Deep red roses

      Каждый вечер Тэхён ждёт своего ночного сказочника, приходившего к нему неизменно в чёрном приталенном костюмe с ровной и уверенной походкой. Чонгук берёт за руку Тэхёна и уводит его в свой таинственный сад. Там начинаются бесконечные, нескончаемые истории. Ким недоумевает, откуда их Чонгук вообще придумывает. Они ведь реально всё время новые.       И да, каждый раз Чонгук всё с той же никогда не увядающей тёмно-красной розой. А иногда вместе с чёрной кошкой, нашедшей комнату с портретом ночного гостя.       А ещё кролик Гуки нравится ночному другу, думает Ким. Ведь Чонгук любезно садит мягкую игрушку себе на коленки, смотря прямым взглядом на Тэхёна, словно глядит в душу. Ким думает, что ночной сказочник очень похож на его белого кролика, что делает парня в костюме довольно-таки...забавным, если честно. Чонгуку бы подошли длинные кроличьи ушки и пушистый хвостик. Тэхён от этой фантазийной картинки прыскает со смеху, пытаясь подавить смешок в ладони. А то мало ли, Чонгук обидится ещё.       Да и вообще Тэхёну непонятно, что за странное чувство он испытывает к Чонгуку. Нечто, вроде, трепетное и нежное, но в то же время детское, словно когда-то забытое. Холодные руки должны отталкивать, но, наоборот, Тэхёну нравится ощущать ледяные пальцы своей ладонью.       Хотя всё же главное - кто такой Чонгук. То, что он явно не человек и ежу ясно, но вопрос в том, кто же такой этот...парень или же потустороннее существо. Интерес гложет Тэхёна. – Чонгук? А кто ты? – Решившись разобраться с нерешаемым вопросом, спрашивает Тэхён, прерывая тишину, вставшую в спальне немой музыкой.       Но ответа не последовало. Чонгук просто ушёл и не приходил около трёх дней.       Снова проснувшись от холодного ветерка, противно гуляющего у ног парня, Тэхён подавляет чувство дежавю, слыша где-то тихую мелодию, возможно, музыкальной шкатулки. Он, будто зачарованный, встаёт и направляется на красивые звуки, доносившиеся откуда-то с первого этажа особняка. Мелодия привела его к дверце, той самой, за которой должен быть сад и Чонгук. Даже невольно подкралась мысль, что сам Тэхён никогда не ходил туда. Его всё время водил под ручку Чонгук. Ну что ж настало время, поэтому Ким уверенно, но с опасением дергает дверцу, открывая её, и спускается вниз, проходя по привычным уже для него тунелям с заботливо повешанными керосиновыми фонарями по бокам. С каждым шагом громкость музыки увеличивалась, и вот Тэхён видит на низком столике маленькую шкатулку с причудливыми узорами на её крышке. Шкатулка, зелёного цвета с двумя гордыми серебристыми львами, вставшими на задние лапы и угрожающей друг другу в нелёгкой схватке, издаёт звуки мелодии медленного танца, вгоняя парня в спокойное, умитворяющее состояние. Музыкальный инструмент украшает стройная балерина в белых пуантах. Тэхён, не отводя глаз и не моргая, подходит к шкатулке. Насколько он помнит, здесь её никогда не было, и музыки в этом месте он также никогда не слышал. – Надо же, ты всё-таки пришёл сам, – насмешливо произносится чей-то голос сзади.       Тэхён мелко улыбается, застенчиво складывая руки в замок перед собой. Неловко как-то резко стало из-за присутствия Чонгука. Даже щёки приобрели нежно-розовый оттенок. – И тебе привет, – говорит в пустоту Тэхён, закрывая глаза и считая до пяти. Это стало их ритуалом для призыва Чонгука, ведь уже в следующую секунду Ким открывает глаза и видит перед собой ночного друга, сидящего на низком столике рядом с музыкальным инструментом. Тёмные глаза внимательно смотрят на Тэхёна, изучая любые в нём изменения, коих, конечно, не было. Но у Чонгука появлялась острая необходимость сделать это. Обычный человек как-то странно влиял на Чонгука, не перестающего думать о нередкой квадратной улыбке и наивно милом взгляде Тэхёна. – Хочешь потанцевать? – Спрашивает Чонгук, вставая со столика, и подаёт раскрытую ладонь, чуть наклоняясь вперёд и убирая вторую руку за спину. Грех - отказать такому предложению с такими джентльменскими манерами.       