Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Я уже одно время сетовал на то, что главный герой зачастую представляет собой всего лишь суррогат аудитории, потому картонен. Женские персонажи страдают от этого ни чуть не меньше. Давайте поговорим теперь о том, как взять канонического картонного женского персонажа и сделать из него нечто интересное.       В первую очередь перечислим список традиционных картонных гендерных ролей именно у женских персонажей: • Дева в беде — самый раздражающий из картонных образов, представляет собой неземной красоты вопящую бабу, которую захватил очередной злодей (как вариант — вздыхающую за окном темницы). Если отбросить чисто лимбический позыв «я молодец — я спас красивую самку — красивая самка принадлежит мне», то такой персонаж в первую очередь бесит из-за своей бесполезности и ничтожности. • Смурфетка — персонаж, необходимый для того, чтобы гендерно разнообразить мужскую команду — не примечательна ничем, кроме того, что она женщина. • Картонная сильная женщина — женский персонаж, примечательный тем, что она гипертрофированно соответствует мужской гендерной роли и одновременно показательной мускулинности. Особенно бесит, если эта мускулинность оказывается токсичной. • Девочка — спутница главного героя или главных героев, присоединившаяся к героической команде, чтобы примерять и воодушевлять оных. Зачастую становится девой в беде. • Мать-героиня — счастливая жена, которая очень любит своих детей, своего мужа, свою семью и всегда улыбается. В картонном изводе, её никогда не покажут страдающей во время беременности или от послеродовой депрессии. • Лечилка — скромная женщина, которая всё время поддерживает окружающих мужчин и чем-то другим не примечательна. Если она обладает сверхъестественными способностями, то это будет какое-нибудь лечение или баф. • Кусок фансервиса — женский персонаж, который выделяется сексуализированным внешним видом и сексуализированным поведением. Совсем не обязательно, чтобы эта девушка была похотливой или даже намеренно вульгарно одетой — какая-нибудь праведная монашка с гигантской грудью и невероятно смазливым лицом, которая исключительно невольно вызывает к себе похоть, относится к их числу. • Роковая женщина — стереотипная злая и/или опасна баба, которая выделяется нарочито «демоническим» сексуализированным внешним видом и сексуализированным поведением. В отличие от куска фансервиса, как раз намеренно вызывает к себе сексуальное влечение. Если у нас фэнтези, то роковая женщина запросто может оказаться ведьмой, вампиршей или суккубом, которая в своём истинном виде представляет собой отвратительную старуху / живой гниющий труп / чудовищного монстра со щупальцами — а её внешний вид, это просто колдовская иллюзия. • Отстранённая загадочная девушка, которая ничем, кроме этого не примечательна. • Дурная баба — эмоциональная и неуравновешенная особа, которая нужна для сюжета тем, что создаёт проблемы другим персонажам. • Вообще любой картонный женский образ — я назвал только самые частые, который лишён всего, кроме начальных сюжетных функций.       Теперь надо сказать вот что — сами по себе картонные женские персонажи плохи, если они являются центральными. Скажем, Триша Элрик — это картонный персонаж, как раз тот самый идеализированный облик идеальной матери, однако она в сюжете фактически не является персонажем — она персонаж-призрак и фигурируют только как светлое воспоминание братьев Элриков. Если злодей — монстр недели, то его вполне можно изобразить в лице какой-нибудь развратной суккубы, которая представляет собой гниющий разлагающийся труп, она под иллюзией сексуальной девицы заманивает себе в объятия вкусный корм. Последовательницу сатанинского культа в третьем ряду вполне можно представить как стереотипную роковую красотку, которая хочет поцелуем вытянуть вашу душу. Если дурная баба — жертва недели, которая вводится в сюжет только для того, чтобы её сожрал какой-нибудь монстр и читатель этому порадовался — то это тоже нормально. Здесь мы должны говорить о центральных персонажах.       