И ничего лишнего

Невесомость окутала всё пространство, растворяя последние воспоминания о том, как ощущалось притяжение. Словно потоком сознание уносило всё дальше, пока и вовсе не исчезла способность осознавать собственные мысли и себя. Постепенно частицы осознания ускользали, оставляя на своем месте расплывчатые кадры. Ханк, сидящий над учебником в неярком свете лампы и в напряжении недовольно хмыкающий прочитанным словам. Ханк в жёлтом костюме с огроменной пушкой наперевес, кричащий то ли кому-то, то ли на кого-то. Ханк со сломанной ногой убегающий от огромного существа на Вискалиде. Пидж, сидящая на крыше и одними губами молвящая «Вольтрон». Пидж, кропотливо разбирающая алтеанскую технику на части, тут же с сияющими глазами объясняющая что-то Мэтту. Аллура, падающая ему в руки. Смятение, непонимание в ее глазах, граничащее с отчаянием. А вот Аллура стоит неподалеку от Лотора, внимая каждому сказанному слову и будто с трепетом разглядывая его профиль. Широ, пожимающий своей рукой галра его ладонь. Широ, которому Лэнс по ошибке запустил космической жижей в лицо. Широ, поистине радующийся успехам Кита. Кит, сидящий на передней парте, скалящийся на их преподавателя, взгляд пропитан враждебностью. Кит, смотрящий прямиком на него, в нетерпении закатывающий глаза. Кит, теперь уже сидящий напротив, притворяющийся недовольным, но на деле едва сдерживающий улыбку. И вся их команда, встречающая каждый успех и поражение вместе. Стоило Лэнсу чуть-чуть приоткрыть глаза, как яркий свет в мгновение ока ослепил его. Сощурившись, он растерянно моргнул и лихорадочный ворох мыслей стаей закружил в голове. Что происходит? Где он находится? Однако попытка понять оказалась провальной. Голова жутко гудела. Яркий свет только усиливал непрекращающуюся, оглушающую пульсацию в висках, что нарочито ошеломляла. Он мог точно припомнить тот факт, что они летели к Земле. Помнил… планету, не так давно спасенную ими. Помнил, как беспомощно тонул. Когда глаза стали постепенно привыкать к освещению, Лэнс, наконец, попытался различить странную сияющую обстановку и вдруг запоздало осознал, что лежит на чем-то относительно мягком, довольно удобном. Рядом послышались чужеродные звуки. — Лэнс, ты меня слышишь? — раздался подле него чересчур знакомый женский голос. Слегка надломленный, словно потерявший былую твёрдость. Лэнс без раздумий кивнул. Движение спровоцировало в голове новую порцию боли. Тяжело вздохнув, будто вновь учась разговаривать и пробуя слова на вкус, он с трудом пробормотал: — Черт, почему голова так раскалывается… Слова прозвучали немного слитно, нечленораздельно, будто он не разговаривал уже много дней. Ощущать собственное тело было на удивление непривычно, физически странно. Но чувства усталости, как и боли не было. Скорее, его тело ощущалось куда более отдохнувшим, нежели его голова. Долго ли он находился в отключке?.. Моргнув ещё пару раз, он постепенно стал различать черты Аллуры, что сидела совсем рядом с ним. Ее ладонь коснулась его руки и нежно сжала. — Ничего странного в этом нет, — вновь зазвучал ее голос. — Ты довольно долго пролежал без сознания. Хотя вот, что удивительно: ты оклемался несколько раньше, чем мы думали. — Что произошло? — Ты не помнишь? Пещера обрушилась, пока мы… От услышанного Лэнс резко приподнялся на локтях, случайно обрывая Аллуру на середине предложения. Головокружение сразу же дало о себе знать, и его повело в сторону, однако в это мгновение его волновало другое. Пещера начала разрушаться. Они не могли спастись. Он прекрасно это помнил. Облизнув пересохшие губы, он смог посмотреть на Аллуру более трезвым, осмысленным взглядом. Под ее глазами можно было различить хорошо заметные темные круги, а взор безостановочно бегал по его лицу, словно она не могла определиться с тем, куда стоит смотреть в первую очередь. Фигура, всегда столь стойкая и властная с прямой, величественной осанкой, теперь выглядела донельзя сжавшейся, маленькой. Словно за то время, что Лэнс провел без сознания, она успела потерять былую прочность. Сейчас она не выглядела как принцесса. Скорее, как обычный очень уставший человек. В каком-то роде она, вероятно, напоминала тень. — Ты сама в порядке? — сказал он первое, что пришло на ум. В памяти всплывали кадры, как Аллура на коленях сидела совсем близко к Пидж, будто была готова встретить их скоропостижный конец. Тем не менее, её губы тронула слабая улыбка: — Разумеется, в порядке. Если ты не помнишь, регенеративные способности алтеанцев куда выше людских. Лэнс недоверчиво скользнул по ней взглядом, впрочем, не став озвучивать последние посетившие его мысли вслух. Ещё не хватало указывать принцессе на её не столь грациозный и приемлемый для королевских особ нынешний вид. — Ты уверена? — вместо этого уточнил он; Аллура едва слышно хмыкнула, видимо, не разделив его волнения на свой счёт. — Тебе стоит сначала побеспокоиться о собственном самочувствии. Голова сильно болит? — Жутко раскалывается. — Именно об этом я и говорю, — укоризненно покачала она головой. Слегка помедлив, Лэнс внимательно огляделся вокруг, тотчас подмечая, что никого кроме них в комнате не наблюдалось — произведенное умозаключение не на шутку его встревожило. Трудно было поверить, что после разрушения столь катастрофических масштабов они могли отделаться одними ушибами да синяками. К своему удивлению, он также невольно подметил другую особенность: плечо по странному стечению обстоятельств более не болело. Неужто столь скорому регенеративному эффекту поспособствовали криоподы или же медицина Крибека? — А как остальные? Все в порядке? — Ханк и Пидж очнулись где-то пару часов назад. Сейчас они проходят кое-какие тесты с местными докторами, чтобы понять, всё ли в порядке. Однако Кит и Широ… получили довольно много травм и ещё не вышли из своих криоподов. Их состояние в норме и стабильно, поэтому мы ожидаем, что они скоро очнутся. Вспомнив, как Кит в последний момент оттолкнул его от летящего на него гигантского обломка, Лэнс беспомощно ощутил, как внутри всё похолодело от ужаса, и болезненно сглотнул. Слова «стабильно» и «в норме» шли в разрез с пониманием того, какой ущерб мог нанести массивный валун. Особенно обычному человеку. Видимо, распознав на его лице непрекрытое ошеломление и страх, Аллура поспешила сжать его ладонь в знак поддержки: — Тебе не стоит переживать, всё будет в порядке. Вот увидишь. Разумом Лэнс понимал, что она была абсолютно права. Если Кит находился в криоподе и его состояние стабилизировалось, значит, он жив и в скором времени будет в полном порядке. Тем не менее, это не спасало от липкого ужаса, что назойливо засел внутри и внушал непоколебимую панику. Рвано выдохнув, он попытался на время отогнать мрачные мысли прочь. — По правде говоря, я мало что помню. Как мы вообще оттуда выбрались? — Можно сказать, вы послужили причиной для этого, паладин красного льва, — вдруг раздался голос со стороны двери. Аллура с Лэнсом одновременно повернулись на звук и их вниманию предстал не кто иной, как глава государства. — Ох, Ваше величество, — мигом встрепенулся Лэнс и попытался сесть на кушетке в более приемлемом виде. — Здраствуйте. — Ну-ну, лягте и отдыхайте, не стоит подниматься. Я пришел, потому что хотел лично убедиться, что с вами всеми всё в порядке. Он медленно прошел внутрь лазарета, по пути пристально разглядывая своими чернильными ониксами как Аллуру, так и Лэнса. Становилось предельно ясно: говорить о своих травмах и ощущениях после местного лечения пропадала всякая нужда — ибо он мог прекрасно подмечать мельчайшие детали в изменении состояния собственным особенным зрением. Чрезвычайно удобно, — подумал было Лэнс. — И все же, что вы имеете в виду? Как я этому поспособствовал? Аллура вновь перевела взгляд на него: — Что последнее ты помнишь? — Я упал в водоем и однозначно шёл ко дну. Этого не забыть, — невесело усмехнулся он. Не забыть, как легкие отчаянно горели, пока он захлебывался, а его друзья медленно умирали на поверхности. — Какие-нибудь мысли в тот момент? — нарочито знающе уточнил глава. — О чем вы думали? Желание вернуться к своим друзьям. Выжить. Вновь увидеть их. — Думал о том, как сильно не хочу умирать. Глава государства, казалось, пристально уставился на него в ожидании продолжения. Лэнс утало потер лоб, вдруг отчётливо осознав, что выкрутиться и уйти от ответа вряд ли выйдет. — Я думал о команде, о Вольтроне, о том, что не хочу, чтобы всё так заканчивалось. Надеялся, что все выживут и будут в порядке. Вторя его словам, раздалось довольное сопение. Глава едва заметно кивнул, очевидно удовлетворенный прозвучавшей откровенностью. — Видите ли, именно в этом заключается особенность нашей планеты. Мы все связаны невидимыми узами, а раскрыть эту связь под силу только природе. Ибо она основа жизни. — Хотите сказать, что нас спасла планета? — с неким осмыслением уточнила Аллура. — Правильнее было бы сказать, что вы сами спасли себя с помощью природы. Священный источник, порождаемый из недр земли питает всё, что существует на этой планете. Прежде я уже об этом упоминал. Он обладает множеством свойств, из-за чего наши предки с древних времён заботились о состоянии источника и благодаря нему могли связываться с другими. Священный источник — это артерии, которые способны чувствовать энергию, мысли и воспроизводить желаемое. Когда красный паладин упал в водоём, тот ощутил его стремление спасти самых близких ему людей. А ваша связь между паладинами поспособствовала осуществлению этого желания. Не до конца понимая, что конкретно подразумевалось, Лэнс растерянно перевёл взор на Аллуру, надеясь получить больше подробностей или исчерпывающее объяснение. Различив его смятение, она коротко пояснила: — После того, как ты попал в водоём, источник создал купол, который нас всех укрыл. Хотя потолок пещеры всё же полностью провалился и открыл проход на поверхность. — Именно так мы и нашли вашу команду, — продолжил глава государства, изучающе сцепив руки перед собой. — Поэтому, если бы ты не оказался в водоеме, то живыми мы бы однозначно не выбрались. Лэнс озадаченно моргнул и без сил рухнул обратно на кушетку, переваривая новую порцию информации. Видимо, источник также помог излечить какие-то из его ран, ибо ощущал он себя значительно лучше, чем после криопода. Тем не менее, час от часу становилось не легче. Тот факт, что он поспособствовал чему-то хорошему до сих пор воспринимался разумом в штыки, словно он не заслуживал приписывать себе заслуги за те или иные непреднамеренные действия. Это ведь была счастливая случайность, не более. Фактически, к этому приложил руку Кит. — Клянусь, мне кажется, я начинаю понимать, что происходит у тебя в голове, — вдруг удрученно вымолвила Аллура, ненароком вклинившись в цепочку его размышлений. Лэнс с подозрением изогнул бровь, однако, осознав правоту ее комментария, поспешил оборвать очередную саморазрушающую мысль, прежде чем у той появился шанс развиться в нечто более мерзкое и опасное. — Телепатические способности точно не входят в твои умения, — верно заметил он. — Значит, я эволюционирую. Лэнс, я вижу по твоему лицу, что ты с нами не согласен и тебя что-то беспокоит. Лэнс почувствовал волну скептицизма в ответ на столь серьёзное заявление, и глава государства немедля встрял в разговор. — Принцесса права, она способна ощущать ваше смятение и хорошо распознает эмоции. Вы можете продолжать стоять на своем и скрывать как свои мысли, так и чувства, вот только… Паладин красного льва, могу я дать вам совет? — Лэнс расценил, что услышанное ему, скорее всего, не понравится, но все равно кивнул в знак согласия. Глава продолжил: — Ваши попытки скрыть себя от команды обернутся против вас. Это приведет лишь к большим непониманиям и жертвам, а по итогу вы добьетесь того, чего на самом деле совсем не хотите. Вы знаете свою команду и, уверен, доверяете им больше всего на свете, поэтому советую продолжать им доверять, несмотря на то, какие сомнения вас гложут глубоко внутри. Уверяю, они ведут не по тому пути. Его глаза казались чернильнее самой бездны; кожа ярко сияла, переливаясь и контрастируя с темнотой взора; по выражению лица, что почти никогда не менялось, было затруднительно распознать, какие эмоции им двигали, — тем не менее, Лэнс мог чувствовать исходившую от него искренность. То были не пустые слова и не столь непрошенные, как могло показаться на первый взгляд. Ему нужно было это услышать — в глубине души он это знал, ведь многочисленные сомнения терзали его уже далеко не первый день. Вероятно, то же видел и глава государства. Аллура более не могла сидеть, сложа руки. Испустив расстроенный вздох, она вдруг дотронулась до его предплечья и в следующую секунду уверенно потянула озадаченного Лэнса на себя, сгребая в охапку. Крепко прижав его к себе, она заговорила почти на самой грани шепота: — Если ты действительно думаешь о чём-то отрицательном и сомневаешься в себе, то прошу тебя, сейчас же постарайся отбросить подобные мысли прочь. Мы все выложились на полную в той пещере, это заслуга каждого из нас, так что не смей принижать свои действия. Мы прикрывали друг другу спины и старались сохранить жизнь каждому из нас. Нам всем чертовски повезло остаться после такого в живых и, хочешь ты этого или нет, но ты приложил к этому руку: как в источнике, так и за его пределами. За это я и все остальные тебе очень благодарны. Я так боялась, что мы не выберемся, но мы все до сих пор здесь. Живые и почти здоровые. Слышать от принцессы настолько неформальную речь было неизменно удивительно — она редко позволяла себе выражаться подобным образом. Но всякий раз, когда она так поступала, никто не смел ей перечить или пререкаться, все неизменно прислушивались. Вот и сейчас её слова застряли у Лэнса в сознании и назойливо прокручивались по кругу, словно ехидно посмеиваясь над ним. Мы все до сих пор здесь. Речь Аллуры должна была придать ему воодушевления, но вместо этого возымела несколько иной эффект: она послужила очередным напоминанием, что данное «везение» может продлиться недолго. Как говорил Слав, в параллельных вселенных всегда есть свои маленькие и большие отличия. В скольких вариантах развития событий к этому моменту не все из них были здесь? Глава государства был абсолютно прав: если Лэнс не обуздает эмоции, не возьмёт собственные мысли под контроль, не станет пресекать свои импульсивные поступки, рано или поздно это может привести к неизбежному. Аллура была права в равной степени: сейчас он медленно начинал осознавать, сколь опасно застревать в своей голове и идти на поводу у негативных суждений. Благодаря ее аналогии, он мог расценить на трезвую голову свой личный вклад: в сравнении с остальными Лэнс