Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Некромант бывает двух типов — обычный спиритуалист и подниматель трупов. Первый просто вызывает тени мёртвых, второй — может влиять на мёртвую органику. Вероятно, второй может вызывать и духов, но не обязательно — трупы могут быть просто своего рода марионетками безо всякой привязке к прежнему эго (как у Братских Лун). Если некромант может взаимодействовать с духами, то здесь нужно объяснить, что это за духи: тут возможны два варианта, либо это действительно духи умерших, либо это некие ментальные отпечатки в ноосфере, которые не имеют никакого тождества с реально умершими людям. Этот вопрос надо продумать сразу — если некромант действительно умеет вызывать умерших, то в таком случае это нарушает ценность жизни и смерти в повествовании (если только в качестве всеобщей угрозы не вводятся какие-нибудь адские муки), по этой причине я рекомендую второй вариант. Если некромант оживляет умерших и у них есть сознание, то до какой степени это сознание соответствует сознанию прижизненному? Чтобы не нарушать ценность жизни и смерти в произведении, опять же, рекомендую исходить из того, что новая личность не является тождественной старой. Это — полностью иное существо в плане ценностей.       По своему типажу некромант бывает нескольких разновидностей:       В первую очередь это классический злой некромант. Он либо ненавидит живых и потому хочет превратить их всех в свою нежить (возможно, он сам уже нежить), либо он стремится к абсолютной власти и желает превратить всех в покорных ему зомби, либо и то и другое сразу. В более сложных изводах, некромант может считать, что он строит прекрасную утопию, где все будут подчинены одной воле и избавлены от земных страданий. Вне зависимости от вариантов, такой некромант — тёмный властелин — стоит во главе армии мертвецов. Он может использовать сверхъестественные силы или резиновую науку, какой-нибудь зомби-вирус или инопланетных микроскопических паразитов для достижения своей цели. Я тут буду трактовать понятие «фэнтезийный» очень широко, подводя под него всё, что сомнительно с точки зрения науки. Например: Рогатый король, Король-лич, Король Ночи, Высокий человек из «Фантазма», Костяной лорд, Нехеления из аниме 90-х (там её лемуры — это умертвии, созданные на основе людей), Темозарел из «Священника», доктор Хелл из «Мазингера» и его копиркин профессор Ладно из «Геттер Робо Го» (превращает трупы в киборгов, которыми управляет с помощью встроенной в голову электроники), Тиберий из Demonbane, Злой Эрни, Рейнхард Гейдрих из Dies irae, Тысячелетний Граф, демоны (инопланетяни из литературной адаптации) из Doom.       Баркер в «Явлении тайны» высмеял этот типаж на примере Томи-Рея — этот самоуверенный малолетний дебил мерзавец получил возможность призывать умертвий из любых трупов. Они следуют за ним как буря тьмы [1]. Быстро выяснилось, что он не умеет их контролировать и они постоянно всех убивают и растут в геометрической прогрессии. В результате Томи побежал к мамочке — не удивительно, что она это не пережила [2]. Потом, правда, Томи полегчало — рой умертвий слился с его телом после падения в Субстанцию и потом он уже мог их сознательно призывать (при этом Томи стал бледным, как мертвец, и, похоже, получил физиологию нежити — в комикс-адаптации это показано как реальное адское уродство [3]).       Во вторую очередь — это некромант-заклинатель нежити (как вариант — вместо магии использует какую-нибудь резиновую науку). Это персонаж, который специализируется на противостоянии нежити, как той, которую создали искусственно, так и той, которая зародилась самостоятельно в результате проклятий, движений светил и так далее. Возможно, он сам не может её поднимать, но он должен уметь с ней контактировать, разговаривать — возможно, такой некромант может захватывать контроль над мертвецами, которых создал противник.       Например: Анна Кёяма/Аскура из «Короля-шамана» — называется главным образом медиумом, но по факту специализируетесь именно на подавлении духов разного рода (вообще вся местная магия тут сводится к шаманизму, а некромантией называется главным образом шаман, который вселяет души в трупы); аптекарь Гнилесс из WoW и вообще вся его контора — сами будучи нежитью, модифицируют нежить, изобретают чуму, которая косит как живых, так и нежить; доктор Прайс из Chaos! Comics — заклятый враг Злого Эрни, использует технологию, чтобы вырвать нежить из-под его контроля и делать её своей, в том числе он активно киборгизирует её, чтобы делать её более смертоносной в войне с нежитью, враждебной человечеству; Кросс Мариан из D.Gray-man — может переделать Акум Графа, чтобы они подчинялись ему; Арагорн в киноадаптации в принципе ситуативно заходится в этот класс; ситуативно Риза Бреннер из Dies irae — когда сражается с Мафусаилом (он поднимает мёртвых, а Риза захватывает контроль над частью мертвецов); Костяной лорд (восстал против богини нежити Мортис, сам будучи нежитью, умеет подчинять себе её нежить — естественно, не в интересах гуманизма — Лорд сам по себе ещё более агрессивен, чем обычная нежить [4]), Лэйн Ивакура из моего фанфика (демонстрирует возможность брать на себя управление кибернежитью, которую плодит Хелл).       