Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Многие персонажи в художественных произведениях ошибаются, но зачастую авторы страхуют их от фатальных последствий этих самых ошибок, ведь на персонажах сюжетная броня. Некоторое количество персонажей, возможно, таки демонстративно было погублено, но критически настроенный читатель сразу укажет на то, что другие персонажи, которые были любимчиками автора, погублены не были и будет упрекать автора в предвзятости, в отсутствии реализма или в избирательном отношении к персонажам.       Приведу пример, который мне очень понравился. Манга/аниме «D.Gray-man». У нас есть экзорцисты, они сражаются с демоническими киборгами акумами. Акумы маскируются под обычных законопослушных граждан. Каким образом экзорцистам их выявить? Экзорцисты носят специальную униформу. Когда акумы их видят, то сами нападают — существа они агрессивные. Аллен Уолкер — экзоцит с особой абилкой: его глаз может распознавать акум. В один момент этот глаз пострадал и главный герой не мог им временно пользоваться. По привычке он вышел на людную улицу в униформе экзорциста и в этот момент только что осознал, что он не понимает, есть ли тут черти или нету тут чертей [1]. Он успокаивает себя мыслью, но не могут же все люди на рандомной улице быть демонами? Внезапно к нему выдвигают пистолет со словами: «привет экзорцист!» [2] Лави — товарищ Аллена — вовремя уничтожает этого акуму, прося Аллена не зевать. В этот момент оказывается, что буквально все люди вокруг — это замаскированные акумы. По завершению боя Аллен видит, как один акума взял в заложники кричащую девушку. Аллан в этот раз ожидает подвох, потому убив акуму, готов убить заложницу — и убивает, потому что она быстро превращается в последнего акуму [3]. Лави объясняет, что экзорцист абсолютно в любой момент времени должен быть начеку, потому что, раз он надел на себя униформу, то это значит, что он фактически написал на себе: «Эй, акумы, я вашу мамку в трубу дома шатал!» [4] Согласитесь, это очень сильный момент — борцы с монстрами фактически приносят себя в жертву во имя всего человечества, полностью отказываясь от любой нормальной жизни, потому что они вынуждены, всякий раз выходя на люди, подозревать абсолютно каждого прохожего в том, что он является демонической машиной для убийств, которая укрылась под кожей своих первых жертв. Как вы понимаете, от такой паранойи запросто можно поехать крышей. Очень сильно для сёнена — сравните с каким-нибудь «Бличем». Однако больше эта тема нигде не поднимается, самого Аллена спасли от пули акумы. Акумы вообще ни одного экзорциста по ходу повествования сами не убили (кроме тех двоих, чьи мозги использовались для изготовления Канды и Алмы). Согласитесь, полное отсутствие последствий такой фатальной ошибки, портит момент.       Когда я писал свой фанфик, я решил также ввести похожий момент, когда одна из главных героинь вышла на улицу средь бела дня, в общем-то забыв о том, что у них тут в каждой подворотне скрывается бесноватый последователь Великого Ктулху. Везде, абсолютно везде скрываются слуги тёмного властелина и нет ни одного безопасного места, где их не могло бы быть. Я сконструировал этот момент таким образом — с одной стороны сюжетная броня героини не пострадала, с другой стороны — сама по себе героиня очень сильно пострадала, но это удалось нивелировать, чтобы не помешать моему сюжету.

