Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      Чуть ли не в любом произведении, где существует некий мегазлыдот, присутствует сюжетный момент с проникновением центральных персонажей в его логово. Давайте разберём этот момент подробно.       В первую очередь попробуем классифицировать саму фракцию Тёмного Властелина.       0. Не люди и не существа, на людей похожие — у них нет социума и они больше напоминают умных животных.       Классический пример — новеллизация серии игр Doom от Дефида аб Хью и Бреда Линавивера. По ходу сюжета два главных героя — Флинн «Флай» Таггарт и Арлин Сандерс (потом к ним присоединяется ещё третий выживший) прорываются сквозь базы Фобоса и Деймоса, захваченные расой инопланетных биороботов, стилизованных под демонов из человеческой мифологии, и реанимированных трупов-зомби. Монстры — на уровне сообразительных животных, полагаются на свои врождённые и/или вмонтированные наступательные способности (импы могут бросать комки зажигательной слизи, бароны ада стреляют из браслетов-плазмапушек), ими телепатически управляет Мозг-предводитель (его смерть приводит к тому, что монстры начинают сражаться друг с другом); некоторые виды монстров даже под его командованием начинают сражаться друг с другом (какодемоны и бароны ада ненавидят друг друга). Зомби могут использовать огнестрельное оружие, но они глупые и подчиняются импам, но могут легко выйти из-под контроля. Монстры выращиваются на фабрике, которая никак не охраняется, однако двое людей не могут её разрушить из-за размера. В продолжении отряд главных героев научился маскироваться под зомби и таким образом передвигаться по территориям Земли, которые захвачены противником. Зомби тут не имеют значительных внешних отличий от людей, только пахнут тухлыми лимонами (так пахнет жидкость, которой их реанимировали) — ничто не мешает героям ими натереться для виду. Собственно, монстры берут не умением, а числом: Потом мы открыли дверь в дальнем конце зала — точнее говоря, я распахнул ее ударом ноги — и обнаружили баки-инкубаторы, где плодилось дьявольское отродье. Они представляли собой массивные металлические цистерны, в которых взращивалось «зло». Цистерны заполняла странная на вид ядовито-зеленоватая жидкость, однако не такая густая, как токсичные отходы, разлитые по полу в других помещениях базы. В каждом контейнере находилось еще не сформировавшееся тело монстра. Арлин, повинуясь безотчетному внутреннему порыву, вызванному органическим неприятием подобной мерзости, выстрелила в первый попавшийся неоформившийся торс. Пулевое отверстие с громким чавкающим звуком мгновенно затянулось, причем от него не осталось и следа, так что недоноску расправа не причинила ни малейшего вреда. — Интересно, можно ли прервать этот процесс выращивания? — спросила Арлин. — Я бы сам очень хотел это знать. Зато теперь ясно, что нечего и говорить о полном истреблении тварей. Скорее всего, этих солдат выращивают с помощью генной инженерии. Должно быть, чуждый нам Разум, хозяйничающий на этой кухне, — кем бы или чем бы он ни был — крадет человеческие кошмары, а потом оптом их воспроизводит в натуральную величину. — Да, наверное, ты прав. Как думаешь, сколько времени надо, чтобы вырастить в такой бочке нового монстра? Арлин взглянула на часы. Через шесть минут тварь, в которую она стреляла, была готова — новенькая, с иголочки, как говорится, в чем мать родила. Напарница моя еще раз выстрелила, и новорожденный монстр вывалился из чана. Арлин пустила в него еще пару-тройку зарядов для уверенности. На этот раз пули возымели ожидаемое действие. Мы еще не единожды повторили этот эксперимент с шестиминутными интервалами. — Жидкость, в которой мразь выводится, не только дает жизнь, но и защищает ее, — предположил я. — Но когда экземпляр, образно говоря, «вылупляется»… — Словом, — перебила меня Арлин, — аборты им нипочем, но когда новорожденный уже появился, его можно без труда к ногтю прижать. — Она выгнула бровь дугой. — Давай-ка прикинем: один монстр варганится минут за шесть; значит, получается, что за час из одной такой лоханки вылупляется десяток цыплят. Если в зале умещается шестьдесят четыре корыта с животворным раствором, выходит, что за час только в одной этой комнате выводят шестьсот сорок монстров. Господи! Это же пятнадцать тысяч штук в сутки! — Да уж… и ведь таких комнат может быть сколько угодно. — Значит, за несколько дней без труда собирается миллионная армия, — подвела Арлин итог своим упражнениям в математике. — И, тем не менее, дорогая, шанс у нас есть — только надо найти чудовищный Разум и уничтожить его. — Да, всего-навсего, — фыркнула девушка, — это почти так же просто, как съесть пирожок.

— Дэфид аб Хью, Брэд Линавивер. DOOM: По колено в крови.

      1. Низко организованная группа обычных людей или существ, которые по психологии напоминают людей такого уровня. Возможно, это какие-то зловонные варвары, носящие шкуры и набедренные повязки; возможно, это орки, тролли и гоблины, жестокие, агрессивные и недоверчивые друг по отношению к другу. Такие люди или гуманоиды — на самом деле самые проблемные, они ориентируются исключительно на межличные или внутрикланновые отношения; они готовы вглядываться в рожу любого чужака и сам по себе факт появления любого субъекта, даже если он одет, как они, ведёт себя как они, уже может их насторожить, ведь они его не знают.       2. Обычные организованные люди (или гуманоиды). В целом это регулярная армия своего образца — они ориентируются на погоны, звания и должности, проверяют документы, по крайней мере выясняют чеканным армейским тоном кто кому куда и кого послал. Чтобы пробраться среди этих, необходимо выдать себя за своего, необходимо придумать легенду и, что самое главное, необходимо вести себя незаметно, типично, чтобы никто не обратил внимание. Классика — переодеться под уборщика.       3. Нечеловеческие, роботизированно организованные существа. Это не люди, а существа вроде роботов и киборгов, у них нет личностного начала или оно редуцированно, они выполняют свою работу предельно рационализированно, осознанно и чётко. Возможно, они даже не общаются друг с другом словами — только радиосигналами. Выдать тут себя за своего практически невозможно. Возможно, эти существа постоянно связаны радиосигналами или телепатией, потому легко засекут чужака, человека, который внешни выглядит как они, но не входит в их сеть.       Конечно, сложность определяется тем, кто конкретно куда к кому проникает. Тут надо сказать, какие суперсилы пойдут для проникновения: — Чтение мыслей. — Умение общаться со своими телепатически. — Иллюзии и невидимость. — Похождение сквозь стены. — Возможность стереть объект из существования (позволяет убивать противников и не оставлять следов). — Некромантия (позволяет допрашивать тени мёртвых и реанимировать тела убитых противников, чтобы имитировать своих). — Вселение. — Астральная проекция. — Манипуляция удачей. — Экстрасенсорное восприятие. — Сверхъестественная полиглотия-глоссолалия (позволяет сверхъестественным образом общаться на ранее незнакомых языках и внушать другому чувство, что ты говоришь на его родном языке). — Манипуляция сознанием. — Манипуляция материей (позволяет, например, создать проход в стене, потом закрыть его за собой). — Тактическое ясновидение. — Возможность убивать противников, не нанося им видимых физических повреждений. — Сверхскорость (конкретно та, которая позволяет быстро перемещаться, но при этом не создавать никаких внешних эффектов). — Сверхчеловеческие когнитивные способности. — Акузальность / внепричинность — важна в том случае, если властелин или его приспешники умеют предвидеть будущее или манипулировать вероятностью.       Итак, с этим разобрались. Отдельно хотелось бы забрать такой вопрос, как возможность переодеться в униформу противника, особенно, если лица противника скрыты масками, головы — шлемами. Тут надо сказать вот что — обычные люди в норме какую-то скрывающую одежду не носят. Шлемы — это боевая одежда. В нём просто так даже неудобно ходить. Сам по себе капюшон на голову натяните, подумайте, вам всё время так комфортно ходить? Иногда в художественных произведениях ещё преувеличивают маскировочные особенности униформы — скажем, балахоны каких-нибудь монахов или культистов полностью скрывают лица, некая мистическая тень полностью затемняет физиономии тех, кто находится под балахоном, что, конечно же, полная чушь с точки зрения реальной жизни. Капюшон не позволяет увидеть вас со стороны затылка и затрудняет возможность распознать вас с профиля, но вот прямо в лицо он позволяет нормально видеть. Если натянуть на глаза, то это будет слишком выделяться и бросаться в глаза для наблюдателей.       Исключения возможны в тех случаях, когда у нас некие нечеловеческие существа и специфическая униформа выполняет некую важную для них функцию. Скажем, у всё тех же стальных шлемов доктора Хелла головные уборы буквально выполняют функцию черепа, однако обычный человек не сможет замаскироваться под этих зомби-киборгов — несмотря на внешнюю человекоподобность, у них отсутствуют веки, их глаза видны через прорези шлемов (только в манге про «Зеро» художник об этом забыл).       В некоторых уникальных случаях, конечно, можно обосновать маскировочную униформу даже для обычных людей — опять же, в «Новой надежде» Люк и Хан маскировались не просто под штурмовиков, а под штурмовиков, которые ввели в тюремный отсек Чуи. Возможно, протокол штурмовиков как раз предписывает перемещать подобных опасных гуманоидов, которые легко могут поднять человека одной рукой, именно в полноценной экипировке (другое дело, что там прямо все остальные штурмовики тоже ходят в шлемах прямо в помещениях Звезды смерти, чего не делают все остальные, да и броня штурмовиков ни от чего не спасет). На космических кораблях и на территориях с условиями, которые плохо пригодны для жизни, ношение разного рода скафандров может быть оправдано. Однако надо помнить, что такие высокотехнологические костюмы могут быть снабжены специальными маячками, у любого командира на портативном компьютере как раз могут обозначаться индивидуальные номера каждого военного. Они могут фиксировать его состояние. Так что просто так прийти со стороны кому-то в подобной одежде будет не так уж и удобно.       Следующий момент — это слепые стражники и глупые часовые. Если охранник, стоящий на важном посту, вдруг пропадает, то его товарищи не спешат поднимать тревогу. В некоторых случаях, если база высокотехнологичная, на ней даже нет камер.       Теперь поговорим о самом логове Тёмного Властелина — что оно собой представляет? Это может быть сравнительно небольшой объект — замок или крепость, возможно — дворец, особняк, чертог. Это может быть город, возможно даже небольшая страна (некая коммуникация, размером с небольшую страну). Всё больших масштабов реально сложно описать непосредственно в самом произведении. Так что мы остановимся на масштабах, которые я указал выше. Отдельный случай, когда это нечто мобильное — например, летающий замок или космический корабль, подводная лодка, да путь даже обычный корабль и т.д. — то есть объекты, на которые посадка производится в какие-то чётко определённые моменты. В город (если это город обычных людей, с которыми можно смешаться), как думается, проникнуть проще всего и проще всего затеряться. Базы, крепости, замки и т.д. охраняются на входах и выходах, вероятно, гарнизон отслеживает воздушное пространство и вообще всё, что происходит в окрестностях. Сложнее всего попасть на мобильные объекты.       Теперь рассмотрим сами логова тёмных властелинов:       0. Инферно. Территория, которая содержит в себе объекты, малопригодные для человеческой жизни; это могут быть дьявольские рощи, инфернальные руины, тёмные лабиринты и т.д. Здесь всё время искрит проводка, бушуют пожары, течёт серная кислота, кругом расщелины с магмой и так далее. Обычным людям здесь будет очень сложно выжить — зато, как полагается, всевозможные монстры, черти, мертвецы, злые духи и прочая инфернальная биота чувствует себя очень хорошо.       В качестве того же примера — базы Фобоса и Деймоса под руководством монстров. Стоит отметить, что эти твари сознательно их перестраивают под большую инфернальность — монстры биологически запрограммированы создавать материальную культуру, устрашающую с точки зрения людей, потому могут завесить сигилами Бафомета и нацистскими свастиками один и тот же коридор. Главный герой-американец также предполагает, что он рано или поздно увидит тут серп и молот, но, похоже, инопланетяне не посчитали коммунистическую идеологию настолько однозначно инфернальной с точки зрения людского ума, как гитлеровскую.       1. Лагерь варваров — возможно, это даже какая-то временная стоянка кочевых народов, тут, скорее всего, будет довольно много грязи; неумытых и мерзких рож, при этом тут могут присутствовать элементы фэнтезийной тёмной технологии. Проще всего замаскироваться под проститутку, какого-то мелкого прислужника или торговца. Тут город будет поделён на регионы, принадлежащие к конкретной группировке, которые могут друг с другом бодаться, могут друг на друга очень косо и подозрительно смотреть. Опасностью исходит не сколько от конкретных стражников, сколько от обычных жителей — такие могут легко проломить голову любому, кого они считают «не своим».       2. Классическая военная база регулярной армии — здесь всё сравнительно упорядоченно тут кругом в идеале царит сплошная бюрократия. Обмануть такой механизм можно, если выдать себя за своего именно с точки зрения бюрократии. Текучка кадров тут может быть очень большой, старожилы могут не интересоваться именно лицами прибывших — им куда больше интересно узнать, что у них написано в бумажках. Бумажку, как известно можно подделать, особенно, если есть суперспособности. Гипнотизёр вообще может показать магазинный чек — тот, кто на него смотрит, увидит в нём то, что ему нужно увидеть, чтобы пропустить вас к Освальду Мосли в покои, а там можно взять табакерку и оставить Большого Брата с шишкой на голове растекаться в луже крови.       