Как свой опыт, возьму Елену из цикла Тирни о Симоне из Гиттона [1] и Нию из «Гуррен-Лаганна». Они в каноне — абсолютно картонные девы в беде, призванные изображать из себя очередной образчик божественной красоты для воинствующего главного героя, который спасает их из лап злодея. Хотя обе они являются сверхъестественными существами вроде как высокого уровня, на деле они ничего практически не могут сделать самостоятельно без своих мужиков, а в кадре больше фигурирует мужской мачизм, чем они и отношения с ними. Обе героини — персонажи-функции, ни совершающие ни одного судьбоносного поступка. Я взял именно этих героинь вместе потому, что в рамках своего фанфика-кроссовера я составил из них одну композитную героиню, с упором на Нию. Соответственно, каким образом я сделал их многогранными?       В первую очередь я дал ей совершить два судьбоносных решения.       В первом веке нашей эры Елена-Ния жертвует собой, чтобы спасти Симона и Камину-Досифея от огненного жреца Матана (также препятствуя ему вызвать Ктугху, который способен испепелить Землю). При этом жертвует именно в разгар боя, непосредственно как боец, нападая с оружием в руках и брутально разрывая в кровавые брызги псайкерским импульсом себя вместе с противником. В каноне Елена была очередной беспомощной бабой в беде, которая только кричала, потом смогла что-то наколдовать и всего лишь отбросила Матана — даже не нанеся ему никакого толкового урона, только сбежала потом.       Во вторую очередь — в далёком будущем, когда Антиспиральщик готов к нападению, Ния продаёт душу Ньярлатхотепу, чтобы Симон победил. Когда Ньярлатхотеп забирает Нию к себе, он подвергает её многочисленным изнасилованиям, в том числе со стороны родного сына Ахамота, рождённого от Симона уже после того, как Ньярлатхотеп взял её себе и воспитал родившиеся мальчика как негодяя-отморозка, подобного себе. Сам Ньярлатхотеп хотел убедить Нию, что во всех её страданиях виноват Симон, после чего использовать её ненависть к нему для того, чтобы переписать её личность и активировать её альтернативное эго — Тёмную Нию (оно канонична и завладевает рассудком Нии, когда в ней активны гены Антиспиральщика). Ньярлатхотеп хотел потом потешить себя следующим зрелищем: Ахамот, Тёмная Ния и их армия зловещих тёмных архонтов, рождённых от их инцеста или от изнасилования со стороны других монстров, приходят к Симону, и окончательно ломают его как физически, так и морально. Ния, однако, на это не поддалась.       Здесь я также деконструировал типичное клише образ девы в беде. Когда нам показывают деву в беде, всё выглядит максимально фансервисно и она вся такая невинная и беззащитная сидит у окна темницы, либо пребывает на жертвенном алтаре адского чёрта. Но злодеи ничего по-настоящему с ней плохого не делают или не успевают сделать и она просто вздыхает, ожидая своего спасителя. Читателю остаётся только подумать: какое доброе или нерасторопное зло попалось — оно только вынашивает чёрные замыслы, но не пытается их толком осуществить! Естественно, в моём фанфике злодеи никакой подобной фигнёй не страдают — они безжалостно истязают и насилуют несчастную деву в беде в своё злобное удовольствие — в конце концов они же злодеи. Зло не должно быть добрым. Когда Утэна вытаскивает Нию из плена, у бледной девы стеклянные глаза и она не может даже два слова связать — Нии приходится стереть память, чтобы она могла нормально разговаривать и вести себя.       Как видите, я дал ей два важных сюжетных решения и показал её любовь к своему мужчине — ради него она обрекает себя на ад и, в отличие от тупых романтических историй, она этот ад на себе реально испытывает — не позволяя себя сломать до той меры, пока она вообще может себя помнить. Точно неизвестно, сколько субъективного времени Ния провела в плену Ахамота, но она могла столетиями и тысячелетиями подвергаться непрерывному изнасилованию с его стороны и со стороны монстров Лавкрафта, чтобы постоянно рожать от них монстров-архонтов.       