сделал не больше, но ведь и не меньше? Он, как и остальные, участвовал в защите планеты, помогал с устранением нанесенного жителям ущерба, исследовал потенциально опасные районы, искал следы оставшихся на планете галра, спустился в одну из древнейших пещер, до самого конца прикрывал своих друзей и старался всячески помогать как местным жителям, так и команде. Какой бы исход его ждал, если бы желание защитить команду не стало его последней осознанной мыслью? Он бы окончательно лишился их? Потерял навсегда? «Я хочу уйти из команды», — вспомнил он свое относительно недавнее заявление. Столь смехотворная уверенность в собственном решении. Лэнс был готов истерически рассмеяться над самим собой. Это действительно то, чего он хочет? Что ж, его желание почти осуществилось. Самым что ни на есть необратимым, жутким образом. Даже его последние мысли крутились вокруг команды. Его закостенелая неуверенность в себе и самооценка, что давно опустилась ниже плинтуса, в корне изуродовали его мотивы и желания, исказив истинную тоску по друзьям, жажду приносить им пользу, превратив это в нечто уродливое, неузнаваемое. Он не желал отрекаться от них — он жаждал быть неотъемлемой частью их жизни и иметь возможность избавить их от малейших проблем. Он хотел быть принятым и желаемым. Прижавшись к Аллуре — верной, добросердечной, волнующейся о нём Аллуре — покрепче, Лэнс зарылся носом в её растрёпанные густые волосы. По коже невольно прошёлся холодок. — Прости меня, Аллура. Я буду в порядке, не переживай. — Ты часто это говоришь, но я не вижу никаких заметных изменений. — Кажется, я начинаю понимать некоторые вещи лучше, так что тебе правда не стоит обо мне волноваться. — Как я могу о вас не волноваться? — уязвленно выдавила она. В воздухе повисло непроизнесенное «вы — всё, что у меня осталось». Многочисленные воспоминания о том, как много раз они жертвовали собой друг ради друга, как много дней, недель они провели в криоподах, сколько раз они подбирались излишне близко к смерти, заполонили разрозненные мысли. Размышления о его ненужности потеряли прежний смысл. Что бы он делал без них? А они без него? В памяти всплыл Широ, который совсем недавно поддерживал его в пещере и давал полезные наставления. Кит, который в последний момент оттолкнул его, спровоцировав последующий ход событий. Если бы он так не поступил, Лэнс бы не находился сейчас в криоподе вместо него — вероятно, никого из них бы тут больше не было. Сглотнув, он тихо уточнил: — Кит и Широ точно будут в порядке? — Их показатели в норме, — постаралась вновь успокоить его тревогу Аллура. — Уверена, что они скоро очнутся. К тому же, за их состоянием каждую минуту наблюдает медперсонал, Кролия и Коран. Безмолвно кивнув, он принялся медленно отстраняться. Однако не успел он полноценно покинуть объятия Аллуры, как в этот момент дверь в комнату резко отъехала в сторону. Лэнс лишь успел заметить две фигуры, стремглав пронесшиеся перед главой, прежде чем его на лету обвили две требовательные пары рук, выбив весь воздух из легких и едва не опрокинув обратно на кушетку. Оказавшись в одночасье плотно прижатой к Лэнсу, Аллура издала сдавленный звук. — Лэнс! Ты живой! — протяжно взревели под боком и стиснули так, что у него вновь закружилась голова и в миг сперло дыхание. Спутать его паникующих друзей с кем-либо иным было весьма проблематично. — Отпустите, вы меня сейчас добьете! — прохрипел он из последних сил. — Ханк, Пидж, наваливаться на нас было так обязательно? — раздался поблизости измученный голос Аллуры, когда ей удалось слегка поменять позицию. Хватка вокруг них двоих чуть ослабла, но далеко их не отпустили, продолжая крепко сжимать в объятиях. — Ничего подобного, Лэнс, ты живучий. А Аллура регенерирует быстрее людей. — Пидж, не мучай их, вдруг они не до конца оклемались! — сжалился над ними Ханк и соизволил отстраниться, пытаясь призвать к тому же Пидж. Насупившись, та невольно повиновалась, наконец, разжав кольцо из рук. Аллура укоризненно нахмурилась, скорее для вида: — Вам не кажется, что после произошедшего стоит поберечь свои силы? — по её глазам было видно, что она не сердилась. Напротив, была рада видеть прежний оптимизм и энергичность. Лэнс, впрочем, не разделял её сантиментов. С облегчением сделав глубокий вдох, он в неистовстве всплеснул руками, навострив на своих друзей испепеляющий взгляд: — Убить меня вздумали? Нельзя ли нежнее наваливаться на больного? Я, между прочим, только очнулся. — Кто это тут больной? Ты выглядишь живее всех живых, — Пидж недовольно хмыкнула, перекрестив руки на груди, однако от внимания Лэнса не ушло незамеченным, как она неловко отвела взор в сторону, словно ей стало стыдно за свои действия. — Ты только что очнулся! — в глазах Ханка заблестели застывшие слезы. Поддавшись чувствам, он одним взмахом утер их и вновь бросился его обнимать, на этот раз аккуратнее. — Я так рад, что ты в порядке, приятель. Не знаю, что бы я делал, если бы с тобой что-то произошло. Ощутив предательский укол вины, Лэнс поджал губы, сдерживая подступающие к глазам слезы. Его вдруг осенило, как сильно он скучал по этому — по своим друзьям. Воспоминания об их с Ханком регулярных похождениях, наиглупейших шутках и последующих каверзных моментах, нерушимой поддержке и столь долгой дружбе нахлынули волной. Вернув объятия, он сжал его в руках и бессознательно погладил ладонью по спине. — Я тоже не знаю, что бы я делал, если бы с вами что-то произошло… — едва слышно признался он. Ханк мигом отодвинулся от него, схватил за плечи и посмотрел прямиком в глаза, заливаясь новой порцией горьких слез. Лэнса обуяло непреодолимое желание вновь подбодрить своего лучшего друга. — Но как видишь, всё в порядке! Мы выкарабкались, все живы и здоровы, так что утри слезы, здоровяк. Теперь ты и этот маленький гремлин снова можете меня доставать. — Это кто тут… — начала было Пидж, но Ханк без предупреждения вцепился в нее, сгребая в охапку, и теперь уже вместе с протестующей в руках Пидж вновь обнял улыбающегося Лэнса, теперь сжимая в объятиях обоих друзей. — Я так скучал по тебе! — в чувствах пролепетал он. В комфортном, теплом, защищающем от любых невзгод кольце рук, Лэнс впервые позволил себе мирно выдохнуть, на время отбросив в сторону поглотившие его страхи. Пронаблюдав за их воссоединением, Аллура заметила, как глава государства отошёл обратно к двери, словно понял, что пришло время покинуть лазарет, и бросил мимолетный взгляд на Аллуру. Она поспешила подняться с места, напоследок коснувшись плеч паладинов в кратком, немом прощании, да направилась прямиком к двери. — Принцесса, думаю, нам стоит временно оставить паладинов в покое. Им необходимо как следует отдохнуть, — проговорил глава государства, стоило ей поравняться с ним. — От вас же я хотел узнать больше подробностей, если вы не против. Необходимо созвать экстренное совещание. — Разумеется, — кивнула Аллура, в мгновение ока перестраиваясь на деловой разговор; из её фигуры как по щелчку пальцев пропали все следы усталости и былой уязвимости. Вскоре в лазарет пожаловали доктора Крибека, прервав Лэнса, Пидж и Ханка, и разогнали каждого по своим местам. Последним, что отложилось в памяти Лэнса, стала проверка их жизненных показателей и тихое неугомонное бормотание Ханка, сбивающее медперсонал с толку и заставляющее Пидж свистеть от смеха, прежде чем Лэнс погрузился в глубокий, непробудный сон. Его больше не беспокоили кошмары.

***

Последующие пару дней потянулись мучительно медленно и были не особо богаты на события. Аллура провела несколько встреч с высокопоставленными лицами, на которых в подробностях описала произошедшую в пещере ситуацию, из которой они чудом выбрались живыми, и главную цель нахождения там галра. Ничего не утаив, она без прикрас описала, как галра укрывались в самых потаенных частях пещеры, в непрекращающихся попытках выкачать могущественную энергию, простирающуюся по всей планете. Лэнс, Пидж и Ханк были внуждены несколько раз рассказывать ту же самую историю уже со своей точки зрения. Окончательным решением главы государства стало запечатать все входы и выходы из пещеры, навсегда похоронив разрушенные ходы и погребенные под тонной камней энцелиты. Исключением послужил гигантский разлом, образовавшийся в результате крупномасштабного разрушения, где располагался священный источник и откуда впоследствии были спасены паладины. Вопреки всем доводам разума, Лэнс не смог противостоять отчаянному желанию увидеть разлом в последний раз. Эта глава его жизни воспринималась незавершенной, сердцем он чувствовал, что если не побывает там вновь, не увидит всё собственными глазами, то никогда не сможет по-настоящему отпустить и забыть об этом. Решившись на данный шаг, он вновь посетил это место и по итогу провёл там не менее часа, разглядывая то, что осталось от древней пещеры. Стоило признаться, она изменилась до неузнаваемости. Величественный, полностью разрушенный зал был как на ладони, открыт для каждого, кто хотел взглянуть на него и рассмотреть нечто, что скрывалось от взора простых смертных сотнями лет; множественные камни и гигантские булыжники заполонили нижний уровень, кое-где плашмя лежал проваленный потолок; сталагмиты и сталактиты выпирали из-под поверхности, пугающе проглядывали сквозь пелену хаотичного разрушения; извилистые лианы изумрудными змеями свисали в пропасть, словно в попытке дотянуться до самого сердца планеты; в середине, в самом центре непоколебимо располагался резервуар с лазурной водой, ни на секунду не прекращая свою привычную деятельность; навечно потухшие энцелиты украшали его по кругу, очерчивая контур, где однажды образовался ныне несуществующий защитный барьер, в своё время укрывший раненых паладинов. Даже разрушенным это место выглядело внушающе, пугающе и одновременно захватывало дух. Наблюдая за источником на краю обрыва, Лэнсу хватило лишь одной этой картины, чтобы привести мысли в порядок и немного смириться с мыслью, что в этом самом месте он и его друзья едва не оказались навечно погребены под землю. Мысленно он поблагодарил источник и саму природу за подаренное им спасение. Сколь суровой не была данная истина, он знал, что их жертва была незначительной по сравнению с той необъятной, необъяснимой силой, что проистекала изнутри. Ведь даже когда они покинут эту планету, поток голубой воды продолжит безостановочно поступать из недр земли, непоколебимый среди руин и процветания природы, насыщая жизнью всё, до чего сумеет дотянуться. До тех самых пор, пока жизнь на этой земли не подойдет к концу. Помимо встреч с главой государства, его подчиненными и спонтанной вылазки к разлому, в основном паладины проводили всё оставшееся время вместе. Их случайным местом встречи стала кухня отеля и лазарет, в котором находились криоподы с восстанавливающимися Китом и Широ. По правде говоря, Лэнс то и дело регулярно возвращался в комнату с криоподами, либо же задерживался в ней подольше, старательно аргументируя это тем, что в случае, если кто-нибудь из них двоих внезапно очнется, Лэнс окажется начеку совсем рядом и поможет медперсоналу. Однако чем он собирался им помогать — так далеко Лэнс не загадывал. Тем не менее, он был не единственным, кто так поступал. Аллура, Пидж и Ханк также проводили большую часть времени в лазарете — в отличие от Лэнса не скрывая своего беспокойства и непреодолимого желания быть в курсе того, что Кит и Широ находились в полном порядке. Кролия по очевидным причинам тут практически жила. Возможно, скапливаться вокруг криоподов с необходимостью проверять состояние больных друзей уже давно вошло у них в привычку. Ибо каждый раз, как кто-то оказывался внутри, Лэнс от беспокойства не находил себе места и в принципе не мог заниматься ни чем другим, кроме как следить за состоянием больного. Он знал, что был в этом не одинок. Порой он не представлял, как сможет вернуться к обычной жизни, когда война будет окончена и подобные ситуации останутся далеко позади. Но их переживания продлились не слишком долго. По итогу первым, кто очнулся, стал Широ. Поздним вечером второго дня, когда спина Лэнса уже начала затекать по вине неудобного стула, а глаза потихоньку слипались из-за настигшей его усталости, дверца криопода, где располагался Широ, внезапно открылась. Распахнув глаза, Лэнс подорвался со стула первым, одновременно пытаясь сообразить, снится ему пробуждение Широ или нет. Аллура, Пидж, Ханк, Кролия и Коран оказались подле него в мгновение ока. Дезориентированный Широ поначалу не мог сообразить, где находится и что происходит, но с каждым новым объятием от сокомандников на его лице расцветала улыбка всё шире и шире, а вместе с ней приходило и понимание происходящего. Не став дожидаться своей очереди, Лэнс мигом подоспел к нему и сжал в крепких объятиях, пока по другую сторону его обнимал расчувствовавшийся Ханк и попутно утирал подступающие слезы. — Каждый раз забываю, какая у тебя крепкая хватка, Лэнс, — добродушно усмехнулся Широ, разглядев в обнимающем его человеке Лэнса, и похлопал его по спине здоровой рукой. Столь знакомый жест вызвал внутри волну ностальгии и несоизмеримой радости. — Уверен, что Ханк и Пидж меня в этом обходят. Когда я очнулся, они едва не отправили меня обратно в криопод. Широ не сдержался от лёгкого смешка, что покинул его уста вслед за словами Лэнса. — Не будь таким жестоким, Лэнс, — всхлипнул Ханк, оторвавшись от Широ. — Я так проявляю свою любовь! И делаю это очень осторожно, потому что не хочу навредить. Демонстративно закатив глаза, Лэнс предпочёл не отвечать на столь неправдоподобное заявление и вновь обратил внимание на Широ. — Я рад, что с тобой всё в порядке, — с явным облегчением в голосе произнёс он. — Я тоже. Хорошо видеть вас живыми и здоровыми, — улыбнулся ему Широ и обвёл всех присутствующих взглядом. — А Кит?.. Сердце Лэнса непроизвольно сжалось при одном упоминании его имени, но он постарался отмахнуть непрошенное чувство прочь. — Он пока не очнулся, — Аллура сделала шаг навстречу и с сожалением указала справа от него. — Но Кит почти полностью восстановился, поэтому совсем скоро тоже вернётся к нам. Тебе не стоит волноваться. Скосив взгляд в указанном направлении, Широ с неприятным удивлением заметил позади себя криопод, где в статичном состоянии располагался Кит; Лэнс осторожно пронаблюдал за тем, как радость с его лица начала понемногу улетучиваться и он шагнул по направлению к Киту. — Хорошо, — спустя минуту тишины в раздумьях выдавил он. — Если Кит в порядке, то хорошо. Я знаю, что он выкарабкается. Встревоженный, Лэнс встретился взглядами с Аллурой, Ханком и Пидж в немом вопросе. Широ срочно нужно было как-то отвлечь, прежде чем им овладеет состояние уныния и