***
— Архистратиг, — так волшебник представил его. Это существо благодаря своим размерам возвышалось над прочими генералами, рядовыми микенцами и боевыми мехами. Чистейший колосс из мускулатуры, широты плечей и брутальной мощи. Кроме самих лиц, его полностью заковывала чёрная броня, выполненная на греческий манер, включавшая в себя юбку с позолотой и некоторые сине-зелёные элементы. Загнутые сапоги; броня идёт в два слоя — сперва к коже прикреплена эластичная оболочка (либо, что более вероятно, она и есть кожа), похожая на каучук, но по сути — такой же гибкий чёрный металл, как все наиболее плотные и массивные её элементы. Голова скрыта шлемом, сквозь который в три стороны выходят рога, похожие на очень толстые и изящные ракушки позолоченного оттенка. Под шлемом — зелёное лицо азиатского демона-о́ни, бледно-красные глаза без зрачков и чёрные линии под ними, пара выпирающих белых клыков по бокам. У Архистратига есть ещё одно лицо — серая кожа старика, обрамлено жёсткими и белыми волосами — усы, борода и бакенбарды. Это лицо на груди, торчащее посреди брони, немного больше, чем то, которое на голове. Спину покрывает плотный плащ, красный с её стороны — фиолетовый с обратной. Главное оружие — очень длинный и широкий меч, который заканчивается на конце резко выступающим остриём с краю. Его рукоять выглядит как удлинённый и немного кривоватый рог с головы, по структуре также как ракушка, покрытая позолотой. Он располагался за спиной, парил прямо в воздухе в нескольких метрах от плаща. Длина клинка заметно выше, чем рост самого Архистратига. — Я — Великий герой Микенов, — заговорил Архистратиг: звучали губы нагрудного лица. — У вас есть то, что может понадобиться нашему Императору. Вы знаете, что. — Знаю — бесполезная блестящая игрушка Курво, — заговорила Тихо. — Мы её вам не отдадим, при всей её бестолковости! Некоторые генералы издали смешок, что говорило о том — у них ещё сохранилась человеческая психика. — Я хочу поразмяться, потому предлагаю условия, — начал Фэанор. — Герой Микенов, я и ты — один на один. Побеждаю я — вы уходите и забываете про наше существование. Я проигрываю — блестяшка ваша без разговоров. Мы друг друга, по возможности, не убиваем. Архистратиг кивнул и выразил согласие взглядом старика с груди. После чего указал на выход. Мехи и ближайшие микены выбрались из космического корабля, все заняли места для наблюдения. Архистратиг и Аеон встали друг напротив дуга посреди пустого пространства. Первый взялся за рукоять своего масштабного клинка, в результате его размеры стали ещё более видны. Аеон вооружился фламбергом Алквалондэ. Фэанор и старик пару секунд посмотрели друг другу в глаза, после чего сорвались с места. Колоссальной клинок шёл напролом, столкнулся с горизонтально поставленным мечом своего врага. Фэанор в момент почувствовал, как собственный робот врылся ногами в землю, проехал спиной вперёд несколько километров и оставил длинные траншеи. Архистратиг отпрянул, высоко вознёс своё орудие и обрушил его. Он не попал — Фэанор отпрыгнул прочь, зато его настигла и перевернула ударная волна. Аеон сброшен с точки опоры. Архистратиг орудовал такой громадой медленно — Фэанор мог бы раз пять уклониться. Но эта штука создавала ударную волну во время движения, она ощущалась и буквально сдувала. Фэанор поначалу решил именно остановить этот меч и почувствовать, насколько он мощный. Эльфа в кабине прошибло на потливую испарину. Он решил атаковать, желая поразить голову на плечах. Его Аеон ногой вскочил на здоровый меч Архистратига, прямо на широкую площадь, пробежал по ней шага два и почти поразил зеленую голову. Глаза демона без зрачков вспыхнули насыщенными лучами, прямо как раз тогда, когда