В третью очередь — это у нас некромант-детектив. Главным образом он вопрошает мёртвых, получает от них что-то полезное — иногда может прямо дать им вселиться в себя, чтобы прямо буквально их глазами увидеть события или даже получить некий их полезный навык. Его способности вращаются вокруг того, насколько подробно он может расспросить покойника и что для этого нужно сделать. Как правило, такой персонаж бывает двух видов — либо он может в любом месте призвать призрак нужного для него человека, либо ему нужен контакт с трупом, местом убийства, местом нахождения останков и т.д. Например: вообще, в той или иной степени разговоры с покойниками могут входить в сферу компетенции любимого уважающего себя оккультного детектива; у Ламли есть целая серия про это — «Некроскоп: при этом там есть забавный этодругин — так как «некромант» — это плохое слово, то главный герой, который вежливо общается с мертвецами, называется «некроскопом», а вот его враг — который терзает труп и тем самым пытает духа — некромантом. Чарльз из «Код Гиасса» — по крайней мере ситуативно он общается с мёртвым Кловисом. Вот ещё чел из комикса про Спектра показывает такую способность [5]. Лэйн Ивакура во время своих расследований неоднократно беседует с мертвецами, они вообще к ней, как к подруге ходят.       Военный некромант. Тут некромант главным образом использует мертвецов как военную силу для тактических и стратегических задач. Его усилия идут на то, как сделать мертвецов более эффективными.       Например: под этот троп подпадают классические злые некроманты, если они могут в тактику и стратегию на уровне большем, чем зерг-раш и занимаются их вооружением (Король-лич сюда подходит, а вот Король Ночи — уже не очень). В спин-оффе про кошмар Нанналли сюда подходит Чарльз — он командует целым отрядом мехов, которыми управляют скелеты-рыцари, способные эффективно восстановиться. Квиберн из адаптации (создал телохранителя для королевы). Назгулы и Саурон в принципе сюда тоже. Алукард из Hellsing с его умертвиями. Уже упомянутая Риза Бреннер главным образом командует трупом владельца Проклятой копии копья Лонгиния, а этот мертвяк-воитель сам по себе очень мощный. Тодзи и Элхэ из моего фанфика (аналог Томи-Рея и Бреннер в плане абилок), там же — маркиза Янус (баффает мехи Хелла через призыв в них теней умерших).       Врач-некромант — типаж, который практически никогда не встречается. Разве что ситуативно. Такой может спасти от смерти экстренным обращением в нежить. Обычно такой некромант делает что-то такое ситуативно — скажем, Эдвард прикрепляет душу Альфонса к доспехам, Виктория Серас — высасывает душу смертельно раненного Пипа Бернадотте и теперь она существует как умертвия, которую начинающая вампирша может отделить от себя. Гул-Дан реанимировал свой Совет Тени, вызвав их души из мёртвых в трупы погибших рыцарей Штомгарда. Нер-Зул / Король-Лич проповедует эту идеологию — превращение в лича как спасение от биологической смерти, но в повествовании он показан как классический злодей. Тысячелетний Граф действительно может вынуть к жизни покойника, призвав его душу в искусственное тело — но вот что начинается потом… [6] Доктор Хелл вернул к жизни двух микенских жрецов разного пола, кадавр-трансгендер получил имя барон Асура, его личность, как кажется, не тождественна телам оригинала, но он очень благодарен и верен за это своему боссу — вот только Хелл классический тёмный властелин (в аниме-адаптации 2009 года выяснилось, что зря Асура его благодарил: Хелл убил сам этих жрецов, лежавших в анабиозе, и восстановил, чтобы узнать их секреты [7]). Герберт Уэст и ведьма Саманта из Soul Eater хотели быть такими, но не вышло — пациенты оказались неблагодарны [8]. Тем не менее в рамках последнего сеттинга возможен вариант, когда пациент окажется очень даже благодарен — вон в том же Soul Eater доктор Штайн вернул к жизни своего коллегу Сида Баррета как зомби и ему норм.       Так, теперь рассмотрим, что некромант может: — Призвать духов — либо это буквально души умерших людей, которые сохраняют в себе их эго после смерти, либо это ментальные отпечатки, но в любом случае, эти бестелесные сущности обладают тем или иным арсеналом способностей сами по себе (они невидимые, неосязаемые, могут шпионить, проникать во сны…), либо могут быть использованы в дальнейшем (их можно вселить во что-то или в кого-то). — Поднять нежить — тут уже в ход идёт телесная нежить: зомби, скелеты, некромутанты, поганища. — Обратить в нежить живого человека, в том числе создать зомби-вирус, обратить в нежить себя самого. — Модифицировать нежить — от создания мясного голема из нескольких трупов и мутирования рядового зомби в кошмарного некромутанта до наделения иной нежити своими силами некроманта и до создания из ментального мира умершего нараку. — Призыв / создание нараку — в некоторых сеттингах души умерших и демоны ада — одни и те же существа, по крайней мере полагается, что грешные или изуродованные души во время распада превращаются в злобных инфернальных монстров. Я называют таких существ нараку, как их принято называть в восточной религии / мифологии. Это адские существа, в которых перерождаются грешники, навсегда (зороастризм) или только временно (индуизм, буддизм и другие религии, пошедшие от ведизма). В таком случае некромант становится демонологом — он призывает уже адских демонов. Или создаёт, как Тысячелетний Граф.       