Далее — это что касается духовной составляющей, теперь перейдём к телесности.       Так как фанфик про драки и бои, я наделил Нию нормальными штатными боевыми способностями, она вполне может быть полезна в сражении. Так как она представляет собой идеализированный девичий образ, то у неё нет акцента на непосредственных грубых физических атак. Ния использует атаку «ударными волнами», которые, после себя, призывают магические растения, дополнительно атакующие противника. Её способности позволяют вытягивать жизненные силы из противника и одновременно усиливать таковые у соратников. В качестве мехи, Ния вызывает копейщицу Солвению — женственного вида меху-рыцаря [2], наконечник её копья может раскрываться и в таком виде выполнять функцию магического жезла для создания упомянутых выше ударных волн. Наконечник может сложиться и в таком виде протыкать противника как обычное копье, дополнительно ещё высасывая из тела жизненную энергию, тем самым отсутствие большой разрушительной мощи компенсируется последующим эффектом вампиризма. Копьё также может выполнять защитную функцию — в раскрытые лепестки его наконечником можно затянуть соратника и там его уберечь, так что в целом эта штука полезный манипулятор.       Будучи жрицей, Ния также обладает способностью связываться с мировой душой, призывать различных богов и духов, узнавать сведения, происходящие в далёких мирах.       В качестве козыря у Нии есть тёмная сторона, о ней ниже.       В каноне Тёмная Ния представляет собой клишированную отстранённую девушку, у которой нет ни собственной личности, ни преданности идеологии Антиспиральщика. В рамках моего фанфика, Ния может пробудить свою тёмную личность и сознательно заменить ею себя. Эта тёмная личность исполнена холодной ярости — она воплощает собой весь тот колоссальный невообразимый опыт боли, который девушка пережила в плену, она исполнена термоядерной тотальной ненавистью к своим врагам, одновременно с тем она демонстрирует безжалостную идеологию, будучи убеждена, что слабый недостоин жизни и смысл жизни заключается лишь в том, чтобы утверждать свою силу ради борьбы со вселенским злом в лице Ньярлатхотепа, Ахамота и их присных. То есть даже для тёмной стороны персонажа, у Тёмной Нии присутствует самостоятельная личность и самостоятельная идеология. Эта идеология всецело основана на ненависти и на объективизации всего окружения как средства для удовлетворения всей этой ненависти — но Тёмную Нию как раз можно понять — как вы могли убедиться, здесь главные злодеи как раз всей этой ненависти и достойны.       Стоит добавить, что при пробуждении Тёмной Нии, её меха Солвения меняется на Тёмный Гуррен-Лаганн [3], стиль боя становится теперь гораздо более агрессивным — Тёмная Ния активно выпускает многочисленные боевые свёрла из своей машины, вплоть до того, что она может просто превратить Тёмный Гуррен-Лаганн в шар из торчащих сплошных гигантских буров, она распространяет вокруг магическую тьму, внутри которой противник не видит, и накладывает на него разнообразные проклятия.       Теперь по поводу её отношений с Симоном. Внешне они представляют собой приторную сахарную парочку и в принципе так и надо. Однако Ния по профессии ритуальная проститутка. Тирни, который взялся адаптировать миф о Симоне Маге, зассал сделать его Елену буквальной проституткой, потому заявил, что, мол, дескать она была проституткой в метафорическом смысле — жрицей Астарты, за это её проституткой обозвали иудеи, в переносном смысле, а христиане потом распиарили это так, как если бы это было в буквальном смысле. Меня это вообще дико кринжануло — Тирни, ты собрался адаптировать персонажа гностической мифологии, какого чёрта он и вся его сюжетная линия выглядит так, как если бы речь шла про обычного попсовго героя? Где гностики-либертины, вашу мать, отвергавшие пуританство на том основании, что его придумал злой демиург для того, чтобы угнетать человеческую душу? Где сексуальные практики, основанные на вере в то, что плоти нужно бросить кость, чтобы эта голодная псина не мешала потом духу спасаться? В