Скрипка Лунного Света (версия 2017-го года)

*** Вайолин продолжила убираться после урока игры на скрипке, пытаясь полностью игнорировать присутствовавшего рядом демона. Однако, наручник на ее правой руке мешал ей заниматься своими делами, а звеневшая в тишине цепь лишний раз напоминала, что на другом ее конце был привязан другой демон. Женщина раздраженно хмурилась, но ничего не говорила. Она взяла в руки стопку нот и направилась к столу, но дойти не смогла, так как цепь натянулась и отдернула скрипачку назад к стоявшему на месте высокому «грузу». - Это совершенно неудобно! – не выдержала гувернантка, показательно дернув рукой, на котором был защелкнут наручник, натягивая цепь. – Как с этой цепью двигаться? Себастьян, который так же всеми усилиями пытался не обращать на демонессу внимания, громко вздохнул. Они переглянулись и поняли, что игнорировать друг друга не получится, им все же придется внимательно следить друг за другом и передвигаться тоже придется вместе… Дворецкий, недовольно изогнув бровь, повернулся лицом к женщине так, чтобы у нее расширилась зона перемещения. Вайолин недовольно нахмурилась, демонстративно дергая рукой. Она подошла к столу и стала раскладывать на свои места нотные листки. - Я так полагаю, что у нас теперь будет общее расписание, - нехотя заговорила демонесса. – Не поделитесь? Дворецкий достал из кармашка на серой жилетке часики и с тихим щелчком открыл их. - Я буду приковывать вас к себе всякий раз, когда юный господин будет в одиночестве без моего личного надзора, - произнес мужчина, глядя на циферблат часов. – Ваши собственные уроки будете проводить свободно, как и в часы приема пищи, так как я всегда буду в это время присутствовать сам. В основном нарушится ваше расписание в послеобеденное время. Для примера расскажу вам о сегодняшнем дне. Сейчас 13:45, через пятнадцать минут мне надо готовить вечерний чай господину, вы будете меня сопровождать. Потом я обычно помогаю прислуге и только в 18:00 начинаю готовить ужин для господина (вы все это время будете со мной). В 19:45 Мейлин поможет вам переодеться к ужину, сам ужин в 20:00 (на это время наручники снимаются). В 21:00 я убираюсь после ужина, чищу серебро (в это время вы снова будете со мной в наручниках). С 22:00 до 23:00 я готовлю господина ко сну (вы на это время свободны), после этого до 02:00 приготовления к следующему дню (и вы все это время будете неотлучно со мной). Вайолин терпеливо выслушала этот длинный и весьма подробный монолог. Она поняла, что у нее теперь вообще не оставалось личного времени и ей придется везде и всюду следовать за дворецким. Женщина раздосадовано прикрыла глаза, складывая ученическую скрипку и смычок в отведенный ей футляр. Когда гувернантка закончила с уборкой в музыкальном салоне, демоны спокойным шагом спустились в коридор для прислуги и оказались на кухне по расписанию. Находившиеся на тот момент в помещении Мейлин и Бард неловко встретились взглядом с гувернанткой, после чего получили быстрые указания от дворецкого и ретировались каждый по своим делам. Вайолин была сильно удивлена тому факту, что слуги даже не поздоровались с ней и не обменялись с ней дружескими фразами, как это обычно бывало, и никак не отреагировали на то, что они с дворецким были друг у друга на привязи. Себастьян заметил, как гувернантка изумленно смотрела вслед убежавшим слугам. - Они ведь обычно радушно встречают вас, не так ли? - не сдержав коварной улыбки, заметил демон. Он, временно освободившись от своего наручника, снял с себя пиджак. - Да… - непонимающе пробормотала Вайолин, оборачиваясь обратно к мужчине. - Не удивляйтесь, - ухмыльнулся шире тот, фиксируя повязки на рукавах и снова застегивая на своей левой руке наручник. Он надменно взглянул на собеседницу. – Я предупредил их, что вы страдаете несколькими душевными расстройствами, которыми объясняются все ваши странные поступки и поведение… И