***

Мари покинула DHARMA Initiative, шла под зонтиком в аномально жаркую погоду. Протесты и бунты происходили на достаточно приличном расстоянии, но даже отсюда вдоволь ощущался запах горящих крышек. Мари шагала в одиночестве, нося свою привычную одежду — аккуратная юбка, лакированные туфли, колготки из натурального льна, пиджак, извечные очки эффектно поблескивают, всё дорогое и элитарное. Дорогу Мари преградила пара агрессивно настроенных мигрантов. Слово за слово — Мари легко дала им люлей. Любители навязывать шариат разбежались, прижимая болящие места. Мари довольно ухмыльнулась, кокетливо поместила в рот конфету… — Достали эти чёртовы чурки? Понаехали, да? — теперь к Мари подошёл мужчина средних лет, достаточно крепко сложенный, лицо само по себе мало примечательное. Он говорил по-французски, кажется, с испанским акцентом. Очки Мари опознали этого человека: — Рене… Вы разыскиваетесь за то, что состоите во Французском христианском союзе, запрещённом во всём Евросоюзе? Мари ни чуть не удивилась, встретив одного из самых опасных разыскиваемых террористов на улицах ныне неспокойного Парижа — одного из верных соратников печально известного Генриха Орё. — Да… А ещё, — нахально усмехнулся Рене, — мы, кроме чурок, ненавидим грязнокровок вроде тебя… Мари рассчитывала на благословение Евы, будучи уверена, что ей хватит сверхчеловеческой физической силой, чтобы расправиться с обычными гопниками. Увы — подготовленные, опытные боевики накинулись с разных сторон и использовали модифицированные электрошокеры. Мари вырублена за несколько секунд. Очки выпали на асфальт и были достаточно прочны, чтобы не разбиться. Боевик их подобрал. Рядом случайные свидетели закричали, на что один из боевиков показал какую-то корочку и заявил, что он — полицейский в штатском — и что в данный момент они обезвредили опасную мусульманскую бандитку. Мари сковали наручниками и бросили на заднее сиденье автомобиля. Боевик рядом держал кинжал, покрытый оккультными письменами, способный убить пилота Евы. Мари, пока она не отошла от электрошокера, влили в глотку ещё некое зелье, от чего она отрубилась. Автомобиль боевиков быстро направился по улице. Французский христианский союз совершил несколько дерзких терактов за последнее время — главным образом нападению подвергались мусульмане, но также страдали абортарии и гей-клубы. Была убита одна известная феминистка — террорист ворвался к ней в дом, перерезал горло и просто исчез. Полиция и спецслужбы сбились с ног, не успевая на всё реагировать. Мари часа два приходила в себя. Наручники с неё сняли и даже очки вернули. Она лежала на очень просторной кровати, а рядом с ней сел Рене. Сама комната ничем не примечательна, кроме того, что здесь нет никаких окон, а холод намекает на то, что они находятся где-то под землёй. — Мари, будь готова искупить свои грехи перед Господом, — обратился к ней Рене. — Ведь ты слуга Хозяев Боли с проклятого Глю’хо, Несущего Окончательное разрушение. Ты грешила перед Великим Танцем Мана-Юд-Сушай. Тёмный мессия Глю’хо должен освободиться ко временам единого Зотика. Мы должны быть готовы. Наш владыка Оаннес соберёт воинство для борьбы с Бетельгейзе-разрушителем, который погасит Солнце и Луну в час Битвы битв! Ране нёс что-то ещё в таком духе. — Значит, у вас есть тайная доктрина? То, что вы мне говорите, не похоже на националистическое христианство? — у Мари возникали некоторые проблемы с тем, чтобы выговаривать слова. — Да, мы вербуем многочисленных профанов из числа белых радикалов христианского вероисповедания, обычно католического, но протестантов среди нас тоже много. С помощью «Банановой рыбы» мы заставим их выполнять то, что мы хотим. Наше Братство Neon Ordo Dominate существует для того, чтобы служить Глубоководному Императору. Он избавит человечество от всех земных страданий и сотворит новых существ, по своему образу и подобию, когда звёзды встанут в ряд и Р’льех поднимется со дна… Богочеловеки будут свободны от добра и зла, они будут убивать и веселиться, но ничто из этого не будет по-настоящему греховным для них. Мы вернёмся в то состояние, в котором мы находились до грехопадения, когда мы не знали ни добра, ни зла… Таков истинный смысл, заложенный в Библии — так что я исповедник истинного библейского учения! Рене говорил об этом с явным воодушевлением, безумно блестя глазами. — Что касается вас, Мари, то нам