моём фанфике Ния — жрица Астарты и ритуальная проститутка, которую сперва сношал родной отец, одержимый сперматозоидом Хастура, потом — он отдал её в храм в Тире, где Нией пользовались во имя Астарты, чтобы повышать уровень урожая и плодородия. Когда Симон спас её от папаши, который окончательно мутировал в сатира-хентайного монстра, то Ния отнюдь не завязала с этим — так она обладает реальной магической силой, которая работает благодаря проституции, то с точки зрения героини, она совершает очень полезное и приятное дело, в котором нет ничего плохого. Симон относится к этому просто как к работе жены — и вообще он гностик по вероисповеданию, как раз такого направления, с точки зрения которого сексуальные ограничения, которые не продиктованы рациональными / гуманными соображениями, представляют собой пропаганду гнусного демиурга (каким с его точки зрения является Азатот / Ньярлатхотеп / Ахамот). Симон вообще очень спокойно воспринимает проституток и не видит в этом ничего такого.       В команде героев Ния очень хочет побыть классической архитепической девочкой — только снимает она напряжение и примеряет она их групповой оргией с собой в центре.       По поводу роли девы в беде — она раза четыре показала себя в таком колюче — но в финале от самой страшной беды её спас не Симон — это сделала Утэна за кадром. Если бы это был сам Симон, то застав Нию в абсолютно сломанном состоянии после столетий или даже тысячелетий изнасилований монстрами и рождений монстров, то его рассудок просто бы не выдержал. Ньярлатхотеп и Ахамот издевались бы над ним, говоря ему, что это он во всём виноват и что по его вине её постигла такая участь. Мол, раз Ния ради его победы и выживания, ничего ему не говоря, отдала душу дьяволу, то в изнасилованиях и заточении виноват именно он, Симон. Чтобы этого не случилось — как автор, я не хотел, чтобы злодеи победили — Нию спасла именно Утэна, которая ранее никак с Нией не была связана.       Подведу итог — как видите, я взял двух картонных женских персонажей и сделал из них одного объёмного и в целом запоминающегося. Для её создания я использовал все канонические мотивы, только развил их и отрешился от попсовости и плебейства — с точки зрения которых, например, с девой в беде в плену не может случиться ничего по-настоящему плохого, и ещё такого, чтобы её порочило, главный герой же не может заключить брак с буквальной и работающей проституткой. Такая героиня вполне подходит на роль гностической Софии, трагического космологического женского образа.       Какие выводы можно сделать теперь всего этого материала: — Осмыслите канонические тропы и попробуйте придумать на их основе нечто, что будет лишено попсовости и массовости. Например, покажите многогранного женского персонажа проституткой, но не в трагическом ключе, как Сонечку Мармеладову, а просто это для неё работа такая — Ния девочка-сердце команды. — Подумайте, как поднять субъектность этого персонажа — что сделать, чтобы девушка больше влияла на ход сюжетных событий, демонстрируя свою волю и свои ценности. — Покажите персонажей в наиболее напряжённом для них моменте. — Если ваше произведение посвящено боям, то подумайте над тем, какие у неё должны быть боевые способности — они должны так или иначе раскрывать личность персонажа. — Попытайтесь повысить качество отыгрывания тропа. Например, канонический Антиспиральщик похож на гностического демиурга, но насиловать Нию щупальцами этому импотенту в голову не приходит. Какое доброе зло попалось! В исходной гностической мифологии вполне попадались мифы о том, что демиург свою мамку Софию как следует оприходовал и вынудил на протяжении многих реинкарнаций терпеть бесчестие. Я, как фанат гностической мифологии, реализовал этот мотив в своём фанфике, беря его из исходного материала и наглядно его реализовав, чтобы лишь мысль о том, какие страдания пережила Ния, могла ужасать моих дорогих читателей.       Приглашаю вас в комментариях написать, как вы сами повышали многогранность канонических картонных женских персонажей.