апатии: к сожалению, он был этому более подвержен будучи в столь ослабленном состоянии. К его удивлению, Кролия оказалась той, кто сообразил, как выйти из сложившейся ситуации. — Ты наверняка хочешь есть, — обратилась она к Широ. — Тебе стоит пополнить свой запас энергии, пока ты ещё стоишь на ногах. Ханк интенсивно закивал головой, поддерживая её затею: — Знаешь, я тоже проголодался. Пойдем на кухню? Я сегодня опробовал новый рецепт, пальчики оближешь. — Я бы тоже не отказалась от порции, — загорелись глаза Пидж. — Всё равно мы в космосе и время нереально. Аллура заговорщически улыбнулась: — Нам стоит поторопиться, пока здесь не появились доктора, чтобы забрать тебя на анализы. Положив свою ладонь Широ на плечо в знак поддержки, Лэнс обратил его внимание на себя и жестом указал к выходу из комнаты, мягко заверив его: — Ребята правы, ты наверняка голоден как волк. Пошли? Космо в удивлении вздернул свои лохматые уши, словно говорили про него. Моргнув, Широ в конечном счёте согласно кивнул, приподняв уголки губ в слабой полуулыбке: — Конечно. С удовольствием поем твоей стряпни, Ханк. Паладины принялись один за другим покидать лазарет, однако прежде чем выйти, Лэнс один последний раз оглянулся через плечо и, не удержавшись, бросил мимолетный взгляд на Кита, что продолжал неподвижно лежать в криоподе. Он надеялся, что тот в скором времени очнётся. Ужин в компании команды запомнился Лэнсу скверно. После криопода Широ был всё ещё немного слаб, так что в основном он ел, да слушал истории о произошедшем в пещере, потихоньку восстанавливая цепь событий. Внимая той же самой истории, Лэнс неизбежно воспроизводил её в памяти, казалось, в двадцатый раз. Его затуманенный разум вновь скакал от мысли к мысли, особо не задерживаясь ни на одной из них. И хотя Широ был прямо перед ним, живой и здоровый, Лэнс разочаровано ощущал, как его энтузиазм медленно, но верно спадал на нет. Он был счастлив видеть Широ рядом с ними, но назойливое чувство безостановочно жужжало на периферии сознания, желая напрочь испортить ему в кое-то веке приподнятое настроение. Пустота внутри настойчиво напоминала о своем существовании, сбивая с толку. Осознав через некоторое время, что он больше не может концентрироваться на диалоге и твёрдо стоять на ногах, Лэнс с улыбкой на губах отсалютовал своим друзьям — чтобы лишний раз их не тревожить, — пожелал Широ спокойной ночи и поспешил покинуть оживленную обстановку кухни. Наконец, выбравшись наружу, он направился прямиком по коридору, не желая более прислушиваться к циркулирующим по кругу мыслям, как и думать о произошедшем. Широ был в полном порядке и вновь в строю — столь замечательную новость не могли испортить никакие глупые, бессмысленные эмоции. Он был счастлив видеть Широ, рад, однако… он не владел способностью контролировать свои чувства. Это было вне его возможностей. Пропустив на пути лазарет, Лэнс на мгновение задержался, поколебавшись, но зайти внутрь так и не решился. Смотреть на обездвиженного, статичного Кита было невыносимо, ровно как и оставаться в пустующей темной комнате наедине с самим собой. Пойти на улицу и побродить на природе выглядело более привлекательным вариантом, но уходить так далеко от команды не было ни малейшего желания. Невесело усмехнувшись своей дилемме, он оглядел ярко освещённый коридор: в такое время суток он ожидаемо пустовал — поблизости не было ни души. Длинное пространство оказалось совершенно безлюдно. Рассматривая свои варианты, Лэнс пришёл к неутешительному выводу, что разгуливать в темное время суток по улицам оказалось не так привлекательно, как он предполагал изначально. Пораскинув и решив, что никто не станет его за это отчитывать — свидетели так удачно отсутствовали, — он обессиленно облокотился о стену совсем рядом с дверью в злополучный лазарет и спустился на пол, сев по-турецки. Последние пару дней выдались, мягко говоря, не сладкими: необходимость как бороться со своими внутренними демонами, так и расхлебывать последствия собственных решений, изматывала физически и психически. Лэнс более не горел желанием подвергать сомнениям каждое свое слово или действие, ему хотелось в кое-то веке научиться плыть по течению. А также, разобраться с тем, отчего в его душе зияет такая огромная дыра и гложет нескончаемое одиночество. — Лэнс? — раздался через некоторое время удивленный голос, что застал его врасплох. Не предугадавший подобного развития событий, Лэнс поднял голову и встретился взглядом с Ханком, стремительно сокращавшим между ними расстояние; подле него плелась необыкновенно измотанная Пидж. — Что-то случилось? — Нет-нет, ничего, — почти лениво заверил их Лэнс. — Просто… решил посидеть и подумать. Внимательно смерив его взглядом, Ханк что-то порешал для себя в голове и через мгновение уже расположился возле него на полу, с хрустом вытянув ноги поперек безлюдного коридора. Пидж с сомнением посмотрела на них двоих. — Посидеть и подумать в коридоре на холодном полу? Почему не вернулся к себе в комнату? Или обратно к нам на кухню, — логично предложила Пидж, расценив молчание Ханка за возможность продолжить разговор. Стоило Лэнсу представить в голове безразмерную пустоту и темноту своей комнаты, как его невольно пробрало мелкой дрожью: он не горел желанием возвращаться туда. Как можно более непринужденно пожав плечами, Лэнс без энтузиазма бросил: — Я решил просто остаться тут. Какая разница. Пидж нахмурилась в ответ на столь туманное заявление, но, видимо поразмыслив, что разницы и впрямь нет, последовала их примеру и приземлилась подле Лэнса. На мгновение между ними воцарилась спокойная, умиротворенная тишина. Тишина, которая бывало устанавливалась, когда они вместе готовились к экзаменам и единственными звуками, прерывавшими её становились отчетливые перелистывания книжных страниц или яростное чирканье ручек. Тишина, которая наполняла комнату, когда они собирались вместе в главном зале замка, совершенно выжатые после очередного ожесточенного боя. Лэнсу было комфортно молчать вместе с его друзьями. Рассматривая всевозможные варианты сейчас, он окончательно пришёл к выводу, что провести время в компании Ханка и Пидж, по которым он уже давно искренне скучал, было лучшим вариантом развития событий. Скосив взгляд в сторону Ханка, он мимолетно подметил тёмные синяки под его глазами, однако его взор казался сосредоточен и остр. Пидж по другую сторону сидела со слегка опущенными плечами, её взъерошенные волосы скрывали часть лица. Возможно, их стоило бы подстричь, чтобы густые пряди не лезли в глаза и ей было проще видеть. — Почему вы тут, а не с Широ? — вдруг осенило Лэнса. — Медперсонал всё же нашел нас и забрал Широ, — пожала плечами Пидж. — Ему нужно пройти несколько тестов, сдать анализы и отдыхать под присмотром врачей. Ничего нового. Всё верно. Они потащили Широ на кухню, чтобы отвлечь его и составить таким образом компанию. Однако это не отменяло необходимости провести дополнительные тесты. — Мы как раз шли отдыхать, но наткнулись на тебя здесь, — продолжил за неё Ханк. — Лэнс, тебя что-то беспокоит? Честно говоря, было странно видеть тебя сидящим на полу и глазеющим в одну точку. — Если бы не мы, ты бы точно продырявил эту стену своим пристальным взглядом, — съязвила Пидж. Лэнс усмехнулся, посчитав её комментарий на удивление смешным в сложившейся ситуации, и ощутил разливающуюся внутри теплоту. Издав тихий вздох, он устало положил голову на плечо Ханка и на мгновение прикрыл глаза. — Мне не хотелось возвращаться в комнату, — по итогу честно признался он. Ханк бросил в сторону Пидж красноречивый взгляд, словно они вели немой диалог, и осторожно начал: — Слушай, раз уж мы застали тебя здесь… — Мы хотели поговорить, — без тени сомнения выпалила Пидж, заканчивая за него мысль. Резко приподняв голову, Лэнс с волнением оглядел их серьёзные лица и не сдержался от очевидного замечания: — Судя по тому, как вы настроены, должно быть что-то важное… — Ты прав, — несколько неуверенно кивнул Ханк и сделал глубокий вдох, прежде чем собраться с мыслями и продолжить. — В общем, я не хочу ходить вокруг да около, лучше сразу перейду к делу. Мне не нравится то, как мы отдалились друг от друга. На краткое мгновение Лэнс замер. То ли от неожиданности, то ли от внезапно охватившей его тревоги, то ли из-за всего вместе, смешанного с некой долей предвкушения из-за того, что кто-то сделал первый шаг спустя такое огромное количество времени. Тем не менее, он подавил противоречащие внутри чувства и аккуратно поинтересовался: — Что ты имеешь в виду? — Я имею в виду тебя, меня и Пидж, — не стал увиливать Ханк. — Я пытался вывести тебя на разговор весь последний месяц, но это почти миссия невыполнима. Ты постоянно либо где-то скрываешься, либо отнекиваешься от разговора, либо замыкаешься в себе. Я не понимаю, что происходит, Лэнс, но я знаю, что если не поговорю с тобой, то буду жалеть об этом. Поэтому, мы можем это обсудить? Пожалуйста. Лэнс поджал губы, мысленно соглашаясь с каждым словом, и слабо кивнул: — Да уж, думаю, разговаривать со мной было не просто. — Знаешь, я пытался узнать у Аллуры, что с тобой происходит, но она не дала никакого чёткого ответа. Только сказала обсудить это с тобой. — А я лишь скрывался от вас, я знаю, — горестно подытожил Лэнс, с преувеличенным интересом разглядывая свои ботинки. — Я хотел поговорить с вами, много раз порывался это сделать, но каждый раз меня что-то останавливало. Я был обижен и думал, что вам это на самом деле не нужно. — Не нужно? — в непонимании приблизился к нему Ханк. — С чего ты так решил? — На самом деле я знаю, почему, — вдруг осторожно встряла Пидж. Видеть её настолько аккуратной в высказываниях было весьма непривычно. — Широ отчитал меня перед тем, как мы отправились на миссию в пещеру. Отчитал за то, как я подначивала тебя. Сначала я решила, что он просто пытается предупредить меня, чтобы я меньше язвила, или… не знаю… Но потом я поняла, что это было не простое предупреждение, я действительно говорила очень много вещей, не подумав о том, насколько они могут ранить тебя, Лэнс. Я думала, что иронизирую или подкалываю тебя, но в реальности это звучало грубо и резко. Скорее всего, это только больше ранило тебя и отталкивало, а я была настолько плохим другом, что не понимала этого. — Вот уж… не ожидал услышать такое от тебя, — случайно вырвалось у Лэнса, пораженного подобной откровенностью. Он и не представлял, что Пидж когда-нибудь осознает — даже пусть с толчка кого-то другого, — насколько порой её слова задевают за живое. Самым невероятным стало то, что он был тем самым человеком, перед которым она чувствовала вину. — На самом деле я знаю, что я говорю очень много лишнего, но между нами это всегда было как дружеское подначивание, так что по итогу я перестала замечать, как раз за разом перегибала палку, и в конце концов оттолкнула тебя… Знаю, в это трудно поверить, но я этого не хотела. — Я тоже вел себя отвратительно, — признался Ханк следом за ней и принялся неловко тереть шею, словно не знал, что делать с руками будучи под таким пристальным вниманием. — Я участвовал в этих шутках вместе с Пидж. Я точно также перегибал палку и никак этому не препятствовал. Я так виноват перед тобой, Лэнс… К тому же, когда ты начал отдаляться от нас, мы с Пидж стали проводить больше времени вместе. Когда я хотел что-нибудь обсудить, я всегда шёл консультироваться к ней. Честно говоря, теперь я вижу, что таким образом мы будто исключали тебя. Лэнс не мог поверить своим ушам. Его друзья извинялись перед ним. Они собственноручно решили завести об этом разговор. Желание всё обсудить и исправить стало их инициативой, даже если не упускать из внимания тот факт, что Широ попросил Пидж быть более аккуратной в высказываниях. Ведь он не отвел её и Ханка за ручку выяснять отношения, он лишь дал совет. Совет, которым не преминула воспользоваться Пидж. — Вы правы, ваши подначивания и шутки действительно заставляли меня чувствовать себя недостаточно хорошим, но, Ханк, что касается того, что мы стали отдаляться друг от друга… Теперь я понимаю, что этому поспособствовал я сам. Я был тем, кто начал исключать себя из нашей группы. — О чем ты говоришь? — не медля встрепенулся Ханк. — Лэнс, дружище, не нужно брать вину на себя. Я понимаю, что ты стал отстраняться из-за того, как мы стали с тобой обращаться. Испустив тяжёлый вздох, Лэнс припал к стене и осознал, что теперь действительно нет никакой нужды скрывать правду. — Нет, Ханк, в большей степени на меня повлияла моя неуверенность в себе. Я всё больше чувствовал, что не приношу никакой пользы команде. А вы с Пидж имели что-то общее… — тихо признался он. — Что ты такое говоришь? Ты всегда приносишь пользу. — Нет, Ханк! — с чувством воскликнул Лэнс, заглядывая ему прямиком в глаза, словно разыскивая хоть толику понимания. — Вы умные, вы знаете, что вам нравится и вы в этом хороши. У вас есть своё место в команде. Вы важны и необходимы. Вы — неотъемлемая часть Вольтрона. А я всегда чувствовал себя лишним, будто я оказался здесь по ошибке и тяну всех на дно с самого первого дня. — Но ты столько раз помогал нам! — запротестовал ему в ответ Ханк, будто бы искренне не понимая, откуда брались эти убеждения. — Ты помогал нам и в боях, и в планировании. Кто прикрыл Корана от взрыва? Кто спас нас в пещере? Кто, в конце концов, лучший снайпер в нашей команде? Это ты, Лэнс. — К тому же, ты помогал Киту справиться с лидерскими обязанностями, — весомо аргументировала Пидж. На секунду Лэнс прикрыл глаза, взвешивая «за» и «против», разбивая каждое их заявление по косточкам. — Я это понимаю. Вернее, думаю, сейчас я потихоньку начинаю это понимать. До недавнего времени я не видел ценности в своём нахождении здесь. Мне казалось, что вы все приносите куда больший вклад, чем я. Что вы способны на большее, чем я. Как и сказала Пидж, каждое неосторожное слово или обвинение в мой адрес только сильнее ранило и отталкивало меня, подначивало мою неуверенность в себе. Так что по итогу я был абсолютно уверен в том, что мне здесь не место. И что вам будет куда лучше без меня. Пидж виновато опустила глаза в пол; весь её вид сквозил непередаваемым чувством вины за случившееся. Однако, наблюдая за её искреннем раскаянием и, возможно, неплохо сокрытым стыдом, Лэнс сам поддался лёгкому уколу вины — уже не в первой. Стоило признать очевидное: ему не приносило на капли удовольствия выводить своих друзей на негативные эмоции или видеть, как они страдают — словом, он жаждал целиком обратного. Разумом он понимал, что их чувство вины и огорчение были вполне обоснованы, но сердцем он переживал вместе с ними. — О господи, мне так стыдно, Лэнс… Прости меня! Я должен был раньше