очень нужны пилоты Эйдолионов. Рене на том позвал своих ребят. Он что-то им говорил и из этого Мари поняла с ужасом следующее: Рене повторял, что эта женщина грязнокровка и лесбиянка и что только одна вещь может заставить её встать на путь истины. Мари успела ужаснуться перед тем, как ей силой влили ещё одно зелье. Рядовые головорезы Христианского союза, набранные из ультраправого молодёжного отребья, готовые абсолютно на всё по первому слову своего харизматичного лидера, начали дружно обнажаться. На их грудях остались болтаться только крестики. Что же касается Мари, то с неё сняли всё, кроме очков, чтобы она могла всё хорошо видеть, и ободка для волос, чтобы те не мешались. Смазку ей выдавили во все щели. Сразу четверо достаточно загорелых мужчин, похоже, из каких-то южных регионов Европы, встали вокруг неё и окружились своими торчащими членами. Мари, несмотря на наркотическое опьянение, смогла показать зубы. С глаз за стёклами очков спали слёзы. Дальше её положили на спину, сзади один негодяй держал ей руки, а другой спереди поднял её ноги и энергично насадил на свой кол, совершал все нужные движения с глубокой отдачей. Ей говорили, что делают с ней это всё для того, чтобы она перестала быть лесбиянкой. — Мы полностью сломаем её личность и сконструируем её заново. Она — атеистка и лесбиянка — станет гетеросексуальной женщиной. Она примет Христа и родит от нас много детей. После нас в её жизни больше не останется никакой опоры, кроме Христа. И тогда мы спасём её душу — её душа попадёт в рай на Страшном суде, — таким образом Рене обосновал в глазах своих подчинённых необходимость этого действия и его моральную оправданность. Мари в этот момент громко открыла рот и начала кричать на всю комнату, пока один её держал, другой насиловал, а все остальные мастурбировали на её груди, получали огромное удовольствие от того, что гигантские сиськи так колыхаются. Потом, когда зелье подействовало сильнее, Мари сделалась уже гораздо послушнее. Ей теперь вручили фаллосы и она их мастурбировала. Глаза, однако, всё ещё широко распахнуты и выражают шок. В глотку Мари долбит третий член. Её лапает за торс четвёртый насильник, всё ещё занятый влагалищем. Когда все убедились в полной покорности Мари, ей приказали занять позу обратной наездницы. Её насильник теперь лёг на спину. Остальные только вручили ей свои члены и заставили дальше те накачивать и одновременно сосать ещё одним ртом. Её схватили за голову и жёстко трахали в глотку. Сперма фонтанировала — подонки кончали один за другим. Мари дальше разместили на четвереньках и один снова жёстко сношал её в рот, а другой — в вагину, все они кряхтели и ругались, а Рене получал особое удовольствие от того, что наблюдал за этой процедурой со стороны. Мари в один момент схватили за руки — тот, кто утопил свой член в её глотке, доложил, что на него смотрит сейчас сквозь очки совершенно покорный и смиренный взгляд. Мари смогла закричать только тогда, когда ей в зад впился здоровый палец, а вслед за ним — ещё более здоровый член. Теперь её трахали сразу во все три отверстия — вот что она могла осознать по ходу всего этого безумия! Этого торжества плоти и удовольствия! Зелье сделаю грудастое женское тело гораздо более чувствительным, чем оно должно быть в норме, потому сама жертва изнасилования кончала ничуть не реже, чем её насильники! В конце концов она приняла в себя практически одновременно сразу три фонтана спермы — один в глотку, второй — в кишку и третий — во влагалище! Рене активно приказывал своим подельникам как и что им делать и они абсолютно покорно повиновались. Он напоминал о том, что иудеи во время священных войн Яхве, описанных в исторических книгах Ветхого Завета, не стеснялись насиловать пленниц, а коль так — то для них это руководство к действию. Хищные пальцы до боли впивались в груди Мари… — Библия велит побивать пидорасов камнями — мы поступаем более милосердно в данном случае, когда пытаемся исправить подобных уродов… В конце Рене велел своей шайке убраться за дверь и с удовольствием посмотрел на то, как лежала перед ним Мари, вся покрытая спермой, особенно много её вытекало из влагалища. Сперма вытекала изо рта, на щеках высыхали слёзы. Взгляд её сделался абсолютно стеклянным и холодным. Рене исполнился неземного восторга от осознания чувства своей абсолютной власти над этой прекрасной девушкой и его охватил невероятный