что, чтобы держать вас в устойчивом психическом состоянии, я начну присматривать за вами, привязывая к себе этой вполне безобидной цепью. Женщина раскрыла рот, было видно, что она серьезно оскорблена. - Но это же абсурд! – открыто возмутилась она. - Но ведь в каком-то смысле это правда, не находите? – поучительным тоном заговорил дворецкий и, словно гувернер, завел руки за спину и наклонился немного вперед к гувернантке. – В вас уживаются демоническая и человеческая натуры, для них я это назвал раздвоением личности, ваши два побега из поместья и странные беспорядки в комнате я объяснил для Мейлин очень острой формой паранойи и помешательства. На деле же я им нисколько не соврал. Теперь вы меня понимаете? - Это отвратительно! – от сильной обиды повысила тон Вайолин, глядя прямо на мужчину. – Я же им не причиняю никакого вреда, а они меня теперь боятся!.. Себастьян наконец-таки довольно улыбнулся, увидев в глазах демонессы обычные человеческие слезы, он был удовлетворен тем, что смог задеть ее человеческие чувства. Он не боялся, что мог спровоцировать ее, так как, если бы демонесса начала контратаковать и устраивать беспорядки, она бы подтвердила его слова о ее якобы неустойчивой психике. Женщина сразу поняла это, смотря на бесстыжую улыбку демона. Вайолин в исступлении напрягла руки и стиснула зубы, явно борясь с желанием прямо сейчас наброситься на дворецкого. Ее лицо исказила гневная гримаса. - Вы прекрасны, когда вы в ярости, мадам, - с издевательской улыбкой произнес Себастьян, ненарочно демонстрируя свои клыки. Он тронул пальцами бледный подбородок женщины, явно чувствуя свое превосходство. – Уверяю, вам совершенно точно посчастливилось оказаться в компании того, кто способен оценить эту красоту. Демонесса резко повернула голову в сторону, чтобы избавиться от прикосновения мужчины. Дворецкий удовлетворенно хмыкнул на нее, выпрямляясь. - А теперь, будьте добры, сядьте за этот столик для прислуги, так я смогу спокойно двигаться по кухне, - сказал с наигранной чопорностью мужчина. – Я только попрошу вас не мешать мне, договорились? Вайолин поджала губы, а гневные слезы так и остались стоять в ее почти прозрачных серых глазах. Юбка тяжело зашуршала, когда она садилась за скромный деревянный стул для прислуги спиной к дворецкому, и вскоре женщина замерла, положив руки с локтями на стол. Будучи вполне довольным положением вещей, Себастьян развернулся к ней спиной и принялся за повседневную готовку десерта к вечернему чаю господина. *** Демонесса за все время приготовления не произнесла ни слова и даже не шелохнулась. Демон только один раз обернулся, чтобы ее проверить, она тогда все еще сидела прямо и разглядывала свои ладони на поверхности стола. Мужчина пожелал, чтобы так было всегда, он начал гордиться своей задумкой с наручниками. Вот только им обоим действительно еще не хватало уступчивости. Когда они стали подниматься обратно наверх, чтобы отнести приготовленные чай с десертом юному графу, демоны так и мешались друг другу, периодически спотыкаясь о металлическую цепь. - Держитесь позади по мою левую руку, мадам, - сухо попросил дворецкий, после того, как чуть не уронил из-за споткнувшейся о цепь женщины аккуратно сервированный поднос. – И старайтесь держаться на расстоянии в два шага. Вайолин молча прислушалась к вполне разумной просьбе мужчины и сделала все так, как он велел. Они уже безо всяких проблем дошли до двери кабинета. - Я… То есть, мы принесли Ваш вечерний чай, милорд, - с поправкой объявил дворецкий, предварительно постучавшись. - Входите, - ответил граф с легким смешком. Мальчик встретил демонов многозначительной улыбкой. - Неплохо держитесь, - весело заметил Сиэль, пока слуга расставлял на столе поочередно тарелку с кусочком торта и блюдце с чашкой горячего чая, а женщина безмолвно и очень собранно стояла позади него. – У меня даже появилась надежда, что вы двое