3. Центральный мыслительный центр сверхчеловеческого разума улья. Тут абсолютно каждая деталь призвана выполнять некую рациональную функцию, абсолютно каждый член персонала выполняет некую свою чётко выверенную работу. Роботы, киборги, дуниане и тому подобные адепты муравьиного социализма во всю трудятся, не покладая рук, им нет ни минуты покоя, потому что сверхразумы жаждут перестроить всю вселенную в свой гигантский ГУЛАГ-муравейник. Чтобы замаскироваться здесь, необходимо выдать себя за некую штатную механистическую функцию. Если вы окажетесь в помещении, где вы не должны быть, то это вызовет вопросы, но в остальных случаях — оно их не вызовет. Проще всего замаскироваться под уборщика или мелкого штатного ремонтника — так как смахивать пыль или смазывать гайки нужно везде. Так можно добраться до верховного сверхразума и вкрутить ему в гигантский мозг что-нибудь, от чего он откинет тентакли.       Как видите, самый опасный для проникновения вариант — это нулевой, потому что там царит первородный хаос, соответственно — это вотчина тёмного властелина, который как раз любит всеобщий бардак. Тут потребуется видная доля удачи и желательно, возможность, натравить монстров друг на друга.       Теперь, что можно сделать тёмный властелин, чтобы защитить своё логовое от тайного проникновения? Скорее всего, у любого тёмного властелина будет возможность в любой момент увидеть любую часть своей базы, но только локально. Если система слежки кажется глобальной, то у неё есть некое слабое место. Классический пример — император Ганишка может создать туман на территории своего города, этот туман является частью его монструозного тела и он ощущает всё, что в этот туман попадает. Но туман находится низко над землёй, Ганишка не может видеть город на уровне крыш — так что Гриффит просто подлетает на Зодде, берёт в его когти кровать принцессы Мидланда и улетает с ней. Естественно, это всё циничный план Гриффита, так как он гораздо сильнее, чем Ганишка.       Иллюзии высокого уровня защищают от прямого взгляда, если конечно, тот, кто ими себя покрыл, может достоверно изобразить тех, в чью личину он обернулся. Скажем, Саурон может отличить настоящих орков от эльфов, которые приняли облик орков — так как они разному себя ведут. Здесь стоит отметить, что иллюзии бывают разного типа — самая сильная иллюзия, это онтологическая иллюзия, которая полностью, по крайней мере перманентно, подделывает видимость во всех подробностях, даже может быть сопряжена с элементами временной материализации, телекинеза и психических манипуляций.       Экстрасенсорное восприятие может помочь властелину обнаружить прибывших. Он сможет увидеть сквозь иллюзию, а если не увидит сквозь иллюзию, то интуиция может подсказать ему, что что-то не так. Если властелин обладает способностью гадания, то он может в кофейной гуще увидеть, что в скором времени к нему может быть совершено вражеское проникновение. Именно поэтому я обозначил выше внепричинность, как важную суперспособность — она как раз страхует от коварства кофейной гущи.       Если рассматривать более профанные средства борьбы с проникновениями, то это бдительность разного рода совхозов и бабушек-старушек на лавочках; если властелин управляет сообществом обычных людей или существ с близкой психологией, то ему следует поощрять такое качество как доносительство — ему следует карать того, кто донёс самым последним. Конечно тут есть и обратная проблема — прислужники могут просто завалить систему доносов, в результате нельзя будет найти по-настоящему стоящий донос. Приспешники могут начать выдумывать разного рода троцкистские подполья, на донесения о которых в конце концов прислужники и сам властелин не будут просто прекращать обращать внимание. Это может закончиться тем, что если волк действительно придёт, то никто в него не поверит.       Властелин повелевает силами зла, а силы зла постоянно находятся в состоянии социального дарвинизма. Если армия монстров и варваров может скатиться в междоусобицу и резню прямо на ровном месте, то более цивилизованные приспешники будут вести это более скрыто при помощи аппаратных интриг, особенно такие приспешники могут наплодить огромное количество взаимоонкурирующих родов войск и спецслужб, которые будут друг друга постоянно пихать в самые разные места. Особенно это любят в аниме, изображая эрзац империи Хирохито как постоянную борьбу военной бюрократии и офицерства друг с другом. Яркие примеры — это трилогия Нагаи Го: граф Брокэн настолько ненавидел своего коллегу барона Асуру, что, когда воздушную крепость графа подбили, он приказал её обрушить именно на подводную лодку Асуры; Дюк Флид неоднократно побеждал благодаря тому, что командир Веги, близкий к победе на Грендайзером, получал в этот момент в спину кинжал от своего коллеги. В результате властелин может полностью пролюбить контроль над происходящим — каждое донесение будет пристрастным и будет отражать конкретные субъективные интересы какого-то «штаба» приспешников. Здесь надо понимать, что одно из важных свойств зла — это саморазрушение и стремление к саморазрушению, именно поэтому любая империя зла будет стремиться постоянно рухнуть под грузом собственных противоречий и необузданной борьбы за власть. Именно поэтому быть злым — это плохо.       От социального дарвинизма и саморазрушения наиболее защищённым выглядит «разум улья», так как подобные сообщества построены вокруг того, что вся субъектность концентрируется вокруг самого властелина — в то время, как остальные становятся скорее подобны чистым механизмам, чем живым существам. Такой подход, конечно, зависит от реализации, но в наиболее деструктивных случаях, он может привести к тому, что обычные лоботомированные приспешники будут просто не заинтересованы в том, чтобы вообще реагировать на отряд приключенцев, который идёт уничтожать властелина — если конкретно в данный момент лично властелин им это не прикажет. Если тёмный властелин представляет собой коллективный разум, то в борьбу могут вступить отдельные ячейки этого разума, а это будет даже страшнее, чем все прочие формы социального дарвинизма, потому что тут властелин будет буквально сражаться со своей собственной головой. Ну и самое страшное для такого властелина — если большая часть его рабов лишена свободы воли и подчиняется дистанционно, то хитрый разведчик может выкрасть пульт управления или запустить компьютерный вирус в систему распределения команд (как вариант — использовать ментальные атаки на сверхразум властелина). В таком случае вся армия властелина может в один момент отключиться или повернуть все штыки против него. А чё — они марионетки. Именно так барон Разеши валит профессора Рандо из Getter Robo Gou. Это эрзац доктора Хелла и барона Асуры, только тут правая рука-гермафродит с самого начала является агентом своей цивилизации рептилоидов и намеревается использовать сумрачного гения как своего прокси перед тем, как от него избавиться. Естественно, после его убийства вся армия зомби-киборгов и мехакайдзю перешла под контроль убийц.       В завершении этого вопроса следует задать вот какой вопрос — насколько властелин и его приспешники ожидают тайного проникновения и насколько они хорошо разбираются в средствах этого тайного проникновения? Тут авторы зачастую придумывают некий магический способ, который доступен положительным персонажам, но недоступен отрицательным. Если обосновать почему так, то проблем не возникнет.       Теперь перейдём к самим персонажам, которые совершают тайное проникновение. Насколько они подготовлены психологически к тому, чтобы проникнуть в логово тёмного властелина, где, как предполагается, содержится множество ужасных вещей? Какие-нибудь зловещие лаборатории, где слуги властелина заживо вскрывают людей и ставятся ужасные эксперименты. Дополнительные очки, если у властелина есть инкубаторы — он заставляет человеческих женщин рожать отвратительных солдат-демонов. Если приспешники властелина схватит, то точно устроят участь хуже смерти, либо сотрут прежнюю личность и превратят в очередных солдат демонической армии. Насколько группа проникновения умеет держать себя в руках? Насколько эти люди могут друг другу доверять — что если среди них есть засланный казачок властелина? Готовы ли они прикончить собственных близких, которые нуждаются в ударе милосердия, либо уничтожить этих самых близких, если они были превращены в боевых монстров, лишённых свободы воли?       В качестве примера из художественных произведений, я рассмотрю комикс «Испепелитель» по вселенной WoW [1]. Отряд Дариона Могрейна проникает в летающий некрополь Наксрамас, где живёт Кел-Тузэд и его присные, чтобы освободить Александроса Могрейна, отца Дариона, от учести быть превращённым в рыцаря смерти. Для этого Дарион собирает себе отряд добровольцев: в него входят трое просто бойцов холодным оружием (орчиха, дварф и эльф) и загадочный «человеческий» волшебник Кастиллиан. Он носит стереотипный загадочный балахон, исключительно молчалив и как потом оказывается, он является агентом повелителя ужасов Бальназара, так что возможно, вообще не принадлежит человеческой расе (Кастиллиан успешно переживает смертельную для обычного человека травму, возможно, он — натрезим). Кастиллиан ведёт себя как абсолютно карикатурный шпион — то есть загадочно молчит и абсолютно не способен выдать себя за своего рубаху-парня. «К счастью», он работает на Пылающий легион, а не на Плеть — это засланный казачок от другого сорта говна. Между тем как мы понимаем, маг — это крайне важная боевая единица.       Отряд попадает в некрополь с помощью летающих животных и их появления никто не останавливает. Тут у меня сразу возникает вопрос — всё-таки в этом сеттинге существуют разнообразные взрывчатки, естественного, так и магического происхождения (мана-бомба, которой Гаррош взорвал Терамор), то почему некрополь до сих пор не взорван? Можно, конечно, допустить, что Кел-Тузэд хотел, чтобы отряд Дариона выгрузился, чтобы там всех аккуратно убить и сделать из них рыцарей смерти.       Никто из героев даже марлевых повязок на лица свои не напяливает — а зачем? Ведь некрополь Плети, являющийся источником сверхъестественной чумы, это, как всем известно, гигиенически чистое и безопасное место! Ах, да, шлемов у них, конечно же, тоже нету! Для визуального произведения было бы неплохо придумать какие-нибудь индивидуальные шлемы для персонажей, чтобы читатель мог их легко различать — это было довольно просто сделать, если учесть, что они принадлежат к разным расам. Это ещё стоит отметить — нужно ли брать с собой дварфа, если он бегает хуже, если у него могут быть проблемы с тем, чтобы перемещаться в местной канализации?       Значительная часть охраны — это нецивилизованные монстры. Так Повелитель могил при виде смертных может болтать лишь о том, что он давно не ел свежего мяса, но он не пытается поднять тревогу — зачем? Ему же больше мяса достанется. Ну не могут же они нести с собой какую-нибудь взрывчатку, которой они подорвут всю эту дурацкую летающую хрень?       По поводу местной боёвки следует сказать вот что — те, кто играл в WoW, вероятно, помнят боссов Наксрамаса как больших монстров, которых нужно долго затыкивать отрядом в десять двадцать и даже тридцать человек. Так вот — в этом комиксе отряд в пять рыл за секунды валит эту нечисть! С такой с таким подходом к уровню сил непонятно, что мешает взять человек тридцать и полностью вырезать к чертовой матери всю эту сволочь, включая самого Кел-Тузэда? Монстрам помогают хоть как-то справиться с героями только стелс — при этом мастером оного оказывается внезапно Гроббулус. Этот громадный мясной голем, вооружённый гигантским шприцом, оказывается, в состоянии подкрасться незаметно и пронзить одного из них. Вы представляете, какой шум производила бы только одна работа его гигантских ног?       На руку силам зла играет тот факт, что Дарион оказывается полным идиотом и, похоже, до конца не осознаёт, что его отец должен быть либо мёртв в обычном смысле (как вариант, быть живым, но в таком состоянии, что ему поможет только удар милосердия), либо быть превращён в рыцаря смерти. Поэтому этот идиот начинает нести дрожащим голосом какую-то чушь «отец, что они с тобой сделали?!» — когда видит, что Александрос выезжает против него, мёртвенно-бледный, на инфернальном коне. Идиот Дарион так и не понял, что, оказывается, Король мёртвых превращает живых в своих не-мёртвых слуг, лишённых свободы воли. Вот это поворот!       К слову, этот идиотизм, связанный с превращением в рыцарей смерти паладинов он вообще распространяется даже на глобальный сюжет WoW. Все персонажи считают Артеса виноватым в своих поступках после превращения в рыцаря смерти, как будто у него есть свобода воли и как будто превращение в оного является добровольным выбором.       Надо сказать, что именно рыцари смерти показали себя наиболее эффективными бойцами — они сразу организовались, сели на своих демонических коней и погнали в бой на подходящей для этого площадки. Правда, учитывая местную боёвку, местные рыцари смерти запросто погибают от таких, атак, как попадание метательным топориком в голову — похоже, даже не нужно серьёзно разрубать череп, чтобы убить эту элитную нежить.       Силой сюжета, Дарион побеждает рыцарей смерти и получает ключевой артефакт — меч Испепелитель. К несчастью, он осквернён силами зла, но это ключевой артефакт с помощью которого можно убить Короля мёртвых. Кел-Тузэд, его упустивший, как-то особенно не переживает. И, да, Дарион без особых проблем сваливает с ним из Наксрамаса — какой-то повальный караул никто из мертвецов не поднял.       Единственное, что хорошо сделано в этом комиксе, так это то, что персонажи всё-таки погибают в бою. В остальном тут плохо всё — и этот пример хорош тем, что можно узнать, как почти всё сделать плохо, чтобы потом всё сделать хорошо.       Далее я покажу большой отрывок из собственного фанфика, где мои персонажи проникают в логово Микенской империи, используя почти все подходящие для этого суперспособности.