догадаться, что что-то не так, должен был заметить, — с сожалением сжав руки в кулаки, Ханк с печалью и участием взглянул на него, незамедлительно осознав, что проблема была зарыта куда глубже и казалась фундаментальнее, нежели он себе изначально представлял. Лэнс слабо, но по-доброму улыбнулся его несколько растерянной реакции и в успокаивающем жесте положил ладонь ему на плечо. — Успокойся, дружище. Ты не мог знать, что творится у меня в голове. К тому же, я тогда больше времени проводил с Аллурой и Китом. Я был тем, кто начал отстраняться от вас. И я постоянно находился в своих мыслях. Даже если бы ты попытался, я бы не стал тебя слушать. — Но ты всегда был рядом и никогда не отрезал нас из своей жизни, а мы заставили тебя чувствовать себя так, будто ты нам больше не нужен! — с напором воскликнул Ханк и, не сдержавшись, бросился его обнимать, вкладывая в этот жест все свои чувства, совсем как раньше. — Лэнс, прости меня! Я должен был это заметить и попытаться с тобой поговорить. Я должен был быть тебе настоящим другом. Прости, что я был так невнимателен к тебе. Со смешанным ворохом эмоций поджав губы, Лэнс ненароком вспомнил, как направлялся к Киту каждый раз, когда ему хотелось что-либо сказать или сделать; как из всех возможных людей он вновь пошёл к нему, когда понял, что является лишним и ему стоит отдать синего льва Аллуре, а красного — обратно Киту. Как признался Киту, что он собирается уйти из команды во второй раз. Скрывалась ли за этими поступками исключительно невозможность обсудить эту проблему с Ханком и Пидж? Всё это время он скрывал это от остальной части команды, в особенности от своих самых близких друзей. — Это не совсем так, Ханк, — выдохнул он ему в плечо и прижал покрепче к себе. — И ты тоже прости меня. Я был не до конца откровенен с тобой. — По-моему, мы все знаем, что большая часть вины здесь лежит на мне, — неожиданно заявила Пидж, приковав внимание к себе. Оторвавшись от плеча Ханка, Лэнс одарил её серьёзным взглядом: — Прости, Пидж. Я не хотел тебя расстроить. Неверяще фыркнув, она рефлекторно закатила глаза: — Тебе-то к чему просить прощения? — на секунду замолчав, она сняла с себя очки и устало потерла переносицу, усердно размышляя. — К тому же, ещё кто кого расстроил… — Не надо перекладывать всю вину на себя. Я тоже в этом участвовал, если ты не забыла, — напомнил ей Ханк. Приоткрыв было рот, чтобы возразить ему, она тотчас стушевалась, не желая более пререкаться: — Я хочу объясниться, но это не так просто сделать. — Что именно? Если тебе тяжело говорить, ты можешь этого не делать. Я не собираюсь на тебя давить, мне достаточно того, что ты уже сказала, — начал было поддерживать её Лэнс, но Пидж несогласно замотала головой, почти перебивая его. — Нет, Лэнс, этого недостаточно, — запротестовала она, снова опуская взгляд вниз. — Вы с Ханком были моими единственными друзьями, а я относилась к тебе так, будто ты должен был понимать и принимать каждый мой упрек и никогда на это не обижаться. Мои шутки и язвительность действительно вышли за границы. Я серьёзно перегнула палку. И это не единственная проблема. Пока Мэтта не было, я, можно сказать, видела в тебе старшего брата. Но как только Мэтт вернулся ко мне, я перестала обращать на тебя внимание. Всё своё время я проводила либо с Мэттом, либо с Ханком. Словно ты никогда не был мне близким другом. Мне правда очень жаль, что я так поступала с тобой. Хуже всего то, что я даже не видела, что делаю тебе больно своими словами и поступками. Как и не понимала этого. Прости меня, Лэнс… Лэнс заметил, как она в сожалении поджала иссушенные губы и с усилием сжала в кулаках потрепанную ткань штанов. Не говоря ни слова, он схватился за её руку и без предупреждения потянул на себя, прижимая к ним с Ханком. Ошарашенная, Пидж оказалась в плотном кольце рук, но тем не менее не решилась и пискнуть, дабы возразить. Впервые за столь долгое время Лэнс ощутил всеобъемлющее чувство спокойствия и умиротворения в компании своих друзей. Они были прижаты друг к другу в один огромный комок, но нерушимое ощущение присутствия каждого из них даровало его душе небывалый комфорт. Разговаривать с ними о серьёзных проблемах, которые касались, как него, так и их шатких взаимоотношений, оказалось не так страшно и невыносимо. В действительности он жаждал этого и хотел рассказать даже больше. Ему хотелось поделиться о том, как сильно он скучает по Земле и родным, как его пугает возможность того, что их уже нет в живых, как он переживает об Аллуре и Широ, как удивительна его связь с красным львом, как ему нравится тренироваться с мечом и достигать успехов, как его пугает интенсивный взор Кролии и что на самом деле происходит у него внутри, когда он видит Кита или же просто думает о нём. Всё это и даже больше не давало ему покоя и требовало высвобождения на протяжении длительного времени — требовало, чтобы он, наконец, нашёл в себе смелость поделиться с ними настоящими мыслями и чувствами, что безостановочно бороздят его разум. — Пидж, хочешь узнать секрет? — первым нарушил тишину Лэнс, прерываемую тихими вздохами. — Какой? — искренне поинтересовалась она. — Я простил тебя ещё тогда, когда очнулся. Ты обняла меня с такой силой, что едва не переломала все кости. — Молчи, не то точно переломаю, — ожидаемо буркнула она, однако в её словах не было слышно ни капли злого умысла. Он уже было решил, что это вся её реакция, как вдруг Пидж тихо вымолвила: — Спасибо. Сильно удивившись, он не сразу отреагировал на произнесённые ею слова, однако, немного поразмыслив, добавил: — На самом деле… мы все хороши. — Лэнс! — взревев, оторвался от них Ханк и строго глянул на него. — В этом не было твоей вины. Так что больше никаких извинений и самобичевания, приятель. — Ханк, — устало закатил глаза Лэнс, но всё же нашёл в себе силы улыбнуться. — Послушай, я просто… — Что вы делаете на полу? — внезапно прервал их разговор хриплый голос, что донёсся позади. На мгновение все трое замерли. Отстранившись, Ханк с удивлением обнаружил стоящего всего в метре от них Кита, за которым только-только закрылась дверь в злополучный лазарет. Космо довольный стоял подле него. — О, Кит… — неуверенно начал было Ханк, не до конца сообразив, почему он находился вместе с ними в коридоре. — О! Кит! — первая воскликнула Пидж вслед за ним и бросилась обнимать ошарашенного Кита за талию. Пару раз моргнув, Ханк в изумлении уставился на него, словно увидел настоящего призрака, и через секунду уже бежал к нему навстречу. — Осторожнее! — только и успел предупредить Кит, прежде чем Ханк налетел на него, счастливо сгребая в охапку и его, и Пидж. — Вы меня сейчас сломаете… — Ты ноешь, прям как Лэнс, — восторженно произнесла Пидж и отстранилась, заглядывая ему в лицо. Стоило неосторожным словам покинуть её, как взгляд Кита по наитию — инстинктивно — переместился на не на шутку взволнованного Лэнса; на негнущихся ногах Лэнс поднялся с пола, рассматривая пока ещё ослабшего, но тем не менее счастливого Кита. Он не мог поверить, что они умудрились так легко пропустить его пробуждение.

***

Первым делом Пидж практически за руку спровадила Кита на кухню и заставила его как следует поесть, чтобы набраться сил. В течение всего этого времени Ханк и Пидж практически бесперебойно рассказывали ему обо всём, что происходило вплоть до момента его пробуждения. Космо также не изъявил желания покинуть его, с неподдельной радостью заглядывая своему хозяину в глаза и забавно фыркая, когда тот гладил его мягкую шерстку или чесал за ухом. Взгляд Лэнса то и дело натыкался на взор Кита. Он не мог найти в себе сил скосить взгляд в сторону. Ему столько всего хотелось сказать, но язык не поворачивался произнести хоть слово и вступить с ним в разговор. Особенно, когда рядом находились другие люди. Неотступная мысль, что он должен хоть что-то произнести, беспокойно бороздила разум. Дубль два своеобразного позднего ужина продлился отнюдь не долго. Кролия и Аллура почти сразу подоспели к Киту на кухню. Поэтому, как только его тарелка опустела, от него и след простыл — он был тут же отправлен прямиком к Широ и медперсоналу для прохождения всех необходимых тестов и последующего отдыха под присмотром докторов. Испытывая невыразимый, спутанный ворох противоречащих друг другу эмоций, Лэнс в компании Ханка последовал обратно в крыло с выделенными для них комнатами. — Ты в порядке? — обратился к нему Ханк, когда заметил странное поведение своего лучшего друга. — Ты был до ужаса молчалив. Даже сейчас ничего не говоришь. Я переживаю, знаешь ли. Лэнс неосознанно замедлил шаг, но тем не менее кивнул: — Да, разумеется. Просто перевариваю всё, что произошло за последние дни. Странно себя чувствую. Ханк загадочно окинул его взглядом и как ни в чем не бывало поинтересовался: — Кстати, о Ките… Мне показалось странным ваше взаимодействие. — О чем ты? — вырвалось у Лэнса, прежде чем он успел себя остановить. Осознав, какую возможность предоставил Ханку, он поспешил добавить: — Ничего странного, всё так, как и было всегда. — Да ладно тебе, Лэнс. Вы почти не сказали друг другу ни слова, но я заметил, как вы переглядывались. Вы поругались? Что-то не поделили? — вперил в него внимательный взор Ханк. Поразмыслив над словами, Лэнс пораженно выдохнул, не в силах более держать всё в себе. — Он оттолкнул меня от гигантского камня, который его придавил, — как на духу выпалил он. — Этот камень летел на меня. Но он зачем-то оттолкнул меня и… так я попал в источник. — Значит, ты снова думаешь о том, что это была не твоя заслуга или что он обошёл тебя или… — Что? Нет! — прервал его Лэнс, в смятении взмахнув руками, словно помогая себе выразить эмоции жестами, и тут же постарался успокоиться. — Просто… Меня беспокоит не это. Если бы он этого не сделал… Даже не знаю, что бы сейчас было. — Ох, Лэнс… — приблизившись к нему, Ханк вновь крепко сжал его в объятиях и принялся слегка покачивать из стороны в сторону, едва не убаюкивая. — Он сделал это не ради благодарности или чтобы обойти тебя в чем-нибудь. Уверен, что он лишь пытался защитить тебя, поэтому на твоём месте я бы его за это поблагодарил, но предупредил никогда больше не подвергать себя опасности. А если тебе это не нравится, то в любом случае поговори с ним. Вот увидишь, тебе сразу станет легче. — На словах выглядит довольно просто, — промямлил ему в плечо Лэнс. — Но я не знаю, как с ним разговаривать. — Ты взрослый человек или нет? — Не уверен. — Ну, — добродушно рассмеялся Ханк, — ты смог поговорить по душам со мной и Пидж. Уверен, у тебя получится и с Китом. Слегка смутившись, Лэнс решил не комментировать, насколько эти две ситуации отличались. Если с Ханком и Пидж он прекрасно понимал, что его задевало и не давало покоя; понимал, как с ними разговаривать и к чему они по итогу могли прийти, то их отношения с Китом оставались нерешённой загадкой. Что, в принципе, он мог ему сказать? «Пожалуйста, не уходи к Клинкам, мне хочется видеть тебя каждый день»? От одной мысли его обливало холодным потом. Этого он ему однозначно не скажет. Нет. И ещё раз нет. — А что насчёт тебя? Ты ещё не устал обнимать всех вокруг? — в мгновение ока сменил он тему, хмыкнув в плечо Ханку. — Ни в коем случае. Я должен подарить ещё много обнимашек, прежде чем успокоюсь. Будь на чеку, я буду обнимать тебя всю следующую неделю. Лэнс тихо засмеялся, абстрагируясь от негативных мыслей, и прижал Ханка покрепче, прежде чем окончательно отстраниться: — Хорошо, здоровяк, договорились. Проснувшись утром следующего дня, Лэнс впервые за столь долгое время почувствовал себя лучше. Первым делом он мысленно вернулся к событиям прошлого вечера и с облегчением вспомнил, что Кит, как и Широ, благополучно очнулись и пребывали в отличном состоянии. Паладины медленно, но верно возвращались к своим жизням и решили провести день каждый по-своему. В целом, он прошёл весьма позитивно, подарив Лэнсу возможность наконец-то сделать глоток свежего воздуха. Восстановившись за ночь, Широ, Кит, Кролия и Космо провели большую часть дня вне стен здания. Один раз Лэнс заметил их на природе неподалёку от отеля вместе с чёрным львом, что-то обсуждающих между собой, однако в скором времени они пропали из виду, видимо, отправившись в другое место. Пидж и Ханк значительную часть дня ремонтировали — или делали вид, что ремонтировали — жёлтого и зелёного львов, попутно общаясь с теми, кто имел смелость подойти к ним поближе. Лэнс же, за неимением никакого интересующего его занятия, проводил время в собственной комнате, активно сортируя свои мысли. Однако ближе к середине дня Аллура заявилась прямо к нему в комнату, притащив с собой целую ораву фильмов, что снимали на Крибеке, и каким-то чудом убедила его провести остаток дня в главном зале за просмотром весьма специфичной инопланетной фильмографии. Так что, да, Лэнс посчитал, что день прошёл на удивление неплохо. Первые три фильма за неимением лучшего описания оказались… довольно своеобразны. К примеру, Лэнс не сошёлся с Аллурой во мнении о жанре данных фильмов. Аллура настаивала на том, что это смесь фантастики и драмы, тогда как Лэнс был уверен, что это больше напоминало мистику вперемешку с комедией. Впрочем, это могло быть и целым миксом. Когда же настало время четвёртого фильма, к ним неожиданно присоединились Ханк и Пидж, что наконец-то закончили проводить время со львами, прикрываясь нескончаемым ремонтом. И хотя они обычно не составляли компанию Аллуре и Лэнсу в просмотре фильмов, на этот раз что-то изменилось. Что-то в атмосфере несомненно ощущалось иначе — это было очевидно всем. Посыл четвёртого фильма, ко всеобщему изумлению, был весьма однозначен: романтический фильм о трагичной истории любви. — Раз уж только один из нас может покинуть это место и спастись… — произнесла девушка с Крибека из фильма. Её лицо не выражало никаких эмоций, но голос задрожал так, словно её сердце разрывалось на куски. — То пусть это будет Калеб. — Отличный выбор, — оскалился злой маг и с неподдельным удовольствием уставился на её возлюбленного. — Что скажет нам юный полукровка? Калеб поднял на него взгляд полный презрения и с вызовом скрестил руки на груди: — Линетт. — О-о-о… — будто пропел маг. Его улыбка не сулила ничего хорошего. — Похоже, юные влюблённые не могут прийти к соглашению. — Нет! — воскликнула Линетт. — Если и выбирать из нас двоих, то это должен быть Калеб. Он наполовину крибековец, наполовину галра. Он может повести за собой остальных, если приложит к этому усилия. Он может положить конец этой ненависти и войне. Я считаю, что он… наше будущее. — Линетт! — возразил ей Калеб. — Это должна быть ты! Ты умная и смелая, ты не боишься прийти на помощь нуждающимся и взять на себя