подружитесь благодаря этой цепи. - А Вы большой оптимист, милорд, - с широкой улыбкой посмеялся Себастьян, изгибая одну бровь. Пока дворецкий раскладывал на подносе ненужную для короткой трапезы господина посуду, внимательный граф заметил, какой мрачной была его гувернантка. У него в голове промелькнула мысль, что это как-то могло быть связано с тем, о чем прибегала посплетничать Мейлин ранее этим днем. Сиэль полагал, что демонесса будет сильно расстроена тем, что дворецкий в качестве конспирации решил выставить ее перед слугами душевнобольной. Мальчик знал, какими теплыми были отношения женщины со слугами и даже немного жалел ее, зная, что она ощущала из-за этой конспирации чувство потери. Заметив, что хозяин на нее внимательно смотрит, Вайолин скромно улыбнулась ему с едва заметным реверансом. Сиэль был даже тронут тем, что эта демонесса так явно старалась быть ради него сильной… - Ну, господин, мы удалимся, - произнес Себастьян, поднимая поднос на руки. Мужчина вежливо поклонился, после чего дворецкий и гувернантка тихо покинули комнату. Они спокойным шагом дошли до кухни, где дворецкий решил быстро прибраться и приступить к тяжелой работе в одном из парадных коридоров поместья. Гувернантка тем временем решила сесть на табуретку возле столика для прислуги, в этот раз развернувшись лицом к хлопотавшему мужчине, но никак не вмешиваясь в его работу. Она села прямо, уложила руки на коленях и закрыла глаза, полностью отрешаясь от внешнего мира. Себастьян уже стал раскладывать обратно использованные инструменты и приборы по нужным ящикам, как его внимание привлекло шуршание бумаги. Оказалось, когда он открыл один из ящиков кухонной тумбы, из него вылетел исписанный листок и приземлился на пол у ног гувернантки. Женщина не заметила этого, продолжая, не двигаясь, сидеть с закрытыми глазами. Дворецкий, удивленно подняв брови, наклонился и взял в руки знакомый листок. - Странно, как он оказался в том ящике?.. – задумчиво пробормотал мужчина, поднимая голову и найдя глазами ящик кухонного стола, куда он обычно складывал рецепты и поваренные книги. Услышав нетипичное высказывание в тишине, Вайолин открыла глаза и прямо перед собой увидела согнутую руку демона со знакомым ей листком бумаги. Она оживилась и негромко воскликнула простым междометием, вспомнив, что это был рецепт овощного супа, который она готовила для слуг. Себастьян отвлекся от своих размышлений, неожиданно услышав восклицание от находившейся, как он думал, в своеобразной гибернации гувернантки. Он быстро составил в своей голове логическую цепочку. - Вы его трогали? – подозрительно сощурившись, спросил пониженным тоном дворецкий. - А, да, - спокойно ответила Вайолин. – Я случайно на него наткнулась, когда пыталась найти какие-нибудь рецепты. Когда мы со слугами остались одни, я решила, что нам не помешало бы поужинать, а этот ваш рецепт пришелся как раз кстати, я по нему приготовила суп, и он всем очень понравился… Женщина испуганно ахнула, когда мужчина вдруг с грохотом ударил ладонью по столу совсем рядом с ней. Он склонился к ней, угрожающе глядя в глаза. - И какое, скажите мне, вы имели право готовить без моего ведома на моей кухне по моему рецепту? – сердито заговорил Себастьян, задетый таким наглым вторжением в его рабочее пространство. - Я искренне не понимаю, почему вы сердитесь, - удивилась в ответ Вайолин, без особого страха смотря открыто дворецкому в лицо. – Уже было время ужина, всем надо было что-нибудь поесть, а Бардрой хотел что-то, как я понимаю, «взорвать»… Я и решила что-нибудь приготовить сама, что в этом такого? Мужчина угрожающе вытянул перед лицом собеседницы указательный палец. - Еще хоть раз прикоснетесь к чему бы то ни было в этой комнате – я заставлю вас за это ответить! – со злостью в голосе предупредил Себастьян. - Почему же вы такой ужасный?! – не выдержала скрипачка, вскакивая с места и топнув ногой по