Таковы, к примеру, дэдайты из «Зловещих мертвецов» (Крюгер и Джейсон Вурхиз — тоже дэдайты, у них там одна вселенная). Сами по себе дедайты не могут явиться в мир живых и чтобы удовлетворить свою злобу, им нужен некромант, в его роли могут выступать призыватели из плоти и крови (Тёмные, в частности — Руби, мать Вурхиза), так и демоны высшего ранга (Даган, Кандар Разрушитель, Пожиратель душ, некие демоны снов, стоящие за Крюгером). После призыва, дедайт стремится захватить материальный сосуд и трансформировать его под себя. Они моментально разлагаются, если поражён историк силы их призыва / материализации. — Призыв эйнхерии — призывает умершего фэнтези-бойца, чьи возможности полностью сохранены, свобода воли — на усмотрение, как и особенности формы его призванного существования. Эдо Тэнсэй — это оно. Технически сюда попадают мастера героических душ из Nasuverse, Вальпургиева ночь из «Мадоки» — вызывает погибших волшебниц в виде умертвий, в том числе тех, кого она лично не знала (они лего разваливают Хомуру [9]). — Контроль сознания — сам или с помощью усилий призраков, загробных голосов, вселения духов в живых людей и т.д. — Манипуляции витальной энтелехией — некромант способен манипулировать субстанцией, которая лежит в основе органической жизни, позволяя соединять бесплодное сознание и материальное тело. — Манипуляции некроплазмой — некромант способен манипулировать субстанцией, которая лежит в основе существования нежити и в основе сверхъестественных явлений, связанных с ней. Обычно она выглядит как светящаяся зелёная пакость, способная принять форму испарения или жидкости. Некромант может с её помощью поддерживать тела нежити в пригодном состоянии и увеличивать их регенерацию, замедлять разложение или полностью подавлять его, уплотнять первоначально бесплотных духов, чтобы они могли воздействовать на материальный мир самостоятельно. И так далее, возможности тут крайне широкие — можно сказать, что некромант хорош настолько, насколько он управляет метафизической основой существования нежити, которую в данном случае я буду называть некроплазмой, применительно к любому сеттингу.       Как можно теперь противостоять некроманту? — В первую очередь найти его самого и убить, пока нежить топчется вокруг. Разнообразные стрелки, взрывомёты, сверхъестественные убийцы, магия Вуду — в помощь. Конечно, далеко не всякий некромант будет обязательно слабо защищён (см. примеры). — Есть ли в сеттинге спецтехники против нежити? Например, Нисходящий узел из «Дела Чарльза Декстера Варда» — при озвучивании парализует и разлагает нежить. — Можно использовать свою некромантию и захватить с её помощью контроль над вражеской нежитью.       Рассмотрим теперь конкретных некромантов именно с точки зрения их стратегических и тактических качеств. • Начнём с имбы. Это призыватели большого количества умертвий/адских нарак. К ним относятся Рейнхард (и сын его Исаак), Кандар Разрушитель, Алукард, Томи-Рей, Вальпургиева ночь, Тиберий из Demonbane и Тодзи из моего фанфика. Умертвии плохо восприимчивы к физическому урону, если они вообще к нему восприимчивы, могут наносить физический и ментальный урон, они атакуют со всех сторон, их количество можно увеличить благодаря призыву из трупов убитых врагов, могут игнорировать физическую прочность и вселяться в тела противников (особенно это любят дэдайты). Если умертвии ещё и эйнхерии, то есть сами по себе сильные фэнтезийные бойцы (у Рейнхарда, Алукарда, Вальпургии и Тодзи эйнхерии в наличии), то пиши пропало. Убить такого некроманта тоже можно быть не просто — они или сами такновать могут (Рейнхард, Вальпургия, Томи-Рей после перерождения в Человека-смерть должен быть сделан не из стекла; Кандар узявим только для ритуального оружия и любое другое оружие только увеличивает его размер), или они быстро восстанавливаются (Алукард, Тиберий, Тодзи после слияния с Бардиилом), или могут дополнительно укрепиться (Исаак находится в замке Рейнхарда и может юзать дополнительные защитные техники эйнхерий, Тиберий и Тодзи могут сидеть в своих мехах, которые ещё могут дополнительно укреплять себя силовыми барьерами). • Упомянутый выше Рейнхард заслуживает отдельного рассмотрения. Он очень охотно поглощает души, на момент начала повествования в его распоряжении находится вся немецкая армия на момент Второй Мировой войны, а в конце он жрёт планету. Его нежить обычно лишена прежнего эго, но на максимуме сил оно может быть, по-видимому, восстановлено. Обычно нежить выглядит как призрачные скелеты, они призываются со всем снаряжением и оружием, а база Рейнхарда, его замок, состоит из гигантских скелетов и там всё собрано из массива умертвий. Её элита — это эйнхерии (они так тут и называются, концепт был вдохновлён скандинавской мифологией / религией), элитные фэнтези-бойцы. Что важно: все мёртвые могут наносить вред противникам уровня самого Рейнхарда, он поднимает их до своего уровня сил; сам Рейнхард может использовать любые их способности, может материализовать любое их оружие и снаряжение по своему усмотрению, в том числе он может пользоваться