ответственность. Ты знаешь, чего ты стоишь, и ты должна понимать, что ты заслуживаешь куда большего, чем остаться запертой здесь навечно. Если кто-то и должен выбраться отсюда, то это ты. Лэнс нервно сжал в руках подушку и прижал её к нижней половине лица, стараясь не перекрывать ею происходящее на экране. — Такого не бывает в реальной жизни. Почему эти романтические истории всегда настолько драматичные, если таких чувств на самом деле не существует? — возмутился Лэнс. Справа от него Аллура тихо всхлипнула, тронутая развернувшейся на экране драмой. Пидж позади отчетливо фыркнула: — Это кинематограф, Лэнс, в этом весь смысл. Выдуманные истории всегда будут интенсивными. — Мне не нужны такие истории, если они хотя бы на каплю не могут соответствовать реальности. — Но ведь именно поэтому ты их и смотришь?.. — непонимающе уточнил Ханк. Всплеснув руками, Лэнс в ужасе воскликнул: — Смысл не в этом! Ханк успокаивающе положил ему на плечо свою ладонь и мягко сжал, утешая своим присутствием. — Не переживай, Лэнс, когда-нибудь у тебя появится свой Калеб, — громко рассмеялась Пидж, и ей в лицо мигом прилетела подушка. Фильм плавно подходил к своему трагическому концу, заполучив полное внимание паладинов. И хотя последняя история вышла грустной, Лэнс был рад отвлечься на несколько часов и сбежать от тягот, что повсеместно преследовали его и друзей. Возможно, он всё ещё пытался отречься от некоторых насущных проблем, но время, проведённое с Аллурой, Пидж и Ханком, немного помогло ему воспрять духом. Да, их динамика несколько хромала и в течение ближайшего времени, скорее всего, продолжит хромать. Однако он чувствовал, что их связь — проверенная временем, кровью и нерушимым доверием, — будет достаточно сильна, чтобы выдержать трудности и преодолеть их. До тех пор, пока они вместе и готовы к этому. Покатились финальные титры. Сладко потянувшись на диване, Лэнс ненароком пропустил обсуждение фильма мимо ушей: его внимание привлекло внезапное появление Кита и Широ, что наконец вернулись обратно. Он заметил, как Широ с неясным выражением на лице задал вопрос Киту, а тот с неким пренебрежением развёл руками в стороны. Судя по их виду, неразличимым эмоциям и жестикуляции, Лэнс догадался, что что-то было не так. Тем не менее, долго гадать не пришлось. Широ прошёл в общий зал, потерянный в глубоких раздумьях, и Кит проследовал прямиком за ним. — О! Кит, Широ, жаль, что вас не было с нами! Жители Крибека любезно предоставили нам несколько фильмов, которые пользуются у них особой популярностью… — энергично начала было Аллура, однако, заметив их отсутствующее настроение, резко оборвала свою мысль и подозрительно прищурилась. — Что произошло? — Кит хочет вам кое-что сказать, — вдруг объявил Широ, на что Кит задето метнул в его сторону взгляд и перекрестил руки на груди. Услышав тон, с которым была произнесена эта фраза, Аллура мгновенно переменилась в лице. — Сказать что? — Со мной связался Колливан, — пояснил ситуацию Кит. — Ему необходима моя помощь. Обомленный Лэнс неверяще уставился на него. Реакция паладинов не заставила себя ждать. — Что? Кит, снова? — возмутилась Пидж. — Ты только вчера оклемался! — подхватил Ханк. Аллура приподнялась с дивана, выглядя при этом серьёзнее некуда: — Я надеюсь, ты понимаешь, что нужен нам сейчас здесь? — Естественно я не отправлюсь на миссию уже завтра, — поспешил успокоить их волнение Кит. — Я должен сначала обсудить это с вами, именно поэтому я сейчас здесь и говорю это вам. Спасибо, Широ, за такое объявление. Поймав недовольный взгляд, направленный на него, Широ не удержался от ответа: — Ты знаешь, что мне это не нравится, Кит. Долгие миссии с Клинками плохо на тебя влияют, как и организация в принципе. Я не собираюсь решать за тебя, но мне не хочется, чтобы ты вновь уходил к ним. Хотя бы, чтобы это происходило не так часто. На мгновение Кит замолчал, обдумывая его слова, и Ханк воспользовался возможностью. — Широ прав, я с ним согласен, — мрачно произнёс он. — Я не собираюсь уходить из команды и вступать в Мармору, если вы переживаете об этом, — снова заверил их Кит, — но я должен им помочь. — Должен? Ты говоришь так, будто у тебя нет выбора, — перекрестила руки на груди Пидж. — Ты не должен и не обязан. Это решение полностью на тебе. Потому что тебе есть, где сейчас находиться. Лэнс с неверием слушал разговор, не в силах сделать ни единого вздоха. Каждое произнесённое слово отдавалось в сердце тупой болью. Он словно попал в прошлое и повторно переживал ненавистные ему моменты. Реальность происходящего на время покинула его; всё ощущалось так, словно он наблюдал за разговором со стороны, будто он не присутствовал здесь, а находился в параллельной вселенной. — Если бы это решение было полностью на мне, Пидж, я бы уже принял его, но я хотел обсудить это с вами. Насупившись, Пидж буркнула: — Выглядит так, будто ты уже принял решение без нас. Просто хотел утвердить его. Думаешь, я не знаю твои уловки? — Пидж, — предупреждающе произнесла Аллура. — Пожалуйста, успокойся. Не нужно устраивать ссор. — Послушайте, — устало произнёс Кит, переступив с ноги на ногу, — я понимаю, что вам это не нравится, но я действительно думаю, что мне стоит полететь к ним на миссию. Они очень много для меня сделали, мне хочется продолжать им помогать. — Кит, дружище, всякий раз когда ты возвращаешься от них, ты сам не свой. Ты разве не замечал? — взволнованно произнес Ханк, на что Широ мрачно кивнул в знак согласия. Кит с непониманием уставился на них и без капли юмора в голосе невесело усмехнулся: — Я правда не понимаю, о чем вы говорите. Если я и изменился, то это потому что я стал лучше контролировать свои эмоции. За этим не стоит ничего другого. — Должна признать, я согласна, — задумчиво кивнула Аллура. — Ты стал больше рисковать, и меня это беспокоит. Я надеюсь, ты понимаешь, что нужен нам здесь, Кит. И как сокомандник, и как наш друг. И ты нужен нам здоровым. Если ты правда хочешь отправиться на миссию, то мы не сможем тебя удержать — это я знаю. Но я прошу тебя сократить количество этих миссий или сделать их короче. К тому же, сейчас мы куда более лёгкая добыча, чем прежде. У нас не осталось ничего, кроме наших львов и нас. Поэтому мы и Вольтрон должны быть в приоритете друг у друга. — Я понимаю, Аллура, — пробежавшись взглядом по всем присутствующим, Кит серьёзным тоном продолжил: — Вы всегда будете у меня в приоритете. Это не изменится. Аллура задумчиво посмотрела на него, тщательно раздумывая над словами. Это был не первый раз, когда ей приходилось серьёзно разговаривать с Китом по причине его регулярного отсутствия в угоду Клинкам. В первый раз, когда ситуация только-только начала усугубляться — а они вернули в команду клона Широ, — она, к своему глубокому сожалению, не смогла найти с Китом общий язык. Всякий раз, когда она пыталась убедить его перестать пропадать на миссиях, одуматься и вспомнить, что он был необходим им как лидер, их дискуссия необратимо скатывалась в пассивно-агрессивные обвинения, а порой и заканчивалась игнорированием с обоих сторон. Она никогда не гордилась тем, какие ужасные изменения претерпели их отношения за те месяцы, более того, что им предшествовало. Но Кит был ей дорог, как и любой другой паладин. И она была рада тому хрупкому миру, которого они по итогу сумели добиться в их непростых отношениях. Вероятно, Кит раздумывал о том же, ибо его взор был направлен в основном на Аллуру, с осторожностью наблюдая за её реакцией. Тем не менее, спустя мгновение она добавила: — Сейчас уже поздно, я предлагаю не ругаться и не принимать поспешных решений, а обдумать это завтра на свежую голову. Просто… Кит, знай что мы волнуемся за тебя и не хотим, чтобы ты был вдали на большие промежутки времени. — Поверь, я знаю, что вы все переживаете за меня. Даже ты, Пидж, — глянул он в её сторону, на что Пидж лишь нахмурилась, никак не прокомментировав. — Но ты права… я тоже должен подумать над этим. Я лишь считаю, что мне стоит продолжать помогать им на миссиях. — Что насчёт Кролии? — вдруг сообразил Ханк. — Что она сказала? — Если я полечу, она последует за мной. Колливан был не против. — Если она будет с тобой, то мне будет легче, — признался Широ и сжал его плечо здоровой рукой. — Я не хочу, чтобы ты летел один. Наблюдая за тем, как они пришли к некоему призрачному заключению, Лэнс в ужасе поднялся с дивана, действуя неосознанно. Да, они решили оставить настоящее финальное обсуждение на завтра, но исходя из их последних фраз — Аллуры и Широ, если быть точнее, — они были готовы его отпустить в случае необходимости. Волна возмущения захлестнула его с головой. — И что, это всё? Ты ничего не хочешь добавить, Широ? — взволнованно выпалил Лэнс, разом приковав к себе внимание всех паладинов в комнате. Кит в замешательстве уставился на него. — Или Аллура. Хоть кто-нибудь. Переглянувшись с Аллурой, Широ прочистил горло и спокойно произнес: — Аллура права, Лэнс. Сейчас уже поздно, нам лучше обсудить это утром. — Утром? Вы говорите «утром», но Пидж права. Звучит так, будто всё уже более-менее решено. — Лэнс, если тебе есть, что сказать, то говори, — добродушно подбодрила его Аллура. В её голосе слышалась привычная поддержка и забота. Увидев устремлённые на него взоры Широ, Аллуры, Пидж, Ханка, Кита — взоры, что говорили об их явном замешательстве на подобную реакцию Лэнса, — он в нерешительности стушевался. Широ, впрочем, смотрел на него с пугающе очевидным пониманием — вероятно, пониманием, настигшим его в пещере во время их предыдущего разговора; Ханк и Пидж — с неподдельным интересом, граничащим с почти осознанной догадкой. Если есть, что сказать — говори. Тебе стоит поговорить с ним. Уверен, у тебя получится. — Лэнс, в чем проблема? — не сдержался Кит, сделав шаг вперёд, и вперил в него внимательный взор, что хаотично бегал по его лицу, будто пытаясь понять его мотивы. За эти сутки они впервые столь открыто заговорили друг с другом. — Если тебе есть, что сказать, то я слушаю. Проблема во всём, — хотел он отчаянно донести до него, однако… Различить эмоции, плескавшиеся в глубине его глаз было весьма затруднительно, но одно он видел наверняка: Кита задели его слова. Его внимание полностью переключилось на Лэнса, в необходимости понять причину такого поведения; Пидж и Ханк безмолвно переглянулись, словно подтверждая свою раннюю догадку. Осознав, что ситуация стремительно выходит из-под контроля — что она вышла из-под контроля, стоило ему открыть рот и произнести те роковые слова, — Лэнс словно по инерции сделал шаг назад и еле выдавил: — Ничего, забудьте, что я сказал. Развернувшись, он на полном ходу пронёсся мимо ошарашенной его поведением команды и кинулся из комнаты отдыха, едва не переходя на бег. Его заполняла смесь досады, растерянности, смущения, злости и страха, которая не могла найти выхода наружу. — Лэнс, — услышал он взволнованный зов Широ и Ханка, но его разум пребывал в гнетущем смятении. Он не мог смотреть им в глаза. Только не сейчас. И с каких пор он стал настолько импульсивен? — Лэнс, подожди! — крикнул ему в догонку Кит, но Лэнс не остановился по его просьбе и не подождал. Это было последнее, что он услышал перед тем, как окончательно скрыться из виду, испуганно поджав хвост. Его первым инстинктом стало скрыться в собственной комнате. Собственно, именно к такому завершению и подошёл день, что начинался отнюдь не плохо. От просмотра инопланетных фильмов в компании друзей прямиком к проблеме, с которой он не решался иметь дело и всячески избегал. Лэнс знал, что ведёт себя как ребёнок. Он понимал, что подобное поведение не пристало взрослому человеку, и что он должен решать свои проблемы по мере их поступления. Вот только эта проблема была задвинута в ящик давным-давно и требовала своего освобождения столько, что он уже и не помнил, когда это началось на самом деле. Что послужило катализатором? Что спровоцировало? Переход был столь плавным, что определить не представлялось возможным. Его мысли смешались в кучу; чувства и слова так и норовили вырваться наружу, спровоцировав катастрофу. Усилием воли Лэнс глубоко вздохнул, пытаясь урезонить конфликтующие внутри эмоции, резко остановился и осел на пол, облокотившись о подлокотник кровати. Кит хотел уйти. Снова. И команда ему в этом не препятствовала. Естественно они не должны запирать его в его собственной комнате или ставить ультиматумы, дабы убедить остаться здесь, напрочь лишив какого-либо выбора. Однако Лэнс ожидал или же надеялся увидеть больше попыток вразумить его, повлиять на принятое им решение, отговорить от столь поспешного выбора. Возможно, он был несправедлив, но… — Черт, — судорожно выдохнул он в тишине собственной комнаты. Логически он понимал, что Кит не уйдёт завтра. Он сам это сказал. Разумеется, он также сказал, что подумает о своём решении. Вот только, говоря откровенно, Кит крайне редко отказывался от своего выбора, и данный факт не помогал остановить бурю, что моментально разбушевалась внутри и полностью овладела его мыслями. Разум произвольно воспроизводил в памяти воспоминания: один на тренировочной палубе, один в темноте собственной комнаты, пустое место рядом с ним на общем собрании команды, пустующее место на завтраках, обедах, ужинах. Ему вновь придется столкнуться с подобным исходом? Кит снова примется исчезать, пропускать встречи, пропадать на бесконечных миссиях, безосновательно жертвовать собой. Вновь последует путям Клинков, убеждённый в том, что миссии важнее её участников. Ведь достижение цели не обходится без жертв. Он отправится в бесконечный космос на миссии, которым не будет конца и края, а всем остальным останется лишь гадать, жив он или нет. Но что произойдёт, когда они доберутся до Земли? Когда закончат войну? Он вновь решит уйти, отправится на нескончаемые миссии Клинков, ведь у него нет причин остаться, — подбросило сознание печальную истину. Однако в этот раз он уйдёт навсегда. Испустив тяжёлый вздох, Лэнс упёрся взглядом в дверь, перебирая в голове доступные варианты, коих оказалось катастрофически мало. Он устроил сцену перед всеми — это было очевидно и требовало объяснений. Естественно он мог отмахнуться и списать это на физическую и психологическую усталость. Они совсем недавно едва не погибли — наверное, ему могли спустить с рук излишнюю эмоциональность, хотя в это мало бы кто поверил. Но в таком случае он упустит свою единственную возможность сделать хоть что-нибудь, чтобы повлиять на Кита, остановить его. И тогда он вновь останется позади, в очередной раз смотря вслед исчезающему Киту. Лэнс с досадой осознал, что допустить подобный исход было страшнее, невыносимее, нежели объяснить всё, что он чувствовал. Ход его мыслей