направлению к собеседнику. – Не оставлять же всех голодными! Могли бы хоть поблагодарить меня за то, что я позаботилась о ваших подопечных! - Они – мои подопечные, а не ваши! – так же громко негодовал мужчина, невольно смяв в своей руке листок с рецептом от нахлынувшей злости. – И вы совершенно точно не имели никакого права готовить для них, это противоречит обязанностям и правам гувернантки! Не говоря уже о том, что забота о смертных – великая слабость для демона! Вайолин, снедаемая неконтролируемой яростью, схватила с рядом стоящей тумбы кухонный щуп и ловко направила его в вытянутой руке на дворецкого, нацелив острый конец щупа в кадык мужчины. Она сделала пару глубоких вздохов, смотря широко распахнутыми глазами на замершего на месте мужчину. - Да вы просто ревнуете! – зарычала гневно скрипачка. – Ревнуете господина и слуг ко мне! Как безупречный демон-дворецкий, вам отвратительна мысль, что кто-то другой мог понравиться вашему хозяину и вашим подопечным! Вот почему вы так стараетесь обратить всех против меня! Вот почему вы..!.. Гувернантка прервалась, когда почувствовала, как к ее затылку приставили что-то холодное и металлическое, а когда раздался звонкий щелчок предохранителя, женщина поняла, что это был револьвер. - Уберите от мистера Себастьяна свое оружие, мисс Вайолин, - раздался холодный женский голос. – Поспешу заверить вас, что я не промахнусь. Вайолин узнала голос, но не узнала его тембра. Женщина нервно сглотнула, все еще смотря в глаза не двигавшегося дворецкого. - Мейлин?.. – шокировано пролепетала скрипачка. Она начала поднимать руки, сдаваясь. - Медленно! – приказала профессиональный снайпер, сильнее надавливая дулом револьвера на затылок гувернантки. Дворецкий нетерпеливо вздохнул, простым движением отбирая у демонессы кухонный щуп, после чего невинно улыбнулся все еще державшей огнестрельное оружие горничной. - Мейлин, все в порядке, не волнуйся, - сказал он девушке, зажавшей в руке предварительно снятые круглые очки. Мужчина немного строже посмотрел на нее. – Убери свой револьвер, пожалуйста. И постарайся больше не вмешиваться в наши беседы с мисс Мунлайт, хорошо? Я сам с ней справлюсь. Вайолин не была готова повернуться и посмотреть на горничную, она не была готова окончательно осознать то, что горничная, которая всегда была так внимательна и заботлива к ней, была готова без малейших промедлений прострелить ей голову. Она облегченно вздохнула и расслабила спину, когда ей перестали угрожать огнестрельным оружием. - Простите, мистер Себастьян, - словно солдат отозвалась горничная. – Я вернусь к исполнению ваших поручений. - Очень хорошо, Мейлин, - ответил чопорно дворецкий. Когда девушка бесшумно удалилась, дворецкий недовольно вздохнул, переводя свой взгляд на стоявшую прямо перед ним гувернантку. Она медленно опустила руки, пустыми глазами глядя куда-то в его жилетку. По ее лицу было видно, что такое отношение со стороны служанки, к которой она недавно обращалась даже с нежностью, задело ее за живое. Мужчина спрятал в одном из ящиков щуп, пообещав себе больше не оставлять острых вещей на открытых местах. - Что же с вами поделаешь… - пробурчал себе под нос Себастьян, продолжив наводить порядок и игнорируя присутствие гувернантки. Вайолин соединила свои руки в замок спереди, опуская на них раздосадованный взгляд. Она решила полностью уйти в себя, внешне мало чем отличаясь от обычного декоративного растения. *** Когда Сиэль решил немного прогуляться по поместью, то он даже предположить не мог, что ему удастся увидеть такую диковинную картину. В парадном коридоре у окна стояла высокая стремянка, на котором очень компактно уместились оба его подручных демона. Себастьян стоял на верхней ступени, занимаясь сложной драпировкой на смененных по сезону шторах, а Вайолин сидела на средней ступеньке, свесив ноги. Ее глаза были закрыты, словно она была в легкой полудреме. Цепь свисала