Belief

- Эй, что это еще такое? - спросил я, заходя в комнату. - Ты никогда не видел телевизор? - приподнимая бровь сказал Найл. - И вообще, что ты тут делаешь? - Действительно, что я делаю в своей комнате? - перекривлял я. - Телевизор? Что это такое? - О, мистер Сарказм, у вас хорошее настроение? Я раздраженно фыркнул и запрыгнул на свою кровать вниз животом. Тихий смешок заставил приподнять голову и бросить злобный взгляд в сторону Хорана. Он показал мне язык и продолжил возиться с новоприобретенной техникой, а я снова уткнулся лицом в подушку. Мне было действительно интересно откуда в нашей комнате телик, ведь в приюте их всего семь: один у директора, другой у охранника, а остальные расставлены в рекреациях на этажах. Слабо верилось, что воспитанники спокойно отдали одно из самых интересных развлечений кому-то в единоличное пользование, даже если этим кем-то был сам Найл Хоран. - Двигайся, чудовище, я хочу посмотреть телевизор. - Отстань, у тебя и своя кровать есть, - пробурчал я. - Я тебе сейчас так отстану, что потом ноги свести не сможешь! - его голос снова стал холодным и злобным как тогда, до... того случая. - П-прости, я сейчас встану. Хочешь, я вообще уйду? - мне и впрямь стало страшновато. Я стал подниматься с кровати, но громкий хохот остановил меня. Он смеется? Серьезно? Это шутка такая, да? - Господи, до чего же ты доверчивый! - не переставал ржать Найл. - Поверил? - Отвали, придурок. И шуточки у тебя придурочные. - Двигайся, - он пропустил мои слова мимо ушей, - а то на тебя лягу. - Ага, десять раз прям, - ляжет он на меня, как же. - Эй! Его тяжеленная тушка со всей дури опустилась на мое бедное тщедушное тельце... Ну, ладно, не такое уж и тщедушное... Ну и не бедное... Ну и не со всей дури... Но тяжелым Хоран был точно. Найл мягко лег на меня, подбородком уперевшись в плечо, а руки устраивая под своей грудью. Не очень-то удобно, скажу я вам. Но мне стало тепло, действительно тепло. Как будто так и должно быть. Я громко вздохнул, всем своим видом показывая, что мне не очень-то и удобно, но, к сожалению, был бессовестно проигнорирован. Одна рука исчезла с моей спины, а через секунду я почувствовал сильное давление на плечо, что заставило меня вскрикнуть. - Ой, извини, - искренне сказал он, - я просто поправил волосы, а то они мне в глаза лезут. - Да ничего, блин. Дай я перелягу на твою постель, я спать хочу. - Перебьешься, мне на тебе лежать нравится, - усмехнулся блондин. - Ты такой тепленький, мягенький... Бля... - Что не так? - взволнованно приподнял голову я. - Блять! У тебя голова каменная! - И не только голова, - прошептал он мне на ушко, после чего оставил влажный поцелуй на моей коже. - Хм, Найл, я думаю, что сейчас не самое подходящее время для этого. Доктор просил обойтись без нервов, - тихо, но четко сказал я. - Я заставляю тебя нервничать? О, Малик, это так мило, - тихий смешок в ухо. Хоран мягко подался бедрами вперед, вырывая из моих губ сдержанный стон, после чего прошелся шаловливым язычком по чувствительной коже за ухом. - Что именно сказал тебе Рейз? - Он сказал, что это просто чудо! Серьезно, он не мог поверить, что я вижу. Да я и сам до сих пор не верю, если честно! - восторг в моем голосе был просто сумасшедшим. - Ты молодец, Зи, - теплый поцелуй в щеку. - Я горжусь тобой. Боже, я не могу поверить, что лежу в обнимку с Найлом Хораном, а тот нежно меня целует. Это было как-то неправильно, почти невероятно! В голове не укладывается: я - один из самых жалких воспитанников - и он - самый крутой парень в приюте. Противоположности притягиваются? Может и так. Но мы другие: нас не тянет друг к другу... наверное. Просто он настолько странный и интересный, что его хочется изучить, понять. У него дико непредсказуемый характер, поэтому это часто пугает, но манить не перестает. - Зи? Боже, давай только без дурацких прозвищ! Я тоже, между прочим, могу придумать что-то типа "Ни" или даже "Найли", - он только фыркнул в ответ на мои слова. - Главное верить, что все будет хорошо. Вера важнее всего, - доверительным и серьезным тоном сказал он мне. - Ты прав, Хоран. Ты прав... Рейз сказал, что вера и любовь могут победить все. - Любовь - иллюзия, - я удивленно поднял брови. - А религия? - спросил я. Маловероятно, конечно, но чем черт не шутит... - Распространенный суррогат веры. - Вы скептик. - Ничуть. Ведь скептицизм - начало веры, - мои глаза округлились до невозможности. - Да кто же вы? - выдохнул я. Не верилось, что он читал... - Определить - значит ограничить. - Ну дайте мне хоть нить!.. - Нити обрываются. И вы рискуете заблудиться в лабиринте.* - Ты читал Уальда?! Серьезно? - Было разок, - в его голосе послышалось смущение. - Ну нас заставили. Там по этой книге контрольная была. Пришлось, ясно? - Обалдеть! - я просто не мог найти слов. - Слушай, дай я перевернусь, а то мне так не очень-то и удобно. Парень встал с меня, я перевернулся на спину и отодвинулся к стенке, чтобы Найл плюхнулся не на меня, а на свободную часть кровати, ибо возбуждение - последняя вещь, в которой я мог бы нуждаться сейчас. - Зануда, - заныл сосед. - Я хотел снова лечь на тебя. Ты теплый и мягкий. - Ты солгал, - вдруг понял я. От осознания этого я даже приподнялся на локтях, глядя в удивленные глаза соседа. - С одного раза, тем более из-под палки, ты бы не запомнил этот диалог. - Ты определенно сбрендил, Малик. Я... У меня просто хорошая память, вот и все, - пытался отмазаться сосед, но я все же успел заметить слегка покрасневшие щечки и бегающий взгляд. - Когда день рождения у Луи? У Гарри? - он растерянно молчал, опустив глаза в пол. - Ты - маленький обманщик, Найли. - Найли? Ну ты у меня сейчас отхватишь! - Он схватил свою подушку и со всей дури стал лупить меня, весело при этом хохоча. "Я бы многое отдал за то, чтобы всегда видеть его только таким," - пронеслась шальная мысль в моей голове. Здесь и сейчас я был почти счастлив.

***

- Это Найл смеется? - тихонько спросил Гарри. - Не знаю, я от него такого смеха еще никогда не слышал, - ответил Луи. - Но мне будет только на руку, если он влюбится в этого идиота Малика. Хоран станет слабее, и мне придется приложить меньше усилий, чтобы прикончить его. * - диалог из романа Оскара Уальда "Портрет Дориана Грея"