можно было различить контуры ящиков, небрежно наваленных друг на друга. Кое-какие из них были открыты, в чём Данте убедился, споткнувшись о жалобно звякнувшую бутылку. - Кто тут эту хрень швырнул?! – выругался младший сын Спарды. Из полумрака послышался сдавленный смешок, и почти сразу в глаза ударил свет фонарика. Данте, про себя продолжая материться, прикрыл глаза рукой: на мгновение его ослепило. - Госпожа Ева? – голос заложницы звучал на удивление неуверенно. – Это вы? Что с вашим лицом? С волосами?.. Глаза немного привыкли к свету: теперь недоумевал и Данте. Сердце пропустило пару ударов: показалось, что явилась не самозванка, а та женщина, чьё лицо порой приходило к нему во снах. Настоящая Ева. Но затем рыжеволосая женщина, стоявшая на возвышении на другой стороне склада, посмотрела на него – и наваждение исчезло. У их матери не было таких пронзительно-ярких, но таких пустых глаз. Самозванка перевела взгляд на Кириэ: - О чём ты, девочка моя? Чем они смутили твой разум? Я всегда была такой, какой ты видишь меня сейчас. Всегда. Данте передёрнулся: на мгновение ему почудилось, будто вместо глаз у фальшивой Евы – пустые, чёрные впадины, и из них тянутся, обшаривая всё кругом, омерзительные щупальца. Липкие и холодные, как прикосновение мёртвой матери во сне. И что-то ещё. Отголосок силы, которую невозможно не узнать. - Демон! Ты… За спиной раздался стальной лязг, прервавший речь младшего сына Спарды. Твою мать! Только этого мальчишки-демона с его рукой не хватало… В следующий миг его едва не сшибла с ног Кириэ: Вергилий, почувствовавший приближение чужака раньше, отшвырнул от себя заложницу. - Что ты здесь делаешь?! – раздражённо воскликнула «Ева», что дало понять: мальчишка для неё – нежданный гость. Вергилий побелевшими пальцами сжимал рукоять Ямато: похоже, в руке мальчишки и в самом деле была заключена немалая сила. Снова лязг, высеченные искры, чёрная кровь на лезвии… Демоническая рука полыхала голубым пламенем. Казалось, ещё немного – и мальчишка сам обратится в такое же пламя. Быстрое сближение – и противники снова расходятся. Вергилий больше не нападал, лишь сверлил «демона» взглядом. Да чего медлить?! Верг ведь не слабак, уж как-нибудь прикончит мальчишку – или хотя бы вырубит. Хотя на кой хрен жалеть демона?! Неро стиснул зубы, сжимая демоническую руку в кулак и бросаясь вперёд. Чёрное щупальце, вновь ставшее видимым, устремилось к Вергилию, и прежде, чем Данте успел что-то сообразить, старший близнец вздрогнул и зажмурился. Пропущенный удар, грохот осыпающихся ящиков… Хрен его знает, что это было, но нужно вмешиваться, пока эта тварь не сделала ещё что-нибудь, и… Выругавшись, Данте предпринял единственно верное решение – перехватил вырывающуюся заложницу за талию, приподнимая над землёй. Кириэ брыкалась, разом растеряв прежнюю покорность. «Демон» замер, недобро скалясь, но в его глазах виделось беспокойство. - Что, боишься, что я сверну ей шею, сукин сын?! – пусть это прозвучало неуверенно и натянуто – Данте никогда не умел всерьёз угрожать людям – Неро передёрнулся. «Ева» усмехнулась: - Дети мои, отчего же вы так жестоки? Почему бы вам не смириться и не обрести покой в объятиях своей матери?.. Внутри что-то рвануло с такой силой, что взрыв в убежище сектантов по сравнению с этим взрывом показался бы жалкой пародией, и Данте закричал: - Кончай эту хрень! Кто ты такая?! Назови своё имя! Он не ждал ответа: не с руки этой твари выдавать себя перед своими «детьми». Но губы самозванки неожиданно растянулись в улыбке: - Если тебе так претит моё имя, можешь звать меня Триш.