сбоку стремянки, не мешая демонам заниматься каждому своим занятием. Позже граф заметил другую странность. К ужину его гувернантка спустилась уже в подходящем вечернем наряде, однако ее не сопровождала горничная, как это всегда было. Обычно они с Мейлин о чем-то по дороге в столовую тихонько беседовали, но сегодня горничная спустилась в столовую раньше, чтобы проверить готовность стола к ужину. Сиэль подумал, что, скорее всего, легенда о душевных расстройствах гувернантки показалась слугам более чем правдоподобной, и они все решили ее избегать. Граф был несколько расстроен тем, что из-за всех этих резких изменений в отношении к ней, скрипачка была как никогда мрачна, отрешена и немногословна за трапезой, каким бы образом он ни пытался завести с ней отвлеченный разговор. Глядя на холодное лицо Вайолин, лишенное каких-либо эмоций, Сиэль посчитал, что демонесса решила заменить свою ненависть к дворецкому и откровенное нежное отношение к господину и слугам на всеобщее безразличие. И это его начало не на шутку пугать, ведь теперь он не знал, чего можно было от нее ожидать. Неожиданно граф осознал, что был даже рад тому, что его дворецкий придумал это дурацкое на первый взгляд расписание с наручниками. *** Если сначала Себастьян был очень доволен тем, что демонесса решила ко всем и вся относиться безразлично и безмолвно следовать его указаниям, теперь он понял, что этим она задевала чувства юного господина. Несмотря на все его возражения по поводу его чувств к скрипачке, граф, похоже, уже испытывал некую привязанность к ней. И с этим ничего нельзя было поделать. Дворецкий чувствовал себя беспомощно от того, что, в добавок к своему безразличию, гувернантка безупречно выполняла свои преподавательские обязанности, но вместе с тем делала это очень расчетливо. Она давала уроки литературы и игры на скрипке без былой радости и страсти, как среднестатистический преподаватель. И даже если Себастьян и надеялся, что из-за всего этого его господин полностью разочаруется в демонессе как в гувернантке, он все равно оставил бы ее из лояльности к Королеве. Прошло несколько дней такого существования, не насыщенного никакими драматическими событиями или диалогами. Пока дворецкий готовил на кухне, гувернантка сидела за столиком для прислуги с книгами, готовя уроки для юного графа. Пока дворецкий делал что-то по дому, гувернантка безучастно и безмолвно следовала за ним. Но в тот день что-то изменилось в этой уже привычной рутине. Демоны были на кухне, Себастьян спокойно готовил десерт для господина, а Вайолин сидела с книгами за столом, иногда переворачивая страницы и делая какие-то пометки. Неожиданно с улицы через черный вход на кухню заглянул садовник с такой же неожиданной улыбкой на лице. - Мисс Вайолин! – воскликнул звонко Финиан, не переставая лучезарно улыбаться. Демон удивленно посмотрел на подопечного, но ничего не сказал. Женщина обернулась на голос, но почти сразу вновь вернулась к своим книгам. - Да, Финни? – холодно отозвалась она. - Мисс Вайолин, давайте погуляем! – радостно предложил садовник, чем и удивил присутствовавших. Оба демона уставились на молодого человека. - Я не разрешаю, Финни! – возразил тотчас Себастьян, прервав готовку и строго посмотрев на подопечного. Садовник перевел взгляд на гувернантку и озарился, увидев на ее немного ожившем лице безмолвное удивление и, кажется, осторожное внимание. Скорее всего, она посчитала предложение весьма невинным, но с опаской и подозрением не спешила на него отвечать. Увидев в этом выражении лица женщины свой шанс, Финиан решил разыграть свой козырь против крайне строгого и неуступчивого дворецкого. Он за стеной подергал кого-то за рукав. - А вы что думаете обо всем этом, господин Танака? – спросил громко и показательно Финни. Над его головой показалась голова дружелюбного эконома поместья Фантомхайв. - Себастьян, мисс Вайолин – не собачка, которую