их знанием и жизненным опытом. Есть ли тут слабости? За гармоничную работу всей этой системы отвечает специальный жрец — Исаак, сын Рейнхарда, он одно целое с сердцем его потустороннего замка. Исаак хочет, чтобы папа обратил на него внимание, но так как его папа — это маниакальный пассионарный ницшеанский сверхчеловек, то Рейнхард не задумывается о том, что у него есть какой-то сын. В результате, во время финальной битвы, одна из союзниц Рена, врага Рейнхарда, уговаривает Исаака сделать подлянку — это даёт Рену нанести Рейнхарду смертельный удар. • Некромант, который управляет большим количеством зомби. Сюда в первую очередь я бы отнёс Злого Эрни (Эрнест Фэрчайлд) [10]. Он — лич, у него есть фамильяр-филактерия по имени Смайли, сам по себе он — живой смайлик. Эрни может облучать от своей годовы мертвецов на расстоянии в десятке метров после чего они встают. Смайлик принимает ману из ада, позволяя Эрни регенерировать своё тело из некроплазмы. Если Эрни убить, он просто попадёт в ад, откуда может вернуться с тех пор, пока Смайли цел в материальном мире. Для этого Смайли должен вступить в контакт с мёртвым телом (труп превратится в новое тело Эрни). Эрни может управлять армией в десятки миллионов зомби, простые обыватели больше напоминают обычных голливудских зомби, в то время как силовики, военные и пассионарии превращаются в куда более опасных бойцов. Все зомби обладают определённой долей самостоятельности, чтобы действовать независимо на большой территории от Эрни и сознательно стремиться убить как можно больше живых людей. Сам Эрни — серийный убийца и гормонально озабоченный подросток одновременно (Томи-Рей от де Сада), потому регулярно делает свойственные для подобной личности глупости, но история написана в духе Маркиза де Сада — удача всё время на стороне порока и если даже кажется, что протагонист-злодей вот-вот проиграет, в последний момент спасение постигает именно Эрни. Один раз Эрни буквально потерял свою филактерию, после этого решил растянуть бой с пассионарным противником-берсерком и фактически очутится на грани развоплощения. В последний момент Смайли сам докатился на последнем издыхании до своего босса.       Его ключевой противник — доктор Прайс, как я уже говорил, умеет подчинять нежить и он вооружил себе отряд зомби, в том числе зомби-киборгов, который на порядок эффективней обычных мертвецов. • Профессор Ландо — продвинутый вариант доктора Хелла. На деньги от ящеров, смог настругать себя войско зомби-киборгов, вооружённых мехами. В отличие от «стальных касок» Хелла, мехазомби Ландо — разнообразны, ибо для их создания он ищет специально пассионарных личностей с метафизическими характеристиками. Например, его элитный киборг-зомби выглядит так и может вполне себе убить героя-пассионария, если застанет врасплох [11]. Система контроля сознания мертвеца при этом такая, что ни один пассионарий, превращённый в зомби, не смог из-под неё выбраться, даже телепат (как тебе такое, Нер-Зул?).       Теперь бонус: покажу своего некромант — как я писал свои фики.       Ну, начнём с имбы — Тодзи использует свою способность, чтобы уничтожить космический флот Старцев-ренегатов: Внутренний демон пришёл в ускоренное движение под грохот механизмов. Они что-то поднимали. Позади во [внутренней] вселенной Тодзи до горизонта как из-под сцены выехали пласты земли, покрытые рядами могильных памятников. Парень обернулся к ним, в блеклых глазах отразились могилы, откуда рвались костлявые руки. Армия мертвецов восстала в тени его знамени Дикой Охоты. Из перекладин Третей [Евы] вырвалось нечто, похожее на песок. По сути это оказалось продолжение креста — в песчаной буре проявилось несчётное множество полуматериальных несущихся скелетов, раскрывая челюсти и смотря пустыми глазницами, с автоматами, ружьями, тупыми клинками… Среди них промелькнул отец Тодзи — Судзухара-младший поглядел на него, отчего тот вернул себе прежний облик. Возрождённые покойники напоминали песок — за мёртвыми людьми появились погибшие Кайдзю — Камакурасы в числе пяти штук, шевелящий щупальцами лупоглазый Гезора, Эбира, многие другие Кайдзю, в том числе летающие мегагирусы и их Королева, и много мёртвых животных — все организмы, родные Земле, и когда бы то ни было жившие на ней, обрушились песчаной бурей на армию Ктулху! — Взять их! Уничтожить их! — приказывал Тодзи, устремляя неисчислимых призраков через раскалённые снаряды циклопических орудий. В первую очередь солдаты смерти заполнили этим «песком» раструбы, что привело с взрыву орудий, это сразу лишило Старцев половины флота. Покойники вырвались из облаков огня от разлетевшихся кораблей и обрушились на оставшиеся. Невзирая на развёрнутые поглотители урона и прочие ухищрения высоких технологий, эфемерные и полуматериальные, клацая зубами и скрепя костями, безумные мертвецы просочились во внутренние помещения через все защитные слои, чтобы устроить суд над живыми. Призраки безжалостно рвали на части Старцев, рыболюдей, мелких Ктулху, Ми-Го, шогготов и прочих прислужников Дремлющего! При этом во время безжалостного побоища среди техногенных помещений судна, вернувшиеся к жизни использовали свои особые способности, которыми владели до последнего вздоха! Габара обрушивал молнии, Ув Ол