прервал отчётливый стук в дверь. Растерянно моргнув, он скользнул по закрытой двери взглядом и устало потер лицо, не понимая послышалось ему или нет. С усилием воли он поднялся обратно на ноги. С того момента, как он заперся в комнате, прошло минут пять, от силы десять. Заплутавший в своих мыслях, он был не в силах осознать, действительно ли раздался стук, как и свои дальнейшие действия, пока не подошёл вплотную к двери. Пальцы застучали по сенсорной панели, вводя код. Сейчас он просто хотел увидеть Кита, заглянуть ему в глаза и озвучить свои спутанные мысли вслух. Однако стоило двери отъехать в сторону, как Лэнс от неожиданности замер как вкопанный. Потому что перед ним стоял не кто иной как Кит с занесённой в воздухе рукой, словно он был в секунде от того, чтобы снова постучаться. Пытаясь унять подступающую панику, Лэнс остался стоять на месте в ожидании хоть малейшего объяснения. Медленно опустив руку, Кит прочистил горло, прежде чем ответить на немой вопрос, повисший в воздухе: — Ты всё же здесь… Это хорошо. — Что ты здесь делаешь? — Лэнс с трудом нашёл свой голос. Мысленно он обрадовался, что тот не дрогнул, выдав в миг охватившее его волнение. На мгновение Кит отвел взгляд, словно подбирая правильные слова, но почти сразу же ответил, вернув себе былую уверенность: — Я решил пойти за тобой. Не понимаю, что с тобой происходит, но я хотел удостовериться, что всё… что ты в порядке. Неверяще скользнув взглядом по его лицу, будто пытаясь найти малейший признак сарказма или лжи, Лэнс с непониманием осознал, что тот говорил чистую правду. — Зачем? — невольно вырвалось из его уст. Увидев секундное замешательство, отразившееся на его лице, Лэнс едва не ударил себя по лбу. — Я просто… подумал, что ты вёл себя странно. Ты хотел что-то сказать, но по итогу ушёл, — в конечном счёте пожал плечами Кит и, видимо неправильно расценив его растерянность, вознамерился уйти. — Ничего, извини, что зря побеспокоил, я лучше пойду. Увидев, как Кит прямо на его глазах разворачивается, чтобы уйти, Лэнс, не успев как следует подумать, машинально схватил его за запястье, мигом останавливая на месте. — Нет, постой… — вырывалось у него вслед за жестом. Не ожидавший такого поворота, Кит с неподдельным удивлением уставился на него. Лэнс постарался сделать глубокий вздох, прежде чем попытаться снова: — Не уходи, ты прав. Я действительно хочу с тобой поговорить. Прости, что так отреагировал, я просто растерялся. Пронаблюдав за тем, как Лэнс виновато отцепился от его руки и отошёл в сторону, пропуская к себе в комнату, Кит едва кивнул и прошел внутрь. — Ты говоришь, что хочешь поговорить, но сам избегаешь меня со вчерашнего вечера, — не стал ходить вокруг да около Кит. — Я не специально, я лишь… — только и смог вымолвить Лэнс, услышав, как дверь на заднем фоне с мягким звуком закрылась, отрезая их от остального мира. — Ты лишь что? — переспросил Кит, останавливаясь прямо напротив него и с замешательством заглядывая в глаза. — Ты странно себя ведешь, Лэнс. Я не понимаю, что происходит, правда. Уловив нотку нетерпения в его голосе, искреннее желание докопаться до истины, Лэнс не смог не задать встречный вопрос: — Я тоже кое-что не понимаю. Зачем ты оттолкнул меня в пещере? — К чему ты это спрашиваешь? Так поступил бы каждый из нас, — не сразу сориентировался, что сказать Кит, но заметив, что данный ответ в корне не устроил его, по итогу не стал скрывать очевидное. — Я хотел защитить тебя. Именно поэтому я так поступил. Да, это было импульсивно, рискованно, но… Подожди, так в этом проблема? Ты считаешь себя виноватым в том, что произошло? Или злишься на меня? — Нет, — замотал головой Лэнс. — Господи, разумеется, нет. Дело вовсе не в этом. Я на тебя не злюсь, но мне не нравится, что ты так бездумно подвергаешь себя опасности. — Лэнс, мы каждый день уже на протяжении многих месяцев подвергаем себя опасности, — весомо аргументировал Кит. — Но если это ради вас, то я готов защитить вас даже ценой собственной жизни. Я знаю, что ты меня в этом понимаешь. — Естественно, но это не значит, что рисковать вдвойне — это нормально. С тех пор, как ты связался с Клинками, ты стал больше пренебрегать собой. Не я один это заметил! — напомнил ему Лэнс о недавних словах сокомандников. — Лэнс… — тихо выдохнул его имя Кит, словно он не знал, что можно было сказать для его убеждения. — Хорошо. Допустим, что, может быть, вы правы и это так, но… Едва не задохнувшись от возмущения, Лэнс в неверии перебил его: — «Но»? Ты допускаешь, что это на самом деле так, и при этом говоришь «но»? Как ты можешь защищать неоправданный риск? — Иногда конечная цель превыше всего. — Только если в этом есть смысл! Но если ты будешь жертвовать собой налево и направо, это никому не поможет. — Хочешь, чтобы я отошёл в сторону и не участвовал в этой войне? — Нет! — запротестовал Лэнс, но мигом стушевался, когда увидел явный вопрос в глазах Кита. — Тогда чего ты этим добиваешься, Лэнс? Зачем говоришь мне это? — в растерянности развёл он руками. — Ты прекрасно знаешь, что я не могу пойти против устава Марморы. Не могу поступать, как мне заблагорассудится. В их глазах мы все равны, я не могу отказаться от их принципов, как и рисковать меньше, чем они. Тогда что мне остаётся? — Не уходи, — вдруг отчаянно выпалил Лэнс. Не ожидав подобного поворота в их разговоре, Кит ошарашенно посмотрел на него: — Что? — недоуменно переспросил он, словно решил, что неправильно расслышал. Приоткрыв рот, Лэнс с необходимостью во взгляде повторил, в этот раз медленнее, отчеканивая каждое слово: — Не уходи. Я хочу, чтобы ты остался. Пожалуйста, просто останься. По лицу Кита проскользнула неуловимая гамма эмоций. Нечто неразличимое, до боли знакомое, теплилось в его взгляде. С недоверием усмехнувшись — без какого-либо юмора в голосе, — Кит повторил за ним: — Остаться? О чем ты говоришь? — Ты знаешь, о чем! — воскликнул Лэнс, чувствуя поднимающуюся волну раздражения. — Я не хочу, чтобы ты уходил из команды. Сколько раз мне это нужно повторить? — Брось, Лэнс, — вдруг замотал головой Кит, бессознательно делая шаг назад. — Ты всегда был тем человеком, которого раздражало моё присутствие. Ты не переносил меня и хотел, чтобы я ушёл. И сейчас ты говоришь обратное? — А, по-твоему, ничего не изменилось? — неверяще переспросил Лэнс. — Изменилось, но… Сомнение было столь хорошо различимо в каждом его жесте, поведении, голосе, что Лэнс ощутил себя не на шутку уязвлённым. В груди разлилась жгучая, обжигающая сердце, боль, снедающая живьем. Вопреки своим прошлым убеждениям, в этот самый момент ему больше не хотелось отступать и притворяться, необходимость объяснить все недопонимания оказалась сильнее желания скрыть собственные сокровенные чувства. — Кит, на самом деле я никогда не хотел, чтобы ты уходил, — осторожно признался Лэнс. — Неужели в это так трудно поверить? — Ты всегда говорил иначе и не давал мне повода в этом усомниться. — Я побежал за тобой сломя голову, когда увидел тебя спустя месяцы после твоего отчисления из Гарнизона. — Я помню. Ты терпеть меня не мог. — Я восхищался тобой! — с горечью в голосе настойчиво воскликнул Лэнс и мигом смутился, стоило ему узреть видимое недоумение Кита. Тем не менее, он переступил через себя и продолжил: — Кит, я восхищался тобой с того момента, как впервые увидел. Ты был таким талантливым и впечатляющим, что я жаждал быть твоим другом. Но ты никогда не обращал на меня внимания, словно меня и вовсе не существовало. — Я этого не знал… Лэнс, я не пытался как-либо обидеть тебя. В то время я был, скажем, не в лучшем состоянии и не хотел заводить никаких друзей. Мне было достаточно Широ и Адама, поэтому я не замечал ничего и никого другого, — виновато пояснил Кит, но Лэнс лишь понимающе кивнул. — Знаю, но в то время я принимал это на свой счёт. Мне казалось, что у тебя раздутое самомнение и ты считал, что я тебе не ровня. По итогу это привело к тому, что моё восхищение сменилось завистью, обидой, злостью. Я пытался доказать не только тебе, но и себе самому, что чего-то стою. А так как ты не обращал на меня внимания, считать тебя соперником стало моей единственной возможностью приблизиться к тебе. Вздохнув, Лэнс опустил взгляд в пол и перекрестил руки на груди: — А потом ты ушёл. Будто это всё ничего не значило. А я продвинулся вперёд и занял твоё место. Будто так и должно было быть. Вот только вместо радости и облегчения я ощущал пустоту. Чего-то не хватало. Знаешь, что произошло потом? — Крушение корабля, на котором мы нашли Широ? — догадался Кит, с беспрекословным вниманием слушая и наблюдая за тем, как Лэнс раскрывал перед ним душу. Отчего-то такое пристальное внимание почти пугало, но отступать было поздно. — Верно. Мы с Ханком и Пидж застали то крушение и сразу бросились к кораблю. Представляешь, каково было моё удивление, когда я увидел тебя спустя столько времени? Я узнал тебя сразу, мне хватило секунды, чтобы распознать в темноте твой маллет. Но когда мы столкнулись лицом к лицу, ты меня даже не вспомнил. Для тебя эта встреча стала первой, а для меня она полностью перечеркнула желание иметь с тобой какие-либо хорошие отношения или же просто находиться рядом. Или так я убеждал себя, — отрешённо пожал плечами Лэнс. — Прости меня за то, как я с тобой поступал, Лэнс… — с сочувствием произнёс Кит, поражённый его словами. — Я не имел ни малейшего понятия, что ты пытался со мной подружиться в Гаррисоне. Да и то, как я вёл себя после этого, было вовсе не лучше. — И ты меня прости, Кит. Теперь я знаю, что мне стоило лучше пытаться тебя понять, но вместо этого я создал между нами несуществующее соперничество и постоянно пытался выставить тебя виноватым во всех моих проблемах. Вот только… даже несмотря на то, сколько зависти и раздражения я испытывал к тебе, я не мог тебя ненавидеть. Я всё также тобой восхищался! Я злился на самого себя за то, что чувствовал. И я никак не мог на это повлиять, — Лэнс поймал интенсивный, пронзительный взгляд его тёмных глаз и, стараясь успокоить ускорившееся сердцебиение, отвёл собственный взгляд в сторону. — А со временем мы стали всё больше сближаться, и я стал разрываться на пополам между желанием продолжать нашу вражду и желанием быть ближе. Я не мог переключиться, потому что зависть и все негативные эмоции продолжали застилать мне глаза и смешиваться со всеми хорошими чувствами, что я испытывал к тебе. Особенно, когда ты стал лидером, а я всячески старался тебе помочь. Я волновался за тебя, за команду, но продолжал испытывать зависть. Но потом… — Что потом?.. — вторил ему Кит, почти на грани шёпота. Слова застряли у Лэнса в горле, и он с усилием сглотнул, почти кожей ощущая пронзительный взгляд Кита. — Когда мы нашли Широ, я вдруг понял, что кто-то должен отступить. Широ, Аллура и ты очевидно должны были остаться, именно поэтому я понял, что больше не вписываюсь и должен уйти из команды. Честно говоря, к тому моменту я уже больше времени проводил с тобой, чем с Ханком и Пидж. Поэтому, когда я подумал о том, с кем стоит обсудить эту проблему, мне в голову сразу пришёл ты, а не кто-то из моих лучших друзей. Вот только… стоило мне поверить в то, что мы наконец сближаемся и становимся друзьями, как ты стал отдаляться и в конечном итоге ушёл. — Если бы я не ушёл, это бы сделал ты, — вдруг уверенно заявил Кит, напоминая об их разговоре. — Что? — оторопел Лэнс. — К чему ты ведешь? Разумеется, я хотел отступить в сторону, чтобы вы продолжали находиться на своих местах. Комнату заполнило красноречивое, многозначительное молчание. Подавив иррациональное желание повторно задать вопрос, Лэнс неотрывно наблюдал за целым спектром эмоций, так отчётливо проявляющимся на лице Кита. Для человека, который научился неплохо сдерживать свою импульсивную, вспыльчивую натуру и более-менее контролировать всплески эмоций, Кит был словно открытая книга. В его глазах возник едва уловимый блеск, взглядом он не торопясь скользил и непроизвольно задерживался на каждой черте Лэнса, на его лице застыло загадочное, интригующее выражение: неприкрытый интерес, смешанный с нотой ожидания. — Ты не догадываешься, к чему я веду? — Кит тщательно подбирал слова, внимая его реакции, наблюдая за любым изменением в поведении. — После того, как ты пришёл ко мне, я понял, что у нас есть все необходимые паладины. Ты не был лишним, ты был тем, в ком команда нуждалась. Поэтому я стал проводить больше времени с Колливаном и пропадать на миссиях, а когда у меня появилась возможность я ушёл. Из уст Лэнса вырвался нервный смешок, но когда он увидел, что Кит был вполне серьёзен, он в неверии замер: — Только не говори, что ушёл из-за меня, — еле вымолвил он. Кит покачал головой: — Не из-за тебя, а ради тебя, — без тени сомнения ответил он. — Ради… команды тоже. Это была часть причины. Я знал, что ты хочешь отойти в сторону, но ты был нужен больше, чем я. Таким образом я смог тратить больше времени на Мармору и искать информацию о Кролии. Лэнс досадливо усмехнулся и с вызовом изогнул бровь, вдруг вспоминая слова Пидж: — «Ради меня», да? Может, ты говоришь это только чтобы оправдать себя и тот факт, что ты не хотел быть лидером. Тебя не было рядом, когда мы нуждались в тебе. Ты хотел преследовать свои цели. А сейчас ты используешь меня в качестве прикрытия для своих действий. — Нет, Лэнс! — с горечью в голосе — даже некой осязаемой обидой — воскликнул Кит, с отчаянием заглядывая ему в глаза в поисках понимания и принятия. — Я ушёл как раз потому, что знал: между тобой и мной выбор был очевиден. С тех пор, как я стал лидером, я действовал исключительно на эмоциях и импульсах. Несколько раз я едва нас всех не угробил. Единственная причина, по которой мы всё ещё здесь и прошли через те времена, — это ты. Если бы ты не был рядом, не поддерживал меня, не помогал руководить и не давал советы, мы бы сейчас здесь не стояли. Ты двигал меня в правильном направлении, уравновешивал, прикрывал мою спину и говорил мне в лицо всё, что я делал не так. Я прислушивался к каждому твоему слову. Я нуждался в твоих советах. Я просто не мог делать это без тебя. Понимаешь? — в его глазах бушевала такая буря и небывалая ранее откровенность, что Лэнс в изумлении позабыл, как дышать, не в силах оторваться от его пронзительного взгляда, направленного исключительно на него одного. Слова, что были произнесены с таким рвением, почти мольбой, действовали на разум опьяняюще. — Когда ты сказал, что хочешь уйти, я просто не мог оставаться в стороне и позволить тебе это сделать. Без тебя это было бы бессмысленно. Ты, может, этого и не видишь, но многие решения, благодаря которым мы сейчас живы, были приняты тобой. Ты трезво мыслишь, ты замечаешь детали, ты отличный стратег, ты