фламберг почти был опущен. Лучи отбросили Аеон, обдали искрами, перевернули его в дыму, после чего Архистратиг вновь вознёс своё колоссальное орудие сквозь облако пыли. Последующее обращение точно бы прикончило простого противника. Фэанор несколько раз очень быстро перекатился, Архистратиг громыхнул там, где мех только что находился. Деус-машина взлетела, запущенная и подброшенной ударной волной. Архистратиг обнажил обе челюсти и начал ворочать своим мечом прямиком в сторону отлетающей цели. Фэанор приземлился с воздуха и встал на ноги. Он резко сделал два шага назад — заострённое окончание меча пронеслось в пяти метрах от туловища Аеона. Архистратиг ещё раз использовал испепеляющий взгляд. Фэанор на сей раз знал про эти лучи, потому отступил в сторону. Они прошли между его плеча. Затем взмахнул фламбергом. Последовательно три раза прозвенел Алквалондэ по вражескому клинку — это ни к чему не привело, такое громадное и широкое оружие никак не пострадало. Теперь Архистратиг выставил его аккурат как копье, побежал. Фэанор активировал крылья для ускорения — они унесли Аеон подальше. Архистратиг поразил мечом землю, распространил ударную волну, отбросил ею противника и одновременно придал ускорение себе самому. Фэанор опять ушёл от столкновения с громадой, смог потом один раз его — с большим усилием, но заблокировать волнистым фламбергом — и отбросить. Микенец ускорялся, он поднимал орудие, куда больше его самого, заносил и обрушал, разил ударной волной, способной, по площади, разрубить гору. Он оставлял колоссальные борозды в грунте этой планеты после каждого применения своего оружия. Фэанор сменил фламберг на пистолет и револьвер — росчерки плазмы и морозной синевы вообще ничего не оставили на его броне, даже попадание в оголённое лицо под шлемом ни к чему не привело. Эльф в очередной раз ушёл от попытки пронзить себя громадным клинком, перекрестил пистолет и револьвер и развернул силовое поле с гербом пятиконечной звезды, встретил им атаку глазными лучами. Как только она иссякла, Фэанор соединил оба ствола в одно длинное бронебойное ружьё. Постоянно приходилось следить за тем, чтобы поддерживать дистанцию — в противном случае противник бы очень быстро его порубил этой своей штуковиной. Архистратиг совершал резкие наскоки, подбрасывал себя и ускорял ударными волнами, создаваемыми при помощи главного орудия. Бронебойное ружьё отчасти оставило на нём трещины, вынудив микенца теперь закрыть свою голову с помощью широкого клинка. Фэанор сделал выстрел по рукояти, ему удалось повредить кисть противника. Ещё пара выстрелов в то место, возможно, смогла бы вывести конечность из строя. Только Герой Микенов более не давал такой роскоши. Он прицельным взмахом направил ударную волну точно в ружьё и выбил из рук! Аеону осталось снова материализовать фламберг. — «Я могу долго его разваливать, нужно действовать быстрее!..» Фэанор почувствовал характерное для себя нетерпение. Эльф-пилот подбросил меч в небо, после чего широко раскрыл руки. Когда Микен, не думая, ринулся, Аеон схватился за плоскости клинка, остановил его. Фэанор оскалил зубы, прикладывая такую физическую силу. Лицо старика на груди сильно удивилось, глаза головы на плечах, через секунду промедления, пролили свои испепеляющие лучи. Меч падал так, как надо было Фэанору. Волнистое лезвие Алквалондэ пробило собой центральный головной рог, вошло в шлем. Лучи исчезли как раз вовремя — они смогли пробить головной шлем Аеона. Интерактивный кокпит-экран перед глазами пилота как раз пошёл проталиной. Рукоять Алквалондэ же дошла прямо до рога, длина волнистого клинка позволила погрузиться сквозь череп до уровня горла и ниже. Струйка крови появилась на клыкастом