нужно всюду контролировать на цепи, - с легким упреком в голосе обратился к своему преемнику старик. Он широко улыбнулся. – Не стоит держать молодую женщину взаперти в такой хороший день. Пусть она погуляет с нами, а ты продолжай свою работу. Я даже готов предложить тебе на время пристегнуть мисс к моей руке. Дворецкий поджал губы, ему определенно не нравилась вся эта затея и это внезапное внимание к демонессе со стороны слуг. Но он видел во впалых глазах эконома открытый упрек, и ему очень не хотелось расстраивать этого пожилого смертного. Мужчина недовольно выдохнул на прядь своих черных волос, доставая из кармашка жилетки часики и прикрепленный к их цепочке Альберта ключ от наручников. - Верните ее мне через полчаса, - строго проговорил Себастьян, отстегивая наручник от правого запястья гувернантки. Вайолин удивленно посмотрела на свое освобожденное запястье, а после нежно потерла его другой рукой, поднимая непонимающий взгляд на дворецкого. Тот небрежно махнул на нее рукой, моментально возвращаясь к готовке. Женщина с опаской посмотрела в проем распахнутой двери, где ее все еще ожидали садовник и эконом. - Ну же, мисс Вайолин, идемте! – радостно позвал за собой Финиан, когда эконом уже развернулся и направился неспешным шагом вглубь сада. – Давайте быстрее, пока Себастьян не смотрит! Демонесса прекрасно понимала, насколько такое поведение было странным, учитывая то, что дворецкий убедил их в ее помешанности, потому она не спешила сразу последовать за слугами. Выйдя за порог дома и на секунду обернувшись к высокому мужчине, она увидела, что тот снова был занят готовкой, всем своим видом показывая гувернантке, что ему абсолютно все равно. Вайолин слышала, как неустанно звал ее за собой садовник, и решила, что последует за ним, чтобы узнать причину его оживленного поведения. Женщина, продолжая мягко тереть раздраженную кожу запястья, поспешила за садовником и экономом. Проходя по широкой лужайке парка, Вайолин почувствовала на себе дуновение осеннего ветра. Она глубоко вздохнула через нос, осознав, что уже очень давно не наслаждалась обычным уличным воздухом. Она сделала широкий шаг, понимая, что она смогла это сделать впервые за долгие дни. Демонесса не выдержала и широко улыбнулась неожиданно обретенной временной свободе. - Мисс Вайолин! – продолжал без устали звать светловолосый молодой человек, подбегая к гувернантке и хватая ее за руку. – Ну что, побежали? - Что? – с неловкой улыбкой удивленно спросила женщина. - Побежали, а то Танака далеко без нас уйдет! – радостно и невинно крикнул Финиан, бросаясь с места и таща за руку за собой гувернантку. - Финни, подожди! – весело смеясь, крикнула женщина, в спешке приподнимая подол своего повседневного платья. Садовник и гувернантка бегом догнали эконома, тот уже присаживался на одну из скамеек в розовом саду. Вайолин посмотрела на молодого человека, что продолжал держать ее за руку, и тот с мягкой улыбкой намекнул ей, что ей стоило присоединиться к старику. Отпустив его руку, женщина медленно подошла к скамейке и села на дальнем от эконома конце. Финиан недовольно фыркнул и смело подтолкнул гувернантку как можно ближе к пожилому мужчине, чтобы самому занять ее место. Троица немного посидела в тишине, наслаждаясь свежим воздухом. Вайолин встрепенулась, почувствовав прикосновение к своей руке. Она посмотрела на свои колени и увидела, что ее за руку взял управляющий дома Фантомхайв. - Мисс Вайолин, почему вы плачете? – осторожно спросил старик. - Плачу?.. – удивленно отозвалась демонесса, машинально поднимая свободную руку к лицу. По ее лицу скатывалась скупая слезинка. – О, и вправду… - Впервые за прошедшие несколько дней я увидел на вашем лице хоть какие-то эмоции, - с искренней радостью заметил Танака. – Вы же плачете от счастья? - Я… я не знаю… - в замешательстве пролепетала Вайолин, по-настоящему не понимавшая, что с ней происходило. Она