Скараат навёл иллюзии, Николае что-то махал со своим копьём, даже Мария появилась тут с тем пистолетом, которым застрелилась, и выпустила пулю в Старца… Духи, в ком побуждалось обрывочное желание снова жить, вселялись в шогготов, обслуживающих суда — тогда на свет рождались новые ужасы: из слизистых бесформенных монстров начинали образовываться подобия живых тел! Мамонты, люди, динозавры, слизни, крысы, цыплята… Кое-где даже мелькали образы известных личностей — от Гитлера до Наполеона. Даже Агнец засветился, никак не решаясь избрать облик, то ли прежний человекообразный, то ли медузообразный. С ним, к слову, появились братья Уэйтли — Уилбур жал к себе уродливую мамашу-альбиноску, его братец копошился вампирическими хоботками и мигал красными глазами альбиноса. Где-то также забился Герберт Уэст, очутившись в привычной среде — прямо в толпе мертвецов. Кричали петухи, плакали младенцы, даже самые окровавленные и меленькие недоразвитые эмбрионы, диктаторы пытались скандировать лозунги, солдаты шли в бой за прижизненных королей… Кони, динозавры, миноги, римские легионеры… Птицы и собаки, неведомые существа — даже те же Старцы, заново появившиеся на Земле уже из небытия. Тодзи Судзухара воспринимал всё это сквозь пока прикрытые веки, так как именно его развившиеся способности мечтателя сделали всё это. Звездоголовые пришельцы в терминалах управления потонули среди всё заполнивших гневных духов. Одни за другими суда оказались разорваны на обломки. — Дикая Охота, Нагльфар [12]. Тодзи считает себя умершим человеком, который ведёт войну ради мести за свою смерть. Он пожелал стать восставшим ради мести мертвецом, — пояснила Юй. — Уж лучше бы он призывал армии радужных пони… — мрачно отшутилась Мисато, в общем-то отвлекаясь от боя и внутри вздрагивая от одного лишь предположения что там творится в голове у Тодзи. Песчаные духи после изничтожения армады, перекинулись на всех прочих монстров. На пике силы, Тодзи может поднять как свою армию всех когда-либо погибших на Земле, включая отрицательных персонажей и они могут юзать свои суперсилы и сражаться на том уровне, на котором находятся сам Тодзи. Повторюсь, что эти духи не тождествены умершим существам, они не являются полноценными субъектами, они существуют лишь как часть ноосферы.       Теперь я покажу кое-что более приземлённое — как я изобразил армию некроманта и средства борьбы с нею. — Какое мерзкое зрелище, — Сэйдзи вспомнил, как они поливали свинцом плотные ряды мертвецов, убивали по второму разу глубоководных и боевиков, возвращали покой гражданским — особенно неприятно было стрелять в детей и женщин, ставших зомби. Они вытягивали руки, прямо как в фильмах и медленно шли к тебе либо с пустыми глазами, либо с плотоядным желанием откусить от тебя кусок, вокруг них всегда вились мухи и они истекали гноем, слизью и лимфой, покуда не высыхали и не становились более монструозными. В таком состоянии уже нельзя было различить их прежнюю внешность — они становились на одно лицо, все серые, грубые и жёсткие, с каким-то гаснущим выражением. Мертвецы умирали не только от пули в голову, но и от крупного калибра в корпус. Вообще, получив хороших пуль даже в ноги и руки, они со временем теряли силы и навсегда затихали. Далеко не все зомби были агрессивны — многие могли просто топтаться или даже убегать от выстрелов. Их атаки становились более слаженными, когда рядом возникали культисты Ктулху. Мертвецы страшно воняли каким-то оттенком тухлого лимона. Наиболее агрессивные из них рычали. Те, кто при жизни был военным, всё ещё сохранил возможность стрелять после смерти, правда обычно до того момента, пока не заканчивался весь боеприпас. Взять у товарища или подобрать мозгов не хватало. Зомби могут существовать от нескольких недель до пары месяцев. Слуги Ктулху и Дагона могут поддерживать их существование какое-то время, пока зомби находились рядом с ними, но, будучи предоставлены сами себе, мертвецы быстро теряли силы. Зомби, которых делают из глубоководных, более прочные. Но все они плохо видят, у них очень невнятное зрение — словом, они отвратительные солдаты и пригодны только для того, чтобы нападать в больших количествах. Культисты обычно предпочитают бросать их в прямые штурмы, пока действуют остальные группы войск Ордена Дагона — телепаты внедряются в сознание бойцов ООН, внушая им сон, гипноз, страх или безумие — мелкие чародеи сгущают туманы и наводят морок — шогготы служат губками для пуль, глубоководные нападают из воды фанатичными толпами — с энергетическими трезубцами наперевес, их поддерживают светящиеся гигантские белые полипы, кракены и левиафаны. Зомби, кажется, хороши тем, что в них можно превратить погибших врагов и союзников и ещё раз использовать. Сэйдзи было особенно жутко стрелять в лица тех, кого он знали лично — он застрелил трёх сослуживцев, которых обратили в мертвецов. Их лица были пугающе равнодушными, хотя, возможно, они что-то вспоминали, если успевали узнать его. — Отвратительно, что они делают такое — смерть должна освобождать, — Каору, с очень неприязненным выражением лица, на глазах у Сэйдзи порвал в клочья телекинезом целую толпу зомби во главе с глубоководными-колдунами, которые всё пытались стрелять в ответ сгустками сверкающей