***

— Пока я спал со своими наложницами и со своей женой, — без запинки начал эльф [Фэанор], — мне приснился вещий сон. Я видел наше столкновение с Микенской империей. — Микенская империя? — Мисато с удивлением моргнула. — Это что-то из области Пунических войн? Цезарь, Клеопатра и Александр Македонский, Кулл Завоеватель, Конан Аквилонский? Простите, я понятие не имею, о чём вы говорите… Мисато захлопала глазами. — В голове Мисато-сан события древнего прошлого смешаны, она не понимает, о чём речь, — пояснил Синдзи. Фэанор пригласил их пройти в зал совещаний, он уже попросил сыновей, жену и наложниц собирать там всех. Там пояснил, о чём идёт речь: — В одном из параллельных таймлайнов вашей Земли — насколько я знаю — цивилизацию Микенов подчинил себе некий Император Тьмы, один из детей Ньярлатхотепа. Он превратил варварские человеческие народы в своих мехакайдзю. Они отправились путешествовать по всему Тричилокосму, чтобы собрать союзников и ресурсы. Моя команда уже пересекалась с ними дважды. Мне приснился сон, что Микенцы нападут на нас. Фэанор выложил на стол свой хрустальный шар, когда он сконцентрировал на нём взгляд, кристалл начал показывать образы из его сна. Для пущей наглядности шар передал их на главные экраны «Wunder». Все увидели, как происходит битва между NERV и гигантскими монстрами, которые содержали в своём облике черты различных животных, людей и механизмов; их доспехи напоминали собой нечто среднее между античной эпохой и стереотипным облачением адских демонов. Сам Микенский Император Тьмы мелькнул в кадре как гигантский огненный элементаль из пламени и тени, чьи черты вырисовывают нечто вроде рельефа мускулатуры. — Айони, ты можешь разведать обстановку? — Рей I повернулась к ней. — Хорошо. Айони вошла в состояние медитации. Её сознание совершило путешествие сквозь пространство и время, астральная проекция прозрела обширные территории похожие на дантовский ад, утопающие во мраке и сере. Но дальше пробиться она не смогла — в дело вступил её астральный двойник: — Если продолжишь своё исследование, то они заметят тебя, — предупредил Айон. — Лучше позови Зорро. Айони сосредоточила ум на его поиске, быстро нашла Дугласа, ибо американец не только не скрывался, но и пытался связаться с NERV с помощью медитации. Субъективно для него почти что не прошло времени с момента расставания с Альфой и Виктором. — Ну давай к нам, дружище! — Айони раскрыла глаза. В этот момент Дуглас получил возможность через её разум материализоваться здесь из ближайшего угла. Он это и сделал, шиноби вышел, поздоровался. — Давайте сходим в разведку, — вдруг предложил Синдзи. — Сами исследует их базу. — А мы не исполним в таком случае сами это пророчество? — поинтересовалась Рицуко. — Микенцы в любом случае союзники Ньярлатхотепа. Говорю, мы же с ними два раза сталкивались, — напомнил Фэанор. — Один раз, когда их Архистратиг пожелал забрать мой Сильмариль. Второй — когда мы очутились в Ихе — на планете CCD — и встретили Кабуто Коджи, пилота из другого таймлайна… Дуглас вмешался: — Я был в таймлайне, родном для этого Коджи, я видел Микенцев в действии — они эквивалент NOD. — Вы можете сходить в разведку, но вернуться быстро и чтобы вас не заметили? — спросила Мисато. — Скорее всего — да, — ответила Рей I. — По крайней мере, если с ними будут Синдзи и Зорро. — Я пойду от нас, — предложил Маглор. — Я специализируюсь в том числе в этом. Я быстрый и мог бы скрыть нашу внешность от них. — Айони, ты можешь создать устойчивую телепатическую связь между нами и ими? — Рей I взглянула теперь на неё. — Могу, но я не хочу переться туда с ними к чёрту на куличики! Рей взглянула на неё с долей строгости в духе: «не время ребячиться, мы в одной команде, другие за тебя тоже впрягаются». — О’кей! О’кей! Уломали! Добрая я, пойду с вами! — решила Айони. — Больше не надо, — молвил Дуглас. — Мы как раз сможете действовать незаметно. — Ну, возможно кое-кого взять ещё стоит, — подумала тут Айони. — Нам не помешает воин доброй удачи. — Чего?! — Тодзи аж шагнул вперёд и закрыл своей спиной Хикари. — Только через мой труп она… — Я не про Эртебиз, дурак. У нас теперь есть ещё один, то есть Саурон нам его любезно одолжил. — Айони имела в виду Сагару Соскэ. Его на этом совещании не было, так как он не принадлежал к фракции NERV. Когда его позвали и изложили ему суть дела, он согласился: — Кроме всего прочего, Микенцы могут угрожать Земной Федерации, так что я поддержу вашу борьбу против них. … К ним ещё напросилась Йоко. Во-первых, она хотела произвести впечатление на Фэанора. Во-вторых, эта боевая проститутка искренне посчитала, что её способность заключать в силовые поля тех, кого ей удалось поразить из снайперской винтовки, будет к месту, если нужно будет брать языка. — В своё время я регулярно посещала лагеря зверян Лордгенома, их после этого брал Гуррен-Дан. Я использовала проституцию в военных целях. Сколько же похабного хохота зазвучало вокруг. Итак, все шестеро собрались просто в разведку — изучить Микелос, базу Микенцев в их родном измерении, похожем на ад. В бой не вступать. Дуглас — в своём стандартом облачении Зорро (хотя буквально на наряд кинематографического Зорро, напомним, эта штука не похожа); Синдзи — в стандартном контактном комбинезоне; Маглор — в своей стандартной униформе, которая напоминает привычную военную, только с элементами классического одеяния мага и рисунками в духе морской волны; Аойни — в тёмном контактном комбинезоне, который накрыт сверху её обычным кожаным плащом со стоячим воротником; Йоко — в своём классическом белом облачении «космической проститутки»; Сагара не менял своего обычного тёмного комбинезона, лишённого каких-либо обозначений. Хотя они собирались скрывать себя с помощью чар иллюзий, сама по себе их штатная униформа указывала на принадлежность к фракции — у Маглора знак восьмиконечной звёзды — семьи Фэанора; у Синзди символ элитного пилота Евы в виде объединения ниспровергнутых литер «ΑΩ»; у Йоко — красные пентакли, говорившие о принадлежности к Спиральным рыцарям (впрочем, сами по себе они были не слишком характерным символом). Фамильяр Айони — ворон Гамлет — был превращён ею в вестника Старших Богов по имени Амано Сиратори. Таковой разместился на крыле «Wunder», в этой форме напоминал собой подобие белого металлического или керамического лебедя. Размах крыльев составляет порядка семи метров, хохолок позолочен. Бронзовый нагрудник защищает туловище. Все шестеро забрались на это ангельское создание (сама Амано была сущностью женского гендера). Айони отправила по ту сторону в Микелос астрального двойника Айона. Он дал Синдзи координаты для физической телепортации. Стоит отметить, что попасть в Микелос и остаться незамеченным пока что мог только настолько сильный псионик, как Айони. Синдзи открыл туда портал Серебряным Ключом, он раскрылся в виде воронки. Только Синзди мог с помощью такой реликвии попасть в то пространство и остаться наземеченным. Сквозь воронку виден пейзаж Микелоса — выглядит пункт назначения как чрезвычайно тёмный простор под тусклым красным небом, где горят две белые звезды; от земли к вышине тянутся уродливые постройки, которые напоминают по своему виду скалы. Их высота достигает десятки или даже сотни километров. Самая высокая напоминает собой замок. Итак, Амано Сиратори пересекла короткий гиперпространственный туннель, вышла незамеченной для всех посторонних приборов и экстрасенсорных средств восприятия. Амано Сиратори вынырнула прямо посреди громадной расщелины внутри твёрдой породы, здесь мог бы разместиться целый городской квартал. Птица пролетела ещё несколько километров со свистом, после чего проникла сквозь расщелину в огромную подземную полость, расположенную прямо под наземным городом гигантских скалистых башен и шпилей. Её заполняли собой коммуникации и строения, сочетающие в себе черты живой плоти и механизмов, чрезвычайно гротескные и демонические по своему виду. В первую очередь через всю эту местность протягивались извилистые магистрали — они были двух видов: привычные мосты и прозрачные трубки, достаточной ширины, чтобы сквозь них могли циркулировать поезда. Также здесь присутствовали телепортирующие платформы. Значительная часть зданий в самом низу имела яйцевидную форму и они напоминали собой гигантские мозги, заключённые в сетчатые и решёточные металлические корпуса; словно кровеносными сосудами, их соединяли эти огромные прозрачные трубки, предназначенные для перемещения грузов. Некоторые трубки выглядели как очень широкие прозрачные колонны, они соединяли землю и потолок, созданный из чрезвычайно твёрдой породы. Через воздух здесь пролетали длинные биомеханические сигары, они покрыты различными зловещими выступами, прямо сквозь отверстия корпуса глядели гигантские органические глаза, с помощью которых эти биомеханические устройства ориентировались. Красноватый мистический туман освещал всё это пространство в дополнение к фосфорическому освещению некоторых элементов здешнего пейзажа. Периодически тут что-то выбрасывало из себя искры, что-то вспыхивало; вредные испарения покидали это место через гигантскую расщелину в своде. Обычный человек не продержался бы здесь ни минуты — мало того, что атмосфера этого места в целом непригодна для привычной жизни, отходы всех здешних предприятий чрезвычайно вредоносны для здоровья. Уровень радиации в разы превышает допустимую норму. Сами постройки Микенской цивилизации на земле приставлены друг к другу очень плотно, между ними невозможно нормальное перемещение — таковое происходит через мосты и трубки магистралей или между крышам этих зданий и сводом потолка. — Я уже привык к Гефронту, меня это не впечатляет, — тихо проговорил Синдзи. — Маглор-сан, должно быть эта архитектура напоминает вам Ангбанд? — Эта архитектура напоминает мне не только Ангбанд, но и любые другие подземные чертоги Валар, вроде чертогов Мандоса или Ниэнны. Первородная Раса, как вы её называете, использует одинаковую архитектуру для возведения таких гигантских подземных пространств. Айони обратилась к воспоминаниям Айона: — Саурон в древности на Земле прокладывал такие «местечковые» Геофронты. Когда он правил Великой расой Йит, он использовал такие для запечатывания Летающих полипов, а потом — для хранения своих Евангелионов и прочих ресурсов. — Вы планируете обнаружить все наиболее значимые источники сверхъестественной субстанции и собрать о них данные, — Сагара озвучил этот набор слов без вопросительной интонации, но по всей видимости это всё же был вопрос. Он обещал по общему правилу полностью подчиняться им и не иметь своего мнения. — Да, давайте сделаем так, а заодно — осмотрим их командиров. Выясним, какой у них уровень сил, — сказал Дуглас. Собственно, накануне они договаривались действовать где-то так, но никто не был уверен в том, что будет представлять собой это место, потому разведчики решили действовать по обстоятельствам. Единственная чёткая договорённость заключалась в том, что они отступают при появлении любой серьёзной опасности и никого не бросают — они скорее вырежут весь Микелос, чем оставят тут хоть одного соратника. Фэанор взял с Синдзи слово, что он не оставит там Маглора, а также пообещал лично туда вломиться, чем ему что-то не понравится. Все шестеро сразу спрыгнули с Амано Сиратори, она превратилась обратно в ворона, Гамлет сел на плечо Айони. Айон пока растворился в её подсознании, но мог появиться по необходимости даже материально. — Йоко, я не вижу, с кем ты могла бы переспать, — чисто в силу эмоционального напряжения. Айони решила по этому поводу съязвить. Йоко захихикала и указала на ближайший предмет, который мог хотя бы отдалённо напоминать привычное живое существо: — Ну, вон так летающая сигара с глазом выглядит симпатично! — Я бы на вашем вместе держал языки за зубами, чтобы не спровоцировать конфликт, — предупредил Сагара. — Давайте вслушаемся в здешний астральный фон, — Синдзи закрыл глаза. Дуглас уже вслушивался в него. Сагара закрывал голову шлемом, перед глазами у него выступили различные обозначения и показатели. Он не обладал достаточно развитыми астральными чувствами, чтобы ориентироваться в этой сфере, и ему помогала соответствующая электроника, созданная Сауроном. Айони могла глубже всех в силу своей первоначальной ангельской природы ощущать незримый мир. И он ей здесь совсем не понравился: в голову сразу ударили злоба и ненависть; микенцы презирали всех низших существ, но при этом сами тряслись в ужасе при виде своего Императора Тьмы. Ужасный завоеватель миров бредил манией величия, его злые мысли извивались миазмами в окружающем психическом пространстве. Ещё накануне их операции, Дуглас рассказал вот что: — Микенский Император Тьмы, от котором идёт речь, прожил вот такую жизнь. Ньярлатхотеп зачал его в конце XIX века от дешёвой проститутки в Германии. При рождении он получил фамилию Хинкель. Юный Хинкель всюду подвергался унижению, насмешкам и презрению за свою уродливую внешность. Это воспитало в нём ненависть по отношению к внешнему миру. После Второй Мировой войны Хинкель нашёл остров в Эгейском море под названием Бардос. Там он нашёл останки древней микенской цивилизации, а со временем понял, что сам остров представляет собой гигантский «инопланетный» корабль. Бортовой органический мозг этого корабля в своё время превратил в боевых монстров некоторую часть исторической Микенской цивилизации. Хинкель чувствовал своё духовное единство с органическим мозгом, который управлял всем Бардосом. Хинкель взял себе имя «доктор Хелл». Потом он вступил в борьбу со всем внешним миром, он сражался с супер-роботом Мазингером. В результате Войны Мазингера, как её итог, тело Хелла было полностью уничтожено, кроме головного мозга, а Бардос отправился в далёкое прошлое. Чтобы на новом повороте Колеса Сансары Хелл, рождённый от шлюхи, снова нашёл Бардос и себя самого в виде бортового мозга — и начал сначала весь цикл, Родно Уробороса. Эта Бутылка Клейна, космическая конструкция, внутри которой была скручена временная петля, была создана Ньярлатхотепом в качестве космического яйца для выращивания могущественных богоподобных тиранов и демиургов, способных распространять войну и хаос по всему Тричилокосму. Из него вылупились Мазингер Зеро и Микенский Император Тьмы. Микенский Император Тьмы представляет собой гигантское существо, чьё физическое тело — продукт демонической технологии, но его сердце — сердце человека, озлобленного на весь внешний мир. Если