Тэхён обаятельно улыбается, смотря горящими глазами на Чонгука, и с радостью принимает приглашение на танец. Мелодия вальса будто заполняет всё пространство, оставляя двух парней одних в этом саду. Чонгук аккуратно притягивает Кима ближе к себе, смотря тому в глаза. Тэхён не умеет танцевать медленный танец, поэтому немного нелепо пытается пристроить руку на плече Чонгука. Они начинают медленно кружиться, крепко обнимая друг друга. В груди Тэхёна, несмотря на столь успокаивающую музыку, издающуюся благодаря музыкальной шкатулке, бушует необъяснимый пожар. Кровь приливает к щекам парня, спрятавшего лицо в плече партнёра по танцу. – Тэхён, – внезапно начинает Чонгук, произнося данные слова прямо в ушко Тэхёна, по которому стадом пробежали мурашки по всему телу от неожиданного шептания возле уха. – Д-да? – мелко дрожащим голосом откликается Тэхён. – Спроси своих родителей о Чон Чонгуке, – дал указания парень в чёрном костюме. – Что? – Не совсем понял Тэхён, останавливаясь и недоумённо глядя на Чонгука. – Спроси своих родителей, – бегло повторил ночной сказочник, отпуская Кима и отходя назад, и растворился в тени ночи.       Не успел Тэхён ничего не понять, как тут же почувствовал, что глаза наливаются свинцом, и сознание теряется за гранью реальности.       Тэхён словно находиться в невесомости и слышит ненавистные ему уже звуки капель где-то поблизости. Перед глазами мелькают воспоминания о картине, найденной в секретной комнате старого дома, на ней изображён парень со слабой улыбкой и расцарапанным горлом. Напряжение отдаётся в висках острой болью. Тэхён пытается кричать, но у него получается лишь открыть рот, не издавая ни звука. Он теряется между спокойной реальностью и больной фантазией глюков, когда отрывками видит перед собой белоснежную ванну, наполненную до краёв водой. И в следующую же секунду из воды встаёт размытая фигура человека, из глаз которого текут кровавые слёзы, окрашивающие чистую, прозрачную воду красными кляксами. На месте сердца чёрной фигуры вырастает тёмно-красная роза, причиняющая боль своим появлением страдающему человеку.       Из воды появляются быстрые и острые цепи, хватающее тело тёмной фигуры. Они с силой тянут ту вниз, вырывая крики беспомощности, ударяющие в ушные перепонки Тэхёна. Когда на поверхности остаётся только голова неведомого человека, Тэхён приходит в яркий ужас, практически не дыша и не моргая. Голова издевательски медленно поворачивается в сторону Тэхёна, якобы смотря тому в глаза и жалобно улыбаясь. Чёрные губы что-то шепчут, но бедный парень, наблюдавший этот ужас, не различает слов. В ушах противно звенит, в горле застрял комок то ли тошноты, то ли слёз.       Неизвестная фигура полностью погружается в воду, и из ванны начинает потом лить кровавая вода, уже заполнив всё ровно до колен Тэхёна.       Тэхён не может терпеть этого издевательства над его сознанием и пытается всеми силами двинуть хотя бы одной конечностью. И в шоке резко садится на кровати, тяжело дыша.       Тэхёну от чего-то больно в районе сердца. Медленно из его глаз потекли непрошенные слёзы.       Он невольно смотрит на своего кролика, замечая изменивший свой цвет галстук. Синий, словно глубины океана, поменялся на красный, как та вода из кошмарных видей. Тэхён закрывает глаза, откидываясь назад, на подушку, и просто нервно тянет уголки побледневших губ.