энергии из своих жезлов. — Они ещё монстров Франкенштейна собирают, — Сэйдзи вспомнил, как пару раз видел некроголемов — результат сборки трупов, как людей, так и глубоководных. — Это — маленькие, — Каору кое-что вспомнил. — В архивах SEELE я читал об одном случае. Это произошло в средневековой французской провинции Аверуань. Его называли Колоссом из Илурни — изготавливался чернокнижником-некромантом, которого, кажется, звали Натери. Он сделал его себе из трупов как новое тело, в которое он пересадил свою душу для последующей мести городу Вийону. Для создания потребовал собрать трупы со всех кладбищ округи, ростом Колосс превышал крепостные стены. Но он был побеждён магом Гаспаром дю Норда, который упокоил его своими чарами. — Не хотел бы я видеть тут такого, — подумал Сэйдзи. Близко от островов. Абдул Альхазред, парящий над берегом, раскрыл Некрономикон. — АТ-поле уровня Кайдзю! — усекла Шерил. — Ну-ка, ну-ка! — Мари направила туда Еву-субмарину. — Каору, пожалуйста, дай мне с ним разобраться! А то я уже устала потрошить всякую мелочь! Мари телекинезом захватила пару гигантских глубоководных и пять левиафанов, разорвала их на куски, в очередной раз оставив воду красной. — На Филиппинах хранятся останки Кайдзю, — заговорил коммодор Оушен, входящий сейчас в экипаж подводной лодки «Морриган». — В 1999 году обнаружили колоссальный скелет под карьерной шахтой. — Да, помню, — взглянула на него Шерил. — Его идентифицировали как принадлежащий представителю того же вида, что и существо, известное как «Годзилла». … Кайдзю пробудился, вырвался из дна, разбрызгал воду. Мари назвала его: — Кодовое имя — Данбараки! Ты — мой! Данбараки выглядел как гигантский глубоководный, бывший нежитью. Правая сторона покрыта живой тканью, имеет чешуйчатую зеленовато-синюю кожу, и рыбий глаз, тогда как его левая сторона «скелетонизирована», а левый глаз отсутствует — там чернеет пустующая глазница. У Данбараки есть рот, полный острых зубов, и гребень-плавник, проходящий вдоль середины головы. У него также есть похожий на него плавник на левой руке. — Ты — мой! — Мари послала торпеды. Они поразили цель, взрывы вспыхнули возле берега. Бывший поблизости, Альхазред прищурился: — Современные технологии… Несколько секунд близко от края острова висел пар — когда подводная лодка поднялась, в неё потянулись электрические разряды. — А-а-а! — Мари, конечно, пришлось срочно воздвигнуть многогранник АТ-поля — а перед тем, как это случилось, разряды тока успели легонько шарахнуть всю «Морриган» от носа до хвоста. Шерил и Оушен, тоже почувствовали неприятную дрожь, пусть хоть они находились под плотной защитой АТ-поля. — Мари, это он оживил сильного Кайдзю! — Шерил взглянула на данные главного компьютера. Оушен добавил: — Он очень прочный, суда по сигнатуре его АТ-поля! — Знаю! — Мари подняла подводную лодку в полёт, как только разряды перестали извергаться сквозь заслон. Таран отбросил Данбараки — Кайдзю-зомби пролетел несколько сотен метров, остановился. Он стоял, было видно, что полускелет не получил никаких повреждений. — О’кей! Мари выпрыгнула из субмарины — в смысле в бой пошла одна Ева-08. Розовая меха столкнулась с противником — его конечности пошли электрическими разрядами. Мари потребовала от Шерил вывести текст одного заклинания перед глазами. Преодолев попытку поразить себя током, Мари схватился врага за руки, Ева-08 двинула челюстью — когда Мари говорила, её меха повторяла: — Огтродаиф! Кайдзю прорычал, живой глаз начал вращаться в разные стороны. — Гебл — их! Враг дрожал. — Йог-Сотот! Данбараки с хрустом покрывался голубоватой коркой. Мари с силой озвучивала магические слова, ворочая в том числе челюстью Евы: — Нгахнгаий! Весь Данбараки покрылся теперь синим порошком. — Зхро! Данбараки рассыпался, было видно, как внутри крошились элементы скелета. Ева-08 развела руками и позволила прибрежным водам поглотить противника, после чего она резко вскинула руки — АТ-поле сжало порошок в одну точку, после чего она пропала в руках. — Я уничтожу твои «основные соли» — покойся с миром, больше они тебя не потревожат! — «Всё же смогла использовать Нисходящий узел против такого могущественного существа», — перед тем, как исчезнуть, Альхазред закрыл Некрономикон. Как видите, я решил изобразить наспех поднятных зомби реалистичными — потому они представляют из себя не шибко хорошую военную силу и выполняют лишь определённую нишовую роль в армии зла. Против сильной нежити можно использовать специальные заклинания по немедленному разложению — правда, чтобы повлиять на сильную нежить, нужно обладать сообразным уровнем сил.       