вы хотите, чтобы он взбесился и, возможно, в порыве гнева уничтожил всех своих приспешников, просто назовите его «Аденоид Хинкель». — Мои воспоминания о прошлой жизни подсказывают мне, что доктор Хелл один раз атаковал даже Геофронт, — Синдзи смог оживить в голове эти воспоминания, слушая Дугласа. — Он атаковал Токио-3 армией мехакайдзю, а когда проиграл, то сошёл с орбиты на своём гигантском космическом корабле, но был побеждён. Он не показался особо сильным противником. [2] — Это вы встречались с его «смертной» инкарнацией. Император Тьмы не должен уступать ни тебе, ни Курво, ни Симону, ни всем вам, самым элитным. Аойни сейчас вслушалась в гнев и страх микенцев. Маглор вслушался в механистическое безразличие этого места и в глубокие негативные эмоции, которые за ней скрывались. У эльфа это вызвало такое отвращение, что он решил по возможности больше не вслушиваться в здешнюю сферу незримого плана. Йоко обладала слишком глубоким материальным элементом, потому не могла вслушиваться в духовный мир, и Маглор и Айони ей дружно позавидовали. Они предпочли бы валяться в грязи, подобно свиньям, чем вслушиваться в духовные эманации Императора Тьмы. У Синдзи было слишком много материального элемента, чтобы он мог глубоко вслушиваться в духовный мир, но он всё же мог ощущать яркие источники сверхъестественной энергии. Синдзи немного постоял с закрытыми глазами без движения, после чего раскрыл те и отдал приказ нанороботам. Ткань комбинезона открыла его ступни и впиталась целиком в щиколотки, оставив Синдзи полностью босым. Сквозь магические нервы ног, он мог значительно лучше вслушиваться в окружающее пространство. — Ой, Синдзи! Я бы многое отдала, чтобы не бегать босиком по такому месту! — для Айони, с её уровнем погружения в незримую реальность, всё выглядело так, как если бы Синдзи начал бегать босиком по говну в канализации. — Ничего страшного, — Синдзи улыбнулся ей и показал большой палец, — во мне слишком много материи, я не настолько хорошо ощущаю экзистенцию этого ада. Маглор ещё раз позавидовал бездуховности Синдзи. — Все мои ощущения с головного мозга записываются, — пилот Евы-01 указал на зажимы на голове. А что Дуглас? Как шиноби Акушинкагэ, он легко мог отбросить всё человеческое, слишком человеческое, чтобы глубоко вслушаться в любую ментальную экзистенцию, какой бы ужасной она не была. Дуглас умел переделать себя в бесстрастного буддийского наблюдателя. Он всегда для важного дела носил маску, которая закрывала верхнюю часть лица, в том числе глаза, так как он считал привычные материальные органы чувств скорее помехой. — Давайте начнём с того места, — указал Дуглас. — Осмотрим покои Императора Тьмы и высокопоставленных Микен, возможно, что-то узнаем про их ближайшие замыслы. Отряд двинулся в узкую расщелину, которое было невозможно заметить без экстрасенсорных способностей. Прошли сквозь неё по одному. Маглору с его ростом пришлось протискиваться особенно сложно. К счастью, эльфы умели передвигать кости и манипулировать своими мышцами, чтобы протиснуться даже через очень узкие проходы. Отряд очутился посреди очень хорошо освещённого и далеко идущего туннеля — с металлическими полом и стенами, большую часть потолка занимали огромные лампы, похожие на иллюминаторы космического корабля. Здешняя архитектура отдавала инфернальностью — всевозможный декор, намекающий на рога, шипы, когти, острые рёбра и костные структуры позвоночника то и дело попадался на глаза, и до невозможного гармонично он соответствовал стройным и лабораторным пространствам. В глазах всё время пестрили разнообразные технические детали всего этого многообразия. Синдзи первым заметил приближение посторонних — остальные не обратили на них внимание, потому что те субъекты не обладали никакой метафизической субстанцией, значимой для них. Навстречу вышли за одним из поворотов первые обитатели этого футуристического царства Аида. К удивлению, они выглядели как люди. Вернее — не совсем. Микенцы-«лилипуты» оснащены доспехами в греческом стиле — с коричневой броней на торсе, красной юбкой, оранжевыми поддоспешниками, чёрными нарукавными повязками и красными перчатками и ботинками. На голове — шлем в форме черепа с большой парой оранжевых рогов, направленных вверх, с чёрными линзами для глаз и чем-то, что кажется чёрным макияжем, нанесённым так, чтобы напоминать клыки. Видны частично лица белокожих людей — мужчин. Все где-то одного роста — 185 сантиметров. Благодаря чарам Маглора, отряд выглядел для микенцев «как свои» — в зависимости от того, кто за ними наблюдал, он видел в них тех, кого ожидал увидеть как наименее неприметных своих. Таким образом для большей части наблюдателей все шестеро выглядел как вот эти «черепоглавые» солдаты-рабочие. Дуглас пояснил: — Эти аиданафты — киборги, которые клонируются и создаются на основе биологического материала жителей древней античной микенской цивилизации. Они запрограммированы быть фанатичными рабочими и пехотинцами. Они хотят выслужиться перед своими гигантскими начальниками, потому что за это их могут превратить в полноценных мехакайдзю — имплантируют их мозг в гигантское тело, дадут индивидуальное имя. Аиданафты — самые многочисленные жителей Империи, они главным образом обслуживают эти коммуникации и предприятия, управляют военной техникой и иногда даже участвуют в боях в качестве мелкой пехоты. Аиданафты — полный аналог Стальных масок Бардоса, зомби-киборгов, которых доктор Хелл во время Войны Мазингера делал по методу Герберта Уэста. — Маэдрос рассказывал, что он, отец, Тихо и Лабан сталкивался с Микенцами в Ихе, — вспомнила Маглор. — Маэдрос рассказал, эти аиданафты ломились на него плотным строем, не считаясь с потерями. У них нет свободы воли? — Есть — она им нужна, чтобы они хотели выслужиться — чтобы они могли метафизически эволюционировать в полноценных мехакайдзю. Но аиданафты с момента изготовление осознают, что их индивидуальная жизни не значит вообще ничего. Вся их личность целиком подчинена государству. И их это устраивает, они даже не способны представить себе альтернативную жизнь; они созданы радоваться тому, что они не более чем маленькие незначительные механизмы. — Это отвратительно! Я готов уничтожить этого Микенского Хирохито только за то, что он создал подобную форму жизни! — выпалил Синдзи. — Как можно взять такую удивительную великую вещь, как человеческая личность, и сделать из неё такое?! — Син-тян, я с тобой полностью согласен, — поддержал Маглор (он хотел обращаться к нему как можно более по-простому, но от тысячелетнего эльфа это «Син-тян» звучало очень смешно). — Мне глубоко отвратительна машиность подобного, но для меня этого ещё недостаточно, чтобы стремиться уничтожить Микенского императора. В конце концов, он никого не лишал счастья и свободы — он создал этих существ теми, кто доволен своим положением. Фэрнсбек решил высказаться: — С точки зрения учения Чёрного лотоса, которое я разделял, у всех живых существ не больше свободы, чем у этих творений Микенского тирана; наше существование столь же отвратительно, как и их существование. Меня учили становиться бесстрастным буддийским наблюдателем, который прекрасно осознаёт эту истину, просто благодаря возможности беспристрастно окинуть взором всех живых существ в Сансаре. — Не надо лишний раз это озвучивать, — Айони с неприязнью на него взглянула. — И без того тошно. — Прости. Отряд вышел на балкон, откуда открывался вид на гигантский цех — здесь двигались конвейера, где множество механических рук выполняли свою работу, в деле активно участвовали многочисленные парящие в воздухе дроны, а за всем этими следили обычные аиданафты. Со стороны можно было поразиться тому, насколько неподвижно они готовы стоять, когда не требуется их участия в каком-либо деле. Они подобны манекенам в те моменты, когда их руки ничем не заняты. — Какой ужас! Правящий класс сделал себе идеальных рабов-пролетариев. Они никогда не задумываются, что у них есть классовые интересы! — Синдзи положил свои руки на перила балкона. — А кто-то ещё хочет сказать, что номенклатура — это не правящий класс угнетателей. Дуглас возразил: — Синдзи, чисто технически, гигантские микенцы никого не угнетают. Угнетением пролетариата можно назвать ту деятельность, которая ощущается самим пролетариатом как негативная. В свою очередь никто из них не ощущает свою жизнь как нечто негативное. Они находятся в абсолютном рабстве «тьмы, что была прежде». — Нет-нет! — Синдзи резко покачал головой. — Я сам гедонист и ничего не имею против выращивания расы, которая будет получать удовольствие от кручения гаек на заводе. Я за то, чтобы они могли увидеть альтернативный образ жизни и подумать, хотят ли его поменять? Я хочу, чтобы у них была такая возможность. — Да, — поддержала Йоко, — на нашей планете выращивают многочисленных зверян, их делают желающими делать что-то своё, но за ними оставляют свободу. Они могут отработать свою рабочую повинность и в дальнейшем уйти с этой работы. Это не рабы, это хему [3], а у них — рабы! — Я тоже с этим согласен, — поддержал Маглор. — Нужно уважать свободу выбора любого одухотворённого субъекта. Уважение субъектность — это основа морали. Если мораль микенцев отказывается от этого принципа, то я отказываюсь считать её моралью. — У микенцев нет морали в нашем смысле, — заговорил Дуглас. — Всё их сообщество постойно на страхе и тирании Императора Тьмы. Они отказались от своей субъектности в пользу его воли из-за трепета перед его могуществом. — А если мы убьём сраного Хирохито? — подумал Синдзи. — Если мы докажем им, что он не такой крутой перец, как он о себе думает? Дуглас ответил: — Боюсь, у микенцев очень силён Стокгольмским синдром — так что они по-прежнему будут верны Императору, даже если он будет слаб и разгромлен. Микенцы рабы по духу в такой же степени, в какой они рабы по плоти. Насколько мне известно, Микенцы очень много времени путешествовали по всему Тричилокосму без него, они хранили верность своему Повелителю, они дожидались его возрождения. Но идея хорошая. — В таком случае давайте постараемся не убивать этих микенцев, — подумал Синдзи. — Наз главный враг — Микенский Хирохито. — Синдзи, — подумала об этом Айони, — возможно, знаешь, нам следует вести себя более грозно и брутально, если мы победим Микенского императора. Нам следует пригрозить Микенцам смертью, если они нам не подчинятся. Их разуму будет легче принять нового Тёмного Властелина, чем либераху. — Если хотите знать моё мнение, то я против: это противоречит высоким моральным принципам, которые я стараюсь разделять, — сказал Маглор. Айони не удержалась: — Именно поэтому ты добровольно соблюдал Клятву, которая предполагала убийство себе подобных? Только из любви твоего папаши к блестяшкам? Она сильно задела Маглора, это было подобно посыпанию открытой раны солью. Это аж видно по его лицу. — Немедленно прекрати разобщать нашу команду во время операции! — Сагара хлопнул Айони по плечу так, что Гамлет, сидевший на соседнем, испугано каркнул. Сама Айони ощутила это как слабый, но чувствительный удар: — Эй! Я дело говорю! О какой морали может идти речь, если мы на войне?! Мы должны победить нашего врага любыми средствами. Я считаю, мы должны надрать задницу Императору Тьмы, а потом показать себя этим Микенцам такими же жестокими тиранами, даже более жестокими и ужасными! Тогда они нам точно подчинятся, мы станем микенскими повелителями! Их ресурсы умножат наши силы! Маглор нашёл что сказать: — Если мы не будем подчиняться нормам морали и опустимся до наших врагов, то мы сделаем так, как хочет Ньярлатхотеп. Лабан Шрусбери рассказывал, что Ньярлатхотеп предпочитал разрушать миры и цивилизации, стравливая их защитников своей ложью. Он специально ставил защитников такие условия, что для них эффективно было поступать аморально; в конце концов даже после победы, эти герои оставались развращены принципом «цель оправдывает средства». В таком случае они сами разрушали то, что они когда-то защищали; и Ньярлатхотеп радовался этому потому, что торжествовала истина, которую он возвещает. Таким образом Ньярлатхотеп превратил Мелькора в Моргота, а также превратил Макариоса и Мэассэ в своих кровожадных богов войны. Айони, если у тебя нет дальновидности, то, пожалуйста, подумай над моими словами. В конце концов, пусть и косвенно, Ньярлатхотеп стоял за всей трагедией с Сильмарилями. Ньярлатхотеп превратил меня, отца и братьев в братоубийц ради желания утвердить истину Чёрного Блага. Дуглас поддержал: — Если хотите знать, то я на стороне Маглора и Синдзи; в идеале мы должны избавиться от Микенского императора, но уговорить добром его подданных, а точнее рабов, последовать за нами. Айони, представь это как игру в крестики-нолики. Каждый наш поступок ставит крестик или нолик. Если мы наберём слишком много очков в сторону Ньярлатхотепа, то мы станем его рабами. — Моя прошла инкарнация стёрла из истории Земли целую цивилизацию, — сказала Айони. — Так что я, скорее, ближе к нему, чем все вы вместе взятые. Если это так, то я уже проиграла. — Айони, я стирал целые цивилизации на протяжении временной петли, — Синдзи очень дружелюбно положил ей руку на плечо и посмотрел в глаза. — Пока танцевал Уроборос, я очернил свою карму невероятным количеством плохих поступков. Я даже задушил и изнасиловал мёртвую Аску. Если бы мы не могли прощать себе свои грехи, то у меня не было бы искупления. А я верю, что я искуплён от прошлых грехов. — Давайте всё же вернёмся к делу, — поторопил их Сагара серьёзным голосом. — Я хочу побыстрее покинуть это место. — Согласна. — Йоко ещё раз вгляделась в то, как ровно стоят рабочие в этом цеху. — В своё время я была во многих лагерях зверян Лордгенома, но это место мне нравится ещё меньше. Там я могла прикинуться слабой и беззащитной, могла соблазнить, могла что-нибудь пообещать, но эти истуканы лишены всего человеческого. Все оставили балкон и прошли по коридору дальше. Дуглас, Маглор, Синдзи, Айони и Сагара — все, кроме Йоко, могли представить себе это место за пределами прямой зоны видимости. Маглор и Айони видели больше его общую структуру, Синдзи и Сагара — локальную, Дуглас — оба два. Йоко могла задействовать для облегчения ориентирования оборудование, которое использовал Сагара, но сейчас она пока не стала прибегать к нему. Ориентируясь на стремление найти источник сверхъестественной силы, они вышли на следующий уровень этой подземной обители. Для этого воспользовались магистралью. По ней проносились