эстетический экстаз! Он не мог сказать, сколько прибывал в прострации, глядя на это женское тело… Мари вздрогнула, когда послышались выстрелы. — Что?! Вы нашли нас, дьяволы?! Слуги злых богов! Рене схватил ритуальные кинжалы в обе руки, пустил в ход заклинание, громче всего озвучивая слово «Басатан». Его трансформировала волна призрачного света — вокруг кожи сформировался панцирь ракообразного, клубок извивающихся светящихся зелёных змей заменил лицо, вместо рук образовались массивные хитиновые лезвия, кинжалы слились с телом и вытянулись парой острых загнутых лопастей. Костяные крылышки выросли из спины. Многочисленные зелёные пульсирующие трубки появились в тех местах, где нутро не было скрыто внешним ржаным доспехом. Одежда частично осталась, частично порвалась, штаны и обувь больше уцелели. Монстр выбил дверь и ринулся в бой, бормоча какие-то иные заклинания. Ятаган Барзаи разделил его на две части от головы до паха. Брызнул ихор. Рене стих после звука падения на пол. — Маджин CCD ликвидирован. Говорит Ферраро, — прозвучал молодой женский голос, — мы нашли пленницу… *** Солнце навсегда угасает. Огромная армия рыболюдей и крылатых осьминогоголовых марширует в последний закат. Мари идёт вместе с ними, одетая в какую-то колдовскую мантию, сквозь удалённую лобовую долю прямо из её мозга вырастает светящийся зелёный червяк. Зелёный желатиновый гигант-полудракон, что с клубком щупалец вокруг рта, расправляет свои кожаные крылья и возносит когти к небу, готовясь бросить вызов Несущему Окончательное разрушение — Тёмный мессия Глю’хо должен прийти со звезды Бетельгейзе, а пока его ожидают несметные армии Глубоководного Императора. *** Мари пришла в себя в больничной палате. Она помнила свой конфликт с приезжими. А потом — тьма. — Вас атаковали агенты CCD, — перед ней появился командующий французского филиала — сам генерал Дюбуа. — Вы отрубились от их ментальной атаки. Мари достаточно сознательно на всё это ответила и прислушалась к своему телу — нет, у неё ничего не болит. Благословение Евы позволяет всему проходить очень быстро. Командующий, изучив записи, сделанные очками, приказал стереть все воспоминания пострадавшей о ближайших сутках. Мари оделась в свою элитарную одежду и решила прогуляться с зонтиком и подышать свежим воздухом. На этот раз — в пределах охраняемой территории, где вокруг толстая бетонная стена и на ней — пулемётчики…

***

Вот так, читатель, одна ошибка — и ты ошибся! Эта сюжетная линия так сконструирована, чтобы не оказывать никакого влияния на дальнейший сюжет, по крайней мере прямого. В дальнейшем, по ходу сюжета, у меня говорит о том, что Мари неприятны мужчины (это не мешает ей заниматься разовым сексом с некоторыми избранными мужчинами). Это с одной стороны связано с тем, что они уводили у самой лесбиянке девушек, но, исходя из этой сцены, можно допустить, что это также связано с опытом изнасилования, пусть даже исчезнувшего из памяти, но так или иначе отразившегося на бессознательном. Кроме того, я этически обоснован переписывание воспоминаний в интересах людского благополучия. Если бы Мари запомнила эту сцену изнасилования, она бы, скорее всего, в дальнейшем перешла на сторону SEELE или Мелькора, будучи не в силах простить такое Демону Жизни.       Таким образом, вы должны сконструировать сюжет так, чтобы показать, что персонажу пришлось за совершенную ошибку тяжелейшим образом расплатиться, но последствия, по крайней мере прямого, у нас нет — ведь у вас уже этот персонаж забронирован сюжетным образом. Я компенсировал отсутствие последствий непосредственно самой тяжестью произошедшего в моменте — злодеи не просто напали на Мари, они хотели полностью уничтожить её субъектность с помощью насилия и наркотиков и переписать её личность — изнасилование, описанное крайне подробно в данном случае, выступает лишь средством этой операции над самой человеческой самостью. Я хотел показать, как под натиском насилия, человеческая субъектность полностью истончается и исчезает — а также то, что лишь индивидуумы с уничтоженной и раздавленной субъектностью могут наследовать будущую эсхатологическую утопию.       Теперь вы понимаете, что было бы с Алленом, пиши я сюжет «D.Gray-man»?       Интересно, что там дальше ошибку совершил уже опытный экзорцист — начал допрашивать уже побитого шайтана рядом с обычными людьми — это тоже чуть не аукнулось [5].