Теперь, как некромант может юзать в бою хитрую тактику и стратегию? Синдзи раскрыл портал — он и Виктор отправились по ту сторону. Взору предстал очень печальный вид — опустошённая большая деревня, где большая часть домов сгорела, многое тут разгромлено, а обгорелые трупы лежат то там, то там. — Никаких признаков проблемы, — Виктор отозвался по линии связи. Синдзи сделал несколько шагов вперёд, с меланхоличным духом ветер трепал ему волосы. Он вспомнил все виды разрушений, какие ему приходилось увидеть. Целые города обратились в кратеры, которые окружали руины, пепел и кости. Синдзи сейчас вот так двинулся гулять здесь, он страдал от вида крови, от вида трупов. Один дом превратился в каркас, где среди обломков и останков мебели особенно много тёмных трупов, похожих на манекены. Синдзи остановился возле висельника — кто-то повесился на проводе, его тело обгорело. Мертвецы запеклись, потому, казалось, из-за этого они не разлагаются. — Сколько же нужно, чтобы ещё погибло людей! — Синдзи сжал правый кулак. Лицо искажено гневом. — Ньярлатхотеп, сколько ещё тебе крови нужно?! — Гра-а-а-а-а! — вдруг прозвучал за спиной. Висельник начал дергаться в своей петле. — Что?! — Синдзи обернулся и увидел, как позади из-за облаков мебели восстал чрезвычайно тучный, распухший зомби — живой мертвец покрыт чёрной коркой, глаза у него тёмные, кажется, он отчасти видит. — Синдзи, не двигайся! — Виктор вынул сразу два ствола. Синдзи моргнул — пули просвистели мимо него. Жирному зомби оторвало руки. Виктор выстрелил в него — разорвал голову, попал пару раз в тушу, в результате зомби остановился — от него остались стоять ноги, позвоночник, обложенный фрагментами торса. — Ха! Решил покрасоваться! — Синдзи взглянул на Виктора. — Чтобы ты не унывал, Младший, — он шагал к нему. Мертвецы вокруг поднялись и двинулись чёрным кольцом, тёмные и спёкшиеся глаза, вытягивают руки и злобно рычат. Кое-где среди пепла и ключев одежда у них истекает какая-то свежая и прозрачная слизь, её там очень мало. Смердят они ужасно. Кто-то из нежити вооружился тяжёлым предметом. Синдзи начал читать заклинание Нисходящего узла. Мертвецов прямо по ходу движения покрыла светло-голубая соль, после чего они буквально на ходу рассыпались, оставили от себя только кристаллическую россыпь подобного порошка, и среди неё угадывались плотные останки костей. — Неплохо, — обратил внимание Виктор. В следующий момент они увидели, как сюда гонят мотоциклы. Футуристического вида, на них сидят фигуры, полностью скрытые всей современной экипировкой, включая бронежилеты, противогазы и каски. Эти мотоциклисты стреляли по тем зомби, что бродили слишком далеко от зоны действия заклинания Синдзи. Когда они врезались в мертвецов, возникал барьер подобный барьеру АТ-поля — в форме удлинённого «яйца» с одним заострённым концом. Эти кавалеристы пробивали собой здание и более целенаправленно сносили нежить. Виктор и Синдзи не сразу поняли, кто это — друзья или враги, потому как на мотоциклах значилась символика ООН и они разили нежить. Когда мотоциклисты достигли Виктора и Синдзи, они, ничего не сказав, почему-то пустились нарезать круги. По мере их движения начал возводиться красновато-янтарный купол. Виктор и Синдзи оказались в центре круга диаметром более пятнадцати метров. Как только это закончилось, мотоциклы остановились. Виктор хотел поприветствовать их, как вдруг Синдзи обнаружил неладное и развеял мираж — символика ООН сменилась на символику Ордена Дагона! — Ага! Враг! — Виктор начал стрелять — барьер отразил пути. Синдзи аж отклонил их от себя аурой, когда они полетели обратно. Он попытался открыть портал с помощью своих способностей — не получилось. Он даже не смог призвать кинжалы! — Я не могу покинуть этот барьер! Он блокирует наши способности! Появился сам Абдул Альхазред, носящий одежду Верховного чародея NOD чёрных и красных цветов, с письменами, восхваляющими Древних. — В прошлый раз вы разрушили моё проклятие, — начал безумный араб. — Ты хочешь бросить нам вызов?! — глядел на него Виктор. — Такова Его воля, — Абдул Альхазред шагнул сквозь барьер, который никак ему не помешал. — Пульгасари! Альхазред бросил монетку или что-то вроде неё — монетка раздулась до масштабов металлической лужи, из которой восстал гуманоидный демон-минотавр, ростом значительно выше человека, как если бы под поверхностью этой лужи находилось достаточное пространство, где он мог бы скрываться в полный рост. Пульгасари — мускулист, у него длинные рога и тёмный мех, бесоподобная физиономия, не совсем, впрочем, бычья. — Ну и ну! — Виктор целился в голову. Пульгасари открыл рот, в него влетели все эти пули, благодаря чему противник немного вырос на глазах. — Чего?! Синдзи, ты это видел?! Виктор обнажил меч, подпрыгнул до головы монстра — звякнула сталь… Меч — обломан, большая часть клинка втянулась в кожу монстра. — Виктор, он ест металл! — закричал Синдзи. — Сам вижу! — Виктор отпрыгнул назад к Синдзи, когда Пульгасари топнул перед собой. Он шагнул ещё. — Да ну!.. — Виктор закатал рукава своей униформы, прыгнул… врезался с разгона в Пульгасари — металлический, мохнатый минотавр не дрогнул. Одно движение его рукой отбросило Виктора на пять метров. Русский врезался в землю, прокатился ещё метра три перед тем, как встать. — Виктор! — испугался за него Синдзи. — Ох, ну и ну! — Виктор встал в принципе сразу, занял боевую стойку. — Серьёзный Кайдзю, пусть хоть не такой здоровый дылда! Альхазред в этот момент материализовал ритуальный кинжал — бросил в Синдзи. Аура уклонение отвела его в сторону. Альхазред бросил ещё парочку с тем же успехом, после чего материализовал длинный ятаган для ближнего боя. Синдзи же посмотрел на Пульгасари… — Чудовище, может быть ты тоже когда-то было человеком? Корея, XIV век. Несправедливый правитель угнетал крестьян, отбирал последнее, и даже мотыги, которые могли бы стать