различные машины, у них не было колёс, они очень низко парили над поверхностью. Похоже, в основе их движения лежал принцип электромагнетизма. Такие машины, каждая размером с автобус или даже больше, сбавляли свою скорость возле остановок. На них буквально запрыгивали на ходу рабочие, прикреплялись своей магнитной обувью. Они всегда проделывали это безошибочно ловко. Конечно, существовал некий риск, что они могли улететь куда-то не туда и травмироваться, но всем было наплевать на их комфорт — Машина была важнее, чем люди, которые её обеспечивали. У всех, кроме Сагары, не было магнитов на подошвах, но метафизически развитые бойцы могли, благодаря своей сверхъестественной воле, удержать себя на одном месте. Их машину выбрал Сагара — он полагался сугубо на свою интуицию, используя свою силу воина доброй удачи, положился на манипуляцию вероятностью: именно эта машина должна была привести их к цели. Она ехала прямиком к гигантской конструкции, которая напоминала собой колоссальных размеров роботизированного гуманоида, восседающего на троне. Верхняя часть всего тела представляла собой гигантскую площадку в виде морской звезды, к её центру присоединялась столь же гигантская прозрачная колонна. Руки этого монстра представляли собой конические буры, на уровне груди у него зиял гигантский циклопический глаз. Ноги казались согнутыми и одновременно они сливались с огромным количеством коммуникаций и мостов, которые были подведены к подножью этой конструкции. Айони постоянно вникала в здешнюю ноосферу, одновременно обеспечивая им сокрытие — их нельзя было обнаружить с помощью экстрасенсорики. — Это исследовательский центр графа Брокэна. Там находятся все данные об этом месте — если мы сможем их скопировать, то, можно сказать, наша миссия завершена. — Граф Брокэн? — взглянул на неё Синдзи. — Это не похоже на имя и титул древнего грека. Дуглас пояснил: — Я короткое время действовал в их таймлайне во время Войны Мазингера. Я знаю, что граф Брокэн происходит из современной Европы, он — один из соратников человеческой инкарнации Императора Тьмы — доктора Хелла. Брокэн был предводителем прогитлеровских белогвардейцев или типа того, он командир корпуса Железного креста — это наиболее человекоподобные из приспешников Бардоса. Эти люди собирались из левых и правых радикалов, прямо как Братство NOD, так что они любят эстетику нацистов и белогвардейцев. Машина остановилась внутри гигантской стоянки, из неё вышли полностью одинаковые люди — клоны, носившие униформу, которая действительно напоминала собой некую смесь нацистской и белогвардейской. Пользуясь знаниями Виктора, Синдзи мог сказать, что их крест называется георгиевским. Дуглас объяснил, что Железные кресты используются как командиры, элитные десантники или как учёные, но не как рабы или пехотинцы аиданафты. У них полностью присутствует свобода воли. Разведчики вошли в помещение, где в глаза бросалось очень много тёмных тонов, но где при этом очень ярко горели неоновые лампы. Обычно такие располагались на потолке и напоминали собой иллюминаторы, открывающие вид куда-то на солнце. Отделка стен и потолка включает в себя символические изображения георгиевских крестов. За столами и компьютерами сидели бледные учёные в белом, их головы закрывали тёмные шлемы. Один из учёных снял один такой, обнажил мозг, разъёмы прямо зияли среди извилин. Киборг безошибочно вставил себе туда небольшую флешку (возможно, какой-то другой предмет). Как догадались ребята, в этом обществе нет никаких письменных приказов и донесений, вся информация постоянно циркулирует из одного мозга в другой. Тем не менее эти киборги иногда всё же переговариваются друг с другом — при этом в качестве языка используют современный немецкий! Дуглас предположил, что для сознания, которое пропускает сквозь себя огромное количество информации компьютерного толка, она вся сливается в монотонный поток, потому от него отстраняются, используя устные приказы и устное общение. Все подошли к громадным металлическим дверям. Никто пока не знал, как их открыть, так как для этого требовалось послать сигнал со встроенных имплантов. Внезапно двери сами открылись и пропустили огромную левитирующую платформу, на ней размещались гигантские прозрачные ёмкости. Внутри каждой такой заключалось отвратительное существо: зелёное и тёмное, оно напоминало собой осьминога с одним глазом, по бокам — сложены крылья, среди щупалец виднелся зубастый рот. Дуглас прояснил: — Это кедоры — потомки Ктулху и Ньярлатхотепа. Они запрограммированы пробираться на вражеские базы, брать под контроль вражеские мехи, а также пилотировать некоторые мехи Микенцев. Насколько я знаю, они крайне фанатичны, так что даже сами Микены их боятся и вне боя держат в анабиозе. Одна из кедор дрогнула своим циклопическим глазом, она смогла почуять неладное, а потому злобно и фанатично зашевелилась внутри ёмкости. Ближайшие подданные Брокэна, одинаковые с лица бледные клоны, носящие некую футуристическую смесь облачений гитлеровцев и белогвардейцев, немедленно начали предпринимать по этому поводу какие-то действия. Похоже, они попытались наполнить ёмкость успокаивающими веществами. Одноглазая кедора от этого только ещё больше взбесилась, потому разбила свою ёмкость и выпрыгнула наружу. Её щупальца немедленно покрылись острыми когтями, она вонзилась в тела окружающих и подняла их над собой! Сюда прибежало несколько Железных крестов, носящих облачение боевого толка — они принялись стрелять дротиками с успокаивающим веществом. Кедора успела мстительно взглянуть в сторону пришельцев перед тем, как отрубилась. — Маглор, ваше заклятие ведь не изменяет наш облик фактически? — уточнила Йоко. — Нет, в реальности мы такие, какие мы в реальности. — Но вы говорили, камеры видят иллюзию… Как работает ваша магия? И они не могут её развеять? — Сейчас мои чары редактируют восприятие любого, кто может на нас посмотреть. Мои высшие чары рассматривают окружающую нас реальность как совокупность мелодий в высшем измерении. Большинство способов, которые позволяют видеть сквозь иллюзии, ориентируются на отслеживание акта воли иллюзиониста. Но наша эльфийская магия позволяет сделать это акт воли чрезвычайно незаметным. Потому что в основе нашей магии лежит не желание приказывать, а желание дополнять реальность. Реальность Микелоса сотворена волей Микенского императора, но я могу её дополнить от себя. Он привык с силой приказывать, а я привык скромно просить. Таким образом сама реальность Микелоса может, незаметно для них, очень долгое время редактировать видимое так, как я её попросил, и микенцы не найдут моё вмешательство, если им не опустится до кого-то, кто умеет скромно просить. Йоко и Синдзи очень внимательно вслушались в такие слова. Айони аж фыркнула: — Лично я привыкла повелевать, а не просить! — Саурон рассказывал мне об этом, — вспомнил Сагара. — Он говорил, что с помощью творческого подхода можно добиться гораздо большего, чем с помощью властного повеления, но для этого необходимо полностью отречься от воли к власти. Саурон признавался, что он не может повторить подобное колдовство, точнее может, но с трудом. Полагаю, никто из микенцев не способен его повторить. Дуглас подумал вот что, пока они дальше спокойно шли по коридору (их вёл Сагара, полагаясь на свою интуицию воина доброй удачи): — Возможно, когда Хинкель поймёт, каким образом мы его обыграли, он будет бесноваться до тех пор, пока не уничтожит всю реальность, которую он сотворил. Ведь он сотворил Микелос только для того, чтобы тут единолично всем править. Когда он узнает, что даже его маньямирок ему полностью не подчиняется, то это вызовет его гнев. Ведь его гордыня абсолютна, она уступает только его воли к власти. Во всяком случае, насколько мне известно Хинкель, готов пресмыкаться перед Ньярлатхотепом ради своей власти. Ньярлатхотеп, насколько мне известно, испытывает огромное удовольствие, когда третируют и размазывает своими словами своего отпрыска. — Ньярлатхотеп ненавидит своего отпрыска? — спросила Йоко. — Нет, Ньярлатхотеп не испытывает ненависти, — Дуглас покачал головой, — Тёмный Будда слишком возвышен для этого. Думаю, Ньярлатхотеп испытывает только беглое презрение ко всем, кроме себя. Возможно, Хинкеля презирает гораздо больше, чем остальных своих приспешников. Насколько мне известно, Ньярлатхотеп обожает подстраивать падение тех своих приспешников, которые одержимы манией величия. Думаю, Ньярлатхотеп когда-нибудь нам или кому-то ещё сольёт Хинкеля — пусть хоть даже ради собственного удовольствия. Айони коварно блеснула глазами: — Я бы даже оставила Хинкелю какую-нибудь записку, полную оскорблений, но от имени кого-нибудь из других наших врагов, чтобы этот идиот обрушился на них. — Думаю, он понял бы, что это подстава, начал бы искать настоящих, — возразил Сагара. Он становился в очередной раз посреди развилки коридора, после чего указал в ту сторону, куда ему хотелось пойти. Пройдя ещё метров сто, все поднялись с помощью специальной платформы к терминалу. На высоте нескольких этажей, там разместилось сразу множество платформ, которые все были покрыты оборудованием для контроля комплекса. Здесь стояло огромное количество Железных крестов, они не нуждались в сиденьях — могли по крайней мере долгие часы стоять в одном положении — и всё оборудование было так расположено, чтобы им мог удобно пользоваться стоящий мужчина. Оно представляло собой просто интерактивные панели без кнопок, оно управлялось касанием рук на манер гигантских смартфонов. Некоторые важные вещи отображались голограммой для всеобщего обозрения. В самом центре помещения стоял сам граф Брокэн. Вернее, стоял и парил одновременно: у него было несколько тел. Его основное тело представляло собой парящую платформу, на которой размещался гигантских размеров человеческий мозг, утыканный огромным количеством проводов. Всё это — чуть меньше легкового автомобиля по размерам. Спереди Брокена складки тканей образовали отвратительную физиономию, один глаз был большим и механическим, второй — органическим, маленьким злобным и мерзким; ниже них — нос как у гориллы, ещё ниже — очень широкий рот с зубастыми губами. Зубы росли прямо из губ, по ту сторону не было привычного рта. Похоже, Брокэн только использовал эту особенность своей физиологии для имитации человеческой речи. Синдзи он до боли напомнил Паука-босса из Doom. — «Интересно, есть ли ещё такие брокэны, но маленькие?» Дуглас сказал, что граф погиб во Время второй мировой, но Хелл вернул его к жизни в виде дуллахана-киборга, обладавшего мощными психическими способностями; сейчас Брокэн эволюционировал в сторону ещё меньшей человечности. Но полностью он не оставил свою человеческую природу. Рядом с ним — с полдюжины безголовых тел, это были человеческие по виду тела, облачённые в униформу, похожую на нацистскую и белогвардейскую, только более помпезную, чем вся остальная такая одежда у подручных. Эти тела управлялись графом телепатически, похоже, они могли выполнять функцию его рабочих рук, глаз и ушей в отдалении от его настоящего тела-мозга. Кроме этого, прямо по бокам от его парящей платформы, стояла пара сексуальных белокурых красавиц в откровенно обтягивающей тёмной нацистской униформе. — Интересно, они сношаются с членами его безголовых тел или как-то ещё? — взглянула на них Йоко. Они обсудили ещё раз свой план, приготовились к его осуществлению, но тут в помещение вошла ещё одна группа народу. Это были какие-то люди в тёмном облачении, которое напоминало собой греческие доспехи. Вероятно, обычные клоны, но отличные от «крестов» и аиданафтов. Их возглавлял предводитель — мужчина ростом два-три метра, выглядит как мужчина с длинными чёрными волосами, носит диадему похожую на рога демонов, большую часть его тела закрывает собой кожаное чёрное брутальное одеяние, под ними — что-то вроде тёмной футуристической стилизации под греческие доспехи. У этого субъекта тёмные брови, присутствует намёк на бородёнку по краям подбородка. — Это барон Асура, — Айони считала его ауру. Как только барон Асура подошёл к графу Брокэну, то сразу поинтересовался: каковы причины брака кедоры? Брокэн напомнил, что это первый брак за несколько лет производства новых кедор, так что никакой особой вины в этом нет. Благодаря Айони, отряд разведчиков внимал этому разговору. К слову, чародейское искусство Маглора скрывало их разговоры от посторонних. Дуглас пояснил: — Барон Асура — это серия клонов, созданная на основе двух жрецов древних Микенов. Насколько мне известно, по крайней мере один клон вышел из-под контроля. Но обычно Асуры фанатично верны Императору, они истеричны и суетливы, но Императору это нравится, потому что остальные слуги для него слишком скучны. Пока Дуглас это пояснял, барон Асура крутанул головой на сто восемьдесят градусов: волосы переползли со стороны затылка на лицо мужчины, полностью закрыли его; на бывшем затылке появилось женское лицо, более бледное и стервозное: — Брокэн! Представляешь, что было бы, если бы мы поручили именно этой кедоре подчинить стратегически важного супер-робота? — начла баронесса Асура. — Предоставляешь, чтобы от нас осталось, если бы это были Демонбейн или Ева-01?! Её голос до боли мучил слух. Брокэн со злобой выпалил, активно брызгая слюнями со своих зубастых губ: — Если бы нам нужно было выполнить эту задачу, я бы тщательно отобрал кедору! Не нужно ко мне придираться по мелочам, Асура! Иди и слушай музыку! Император хочет подобрать мелодию для сна, иди и ищи для него нужные мелодии! У тебя есть работа! Выслушав эту речь от Брокэна, Асура удалился в компании своих ближайших прихвостней. Дуглас быстро подкорректировал их план, после чего первым подошёл к Брокэну, вежливо поклонился: — Граф Брокэн. — Чего надо?! — Нам велено отобрать мелодию для нашего Повелителя, чтобы он мог хорошо поспать… — Это к Асуре! Вы же сами видели, как он пришёл ко мне мозолить глаза! — Граф Брокэн, мы считаем, что вы более подходящий слушатель-дегустатор. Барон Асура слишком неуравновешен, только ваш высокий ум мог бы, на наш взгляд, оценить эту мелодию… Брокэн легко повёлся на лесть Дугласа: — Я слушаю! Мерзкий летающий мозг-кибор аж улыбнулся. Айони, Йоко и Сагара расступились: Синдзи материализовал виолончель в руках, Маглор выступил рядом с ним, держал позолоченную арфу. В глазах Брокэна они отразились как низшие клоны-приспешники, одетые в красивые чёрные костюмы. Доктор Хелл обожал, когда слуги сопровождают минуты его покоя