рте зелёного лица. Лицо старика на груди выразилось самое сильное беспокойство. Как раз в этот момент, прижимая ладони к клинку с двух его плоских сторон, Фэанор просто вырвал это оружие из рук врага и рукоятью врезал же ему по лицу старика. Фэанор подбросил гигантский меч, пока Архистратиг дрожал от утраты контроля над телом. Эльф поймал громадный меч за рукоять и почувствовал, что он очень тяжелый даже для него. — «Насколько он онтологически плотный? Теперь понятно, почему он носит его за спиной, а не интегрирует в ауру», — Фэанор теперь сам занёс это оружие. Мог бы разделить противника на две части, пройдя наискосок от плеча до ребра. Он бросил взгляд на наблюдателей, видя, как все остальные Микены готовы броситься в следующий момент. Эльф остановил край клинка аккурат возле толстой наплечной брони. Изумление на нагрудном лице прошло, оно сменилось досадным гневом, после чего гордым смирением. — Смирно! — старик грудью развернулся к своим генералам и войскам, его голова на плечах утратила возможность двигаться. Тихо особенно рукоплескала ему. Маэдрос и Лабан просто улыбнулись и похлопали в ладоши. — Ты победил, Тубалкаин! Назвал его так Герой Микенов, сжимая кулаки.***
Теперь пример боя с быстрыми персонажами.***
Синдзи кое-что придумал. От Евы-01 [частично одержимой Мелькором] отделилась Ева-Вратарь [5], выступила, как жидкость выступает сквозь поры. Фэанор пришёл в себя, взял под контроль Аеон. — Синдзи, убей Мелькора! — эльф заключил Еву-01 в объятия, чтобы она не мешала Синзди. — Так точно! — пилот Вратаря вооружился громадным мечом, который всё время находился за спиной этой Евы в качестве своего рода крыла. — Думаю, справедливо будет, если я возьму твою машину покататься, — Мелькор иронично улыбнулся и вспыхнул белыми глазами. Синдзи разрубил пустое место. — Что?! — он взглянул обратно на Еву-01. Мелькор появился в контактной капсуле. Как только он там появился, она преобразилась, она расширилась. Место пилота начало выглядеть как железный трон, похожий на цветок лотоса, где Мелькор мог свободно разместиться при своих габаритах. Одновременно с тем Первая Ева стала тёмного и металлического цвета, у неё выросла корона шипов, наплечные пилоны начали выглядеть как пики адских трезубцев. Катана превратилась в длинную помесь боевого молота с булавой. От Гронда исходил хорошо заметный жар. Маркировка «NERV» сменилась на символ короны трёх шипов, но девиз группировки Синдзи «В Судный День приходи» остался без изменений [6]. — Он захватил Еву Синдзи! — Фэанор отброшен. Ева-01 в Мелькор-режиме отправила Аеон в полёт, после чего шагнула к Вратарю. Синдзи поначалу открыл рот, после чего, справившись с изумлением, очень отважно кинулся на свою Еву: — Я всегда ненавидел эту машину смерти! С большим удовольствием зарублю её вместе с тобой, Мелькор! — Посмотрим, кто лучше: ты рубишь — а ли я гвозди забиваю! Громадный меч и молот столкнулись. Меч чуть погнулся, разогрелся и пошёл паром. Полетели искры. Синдзи почувствовал, как через всю Еву-Вратаря прошла дрожь. Но ему далеко не впервой сражаться с сильным врагом и, казалось бы, несокрушимым. После Ньярлатхотепа — Мелькор единственный сравнимый противник. — Синдзи, он разрушит твой меч! — закричал Фэанор, пытаясь отойти от проклятия. Оно всё ещё пыталось омертвить тело. Синдзи дальше пошёл в наступление — махал мечом на огромной скорости, всякий раз оставляя за собой росчерк черноты. Мелькор посепевал за ним, встречал меч молотом. Так они мельтешили своим оружием, разбрызгивали искры. Синдзи скалил зубы и набирал скорость. Он воткнул меч в землю на скорости, потряс окружение. Ударная волна никак не сказалась на Еве-Мелькоре. Он в ответ тоже вломил молотом