смущенно приложила ладонь к лицу и опустила глаза. - Мисс Вайолин, я честно не понимаю, почему Себастьян к вам так относится, - неожиданно серьезно заговорил Финни после недолгой паузы. – И мне кажется, он преувеличил с рассказом о ваших расстройствах. Женщина недоуменно посмотрела на садовника, а потом и на эконома. - Вы нравитесь графу, мисс, - добавил Танака. – И я вижу, как его задевает ваша холодность эти последние дни. Но он еще не понимает, что вы прячете свои эмоции, боясь еще сильнее ухудшить ваши отношения с прислугой и дворецким поместья Фантомхайв. - Но юный господин и вправду очень расстроен! – заметил Финни. - К тому же, не дело вам так беспрекословно слушаться Себастьяна, - продолжал старик. – В конце концов, вы выше его, выше всех нас, даже включая господина. Вы не должны бояться быть собой, какой бы вы ни были. Вы не должны бояться своих эмоций, они делают вас такой, какая вы есть. Оставьте лучше отчужденность Себастьяну. Вайолин не выдержала и расклеилась, начав несдержанно плакать в свои ладони. Ей было поначалу стыдно, но и садовник, и эконом поддержали ее, Финни – держа ее за локоть, а Танака – по-отцовски поглаживая по плечу. - Вы можете быть сильной, только если вы примете свои слабости, - негромко поделился своей мудростью пожилой слуга. – Порой может случиться и так, что ваши слабости могут стать вашей силой… Демонесса замерла, осознав правоту мужчины. Она подняла глаза на старика и благодарно улыбнулась ему. Танаке на секунду показалось, что серые глаза гувернантки на мгновение блеснули фиолетовым свечением. Гувернантка вернулась на кухню ровно через полчаса. - Я почти закончил, - коротко и сухо объявил Себастьян, разворачиваясь к женщине, чтобы пристегнуть ее обратно к себе. - Хорошо, - чопорно ответила женщина, неожиданно для демона самостоятельно застегнув на нужной руке наручник. Она вернулась к своему занятию. Дворецкий удивился такому оживлению в поведении и движениях демонессы, уже привыкнув видеть ее бесхребетной марионеткой. Но он не придал этому обстоятельству особого значения, продолжив осторожно сервировать поднос. *** - Я могу немного поиграть на скрипке? – обратилась гувернантка к шедшему перед ней дворецкому. Они уже шли от кабинета графа, подав ему чай, в руках мужчины все еще был поднос с заварником. Услышав эту просьбу и помня об особенных талантах демонессы, Себастьян насторожился. - В музыкальном салоне, не для графа, - добавила Вайолин, почти прочитав мысли демона. Дворецкий обернулся к собеседнице и внимательно посмотрел на нее. Она смотрела ему прямо в лицо, в ее глазах виднелась безмолвная настойчивость. Мужчина обдумал слова гувернантки, продолжая вглядываться в ее обычные человеческие серые глаза. - Хорошо, но в моем присутствии, - озвучил свое условие Себастьян, после чего, не дожидаясь ответа женщины, повел ее в сторону музыкального зала. Они вместе вошли, и скрипачка закрыла за ними двери, в лишний раз убеждая подозрительного дворецкого в том, что она хотела поиграть на инструменте не для ушей юного господина. Мужчина в ответ поставил поднос на маленький столик посреди комнаты, встал прямо, завел руки за спину и закрыл глаза, говоря своими действиями о том, что он был не против дать ей еще немного свободы на сегодня. Женщина подошла к окну на дальней стене, под которым стоял стол с нотами и двумя скрипками: ученической и ее собственной. Вайолин медленно коснулась своего инструмента, в блаженстве прикрывая глаза. Она провела ладонью по гладко покрашенной деке скрипки, тронула гриф, за который она ухватилась всей ладонью, а после подняла со стола. Женщина с неосознанной грацией взяла в руки смычок, после чего развернулась к дворецкому, стоявшему посреди зала. Себастьян с закрытыми глазами услышал, как рядом с ним раздался стук низкого женского каблука и зашуршала ткань женского платья. Похоже, она встала недалеко от него. Его веки немного