живым оркестром. Они зазвучали — эльф ещё запел. Все подверглись гипнозу — низшие приспешники делали свою работу так, как если бы ничего не происходило. Брокэн закрыл органический глаз, его красотки-близняшки просто завалились на плечи безголовых истуканов, засопели. Убедившись, что Брокэн заснул, Айони подошла к нему, взялась рукой за платформу, другой — за Сагару. Информация побежала сквозь неё в компютеры воина доброй удачи. Айони быстро позволила открыться разъёму в стороне — команда отдана с головы Брокэна. Дуглас подошёл туда, высыпал туда нанороботов, они адаптировались под разъём, начали выкачивать прочие данные. Йоко стояла у входа и наблюдала за происходящим. Маглор и Синдзи на всякий случай продолжали играть дуэтом. Разведчики потратили на всё это минут пять, информация ещё скачивалась, решили, что пока хватит. Тогда привели Брокэна в состояние бодрствования. — Хорошая тема… — граф разлепил органический глаз. — Я её даже не слушал, я спал. Обязательно сыграйте для Асуры, чтобы он побольше спал и перестал меня доставать! Отряд наших разведчиков вежливо поклонился и покинул помещение. За ними внезапно увязался один из безголовых тел Брокэна. Когда разведчики вышли, у этого тела в качестве голограммы появилась человеческая голова — это появился мужчина, лет за тридцать, очень поразительный, стальной взгляд прямо как у Фэанора, только более коварный и хищный. Серебряные длинные волосы, важный головной убор. — Стойте! Я видел как вы скачиваете данные, усыпив Брокэна. Кто вы такие? Сразу же все дрогнули, кроме Дугласа. Тот жестом показал всем бездействовать, вышел к нему и поклонился: — Мы — агенты внутренней безопасности. Мы проверяем внимательность всех чинов. — Я — фюрер Дьюи Новак, заместитель министра разведки Аргоса; почему мне неизвестно об этой проверке? — Разве правой руке полагается знать, что делает левая? — спросил Дуглас абсолютно уверенным голосом и абсолютно непоколебимым. Сам фюрер аж промолчал несколько секунд. — В таком случае я верно выполнил свою работу. А вот Брокэну я не завидую. Видать, нас будет ждать очередной акт брокэнбола. Дух Новака покинул эту марионетку, безголовое тело вернулось обратно. Дуглас объяснил: — Такие аватары, похоже, используют все Микенцы, чтобы вмешиваться в деятельность существ человеческого размера. Их госбезопасность держит под контролем все эти куклы, чтобы отслеживать деятельность всех своих. — Думаю, когда Ымператор поймёт, что мы его затроллили, то играть он будет с тобой, — Айони смогла почувствовать, что Новак имеет в виду: всякий раз, когда начальник желал наказать Брокэна, то он приказывал публично своим слугам играть в футбол его летающей головой. Отряд покинул исследовательский центр Брокэна. Дуглас сказал, что Новак будет теперь бдителен, так что им сейчас лучше покинуть Микелос. Все решили вернуться в ту точку, откуда они тут появились, чтобы телепортироваться обратно. Внезапно Айони почувствовала, что их зовут на помощь: — Какой-то ментальный крик! Кому-то нужна наша помощь! — вздрогнула она. — Мы не должны на это отвлекаться, — первым сдержано высказался Сагара. — Я за то, чтобы хотя бы проверить, что там происходит, — Йоко подняла руку. — Проголосуем, — Дуглас следующим поднял руку. — Я тоже слышал, не стал об этом говорить. Раз уж все это узнали, то давайте тогда проголосуем. Синдзи и Маглор подняли её почти одновременно. — Я бы воздержалась от голосования, если бы и это имело смысл, — Айони пожала плечами. — Я тоже услышал эти ментальные волны, наполненные страданием, через свой пси-шлем, но понадеялся, что вы не услышите. — Сагара тоже поднял руку на таких словах. — Я хотел бы проверить, что там происходит, но если бы это поставило под удар всю группу, я бы от такого воздержался. Отряд спрыгнул с машины, после чего серией скоростных прыжков переместился туда, где кто-то отчаянно звал на помощь. Источником зова оказалась гигантская летающая тарелка, расположенная прямо под круглым отверстием в своде подземелья. Эта тарелка стояла на специальных пирамидальных подставках. Напоминала собой, если смотреть на неё со стороны днище, огромный металлический цветок. Сверху на её корпусе обозначались символы в виде женских чёрных глаз, они напоминали собой образчик египетской живописи. С бортов тарелки спускались многочисленные трапы. Вокруг неё разбили лагерь существа, которые напоминали собой лысых эльфов с чрезвычайно острыми ушами. Как часть своей униформы, они носили характерные маски, которые скрывали нос и рот, на их лбах обозначались татуировки в виде крестиков. Им помогали переносить грузы монструозные великаны, похожие на зубастых троллей, которые носили футуристическое облачение. Отряд проник на борт корабля благодаря своей сверхскорости — они могли двигаться быстрее, чем другие успевали на них реагировать. Как только Синдзи коснулся ногами внутреннего помещения, то сразу же указал, куда им двигать. — У него самая сильная эмпатия, — прокомментировал Маглор. — Я думал, вы, эльфы, умы с исключительной нравственностью, — обратил на это внимание Сагара. — Нравственность и эмпатия — это несколько разные вещи; после того, как я убивал себе подобных, моя психика несколько перестроилась. У меня абсолютная память — если бы я каждый раз вспоминал свои преступления и это вызывало бы у меня естественную реакцию, я бы сошёл с ума. Так что я несколько отключил себе эмпатию. Отряд очутился в помещении, в центре которого находилось переплетение металлических трубок и неких органических элементов, они окружали собой некие металлические ячейки, похожие на яйца. Дуглас почувствовал, что на них можно воздействовать волей, потому обратился: — Эй, компьютер! Одна такая ячейка раскрылась, словно раковина, обнажила лицо взрослого мужчины, окружённое маленькими проводками. — Чем могу быть угоден? — Компьютер, расскажи нам, кто ты и что это за место? — продолжил допрос Дуглас. — Я — когда-то был жалким человеком, всего лишь шаманом дикого племени, но теперь я — совершенная форма жизни: слияние органики и машины. Это — мобильный штаб виконтессы Пигман, дочери виконта Пигмана, она — нынешняя главы Мистического корпуса. Здесь находится фабрика по производству новых мистиков. — Кто-то зовёт нас на помощь! — Синдзи теперь, когда стоял ногами на полу, непрерывно чувствовал зов о помощи. — А… Это у одного из инкубаторов заключила программа. Не обращайте внимания: эту заминку скоро исправят. Я могу передать начальству, чтобы они исправили эту проблему. — Сами исправим, спасибо большое. Можете дальше забыть о нас. На таких слова Дуглас снова вернул мозг в состояние сна. Ячейка закрылась. Дальше Дуглас подошёл к углу в стене, сказал, что он сейчас. Шиноби использовал свою способность просачиваться сквозь любые углы; через некоторое время он заставил здесь открыться нужную дверь. Пройдя через неё, все встали на платформу, она доставила их в нужную часть этого гигантского космического корабля, способного разместить в себе целый небольшой город. Все вошли в помещение, где огромное количество мелких трубок подключалось к инкубаторам. Инкубаторы представляли собой человеческих женщин — очень красивых, иногда с ненормальным цветом волос; у них от прежнего человеческого облика оставались только головы и верхняя часть торса; ниже их организм представлял собой большой прозрачный органический мешок, внутри которого развивался эмбрион тёмного эльфа. Их тут насчитывалось несколько сотен. — Она! — Айони указала на одну из женщин. Темноволосая девушка, в отличие от других, не была погружена в транс. Похоже, она осознавала происходящее. — Извините!.. — Синдзи, как самый быстрый, подбежал к ней самым первым. — Вы нас звали? Девушка-инкубатора разлепила глаза: — Я звала на помощь… с нами сделали это. — Вы… — Айони подошла следующий, подрагивая мышцами лица и сдерживая свои эмоции через силу. — Вы не могли бы нам рассказать, как это происходит… Гамлет покинул её плечо и приземлился рядом с лицом девушки, после чего послужил ретранслятором. Айон вошёл в её тело. Айони заставила всех увидеть следующие образы. Некая деревня, где живут метафизически развитые люди, в неком примитивном мире, похоже на средневековье; в этой деревне очень много «подкидышей» — выросших младенцев, которых принесли фэйри. В один момент попытка шамана поговорить с духами предков привела к тому, что об этом узнал Мистический корпус виконтессы Пигман. Летающая тарелка закрыла собой небо, притянула всех притягивающим лучом. Ушастые лысые мистики загнали всех в одно помещение, после чего внезапно пролилась кислота: она растворила заживо всех, кроме молодых метафизически развитых девушек. Обнажённые и до смерти перепуганные, они жались друг к другу, когда в это помещение вошла сама виконтесса Пигман. Вообразите себе громадного обнажённого негра, чрезвычайно мускулистого, ростом не меньше трёх метров, шириной плеч не меньше двух, у которого вместо головы растёт туловище красивой и изящной эльфийки, без волос и с крестообразной татуировкой на лбу, очень ушастой. У неё сверху обнажённая грудь. Да, тем, где с туловищем негра должна была соединиться шея, соединяется женский торс на уровне пупка. У виконтессы Пигман похотливо сверкают глаза, у неё возбуждается сразу несколько здоровых гигантских чёрных фаллосов, которые болтаются ниже пояса негроидной части тела… — Она… оно насилуют их сам… сама? — Йоко всю передёрнуло. — Вероятно, чтобы проверить, могут ли они выносить её детей, — догадался Сагара, — перед тем, как сделать из них инкубаторы… И поставить на серийное производство. — Но почему их нужно производить именно таким способом? — задала вопрос Йоко. — Почему нельзя вырастить с нуля? — Потому что их инкубатор требует скопить определённую ментальную субстанцию, чтобы она легла в основу метафизически развитых бойцов, — нашёл ответ Маглор, после чего он закрыл глаза и нервно сглотнул. — Будь мой отец здесь, он бы стёр с лица земли весь Микелос за одно это… — Я убью эту блядь Пигман! — Синдзи аж побагровел от ярости. — Я убью! Он был готов сорваться и побежать в любой момент. — Стой, подожди, — Дуглас обнял его со спины, — я понимаю тебя, но, пожалуйста, не нужно подставлять нас под удар. Мы должны сперва обдумать это действие… — Ты врёшь, что понимаешь меня, ты говоришь эти слова, чтобы манипулировать мной! — Нет. Моё сердце всегда полно ярости ко злу. Но я не даю этим эмоциям управлять собой… — Убивать! — вдруг одна из «несушек» пробудилась. — Нет! Мы счастливы этой жизнью! Материнство — это счастье любой девушки! Мы все счастливы рожать детей! Мы, бабы, мы должны рожать солдат для войны! — Похоже, им всем промыли мозги, чтобы они были счастливы таким положением, — Айони взглянула на своих друзей, — но с этой женщиной что-то пошло не так… Маленькая ошибка в идеально отлаженном механизме. Её метафизический потенциал позволил ей кричать о помощи на ментальном плане, но всем здесь на это наплевать, потому что ошибка слишком маленькая. Ни у кого из них нет эмпатии. Айони сама почувствовала, как начинает злиться: — Синдзи, ты прав. Мы должны уничтожить это место, пусть не сейчас. — Нас нельзя уничтожать — мы несём свободу всему миру! — выпалила разговорчивая несушка. Ей хватило силы внять их разговору сквозь мистический заслон. — Какую ещё свободу вы несёте?! — Маглор аж содрогнулся от возмущения. Несушка ответила: — Свободу от самих себя! Страдания всех живых существ возникают от того, что они подчинены собственным страстям, желаниям и проблемам! Но у нас больше нет ничего, что делало бы нас рабами мира! Все мы — рабы Единого Императора! Он избавил нас от того, чтобы мы несли ответственность за свои действия, принимали решение и страдали за них. В наших головах — только его мысли. Мы никогда больше не узнаем ни голода, ни смерти, ни боли! Возможно, она сказала бы что-то ещё, но тут телепаты приказали ей замолчать и забыть про них. — А ведь она права, — обратил внимание Сагара. — Если весь Тричилокосм станет Микелосом, почти все тут будут счастливы, ведь сознания будут полностью перепрограммированы быть счастливыми в этом механистическом рабстве. — Я скорее умру, чем позволю сделать с тобой такое! — выпалил Синдзи. — Если этот их Хирохито ещё мог с нуля создавать себе рабов, которые могут быть счастливы только в его рабстве, то делать такое уже с существующими людьми, я не позволю! Когда у Айони спросили, можно ли как-то помочь этим девушкам, она ответила, что они уже в целом онтологически едины с Микелосом, а потому умрут, если их отделить от него. — Эта виконтесса, мать её, где, сука, блядь, ебать нахуй?! — закричал Синдзи. Он сам отключился от всего остального и ногами прочувствовал пол, смог несколькими этажами ниже увидеть эту причудливую ведьму, представляющую собой сочетание мужского и женского пола, эльфийки и человека. Виконтесса Пигиан медитировала на огромное устройство, похожее на гигантское красивое женское лицо, окружённое многочисленными трубками — мистическое сердце корабля. Туда, как по лей-линиям планеты, стекалась мистическая субстанция и оттуда она расходилась во все стороны. Дуглас знал, что Синдзи крайне импульсивен и что сейчас только одна вещь сможет отвлечь его от отмщения. — Синдзи, смотри на меня! — Дуглас снял маску, распахнул свои синие глаза, специально так снимал, чтобы привести свои волосы в лёгкий эротический беспорядок. Когда Синдзи распахнул свои голубые глаза, то Дуглас поспешил развернуть к себе его лицо и сладострастно впиться в губы. Ответная похоть заставила дух Синдзи погрузиться в материю, он перестал видеть окружающее пространство духовным зрением. Дуглас засасывал Синдзи, пока тот не оттолкнул его: — Не надо держать меня совсем уж за животное! — Синдзи вытер рот тыльной стороной ладони. — Я убью её. Убью здесь, чтобы показать этим тварям, они не могут нигде творить своё зло и не бояться за это! — Синдзи, я не говорил, что я против. — Дуглас скрыл лицо шлемом. — Я против того, чтобы ты действовал необдуманно. — Для начала проголосуем, — Сагара поднял руку, — кто за то, чтобы прикончить эту виканессу? Маглор, Синдзи и Дуглас подняли руки без промедления, Йоко и Айони подняли их с промедлением. — Сагара, почему ты проголосовал? — вдруг спросила его Йоко. — Я думала, ты самый беспристрастный… после Дугласа. Сагара ответил: — Мы можем избавиться от этой твари и покинуть это место, просто это будет более опасно. Но я тоже испытываю ненависть к этим тварям. Так что я согласен с Синдзи. Если мы убьём одну эту