Sanguine sacro

- Кэт! Кэт, ты слышишь меня? – настойчиво повторяла Кириэ, присев на корточки рядом с невозмутимо рисующей на стене девушкой. Та посмотрела на посетительницу бессмысленным взором младенца и тут же снова принялась сосредоточенно карябать куском угля по белым стенам. Одна и та же фраза, лишённая смысла. «Он снова здесь». Неро устало выдохнул, привалившись плечом к стене. И как объяснить спутнице, что лучше бы послать всё это к демонам и уходить? Год назад они пережили достаточно, чтобы снова нарываться на неприятности. Тогда Либо-Сити был почти полностью разрушен, и ему не оставалось ничего, кроме как прибиться к не вызывающей доверия «Еве». Повторить ошибку? Ну уж нет! Даже если кто-то против самозванки, это вовсе не значит, что он – воплощение добродетели. Сейчас Кириэ убедится, что здесь её помощь не нужна. И тогда нужно будет хватать её в охапку и увозить как можно дальше – пока не повторилось прошлогоднее дерьмо. Если, конечно, она осталась такой, как прежде. Он смотрел на девушку и силился понять – изменилось ли в ней хоть что-то? Иногда он сомневался, что сверкающие, белоснежные крылья за спиной Кириэ ему не привиделись, слишком уж обычно она себя вела. Словно и не помнила ничего произошедшего. А может, и в самом деле не помнила: спросить Неро не решался. - Ты не сможешь ей помочь. Пойдём отсюда. Кириэ покосилась на своего спутника, упрямо сжала губы и вновь повернулась к не замечающей её пациентке психиатрической клиники. Воплощённая невозмутимость. Может, и не стоит вытягивать её из этого состояния? Сейчас она хотя бы выглядит счастливой, пусть и мозга у неё осталось меньше, чем у трёхлетнего ребёнка. - Она меня слышит, я знаю, - уговаривая то ли Неро, то ли саму себя, шепнула Кириэ. Парень лишь покачал головой: разубеждать глупышку, пока она в таком состоянии, бесполезно. Нужно только ждать, ждать – и надеяться, что на этот раз кошмар начнётся уже после того, как они покинут Лимбо-Сити… Из коридора послышались протестующие крики: кажется, кричал кто-то из врачей. Нет, только бы не снова… Парень скрежетнул зубами, пытаясь отогнать настойчивые воспоминания о событиях прошлого года. К палате кто-то приближался, и Неро предпочёл бы не сталкиваться с этим «кем-то», а потому схватил Кириэ за руку. Девушка и сама сообразила, что происходит нечто из ряда вон выходящее. Её взгляд беспомощно метался от Неро к Кэт и обратно: она не хотела бросать Кэт одну, но и откровенно боялась оставаться в палате. Тем временем дверь распахнулась, и Неро, не удержавшись, выругался. - Вы?! Какого хера вы тут забыли?! – в палату ворвался изрядно потрёпанный Данте, стряхивающий с себя налетающих санитаров. Вергилий держался чуть в стороне, и его отчего-то не пытались скрутить: не видели в нём угрозы. Неро молчал, угрюмо глядя на сыновей Спарды. Демоническая рука, спрятанная накинутым поверх водолазки плащом, сама собой сжималась в кулак. Следовало ожидать, что они снова столкнутся с этими двумя. - Не больше двух посетителей за раз! Подождите своей очереди! – верещал прицепившийся санитар, похожий на надоедливого клеща. Неро чуть склонил голову: - Не стоит беспокоиться. Мы уже уходим. Сейчас единственной мыслью было увести Кириэ подальше от этих двоих. Даже если они что-то не поделили с «Евой» - пусть разбираются с ней сами, не впутывая в это посторонних. Особенно таких посторонних, которые и себя-то защитить не способны, но всё время рвутся спасать других. Неро едва ли не волок девушку за собой по коридору, видя только дверь в его конце. Выйти за эту дверь и покинуть больницу. Там, за дверью, новая жизнь, где больше не будет чужой боли и чужих смертей. Жизнь, где Кириэ будет улыбаться, а не плакать, как после смерти её брата. - Постойте. Нам есть, о чём поговорить. Кириэ, вздрогнув, посмотрела на неожиданно заговорившего Вергилия. И остановилась. Дверь в конце коридора снова осталась недосягаемой. Заброшенный монастырь святого Михаила казался на удивление тихим местом. Триш запретила своим последователям возвращаться сюда, пусть теперь они и лишились одного из своих убежищ. Стоило бы отыскать новое место, где их не сумеют найти сыновья Спарды. Убить. Уничтожить. Так велел мёртвый господин в те дни, когда его ещё не лишили жизни. Триш остановилась у ворот заброшенного монастыря и прислушалась. Да, ничего не слышно. Хорошо. Мёртвый господин создавал её, как оружие, способное удержать людей в узде. Он намерено велел ей распространять ложь о Спарде и притворяться его супругой: ведь люди, которым открылась часть правды о мире, мнят, будто бы вся истина теперь им известна. Они глупы, но в своей давящей массе – сильны. И не стоит об этом забывать. Она не повторит ошибки мёртвого господина. Владыку Демонов смогли убить нефилимы. Будет забавно, если ей удастся уничтожить их с помощью людей – тех, кто, казалось бы, во много раз слабее. Ничтожное уничтожит великое. Есть в этом какая-то весьма интересная закономерность. Управляя разумом, самозваная Ева давно поняла: прежде разрушения тела нужно уничтожить, сломить душу. И уж она-то постарается сделать так, что сыновья Спарды сами будут молить её о смерти. Есть нечто худшее, чем смерть – и она покажет им это. Снова прислушавшись, Триш всё же сумела различить едва заметный шорох, доносящийся из-под земли. На губах промелькнула тень улыбки – не блаженно-отрешённой, какой она приветствовала свою паству, а авантюрной, походящей на ухмылку довольной кошки. Там, под землёй, в подвале, все те малоразумные демонические создания, что в первые дни метались по всему Лимбо-Сити. Все, кого она сумела изловить и удержать. Они раздражены, но вряд ли вырвутся из-под контроля. А то, что они злы… так даже лучше. Расшатанный разум легче контролировать. Пусть сыновья Спарды наслаждаются антрактом. Скоро начнётся кульминационный акт смертельного представления…