вздрогнули, когда тишину в салоне нарушили первые ноты, наигранные на скрипке. Демона удивило то, что услышанное им было похоже на одно из сочинений Фредерика Шопена, созданное для фортепиано. На скрипке эта технически очень сложная композиция звучала очень непривычно, очень странно, и ее настроение сильно отличалось от того, какое в нотных альбомах указал композитор. Такой грубый диссонанс, внесенный в выбранные самим Шопеном инструмент и настроение, для которых писал композитор это сочинение, заставило демона содрогнуться. Вдобавок к техническому разладу дворецкий почувствовал, как что-то начало пробуждаться где-то в его подсознании и как сильно застучало его нечеловеческое сердце. Вайолин доиграла композицию и, взмахнув напоследок смычком, замерла, держа руку на весу. Она раскрыла глаза и с вызовом посмотрела на дворецкого. Тот резко распахнул глаза, и женщина увидела, каким яростным алым пламенем они горели. Он же, сильно помрачнев, посмотрел в спокойные серые, как речная вода, глаза гувернантки. - Вы играли не для графа, и не для себя, - тихо проговорил Себастьян, нахмурившись. – Вы играли для меня. Что все это значит? Вайолин ничего не ответила, медленно опуская скрипку и смычок, оставив их висеть в расслабленных руках. Демон стиснул зубы, почувствовав, как сильно у него заболело в области груди и в голове. Он испытывал только одно чувство, которое в своей музыке отобразила скрипачка. Но это было не чувство композитора, а ее собственное. Пламенная ненависть. Женщина отложила на стол скрипку, а после встала перед ним прямо, вытянув вдоль тела тонкие руки. Себастьян удивился, увидев, как демонесса медленно моргнула и надменно посмотрела на него. Она нахмурила свои брови. - Я хочу, чтобы вы знали, что я к вам испытываю, - ответила Вайолин, не отводя уверенный взгляд. – Того, кто беспричинно мучает меня, кто ограничил мою свободу и видит во мне лишь демона, я всем сердцем и душой ненавижу! Демон оскалился, глядя противнице в глаза. Она подошла к нему вплотную, не стесняясь своей открытости. - Даже если я демон, я не такая, как вы! – проговорила демонесса. – В отличие от вас, я все еще являюсь человеком! В отличие от вас я еще способна чувствовать и принимать свои человеческие эмоции! А вы – просто трус, вы пользуетесь своей натурой демона, как отговоркой для своего эгоизма! Себастьян, окончательно выведенный из себя, сунул руку во внутренний карман пиджака и схватил спрятанный там столовый нож. Его руку молниеносно перехватила Вайолин, не дав мужчине одним быстрым выпадом перерезать ей горло, удивив противника своей скоростью и силой. С предыдущего раза она стала намного сильнее. Все еще сжимая пальцами его запястье, женщина подошла еще ближе к нему и нарочно задела кончиком своего носа нос мужчины. - Убейте меня и докажите всем, что я оказалась права, - прошептала Вайолин, человеческими глазами глядя в горевшие потусторонним светом глаза демона. Себастьян все же пересилил демонессу, однако он метнул нож не в нее, а в дощатый пол между ними. Так же быстро демон схватил со стола скрипку демонессы и бросил ее в пол с такой силой, что она разломалась пополам. Вайолин вздрогнула, но удержала свой гнев. Демон сломал наручник на своем запястье и небрежно бросил его на ближайший стул. - Я слышал звонок в парадные двери, я должен ответить, - с явным лицемерием проговорил мужчина, кланяясь. – Вам нужно время, чтобы обдумать свое поведение, в одиночестве. Но если вы приблизитесь к графу – следующий нож я метну не в пол. Дворецкий выпрямился и, напоследок холодно взглянув на гувернантку, вышел из комнаты. Вайолин опустила голову и посмотрела сначала на торчавший из досок серебряный нож, а затем и на свою сломанную скрипку. Женщина опустилась на колени и, взяв в руки нож, одним легким движением вытащила его. Она крепко сжала его, без особой скорби глядя на сломанный инструмент. Демонесса сделала выбор.