тварь, то остальным будет не настолько приятно усаживаться жопой на унитаз. — Кроме того, — добавила Айони, — это посеет паранойю в их стане. Если мы сделаем всё безупречно, они будут думать, что Пигман грохнул кто-то из своих. Тот же Новак. — Что ж, если решение принято сообща, мы должны обсудить план, — Йоко сложила руки на груди. Виконтесса Пигман обратилась к хрустальному шару, чья подставка увита техническими трубками. — Виконтесса, — на обратной стороне провода появился тёмный эльф-приспешник. — Новак сообщает вам, что к вам на борт проникла тайная инспекция Аргоса. Они будут проверять безопасность. Возможно, уже проверяют. Будьте на чеку. И помните милость фюрера Новака. — Прекрати лизоблюдство перед ним! Этот грязнокровка слишком много о себе думает! — виконтесса Пигман называла грязнокровками всех, кто не вёл свой род от именитых представителей демонических сил или был обращён в Микенов не в древнюю эпоху, когда примитивные люди обнаружили в Эгейском море «инопланетный корабль». Виконтесса Пигман вслушалась в происходящее на корабле и обнаружила какую-то проблему в той части, откуда исходил сигнал о помощи. — Несушка заглючила! — виконтесса Пигман быстро перенеслась туда. Любая аномалия в теории могла создавать угрозу для безопасности, так что она решила с этим разобраться. Чутьё подсказала ей, что там её поджидает какая-то реальная опасность. Так что она взяла с собой отряд ближайших вооружённых приспешников. За её спиной шагали лысые эльфы, порождённые от пленниц, носящие облачение, напоминающее средневековых рыцарей, только, опять же, высокотехнологическое и открывающая их лысые черепа с длинными ушами. Их мозги пульсировали, в рты вставлены какие-то трубки. Глаза и брови самой виконтессы очерчивала тёмная тушь, она создавала идеальное сходство с теми глазами, которые были начертаны на оболочке её космического корабля. Порождения-приспешники носили при себе увесистые плазменные пушки. — Думаю, это какая-то провокация, так что будем осторожны! Пигман сейчас носила набедренную повязку, очень высокие сапоги, обитые мехом, и наручи прямо на теле гигантского негра, его мускулатуру перетягивали ремни; изящное тело обнажённой лысой ведьмы-эльфийки украшали разнообразные эзотерические амулеты, цепочки и изящные браслеты. — Вот вы где! — Пигман громко сотрясала пол, когда шагала своими здоровенными ножищами. За её спиной слышался бег её солдат-исчадий. Айони первой взглянула в её сторону, когда враги появились в помещении с инкубаторами: — О, мы как раз вас обсуждали! Вы часом не икнули? Айони, Маглор, Дуглас, Сагара, Йоко и Синдзи дружно уставились на врагов, которые их обнаружили. Если бы они начали сражаться в полную силу, то легко бы уничтожили их, но тогда разведчиков точно засекла вся база. На всякий случай, их сила была запечатана и они не могли с ходу её снять. — Используем силу дозировано! — Дуглас скользнул в ближайший угол, благодаря чему смог появиться у противников за спиной. Тёмные эльфы пролили свет со своих раструб, но пока не смертельный. — То, что вы тут творите, ужасно! — выпалила им Йоко. Аойни пока велела ей не стрелять. — Да?! Вы явно не тайные агенты! Кто вас послал?! Кто вы такие?! Если не будете говорить, я вырву эти сведения из ваших мозгов; я разберу их на нейроны! — виконтесса Пигман указала на них мускулистой рукой негра. Свои ручки эльфийки она сложила на обнажённой женской груди. — Виконтесса Пигман, — обратился к ней Маглор, выступив первым. — Расскажите нам, пожалуйста, историю вашего происхождения. Её этот вопрос озадачил, но он показался слишком необычной, чтобы она не стала на него отвечать. — Мой отец, получивший прозвище «виконт Пигман», был шаманом племени пигмеев. Европейцы-христиане полностью перебили его племя. Ради своей мести всей белой европейской цивилизации, мой отец продал душу Ньярлатхотепу. По какой-то причине он покинул нас по окончанию Войны Мазингера, но оставил меня Бардосу, чтобы Император не гневался его дезертирству. — Ваш отец стал злом из-за страдания, а вы когда-нибудь страдали? — далее подошёл ближе к ней Сагара. — Нет; я никогда не страдала и я не считаю себя или его злом. — Виконтесса Пигман пояснила. — Злом нас считают посторонние умы, но они перестанут так считать, потому что мы доберёмся до них и изменим их мышление, хотят они этого или нет. — По-вашему, это правильно? — спросил Маглор. Голос Пигман напоминал голосок легкомысленной, молодой девицы: — Конечно. Все цивилизации развиваются через экспансию, все цивилизации насаждают аборигенам свои представления о прекрасном. Люди, которые перебили племя моего отца, мы сами — совсем ничем не различаемся. Таков закон природы и каждый в нём на своём месте. Пока Пигман анализировала окружение, поняла, что видит иллюзию, но слишком хорошо сделанную, чтобы сразу её развеять. — Она слишком разговорчивая, мы сможем с ней ещё поговорить… — Айони на том взяла Синдзи за руку, когда он готовился бросить кинжал в Пигман. — Думаю, предоставлю это Айону. Из-за спины девушки выпорхнула призрачная тень, Айон материализовался в воздухе прямо перед лицом Пигман. Её солдаты навели на него часть пушек, на что начальница, слишком уверенная в себе, сразу же жестом приказала им опустить оружие. Пигман полностью им поглощена. Не надо объяснять, что у него очень красивое лицо — брюнет, пышные волосы, но не слишком длинные или отпущенные, чтобы быть не к лицу именно юноше. Красные глаза, как у Рей или Каору. В уши выставлены серьги, представляющие собой бронзовые овалы, с отходящими от них крохотными рожками. Можно сказать, что его отменный торс обнажён, если не считать, что розовая ткань, с блеском металла по краям, покрывает собой шею и от неё треугольником закрывает грудь до конца уровня сосков. Левая рука закрыта обтягивающей чёрной тканью от голого плеча до голых пальцев, линия тёмной ткани там пересекает средний и указательный пальцы. Чёрные штаны, почти что без выкрутасов, разве что по краям везде блестят драгметаллы, а на левой ноге ткань прямо гладко переходит на стопу, чтобы её перетянуть, обнажая носок и пятку; чтобы ткань могла эротично тянуться теперь уже к пальчикам. Правая нога — просто босая без выкрутасов, левая — только наполовину. — Ты хочешь изведать наслаждения? — излучая экстаз, Айон мягко поцеловал Пигман в маленькие изящные эльфийские губки. У неё под набедренной повязкой зашевелились фаллосы. Даже Синдзи сейчас слегка покраснел и проглотил шутку про футанари. Айон же очень грубо заключил её в объятия, впился поцелуем инкуба, взялся высасывать энергию и информацию. — Виконтесса Пигман! — возмутился капитан тёмно-лысых эльфов. Они снова навели орудия, однако побоялись стрелять. — Нужно вызвать подкрепле… Дуглас выскочил из угла у них за спинами, двигался абсолютно бесшумно, так что эти гоблины его даже не услышали своим сверхслухом. Голова командира слетела прежде, чем он передал сигнал. Его сотоварищи успели выстрелить из своих энергетических орудий по тем, кого видели перед собой. Аура Сагары сделала так, чтобы выстрелы промахнулись — попали в девушек-инкубаторов, избавили их от этой участи. Маглор озвучил ноту, от чего кости и внутренности у всех стрелков раскрошились. — Они погибли! — Синдзи взглянул в сторону догорающих фрагментов мяса, оставшегося от ближайших девушек. — Мы могли им помочь?! Йоко хлопнула его по плечу: — Я думаю, что это было бы невозможно… — Она права! — Айони сейчас получила информацию из мозгов Пигман. — Эти «несушки» стали частью этого механизма, они умрут, если их отделить от него… — Прочь, инкуб! — тут Пигман смогла отбросить Айона. Красавец отлетел и рухнул на пол, он полностью материализовался сейчас и не справился с плотным вещественным. Пигман попыталась в ярости наступить на него ногой. Йоко материализовала винтовку, выстрел попал в цель… только в нём не хватило энергии, чтобы заключить Пигман в захватывающий барьер — прилетевший спиральный снаряд просто впитался в браслет эльфийки. — То, что вы творите, абсолютно непростительно! — Синдзи собрался метнуть нож — увы, тоже не мог под печатями использовать слишком много метафизической воли. В результате Пигман смогла предвидеть эту опасность с помощью тактического ясновидения. Она адекватно отреагировала — бросила с людской руки заклятие, похожее на моток призрачной паутины. Оно парализовало магические нервы в руках Синдзи, оплело их подобием кожаных ремней для БДСМ. — Ещё!.. — Йоко хотела применить второй выстрел. Вместо снаряда её ружьё исторгло некую субстанцию, похожую на минеральный налёт. Он покрыл её оружие и даже прикрепил к нему её руки. — Что?! В следующий миг эта штука послужила маяком для притягивания другого заклинания: Йоко с ног до головы охватили выросшие кожаные ленты, начали активно стимулировать болевые центры в её мозгу. Заставили девушку закричать и на несколько секунд потерять сознание от болевого шока. Синдзи тоже не смог метнуть кинжал — руки ему пытали эти дьявольские путы. Это ещё не всё: Пигман пропустила резкий толчок витальный энтелехии сквозь все инкубаторы — её дети за пару секунд выросли в чрезвычайном монструозных лопоухих уродов, когтями и зубами разорвали своих матерей, мускулистые и перекошенные, отвратительной сворой кинулись на разведчиков! Сагара задействовал пару своих аркана-пистолетов. Выстрелы порождали сферические тёмные снаряды, которые поглощали в себя всех, кого касались во время пролёта. Дуглас очень проворными движениями перерезал сухожилия на ноге Пигман. — Ва-а-а! — она долбанула его телекинезом. Закрываясь своим песочным плащом, как щитом Дуглас отъехал на своих ботинках в сторону на несколько метров. Пигман воплотила со своего браслета снаряд Йоко, он достиг Дугласа, заключил в захватывающий барьер, переместился шиноби в другое место комнаты. Там Пигман телепатически заставила часть помещения опуститься. Дуглас уехал на пару этажей вниз. Он очутился в помещении с кислотным душем. Как раз, когда прорубил кокон, на голову он пролился в изобилии, способный растворить тех, чья метафизическая сила недостаточно велика. Сюда рухнуло несколько голых, уродливых исчадий самой Пигман, они закричали, заживо разлагаясь под этим дождём. Дугласа он не взял. Его абсолютно бесшумный бег даже не смог разбрызгать лужи кислоты под ботинками. Он подскочил к углу, попытался перескочить через него. Не получилось. По нарастающей пульсирующей боли в ногах, шиноби обнаружил, что ниже бёдер оплелись удерживающие заклятия в виде кожаных ремней. Они пытаются симулировать болевые нервные окончания. — Ляодан! — Дуглас кодовым словом активировал встроенный механизм своего костюма — миниатюрные шприцы впрыснули в кровь боевой наркотик, полностью убирающий боль в ту же секунду. Будучи не способен перемещаться сверхъестественным образом, Дуглас вскинул руку — миниатюрная пушка выстрелила подобием лассо, оно захватило удавкой железного троса ближайший подходящий для этого выступ. С его помощью Дуглас быстро перебросил собственное тело обратно на поле боя. Разумеется, шиноби хотел с ходу саблей смахнуть голову Пигман с плеч — не смог, потому как там её хранили амулеты. Такие отводили атаки. — Бля, как же хуёво в материальном теле! — Айон-таки успел перекатом выскочить из-под ноги Пигман. Маглор врезал по ведьме звучанием своей ноты, от этого кости её мускулистых мужицких рук раскрошились. От этого же раскрошились кости и внутренности только что выплодившихся монстров, очень похожих на сильно искажённых эльфов. Ведьма сама закричала от боли громким и высоким голосом. Желая её добить, Сагара выстрелил тёмными снарядами в Пигман. Она всё-таки ещё раз закрылась эльфийскими браслетами — при соприкосновении с ними, сферы Сагары уменьшились и впитались. После этого ведьма яростно развела обеими руками в стороны, снаряды снова вырвались из них, снова выросли, только теперь они летели в её противников. Айони психическим барьером отклонила их в стороны, снаряды обогнули разведчиков, стёрли своим попаданием останки погибших несушек. Более того, поглощение этих снарядов смогло повлиять на оружие, которое ими стреляло — Пигман смогла покрыть пистолеты Сагары тёмным минеральным веществом. Пока что стрелок оказался не у дел. Йоко всё ещё кричала на полу от боли, сорвать её ремни оказалось не так просто. — Я её!.. — Маглор решил задействовать большую силу в атаках. Своим эльфийским слухом он легко расслышал бег новых солдат Пигман, краем глаза увидел их. Взглянул в их сторону — рассмотрел там нормальных эльфов, тех, кого он когда-то убил ради Клятвы. Хотя разумом Маглор понял, что это — иллюзия, всё равно такой чувствительный удар по сердцу его шокировал и временно обездвижил. Тёмные псевдоэльфы пролили в его сторону каскаду выжигающих лучей. — Осторожно! — Дуглас закрыл Маглора, взмахом сабли отразил все энергетические выстрелы, превратил стрелков в груды догорающего мяса. Пока происходили эти события, Пигман заставила плаценту из чрев ближайших инкубаторов омыть себя, жидкость полностью исцелила её тело. — Дьявол с вами! — Пигман теперь бежала из помещения, ей навстречу непрерывным потоком струились её исчадия, готовые верно сомкнуть ряды. — Не уйдёшь, сука! — Синдзи в эти секунды тщетно пытался избавиться от оков. Когда виконтесса показала спину, понял — это бесполезно с тем уровнем сил, который он может задействовать. Юноша решил обойтись без рук. Синзди очень высоко подпрыгнул к потолку. В этот момент его успели заметить тёмные эльфы — лысые остроухие уроды, в рыцарских латах и с трубками во ртах, наставили на него свои футуристические пушки. Маглор материализовал арфу, одним проведённым по её струнам пальцем, он заставил тела этих стрелков буквально вскипеть изнутри. Они разом попадали замертво, прежде чем успели произвести хотя бы один выстрел. — Твою мать! — Айона, ещё не успевшего встать с пола, окатила волна пара, пошедшего из этих трупов. Пигман как раз успела почти перешагнуть арку. Синдзи перевернулся в воздухе во время прыжка, коснулся ногами потолка — успел прочувствовать с их помощью, что эа спиной виконтессы сейчас встанет защитный барьер. На всякий случай, если рождённые монстры окажутся слишком опасными, этот отсек должен закрываться оградительным куполом. — Стоять! — Дуглас запустил с руки своим лассо, оно пролетело через голову, захватило тросом Пигман прямо там, где женская часть соединялась с мужской. Дуглас потянул на себя с достаточной силой, чтобы низвергнуть эту великаншу на пол. С отчаянием на лице, она