знаешь, как руководить, ты безупречный стрелок. Разве не очевидно, что команда нуждается в тебе? Судорожно выдохнув, Кит с горечью отвёл взгляд, словно пытался вернуть себе самообладание, так легко потерянное в пылу объяснения. С усилием воли Лэнс старался утихомирить разбушевавшееся в груди сердце. В этом трудно было признаться, но своей речью Кит в самом деле открыл ему глаза на собственную ценность. Он никогда не смотрел на ситуацию под таким углом. Тем более, не слышал в свой адрес столь пламенной речи от Кита из всех возможных людей. Растерянно сглотнув, Лэнс ощутил жгучую необходимость раскрыть больше собственных тайн, похороненных столь глубоко внутри, и непослушными губами продолжил: — Почему ты не сказал мне об этом? Зачем было решать за меня и оставлять нас в неведении? Ты хоть представляешь, как было больно видеть, как ты каждый раз уходил и не возвращался? Как ты вечно пропадал… Кит, это было невыносимо. Своим уходом ты не решил проблему, ты сделал только хуже. Широ вел себя странно, в замке завёлся Лотор, с которым постоянно исчезала Аллура, Пидж и Ханк занимались своими делами. Мне было не к кому обратиться. — Ханк и Пидж твои лучшие друзья, разве это не так? — На тот момент ты был мне ближе всех. Но ты стал отдаляться, а я только и мог, что наблюдать. Смотреть на пустое место рядом с собой, тренироваться на палубе в полном одиночестве или же сидеть в своей комнате и бессмысленно играть. Без тебя стало пусто, одиноко. Всё, что я чувствовал, было одиночество. Я так скучал по тебе, Кит, но всё, что мне оставалось, — это смириться и плыть по течению. Поджав губы, Кит машинально взлохматил копну своих волос, переступая с ноги на ногу. — Мне жаль, Лэнс, — по итогу нашёлся, что ответить он, — но я должен был уйти. Если бы я этого не сделал, я бы не встретил Кролию. — Тогда зачем ты делаешь это сейчас? Пытаешься отстраниться после того, как я сказал тебе о том, что собираюсь уйти из команды? — невольно догадался Лэнс. — Я прав? Спустя некоторое время он слабо кивнул: — Частично… — Частично? Значит, ты хочешь поступить так же, как в первый раз? Это ничего не решит, Кит. Я… по правде говоря, я понял, как сильно не хотел покидать команду. Мне это не нужно. Я понял, что таким образом сделаю лишь хуже. Это не принесёт никому пользы, а создаст лишь больше проблем и недопониманий. — Я рад, что ты смог это понять, — совершенно искренне признался Кит. — Может быть, ты не видишь собственной ценности сейчас, но я уверен, что в скором времени ты её осознаешь. Потому что я даже представить не могу все эти месяцы без тебя, — слова, с такой лёгкостью сорвавшиеся с его языка, оставили Лэнса в немом изумлении и абсолютном смятении. Тем не менее, Кит с напускной уверенностью продолжил: — Но мне нужно было уйти. Мне кажется, нет ничего, что вы могли мне сказать, что заставило бы меня остаться. Тогда я был уверен в правильности своего решения, даже несмотря на то, как вам оно не понравилось. Кивнув, Лэнс неосознанно позволил себе приблизиться к нему, всего на миллиметр. — Всё верно, мы не могли заставить тебя не уходить тогда, ровно как и сейчас. Решение принимать исключительно тебе. Но я могу хотя бы дать тебе причину, чтобы остаться, — многозначительно помолчав, он позволил себе перевести дыхание, дабы вернуть хоть крохотную толику самообладания, поспешно утрачиваемого в его присутствии. В столь оглушающей тишине комнаты был отчётливо слышен каждый сделанный вдох и выдох. — Причину? — наконец, осмелился задать вопрос Кит. — Ты не обязан больше уходить. Все, кто тебе нужен, здесь. Если ты снова начнёшь отдаляться, нам ничего не останется кроме как принять это, но мы не сможем с этим смириться. Мы будем за тебя переживать и нам будет тебя не хватать. Постоянно. — Я понимаю это, — с участием произнёс он, чувствуя то же самое. — Но… Рвано выдохнув, Лэнс выразительно посмотрел на него и на грани шёпота вымолвил: — Просто останься, Кит… хотя бы в этот раз. Я не могу без тебя. Прикрыв на мгновение глаза, Кит неосознанно облизал пересохшие губы и неровно выдохнул. Медленно покачав головой, будто пытаясь убедить то ли самого себя, то ли его, он сбивчиво пробормотал: — Перестань так говорить, Лэнс, иначе я неправильно пойму. — А как ещё это можно понять? — невольно удивился Лэнс. — Разве можно выражаться яснее? Взглянув на него, словно в первый раз, Кит отчётливо колебался, в напряжении не решаясь проронить ни слова. Однако Лэнсу не нужно было больше ничего объяснять. Поступки Кита всегда говорили больше слов. Он ушёл из команды после того, как Лэнс завёл разговор о лишнем человеке. Он нуждался в нём, чтобы продолжать руководить командой. Он всегда оказывался рядом, когда Лэнс получал ранение. Он готов был пожертвовать собой ради его спасения. Он ставил желания Лэнса наряду со своими, а иногда и выше. Он ловил его взгляд, даже когда в комнате находились десятки других людей. Он пошёл следом за Лэнсом, чтобы удостовериться в его состоянии. Даже сейчас он до сих пор находился здесь вместо того, чтобы отдыхать или строить планы с Колливаном. И даже несмотря на то, что Лэнс не соглашался со многим из вышеперечисленного, собранных поступков Кита ему было вполне достаточно, чтобы осознать природу подобной самоотверженности. Он был здесь. Заметив, как он сглотнул, Лэнс беспомощно подался вперёд. Его реакция была очевидна, идентична, и даже невзирая на то, что Лэнса пугала такая близость, он нуждался в большем. — Кит… — чуть громче шёпота воззвал он к нему, взгляд Кита инстинктивно скользнул к его губам. — Ты мне нужен. Я не могу без тебя. Я только и делаю, что думаю о тебе. Когда ты в комнате, я не могу отвести от тебя взгляд. — Перестань… — непослушными губами пролепетал Кит, завороженно наблюдая за ним. — Когда тебя нет поблизости, мне тебя не хватает. Нет смысла уходить ради меня, останься ради меня. Пожалуйста, Кит, мне хочется видеть тебя каждый день. Не раз в месяц и не раз в полгода. Ты сказал, что не мог без меня? Что без меня всё бессмысленно? Я испытываю то же самое. Взор Кита лихорадочно бегал по его лицу, внимая каждой непрошенной эмоции. Словно он жаждал запечатлеть его в памяти, запомнить каждую отдельную черту. Сердце Лэнса беспомощно замерло, стоило Киту невольно податься ближе, а потом вновь забилось в бешеном ритме, норовя вот-вот пробить грудную клетку и выскочить наружу. Немного осмелев, он скользнул ладонью по отчетливо различимому шраму на его щеке, неизбежно притягивающему взор, и невесомо провёл пальцами вдоль скулы. Осторожно поймав его ладонь, Кит нежно сжал её в тисках и тихо выдохнул в незначительное пространство между ними: — Возможно, моя жизнь была бы лучше, если бы я позволил тебе приблизиться ко мне ещё в Гаррисоне. Потрясённый, Лэнс растерянно моргнул, не сразу осознав тяжесть произнесённых им слов. Разум безвозвратно померк. Не в силах более выдерживать столь откровенный, жаждущий взор, Лэнс отчаянно подался вперёд, сокращая практически несуществующее оставшееся между ними расстояние. В это мгновение мир за пределами комнаты ожидаемо замер. Тепло его губ застало Кита врасплох и он неумолимо застыл на месте, рвано, почти судорожно выдыхая под тяжестью желанных прикосновений. Однако взятая им пауза продлилась недолго. Как в беспамятстве Кит потянулся за ним в ответ, возобновив столь резко прерванный поцелуй. Ладони по наитию нашарили отвороты его рубашки и вцепились подрагивающими пальцами в выпирающие края. Опаляя горячим дыханием и долгожданной близостью, он притянул Лэнса как можно ближе, вновь поймав его приоткрытые губы и усилив напор. Нежное, изучающее касание губ поспешно переросло в жадный, требовательный поцелуй. Почувствовав нарастающий изнутри жар, Лэнс отрывисто выдохнул, запуская пальцы в мягкие пряди волос Кита. Один поцелуй, второй, третий — сбившись со счета, Лэнс неосознанно спустился ладонями ниже, в наваждении оплетая его шею руками и притягивая до невозможности ближе. На периферии сознания он запоздало ощутил, как за его спиной неожиданно появилась опора. Прижав его к стене, Кит скользнул ладонями к его лицу, с щемящей нежностью касаясь скул и замедляя желанные поцелуи, словно хотел задержаться и прочувствовать каждое трепетное соприкосновение. Под ласками его оголённых ладоней, в кое-то веке не сокрытых вездесущими перчатками, Лэнс ощутил мелкую дрожь и как по коже невольно прошлась стая мурашек. На секунду подавшись назад, он мимолётно взглянул на Кита. Его сердце безжалостно защемило, когда он увидел, как растрепанный, разгоряченный Кит слепо последовал за ним, не в силах отстраниться. Встретившись с ним затуманенным взором, Лэнс шумно сглотнул. Сбившимся дыханием Кит сделал неровный вздох, потерявшись в его глазах. — Что? Что случилось? — произнес он непослушными губами. Лэнс слегка тряхнул головой, успокаивая его и чувствуя завладевший его телом разрастающийся жар: — Просто хотел посмотреть на тебя, — еле вымолвил он. Густо покраснев в ответ на его смущающую фразу, Кит на секунду запнулся и вновь припал к его губам, с нескончаемой нежностью одаривая Лэнса поцелуй за поцелуем. Волна непреодолимой нежности окончательно сбила его с мысли, спалив последние остатки здравомыслия. На негнущихся ногах Лэнс краем уха расслышал трепетное «ты удивителен» и между поцелуями едва различимо пролепетал: — Повтори ещё раз. — Ты удивителен, — беспрекословно повиновался Кит, внимая его мольбе в сладком шёпоте. Скользнув ладонями к его лицу, Лэнс губами поймал его сорванное дыхание и ощутил, как руки Кита переместились ему на талию, прижимая к собственному телу. Лицо обдало жаром, а щеки запылали с новой силой. Млея от близости, горячих прикосновений и исходящего тепла Кита, Лэнс с жадностью ловил каждый пытливый поцелуй и таял от малейшего касания любимых рук. В тесном переплетении их тел он уже не мог определить, где начинался он и заканчивался Кит. Осознав, что нечто настойчиво лезет ему в глаза, Лэнс с ощутимым нежеланием по итогу отстранился и внезапно осознал, что одна из изумрудных лиан в его комнате оторвалась от потолка и назойливо лезла ему в лицо. Отогнав её свободной рукой в сторону, Лэнс неверяще фыркнул своему невезению и перевёл взгляд обратно на Кита. Признаться, от зрелища в его руках — или в чьих руках находился он сам — он бессознательно затаил дыхание. Взлохмаченный, с пылающим лицом, раскрасневшимися губами и ошалелым взглядом — Лэнс не мог поверить, что подобному изменению поспособствовал он сам. Что он приложил руку к такому состоянию всегда собранного и закрытого Кита. Впрочем, сам Лэнс наверняка выглядел не менее взбаламученным и ошарашенным. Но как же ему это нравилось. Коснувшись его щеки, Лэнс скользнул ладонью к его волосам, сбившимся прямо на лице, и с предельной осторожностью методично заправил их обратно за ухо, напоследок аккуратно пригладив. С замиранием сердца Кит пронаблюдал за сосредоточенным выражением, застывшим на его лице. Удостоверившись, что пряди остались на своём законном месте, Лэнс взглянул ему обратно в глаза и заметил внутри непередаваемую бурю эмоций, возникшую по причине одного заботливого касания. Лэнс сделал глубокий вздох, не отрываясь от исследующего его взора, и вдруг ему на ум пришло воспоминание их совершенно недавнего разговора. Не сдержавшись, он расплылся в глупом подобии улыбки и его пробрало на искренний, заливистый смех. Не в силах побороть безудержную улыбку, что в миг расцвела на его лице, Лэнс не без удивления обнаружил, как губы Кита тронула ответная улыбка и он принялся счастливо посмеиваться следом за ним, словно реакция Лэнса была для него заразительна, а улыбаться вместе с ним и вовсе нечто само собой разумеющимся. — Что? — со смешком в голосе поинтересовался Кит, наивно улыбаясь неожиданной реакции. В его взоре искрилось тепло и абсолютное счастье. — Чего ты смеешься? Ухмыльнувшись, Лэнс с вызовом посмотрел на него. — Помнишь, как ты сказал, что рад тому, что мы с Аллурой не встречаемся? — прыснул он. Издав болезненный звук где-то на границе между полурыком и полустоном, Кит в ужасе прикрыл глаза рукой: — О боже... Не напоминай. Я до сих пор не могу поверить, что в самом деле сказал это. — Я всё никак не могу об этом забыть, — усмехнулся Лэнс, с удовольствием наблюдая за видимым смущением Кита. — Ты, наверное, был вне себя от радости, чтобы такое сказать. К тому же, с таким серьёзным лицом. — Замолчи… — беззлобно ответил на его подначивания неловко улыбающийся Кит, сам едва сдерживая смех. — Но ты сам завёл этот разговор, помнишь? — строя из себя саму невинность, ахнул он. — Неужели так сильно сожалеешь о том, что сказал? — Нет, — усмехнулся Кит. — Ну, даже если бы и сильно сожалел, это не важно… зато теперь ты улыбаешься. Так что в этом есть свой плюс. — Что? — сердце Лэнса сладко замерло в груди. — Мне нравится твоя улыбка. Удивительнейшее чувство дежавю овладело Лэнсом, словно бы он слышал нечто подобное раньше — возможно, даже от него, — но, решив не зацикливаться на заведомо неправдоподобных суждениях, он предпочёл сразу отмахнуться от столь странных мыслей. — Что ещё тебе нравится помимо моей улыбки и того, что я не с Аллурой? — уловив, как Кит несдержанно усмехнулся в ответ на его издёвку и отвёл взгляд в сторону, Лэнс непроизвольно расплылся в довольной улыбке. — Я шучу. Просто хотел увидеть, как ты смеешься, — придержал он последующую мысль. Однако выразительно взглянув на него, Кит не стал таить: — Всё, — тихо признался он, аналогично поражённый подобным осознанием. — Мне нравится абсолютно всё в тебе. Даже когда ты пытаешься вывести меня на эмоции, как сейчас. Я без ума от этого. По коже прошлись мурашки, заметно ускоряя подуспокоившийся пульс. Едва не задохнувшись от переполнявших его чувств, Лэнс цепко сжал ладонь Кита в своей и потянул на себя. — Останься сегодня со мной, — с необходимостью в голосе прошептал он. — С тобой? — вторил на выдохе его словам Кит, бессознательно проводя большим пальцем по ладони. — Да, не уходи, — слабо кивнул он. — Я... я хочу так много тебе сказать. И, честно говоря, просто хочу, чтобы ты остался здесь со мной. Немного помолчав, будто обдумывая что-то для себя в голове, Кит по итогу переплел их пальцы и нежно сжал. — Да, хорошо, — на грани шёпота вымолвил он, всего в нескольких сантиметрах. — Я тоже хочу остаться с тобой. Прильнув ближе, Кит свободной рукой коснулся его щеки. Горячее дыхание тронуло кожу, и Лэнс в предвкушении зажмурился, сокращая оставшееся расстояние. Его губы невесомо накрыли уже такие знакомые, и он с восторгом выдохнул в поцелуй. Высвободив ладонь из захвата, он вновь переплел руки за шеей Кита, притягивая его как можно ближе к себе. Одиночество более не преследовало его по пятам.