оружием бунта. Деревенскому кузнецу-старику приказали перековать инструменты на оружие против крестьян, но он втайне возвратил им инструменты. Его заключили в тюрьму — перед голодной смертью в тюрьме из рисовых зёрнышек он сделал игрушку-монстра Пульгасари и передал её своим детям. Игрушка ожила от капли крови его дочери, чтобы питаеться железом и расти на глазах. Поначалу он встал на сторону угнетённых крестьян. Армия крестьян под руководством Пульгасари двинулась штурмовать замок императора. По понятным причинам, ни одно оружие не взяло его. Последней надеждой правителя остались два сверхмощных супероружия — «Лев-пушка» и «Генерал-пушка». Пульгасари глотает выпущенные в него ядра и буквально выплёвывает в сторону врага. Пульгасари убил тирана и разрушил его резиденцию. Освобождённый народ ликовал до тех пор, пока запасы железа не иссякли. Голодный Пульгасари начинал есть сельскохозяйственные инструменты крестьян… Дочь кузнеца Ами зазвонила и скрылась в колокол, который и начинал поедать монстр. Она умоляла его исчезнуть с лица Земли, опасаясь, что он съест всё железо и это его заставит нападать на другие страны… — Ами, пожалуйста, не дай себя использовать как оружие! — пристальный взгляд голубых глаз Синдзи заставил Пульгасари остановиться, а потом он покрылся трещинами и распался на огромное множество осколков. Виктор удивился. Рассерженный Альхазред что-то выкрикнул, после чего поспешил удалиться. — Синдзи, вместе! — Виктор с силой рванул в барьер, удар в него плечом, от чего он пошёл трещинами. Синдзи воткнул в трещину свой нож. Барьер рассыпался на крохотные осколки, после чего они исчезли. — Я могу использовать свои силы! — Синдзи взмахом руки призвал круговое мерное искажение, мотоциклисты и мотоциклы — в один миг нарезаны и затянуты в открытый космос. Альхазред же мистическим образом пропал. — Куда он делся?! — искал его Виктор. — Вероятно, телепортация или быстрое перемещение! — сжал кулак Синдзи. Это ещё не всё — ранее Альхазред использовал очень сильное проклятие. Когда пилоты Евы тренировались с использованием боевого робота Джаггернаута (взят из «Чужой жизни»), Альхазред придумал следующее. Сидя в Бездне Н’кай, он послал свою Тень (она выглядит как изуродованный призрак Альхазреда) к ним на базу. Тень вселилась в человека из штаба, потому осталась незамеченной. Она вставила в Джаггернаута демоническую статуэтку, которая заключала в себе эго некропедозоофила 80 уровня и не имеющего личности сильного злого духа. В результате всё это слилось воедино и Джаггернаут превратился в гигантского боевого инхороя-нараку, сексуально озабоченного на почве того, чтобы изнасиловать Еву-01 и населить Землю их потомками. Это не всё — Альхазред призвал тени мёртвых ранее побеждённых генералов и элитных бойцов NOD. Они ментально вторгались в сознание пилотов, когда те занимались тонировками и у них было оружие на руках. Увидев, что на них напали воскресшие противники, пилоты начали с ними бой… Вот только проклятие Альхазреда исказило всё так, что пилоты в реальном мире фактически начали сражаться друг с другом. В частности Рей и Каору проткнули Евы друг друга Копьями Судьбы и вывели те из строя. Пока их атаковал одержимый и сексуально озабоченный Джаггернаут. Синдзи смог дать этому отпор с помощью особой атаки, которая поражает цель независимо от расстояния, таким образом он оглушил самого Альхазреда, который медитировал на всё это в Бездне Н’кай. После этого Синдзи покинул Еву и получил люлей от теней мёртвых генералов и элитных бойцов NOD, они буквально успели отправиться мальчика в нокаут перед тем, как их развеяли. Сам Альхазред уже один раз был убит и возвращён к жизни Ньярлатхотепом — это позволяет Альхазреду вызывать смертную тень самого себя, фактически умножая свои собственные боевые силы. Тень может продолжать вести бой даже после того как сам Альхазред вырубился и отправился в нокаут. Как видите, я постарался по максимуму раскрыть возможности некромантии и некромантов, особенно всё, что связано с коварством, хитростью и тактикой. P/s. * В каноне Мифов Ктулху сам по себе Альхазред не имел прямого отношения к некромантии, но благодаря «Зловещим мертвецам» и самому названию его самого известного труда (хотя так-то оно «Аль-Азиф», «Вой ночных демонов»), Некрономикон начал ассоциироваться именно с использованием некромантии, при этом очень людоедского толка. Потому я решил представить Альхазреда Некромантом 80 уровня. При этом максимально стереотипным некромантом — Безумный араб настолько хорош в контроле мертвецов и в проклятиях, в использовании хитрости и коварства, сколь он бездарен в непосредственном бою. * Пульгасари имеет очень специфическую историю происхождения — этот монстр впервые появился в северокорейском фильме, который был снят буквально взятым в плен режиссёром (он потом сбежал). По задумке генеральной линии партии, Пульгасари олицетворяет собой капитализм, который развивается в тени феодализма, свергает его и потом творит всякую дичь. Хотя мне тут больше видится диктаторский социализм, который свергает старых классовых эксплуататоров и сам становится монолитным классовым эксплуататором, а социалистическая революция, вопреки марксистским предсказаниям, происходит в аграрной стране.