повалилась, обречённо втягивая руку в сторону защитного барьера, который мог бы спасти их жизнь. — На тебе! — Синдзи приземлился на одну ногу. Сжимая в пальцах второй материализованный кинжал. Срезал голову Пигман! Голова покатилась по полу. Как только это случилось, все заклятия развеялись. Йоко перестала корчиться от боли, Сагара смог вернуть боеспособность своим пистолетам. — За что?! За ч-что… — у Пигман на глазах выступили слёзы, после чего она замолкла и жизнь окончательно погасла в её взгляде. Синдзи с отвращением плюнул на неё. Сагара помог Йоко встать. Маглор высек арфой несколько кратких музыкальных звучаний, от которых память о боли и негативных эмоций быстро исчезла. Им на место даже пришла короткая эйфория. Она развеялась, когда стена сотряслась, после чего обрушилась. — Я почувствовал гадину, когда коснулся голой кожей потолка! — Синдзи взглянул в её сторону без особого удивления. Сквозь дыру в стене сюда заглянула биомеханическая мерзость с полотен Гигера — кошмарная тварь с лицом прекрасной женщины, её тело состоит из красных кишок и искусственных гибких труб — живое сердце корабля Микенов, размером с двухэтажный дом как минимум. — Виконтесса Пигман! — сюда сквозь расщелину опустился летающий приспешник, напоминал собой обычного лысого тёмного эльфа, только носил одежду, которая напоминала индуйского йога. Он же в позе лотоса прибывал во время левитации. Дуглас бросил в него свои сюрикены, похожие на две наложенные друг на друга свастики. — Не попал! Тёмный эльф очень быстро увернулся. Дуглас одарил его презрительной усмешкой из-под своей маски: — Ты уже мёртв, придурок! Сюрикены самостоятельно развернулись в воздухе, после чего вернулись и срезали ушастому голову. Обезглавленный труп рухнул на пол. Дугласу сюрикены сами вернулись в руки; без следа исчезли, как только шиноби схватил их своими пальцами. — Ну что!.. — с усмешкой обратился он к остальным, — может, вырежем весь Микелос, а?! Йоко в этот момент стреляла в противницу — монструозная дева впитывала её выстрелы, при соприкосновении с ней, они просто поглощались её поверхностью, кажется, даже делали это чудовище сильнее. Биомеханическая мерзость увеличила свои щупальца, устремила их к разведчикам. — Стоять! — вдруг приказал ей Айони, сумевши к тому моменту встать на ноги. Чудовище повиновалось его словам. — Эх, Айон, ты успел что-то насосать у этой ведьмы?! — Синдзи бросил взгляд в сторону её обезглавленного трупа. — Я слышу, как с нами всё время хотят связаться! — Сагара указал на свой шлем. — Предоставь это мне, — Айон дематериализовался до состояния призрака, вошёл в труп Пигман, поднял его на ноги, руками взял голову и поставил на место. Голосом ведьмы, зная, что нужно говорить, он обратился к бортовому компьютеру. Вышел на связь с внешним миром, после чего начал стервозным голосом поносить графа Брокэна и его бракованную кедору. — Сигнал тревоги, — Сагара своим шлемом перехватил его из окружающего пространства. — Похоже, они на это клюнули… Синдзи нервно дрогнул пальцами ног: — Сюда прибыл кто-то более могущественный, чем те, кого мы встречали до этого… Двери открылись, сюда всадник на тигре. Большой тигр, окованный в высокотехнологичные доспехи, на нём, вставив ноги в это облачение, восседает здоровый муж, чьи доспехи напоминают греческие, только, опять же, являются продуктом высоких технологий. У него монструозная зелёная кожа, здоровая белая борода, голову закрывает шлем, взгляд — суровый и злобный. К ним прибыло несколько супер-солдат, носящих прикид древних римлян. — Эрцгерцог Горгона! — Айон полностью скопировал истеричный тон той, чей облик он сейчас носил. — Да, виконтесса Пигман; докладывайте, что у вас произошла за нештатная ситуация? — очень хмуро и злобно, потребовал эрцгерцог Горгона. И Айон начал противным, истеричным, бабьим голосом обвинять графа Брокэна и его кедору. Эрцгерцог Горгона раза два велел говорить конкретнее, но так и не добился ничего, кроме потока брани и оскорблений. В конечном счёте ему самому стало мерзко слушать этот бабий, капризный, полубезумный вой. — Да сами тут разбирайтесь!.. — эрцгерцог Горгона развернул своего тигра и покинул это место вместе со своими солдатами. Когда подбежали к месту, откуда должны были эвакуироваться, то увидели здесь существ, которые напоминали собой полулюдей-полукотов. Кошколаки носили некую красно-розовую экипировку, головы реально как у домашних котов. Они тут что-то вынюхивают. Увидели отряд «своих», внюхались, а ещё вслушались — они тщательно водили своими ушами из стороны в сторону. Внезапно появилась прозрачная женская фигура — выглядит как высокая женщина, накинувшая на себя балахон из кожи пантеры, с мордой этого животного над головой человека, очень зыбкая и полупрозрачная. Если приглядеться, то можно заметить, у неё по сути две головы: так, что с лицом человека, что морда пантеры одинаково двигают глазами и одинаково живые. Дуглас вдруг поклонился перед ней и заговорил: — Королева Берутиэль, Ваше Величество… — Мои котики не слышали твоего приближения, ты не издаёшь звуков при шагах. Ты — одна из Злых Теней, — Берутиэль узнала Дугласа по крайней мере как одного из шиноби Куньлуня. Дуглас невозмутимо попросил: — Я проник с заданием — даровать одной из душ малое освобождение. Позвольте нам покинуть это место. Берутиэль ничего не сказала — просто исчезла, а кошколаки расступились. Отряд прошёл в своё заговорённое место, откуда Синдзи открыл портал. Когда они вернулись на борт «Wunder», Дуглас объяснил: — Вам известно, что в глубокой древности Мелькор сражался с богиней Баст, одной из порождений Ньярлатхотепа? Кто-то об этом знал, кто-то нет. — Мелькор тогда ещё был одним из Старших Богов. Он влюбил Баст в себя и уговорил её перейти на сторону Старших Богов. У них появился ребёнок по имени Тевильдо. Обычно Тевильдо воплощается как гигантский чёрный кот. Он очень предан своему отцу и стремился восстановить его после развоплощения. Тевильдо создал организацию под названием Коготь Пантеры. Её возглавляет призрачная ведьма — королева Берутиэль — его верховная жрица. Во время Войны Мазингера её агенты и она сама внедрились в Микенскую империю. Похоже, Коготь там все ещё остаётся. Думаю, Хинкель знает, что тевильдовцы больше служат Мелькору, чем ему, но находит их сотрудничество слишком важным для себя, чтобы их оттуда выгонять. Собственно они единственные, кто смог обнаружить наше проникновение, распознать мою настоящую сущность. Так что нам всё-таки пришлось сделать нашу операцию под фальшивым флагом — я сослался на то, что я один из учеников тёмного будды Фу Манчу. Не знаю, как Берутиэль уладит этот вопрос, но, видимо, как-то уладит. Дьюи Новак начал расследование. Понял, что его обманули — это были не тайные агенты его начальника, это заскочили Злые Тени Тёмного Будды. То ли Мелькора, то ли Ньярлатхотепа. Император Тьмы закрыл на это глаза после разговора с королевой Берутиэль. Но сам Новак решил лично проверить это дело. Он разыскал на месте исчезновения отпечатки ног группы, которая покинула Микелос. Убедился, что они убили Пигман — на следах есть плацента. Обратил внимание на то, что один из участников шёл без обуви и оставил отпечатки именно босых ног. В одном из таких отпечатков нашёл частицу отмершей кожи — буквально микроскопическую. Анализ ДНК кое-что показал. — «Это близкий родственник Коджи Кабуто, пилота Мазингера! Неужели Мазингер Зеро объединился ради этого покушения со Злыми Тенями?!» Дьюи Новак начал дальше изучать персону Пигман и её контакты с внешним миром, чтобы найти причину, по которой она была убита. Он мог построить десятки или даже сотни логически выстроенных теорий, но там не было самой правильной — Пигман убили из-за эмпатии к её жертвам. ***       Так, в завершение кратко прокомментируют свой отрывок.       У нас тут Микенская империя 2 и 3 типа — рядовые приспешники тут как в 3 типе, всевозможные офицеры и командиры — как во 2 (кедоры — 0). Ещё стоит добавить, что микенцы-мехакайдзю, здесь напрямую не показанные — даже ближе к типу 1. Надо сказать, что рядовые приспешники здесь всё-таки инициативны и в массе своей обладают свободой воли, просто само их сознание так создано, чтобы они хотели делать определённые вещи.       Замаскироваться буквально под рядовых приспешников невозможно — хотя эти киборги похожи на людей, просто напялить на себя их униформу — не получится. Синдзи слишком низкий, Маглор — слишком высокий, у Йоко слишком большие сиськи. В принципе персонажи могли бы физически превратиться в них, однако в рамках моего сеттинга физическая трансформация лишает возможности использовать суперспособности почти полностью. Разведчики могут использовать суперспособности, оставась при этом скрытыми для способности врагов их отслеживать с помощью собственного экстрасенсорного восприятия, но только до определённого уровня. Онтологическая иллюзия смотрится как наиболее оптимальный вариант — она достаточно хорошо проработана, чтобы показывать субъекту то, что лично он считает неприметным. Разумеется, такую иллюзию можно изобличить, если сравнить показания, но разведчики не намерены долго оставаться в Микелосе. Однако такая иллюзия при этом недоступна для антагонистов, потому что её создание требует умение вежливо просить реальность время, как у антагонистов все работает только на их доминантной воли к власти и мании величия.       Высокопоставленные офицеры и командиры Микенцев обладают индивидуальной формой тела (как правило, химерической и эпатажной) и индивидуальной, ярко выраженной личностью, потому под них не получится закосить — они друг друга в лицо знают. К счастью, они уважают такие ценности тёмных богов как социальный дарвинизм и абсолютно не способны доверять друг другу. Увидев какую-то фигню, они скорее подумают, что за этим стоит их коллега, нежели противник, который проник к ним. Во всяком случае в данной ситуации они не находятся в том положении, когда им грозит риск проникновения, который они могли бы осознать.       Стоит отметить, что навыками какой-то военной и оперативной работы обладают только граф Брокэн, фюрер Новак и, по-видимому, министр Аргос. Остальные злодеи больше выполняют какую-то другую работу — барон / баронесса Асура (Асуры?) обслуживают потребности самого Микенского императора, виконтесса Пигман — производит определённый тип войск и добывает материал для их производства. Хотя функция эрцгерцога Гаргона тут не до конца понятно, но я скажу, что он выполняет функцию эмиссара верховных Микен, он кто-то вроде тылового инспектора и одновременно военно-полевого комиссара. Обращу внимание, что все вот эти титулы (барон, граф…), которые озвучиваются — это знак их индивидуальной должности, а не знак принадлежности к какой-то унифицированной структуре. Микенская империя старается ради большей эффективности сочетать индивидуализм и коллективизм. Коллективизм для пролетариата и пехоты, вычурный индивидуализм для аристократии. С точки зрения политического спектра, их было бы верно классифицировать как красно-белую сволочь. Их можно обозвать и коричневыми, если учесть их яркое и постоянное желания поработить и истребить чужаков. Даже радужной — если учесть, в какие дебри мультикультурализма, эксклюзивности и квирности заходит их аристократия. Если учесть, что их аристократия включает в себя немецкого графа XIX века, бесноватого полковника из далёкого техномракобесного будущего, королеву Гондора, шамана пигмеев, священников и военных вождей из античности бронзового века, то их сложно упрекнуть в недостатке толерантности и в косности мышления.       Теперь к личностям тех, кто участвует в операции. Идеальней всего на эту роль подходит Дуглас — он дунианин (при этом у него действительно присутствуют нравственные чувства, он искренне ненавидит злодеев и желает с ними расправиться), может идеально быстро анализировать ситуацию идеально контролировать своё тело, тембр голоса и так далее, идеально врёт, превосходно манипулирует всем человеческим слишком человеческим, в высшей степени проницателен. Его способности идеально подходят для тайного проникновения, за вычетом того, что у него нет способности менять свою форму, а его психические способности не могли бы сильно повлиять на офицера Микен. Но он мог бы имитировать механическое поведение рядового приспешника, если бы переоделся в нужную одежду. Ну и наконец отряду сильно помогает бэкграунд Дугласа как шиноби-мраккультиста, преданного делу Мелькора.       Маглор — второй по уровню идеальности, так как может столь же хорошо контролировать тело и анализировать ситуацию, но он хуже контролирует свои эмоции, совершенно не привык врать и действовать подло. Но его иллюзии и психические способности могут повлиять на всех встречных микенцев, без его иллюзий персонажи не могли бы осуществить своё мероприятие. Плюс он может эффективно убить огромное количество народу за раз своими звуковыми атаками, не создавая лишних разрушений и не привлекая много внимания.       Синдзи — третий по идеальности, обладает наибольшим уровнем сверхъестественной силы, наибольшей скоростью, даже наибольшей незаметностью в тех случаях, когда нужно скрыть его присутствие полностью. Тем не менее он всё же является материальным человеком и может оставить по неосторожности следы своего существования. Синдзи наиболее хорош, если нужно нанести смертельный удар. Кроме того, он умеет открывать порталы для перемещения масс народу (Дуглас умеет перемещаться через измерение углов только сам по себе, но не может брать попутчиков).       Айони — персонаж, лучше всего способный считывать информацию и манипулировать сознанием. Как личность, она та ещё стерва, может легко спровоцировать конфликт, просто не следя за базаром. С помощью её способности манипулировать информацией, ей проще всего скачивать данные.       Айон — её астральный двойник, который может всё то же самое только даже лучше. На самом деле он гораздо токсичнее, чем сама Айони, но куда более тонок, его навыки лжи и манипулирования не уступают Дугласу.       Сагара — он очень хорошо подготовлен, когда нужно сдерживать эмоции, действовать оперативно, но он всё же больше приспособлен для того, чтобы действовать против противников, которые больше похожи на обычных людей. Но его навык манипулировать удачей абсолютно незаменим.       Йоко — наименее полезный персонаж. Её навыки сугубо теоретические, но тоже могут пригодиться.       В нижних комментах можно полюбоваться визуалом Нагаи Го.