Прошлое и будущее: туда и обратно

Гэндальф флегматично жевал травинку и щурился на солнечный свет. Май в Шире выдался на редкость жаркий, и грех было не погреть старые косточки на ласковом зеленом лугу. Маг развалился на серой хламиде, заменявшей ему плед, слушал пение птичек, вспоминал прошлые странствования. Внезапно ему почудилось, будто кто-то его зовет. Гэндальф повернул голову на звук. Так как за высокой травой ничего нельзя было разглядеть, магу пришлось подняться. Прямо на него, выкрикивая имя Гэндальфа и размахивая руками, скакал юноша. В левой руке его был зажат сверток. Оказавшись возле Митрандира, наездник еле успел придержать коня и не слишком грациозно свалился на землю. Кое-как поднявшись на ноги, юноша торопливо и сбивчиво доложил, что владыки Гондора, Рохана, князь Итилиэна, принц Лихолесья и Страж Границ Лориэна, просят (и даже требуют) помощи в каком-то важном деле. Посланник протянул магу свиток пергамента. «Дорогой Друг! Сим прошу тебя присоединиться к нашему совету. Явление, произошедшее двадцать пятого марта сего года в Эмин Арнен, терзает нас. Леголас и Халдир не нашли ответов на свои вопросы в Лориэне. Фарамир явился в Минас-Тирит с просьбой о помощи. Эомер Роханский прислал гонца с приглашением в свой чертог. Мы все направляемся в Эдорас. Ждем тебя тридцать первого мая на закате в Медусельде. После входа повернуть налево, потом направо, далее вниз тридцать ступеней, направо, прямо, вход в тайный зал за третьей бочкой слева. Элессар». Гэндальф перечел пергамент три раза, глубоко вздохнул, перечел еще раз, закурил трубку, пробурчал что-то о вреде алкоголя, кивнул гонцу, свистнул, вскочил явившегося по зову Светозара и помчался в путь. В Эдорасе Гэндальфа встретили с каким-то необъяснимым облегчением, чему маг удивился. Местные жители восторженно махали ему руками, кричали приветствия. Кто-то бросался обнимать друг друга, кто-то танцевал ритуальный танец радости. Вокруг Золотого Чертога собрались сто пятьдесят Мери Сью и обменивались сплетнями. Не снимая дорожную серую хламиду, маг отпустил коня и прошел во дворец. По приказу Эомера, Медусельд перестроили: теперь он представлял собой не просто зал для пиршеств и советов, а полноценный дворец*. На появившемся втором ярусе находились королевские покои и комнаты приближенных, а третий этаж предназначался для размещения высоких гостей правителя. Спустившись в погреб, Гэндальф нашел третью бочку, отодвинул ее и открыл замаскированную дверь. В просторном темном зале сидели пятеро мужчин и громко жаловались на Мери Сью. - ...я сначала думал насладиться, а потом понял, что как только сдамся хоть одной, другие от меня вообще не... О, доброго тебе здоровья, Гэндальф! - прервал свой рассказ златовласый хозяин дворца и погреба. – Ты приехал вовремя. - Насколько я понимаю, у вас возникли какие-то... проблемы? – невинно поинтересовался маг. - Проблемы? - Эомер побледнел и сжал кулаки. – Это не просто проблемы! - Гэндальф, – Арагорн чуть склонил голову, - нужно что-то делать. И делать это надо срочно. Дамы, прибывшие из другого мира, должны быть отправлены назад. - Мне границы охранять надо, а они мешаются, – вставил свое веское слово Халдир. - Эовин ужасно расстроена, мое сердце плачет, глядя на ее страдания... - начал было Фарамир, но побелевший еще сильнее Эомер пообещал ему, что если тот недоглядит за его сестрой, сердце Фарамира будет обливаться не слезами, а кровью. - Леса плохо отзываются мне. Душа моя просит покоя. Песнь Арды становится все тише, – печально протянул Леголас. - Мы должны найти способ избавиться от этих дев! – воскликнул Арагорн. - Надо хорошенько все обдумать... - начал Гэндальф, присаживаясь за стол и принимая кубок с элем. Небольшой совет заседал до утра. Выдвигались самые разные способы избавления мужчин от нашествия иноземок. Арагорн предлагал заманить их в Орхтанк и запереть там, Фарамир – отправить на вечное проживание в Мордор, Леголас призывал всех пострадавших уплыть в Валинор, Халдиру было все равно, что сделают с пришелицами, лишь бы делали это подальше от Лориэна, Эомер требовал приковать всех Мери Сью цепями к скале и заключить договор с орлами о клевании печени девам. Все предложения сопровождались обильным распитием содержимого королевского погреба. К утру было решено просить помощи у Вала Манве, с которым Гэндальф должен был связаться с помощью старого секретного обряда. Вдрызг пьяные герои выбрались из погреба, и, шатаясь, отправились к подножью горы Старкхорн. «Великолепная пятерка» встала в круг. Герои Средиземья, о достоинствах коих слагалось столько легенд, еле стояли на ногах. Гэндальф ходил между остальными и читал заклинания. Наконец маг остановился и, повернувшись лицом на запад, замахал посохом, а затем выкрикнул слова призыва. В образованном мужчинами круге заклубился белый туман. Герои хором чихнули, Гэндальф обернулся на звук и застонал: в рассеивающейся дымке обнаружился силуэт обнаженной женщины. Молодая женщина недобро смотрела на осмелившихся вызвать ее снизу вверх, прикрывая наготу руками, ногами и прямыми темно-русыми волосами. «Великолепная пятерка» и Гэндальф стремительно трезвели... ____________ * Медусельд был действительно перестроен по приказу Эомера.