***

Сидя поздним утром на кухне вместе с командой, Лэнс не мог перестать энергично болтать ногами под столом. Состояние эйфории, что овладела им со вчерашнего дня, не отступало ни на минуту. И всё по причине человека, сидящего в нескольких сантиметрах от него. Это утро в самом деле было поистине добрым. Просыпаться рядом с Китом стало бесспорно лучшим событием за многие месяцы пребывания в открытом космосе. Видеть первым делом его сбившуюся во сне копну чернильных волос, заспанное лицо и удивительное нежелание просыпаться странным образом грело сердце и поднимало настроение лучше чего бы то ни было. Просто видеть его рядом было несказанным чудом. Скосив взгляд в его сторону, Лэнс подавил мечтательный вздох, что норовил вот-вот сорваться с его уст. Кит покинул его комнату раньше него самого, ибо Киту нужно было заскочить в свою собственную комнату, встретиться с Кролией и навестить докторов Крибека один последний раз, дабы удостовериться в окончательном восстановлении. Лэнс же, не желая покидать уютную постель, где совсем недавно находился Кит, волей-неволей умудрился провалиться в глубокий сон и проспать ещё около часа. Впрочем, его это не особо заботило — близость Кита действовала на него успокаивающе. К тому же, он сумел урвать ещё пару поцелуев, прежде чем тот улизнул. Внезапно его ногу кто-то осторожно остановил, препятствуя продолжению её ритмичного движения. Украдкой поймав его пристальный взор, Кит подарил ему слабую знающую улыбку, понятную лишь им двоим. Поспешив отвернуться, Лэнс с усилием воли подавил иррациональное желание расплыться в ответной улыбке и мигом уткнулся в собственную тарелку. Сердце назло не желало восстанавливать сбившийся ритм, неровно постукивая. — Лэнс, ты сегодня прям весь светишься, — прокомментировала его странное поведение Пидж и с интересом изогнула бровь. Оторвав взгляд от преувеличенного изучения инопланетной тарелки — или же еë подобия, — Лэнс не на шутку растерялся её пронзительности, но мигом постарался это скрыть. — Что? — нервно усмехнулся он. — Ничего подобного, тебе кажется. В ужасе округлив глаза, Ханк отреагировал на его заявление раньше всех остальных: — «Ничего подобного»?! Чтобы ты, да отнекивался от хорошего настроения? — подозрительно прищурился он. — Ну вот, только мы разрешили все разногласия и недомолвки, как ты снова что-то скрываешь от нас, Лэнс, — удрученно произнесла Пидж и сдвинула очки на переносицу. — Учти, на этот раз я намерена докопаться до истины. — Аналогично, — поддержал её Ханк, буравя его недоверчивым, обеспокоенным взглядом. Нахмурившись преувеличенной заботе его друзей, Лэнс мельком посмотрел на Кита и в неверии обнаружил, как тот почти хитро улыбнулся в ответ на озвученные подозрения. Только Лэнс хотел как-либо подать ему знак — вероятно, пихнуть под столом той самой ногой, которую Кит самовольно остановил от неустанного движения, — как Широ довольно громко прочистил горло, переняв внимание на себя. — Кстати, Кит, — обратился он как бы невзначай. — Сегодня утром Кролия не смогла найти тебя у себя в комнате. Ты довольно рано поднялся? Лэнс едва не выронил из рук инопланетную ложку, однако Кит, скрыв любое проявление эмоций, как ни в чем не бывало пожал плечами: — Да, должно быть, я в это время уже был на осмотре у докторов. Таинственно улыбнувшись, Широ чересчур знающим взглядом посмотрел на него: — Дело в том, что в это время в лазарете был я. Важно покивав, Кит нахмурился: — Значит, я тренировался. В любом случае, тебе не о чем переживать, Широ, я уже встретился с ней. Стараясь не выдать ни единую охватившую его эмоцию, Лэнс мысленно восхитился его феноменальным представлением. И когда только Кит научился так мастерски лгать Широ в лицо? Неужели в Клинках и такому учат? — Да, действительно. Тренировки стоят того, — согласился Широ и понимающе улыбнулся. — Значит, ты успел обдумать своё решение насчёт Марморы? Паладины за столом в миг притихли, замерев в ожидании ответа. Метнув в сторону Кита обеспокоенный взгляд, Лэнс различил явное смятение, вдруг отразившееся на его лице, коего не было ещё прошлым вечером. В этот раз он заметно колебался, тщательно обдумывая последующие слова. — Кит, — воззвала к нему Аллура, почувствовав, как в его поведении что-то безвозвратно изменилось. Лэнс навострил уши. — Ты сомневаешься? Нерешительно положив ложку обратно на стол, Кит слегка отклонился на спинку сидения. — Я думал над своим решением и тем, что вы сказали вчера, и... — его взгляд по наитию нашёл Лэнса, и тот встревоженно затаил дыхание. — И?.. — вторил ему Широ с надеждой в глазах. — И я думаю... — вновь начал Кит и медленно перевёл взор на Широ. — Я решил, что в ближайшее время никуда не полечу. Вы совершенно правы, Вольтрон сейчас куда важнее, а нам следует сохранять в команде каждого пилота. Поначалу Лэнс решил, что ослышался, но восторженная суета паладинов быстро переубедила его. — О, Кит... — едва не ахнула от изумления Аллура. — Я так рада, что ты это понял. Всё верно, мы все одинаково важны, поэтому нам стоит держаться вместе, несмотря ни на что. — И это не всё, — вдруг продолжил он, на этот раз встречаясь взглядом с каждым из паладинов. — Я хотел извиниться перед вами всеми за то, как поступал. — Что? — пораженно проронила Пидж. — Теперь я понимаю, насколько сильно вас подставлял. Я пренебрегал своими обязанностями как лидер. Пренебрегал Вольтроном, вами. Мне казалось, что если я уйду, то это решит все проблемы. Широ вновь станет лидером, возьмёт управление чёрного льва и команды в свои руки, а вам больше не придётся иметь дело с кем-то неопытным вроде меня. Я искренне верил, что поступаю правильно. Но на деле я подставлял вас, пренебрегал нашей командой и не учитывал ваши желания. Мне стоило быть более открытым с вами, говорить о моих проблемах и страхах, но я этого не делал. И по итогу это привело к ещё большим проблемам. — Ты не мог знать, во что это выльется, — поддержал его Широ, но Кит горько усмехнулся. — В особенности я виноват перед тобой и Аллурой. Уж если кому и стоило догадаться, что с тобой было что-то не так, то это мне. Но я был слишком поглощен своими проблемами. Прости меня, Широ. И ты, Аллура, — с сожалением перевёл он взгляд на неё. — Ты пыталась достучаться до меня, но... мы только и делали, что вели себя как кошка с собакой. Я просто хочу, чтобы ты знала, что я сожалею о том, как общался с тобой. Аллура опустила взор ниже и не смогла удержаться от печальной улыбки, что появилась на её губах: — В этом есть и моя вина, Кит. Я тоже поступала не идеально. Но я надеюсь, что с этого момента мы станем более открыты друг с другом и более терпимы к нашим промахам. Я не хочу больше очернять наши отношения недопониманиями и ложными подозрениями. Кивнув, Кит слабо улыбнулся ей в ответ, и у Аллуры во взгляде заискрилась хорошо различимая благодарность. Между ними наконец-то установился хрупкий, но непременно многообещающий мир. — Поэтому... — через некоторое время решил подвести итог Кит. — В этот раз я вас не оставлю. Я не знаю, что нас ждёт в будущем и с каким количеством проблем мы столкнемся, но я обещаю быть рядом до самого конца. Я свяжусь вскоре с Колливаном и объясню ему всю сложившуюся ситуацию. — Поверить не могу, что ты передумал... — восторженно пробормотал Ханк. Паладины словно обрели второе дыхание. Переглядываясь, они с чем-то сродни надежды смотрели друг на друга и безмолвно осознавали, сколько невероятных взлётов и падений переживали не только в боях, но и собственных сложных взаимоотношениях. Тем не менее, они продолжали быть одной — не всегда дружной, порой абсолютно непереносимой, — но по-настоящему большой семьёй. И будут ей до самого конца. Перегнувшись через стол, Широ коснулся здоровой рукой плеча Кита и с чувством сжал его. Лэнс был уверен, что если бы он мог, то непременно обнял бы его, сжав в тисках. — Я хочу, чтобы ты знал, что я не виню тебя и никогда не винил, — искренне признался он. — Но спасибо за твои слова, Кит. Я рад, что ты остаешься с нами. И мы продолжим поддерживать тебя, несмотря ни на что. — Спасибо, Широ. Я тоже, — не сдержал улыбки Кит. — Прости за то, что я вчера так обозлилась на тебя, Кит, — вдруг пролепетала Пидж. — Я... честно говоря, я испугалась, что ты вновь нас оставишь. Ты так внезапно вчера это сказал. — Всё нормально, Пидж, я понимаю. Слова Аллуры и Кита отозвались в сердце Лэнса глухой болью, и он обвел затуманенным взором всю команду. Команду, с которой делил радость побед и горечь поражений. Вот уже многие-многие месяцы. Мы все одинаково важны. Сколько раз он пренебрегал этими словами, считая их совершенно пустыми? Или применял их ко всем остальным, исключая себя? Он не смог бы сосчитать все разы даже не пальцах рук и ног. Настолько слеп он был ко столь простой истине. И так долго он ходил в потёмках, не сознавая, что его ценность исчислялась не только количеством умений, навыков и побед. Его ценность была эфемерной, она проглядывалась в людях, которым он был бесконечно дорог и которые были невыразимо дороги ему самому. Она всегда присутствовала в нём. Внезапно его запястья коснулась чья-то рука, и Лэнс от неожиданности замер, ощущая, как по его ладони осторожно скользнули знакомые пальцы и мягко, ненавязчиво переплелись с его собственными. Лэнсу не нужно было поворачиваться, чтобы подтвердить свою моментальную догадку. Успокаивающее тепло ладони, нежное соприкосновение — видимо, почувствовав неотступно преследующую горечь его мыслей, Кит вознамерился подарить ему свою нерушимую поддержку в том виде, в котором мог. В котором делал это лучше всего. Исключительно нежно сжав его ладонь, Лэнс безмолвно взглянул на него, отвечая на его всегда успокаивающее присутствие своеобразной благодарностью. Кит трепетно улыбнулся, с целым ворохом эмоций во взоре разглядывая его. Сердце Лэнса безжалостно защемило, и он не смог не вторить этой удивительной улыбке. Ведь она была предназначена только ему одному. От человека, который остался рядом с ним. Почувствовав на себе чьё-то пристальное внимание, Лэнс наткнулся на изучающий взгляд Ханка, которого в мгновение ока посетило настоящее озарение. Очевидно озарение, касающееся его на удивление приподнятого настроения. Ошарашенный, Ханк не сумел скрыть своего изумления и вскоре расплылся в радостной за него улыбке. Лэнс смутился осознанию Ханка и предпочёл отвести взгляд в сторону, не представляя, как себя вести. Однако отпускать руку Кита он всё равно был не намерен. Слушая вполуха радостные разговоры его команды, всеобщее обсуждение каких-то недавних случаев, Лэнс ненароком вспоминал произошедшие за эти дни события и продолжал без устали сравнивать. Быть может, виды на Вискалиде, Олкарионе, недавней планете и Крибеке были самыми невероятными и захватывающими. Однако Крибек навсегда запомнится Лэнсу не столько его удивительнейшей инопланетной растительностью, невероятной, не поддающейся объяснению архитектурой и диковинными местными жителями, сколько чередой происшествий, что за такой короткий срок перевернули его жизнь с ног на голову. Ведь теперь ему не нужно будет скрывать свои истинные чувства и отказываться от возможности быть частью его новой семьи. Семьи, в которой не было никого и ничего лишнего. И за это он будет всегда благодарен.