по земле, под ногами чёрного Вратаря она разошлась, открылся разлом, откуда повеяло жаром расплавленной породы. Синдзи резко закинул меч за спину, использовал его как крыло, взлетел над разломом. Ему вслед из него поднялись пики пластичной раскалённой породы. Мелькор пару раз вдарил молотом по земле. Возникал кратер расплавленного вещества, в момент образования при ударе вылетали магматические катышки. Они летели на манер гранат аккуратно в цель, могли при этом, как мячи, прыгать и отскакивать от прочих поверхностей, взрываясь лишь близко от Вратаря. Синдзи очень быстро носился среди всей этой зоны бомбардировки, в него почти ничего толком не попадало. Попутно он обратил внимание на то, что удары Мелькора навешивают проклятие — Ева становится тяжелее, приходится прилагать большие усилия, чтобы поддерживать прежнюю скорость. Синдзи тогда решил сделать так — он высоко прыгнул в небо, после чего ногами оттолкнулся от своего широкого меча, запустил свою безликую Еву буквально метеором. — «Раз он сделал меня тяжёлым, пусть получит!» Мелькор на это ударом молота возвёл перед собой стенку из скал. Синдзи разбил её вдребезги. Мелькор аж отпрыгнул, выдохнул дымовую завесу. Синдзи намахал мечом так, что развеял её. — «Я — быстрее тебя!» Ева-Вратарь далее отпрыгнула, поместила меч за спину, после чего использовала как крыло, ещё больше увеличила свои движения и скорость перемещения. Синзди налетел с боку, потом — выскочил из-под земли, ещё два раза прыгнул с неба, один раз — материализовался у Мелькора за спиной, заполнил весь мутный воздух вокруг росчерками тьмы при взмахах, заходил с мечом-крылом и так и этак — но всё бесполезно: Мелькор всякий раз останавливал его то Грондом, то чем-то ещё — бил молотом-булавой под таким углом, чтобы заставить налетающий меч отскочить, но при этом сам почти не контратаковал. Мелькор терпеливо выжидал следующий момента. Когда Синдзи в очередной раз столкнул меч о молот, то длиннющее и широкое оружие нападавшего раскололось и разлетелось вдребезги! Молот Мелькора всякий раз при соприкосновении понижал его прочность, в конце концов настал предел. Обломок гигантского клинка выглядел страшно оплавленным, с него стекали капли расплавленной докрасна материи. — Говорил ж!.. — прокомментировал Фэанор. Синдзи какие-то секунды две-три наблюдал буквально застывший перед глазами полёт обломков оружия. После чего резко отпрыгнул от Гронда. Мелькор теперь пошёл в наступление, размахивал молотом перед Вратарём столь же быстрой, как Синдзи мечом. Дальше всё, несмотря на быстроту и частоту движений сделалось однообразным и по сути статичным. Малькор бил молотом по воздуху, Синдзи отпрыгивал, отскакивал, изворачивался и уходил в сторону. Ева-Вратарь по-прежнему имела превосходство в скорости. Впрочем, Мелькор, похоже, просто играл, не собираясь брать здесь паритет. Как бы то ни было, дальше Синзди думал только о том, чтобы его не вбили в кору планеты под ногами. Восстановить меч и воссоздать новый, он не мог, так как урон был нанесён на глубоком онтологическом уровне. — Вот так выглядит твоя жизнь, — в один момент остановился Мелькор. — Ты осознаёшь её бессмысленность?***
Пока апокалиптический властелин читает свою проповедь, я подведу итоги. В моей истории персонажи, вооружённые офигенными большими мечами, проиграли. Мне нравится живописать скорее поражение подобных персонажей, чем их победу. Согласитесь, это интереснее — не то, как персонаж с мечом победит, а то, как нагнут его. Фэанор показал себя достаточно отважным, чтобы схватить и удержать меч Архистратига, Мелькор — истощил лимит меча Синдзи на прочность, выжидая момент, так как в гримдарке время всегда работает на Губительные Силы.