Death's Vacation

Во второй половине дня погода окончательно испортилась. Дождь лил, как из ведра, на дорогах начались самые настоящие потопы. Койю уже целый час сидел в кафе и помешивал ложечкой давно остывший кофе. Он написал Таканори смс, что «дело» оказалось серьезнее, чем он думал, и вернуться на репетицию он уже не сможет. Блондин вздохнул и посмотрел в окно. Он не чувствовал ничего. Ни жалости, ни страха, ни боли. Только холодную пустоту в душе. Единственным, что его беспокоило на данный момент, был вопрос о том, как он будет смотреть в глаза своим друзьям, улыбаться, продолжать репетиции, зная, что через месяц его не станет. В «лучшие случаи» Койю не верил, он был уверен на все сто, что врачи говорят это лишь для того, чтобы хоть немного подбодрить безнадежных пациентов. А ведь он сам довел себя до этого… Кто заставлял его отказываться от лечения год назад? Когда еще был шанс остановить болезнь… Фактически, Койю собственноручно подписал себе смертный приговор… Блондин зажмурился и помотал головой в попытке отогнать эти мысли. — Что, день не задался? – незнакомый мужской голос заставил Койю открыть глаза. И тут же столкнуться с пронзительным взглядом карих, почти черных глаз парня, сидящего напротив. За своими раздумьями Койю даже не заметил, как этот парень подсел к нему за столик. — Вроде того, — промямлил блондин, понимая, что просто промолчать будет невежливо с его стороны. – Давно ты тут сидишь? — Минут пять, — ответил парень. – Просто это мой любимый столик в этом кафе, да и других свободных мест нет. Надеюсь, ты не против моей компании? — Нет, не против. Да даже если бы был, не выпинывать же тебя отсюда, — Койю понял, что высказался грубо, и был уверен, что его «сосед» обидится или разозлится на него. Но вместо этого парень, сидящий напротив, улыбнулся. Так по-доброму, тепло. На душе отчего-то стало хорошо и спокойно. Койю невольно улыбнулся ему в ответ. — У тебя солнечная улыбка, тебе надо чаще улыбаться. Кстати, я Юу. А тебя как зовут? — Койю. Рад познакомиться, Юу, — блондин оглядел своего нового знакомого. Черные волосы до плеч, несколько прядей выкрашены в кричаще-красный, пухлые губы и выразительные карие глаза – именно это почему-то больше всего зацепило Койю в этом парне. — Я тебя раньше не видел здесь, — вдруг произнес Юу. — В смысле? — Я захожу в это кафе каждый день примерно в одно и то же время, но тебя вижу впервые. — Потому что я здесь впервые, — пояснил Койю. – Просто, захотелось выпить кофе, а это кафе первым попалось на моем пути. — Странно… Решил выпить кофе, но даже к нему не притронулся, — Юу заглянул в чашку, стоящую перед Койю. – Видимо, день у тебя совсем не задался… — Совсем… — грустно вздохнул блондин, снова вспоминая слова доктора Кавамуры. — У меня тоже. Поругался с друзьями, и меня поперли из группы. — Ты музыкант? — Ну да, музыкант. Видимо, бывший… — вздохнул Юу. – Ума не приложу, куда теперь податься. — А ты на чем играешь? — На гитаре. — Нам как раз нужен гитарист, — вдруг выпалил Койю и сам поразился своим словам. Откуда он это вытащил? У ребят, конечно, не раз были разговоры о том, чтобы расширить состав, но ничего конкретного они не решали по этому поводу. Но, с другой стороны, группе нужен будет новый гитарист, когда Койю… От этой мысли внутренности скрутило, и Койю показалось, что он сейчас заплачет. Но он сдержался. — Ты тоже музыкант? – Юу приподнял бровь. — Да. И тоже гитарист. И нам в группу нужна вторая гитара, — блондин начал говорить увереннее. Играть – так до победного. Койю почему-то был уверен, что сможет убедить своих друзей, что второй гитарист им просто жизненно необходим. — Я и не подозревал, что моя проблема решится так быстро и так неожиданно, — заулыбался брюнет. – Что ж, попробовать можно. Я согласен. — Вот и отлично. Я предупрежу ребят, и, думаю, прямо завтра тебя им представлю. Надеюсь, ты сносно играешь… Юу усмехнулся. — Если хочешь, могу продемонстрировать тебе свои навыки прямо сейчас. — Как? Здесь? — А что такого? Ты так спрашиваешь, как будто я стриптиз собрался устраивать, — Койю хихикнул. Юу тем временем достал из чехла гитару, которая, оказывается, стояла у стены за его спиной. И как Койю ее раньше не заметил? — Ну, что тебе сыграть, солнечный зайчик? – от последних слов блондин смутился. — Не знаю, — он пожал плечами, — что-нибудь на свой вкус. — Хорошо, — и Юу начал играть. *** — Это потрясающе… — это все, что смог сказать Койю после того, как Юу сыграл ему мелодию собственного сочинения. — Я так понимаю, с попаданием в группу у меня проблем не будет? – улыбнулся брюнет и зачехлил гитару. Койю все еще пребывал в состоянии легкой прострации от услышанного. Мелодия тронула его до глубины души. Она была наполнена светлой грустью, и вызвала у блондина ассоциации с пасмурным днем, когда небо плотно закрыто тучами, и вдруг сквозь них пробивается луч солнца. Луч надежды. Надежды, которой у Койю не было. — Ты в порядке? — Да, все нормально. Просто задумался, — Койю улыбнулся. – Расскажи что-нибудь о себе. Я ведь не могу привести в группу человека, о котором не знаю ничего, кроме его имени. — А что конкретно ты хочешь знать? – поинтересовался Юу. — Всё. — Прямо-таки всё? – брюнет усмехнулся. – Ну, хорошо. Но разговор будет долгим. Койю молча кивнул в ответ, и Юу начал свой рассказ. *** Они проговорили до самого вечера. Когда Юу сказал, что разговор будет долгим, Койю и предположить не мог, что брюнет действительно расскажет ему практически всю историю своей жизни, чуть ли не с самого рождения. Но Койю слушал его с большим интересом. Юу начал играть на гитаре, когда ему было 8, под влиянием западных рок-групп, чаще всего он упоминал Металлику. Ему было 13, когда его родители развелись, и он остался жить с отцом, который многое позволял сыну и никогда не держал его «на коротком поводке». В 17 Юу со школьными друзьями собрал свою первую группу, просуществовавшую, ни больше, ни меньше, 2 месяца. А еще через полгода Юу переехал в Токио. Один. Койю был восхищен смелостью и некоторой безбашенностью брюнета, отчасти потому что он понимал, что вряд ли смог бы решиться на такой отчаянный шаг и рвануть один в незнакомый город, где нет ни родственников, ни друзей, ни знакомых. Однако Юу не растерялся. Он довольно быстро обзавелся новыми друзьями, устроился работать официантом, чтобы оплачивать жилье, и все свободное время посвящал музыке. Он пытался сколотить новую группу, но долгое время у него ничего не получалось. Удача улыбнулась ему лишь спустя 3 года его жизни в Токио. Его пригласили играть в начинающей рок-группе Painted Hell, в которой он «продержался» почти 4 года. Потом в коллективе начался разлад, участники стали все чаще ссориться, и группа распалась. Однако на этот раз Юу не пришлось долго ждать. За годы в Painted Hell он получил известность в музыкальных кругах благодаря своему таланту, и буквально через пару недель его пригласили в группу The Storm. В ней он продержался 8 лет. До сегодняшнего дня. *** — Не могу поверить… — обалдевшим голосом произнес Койю. – Вы играли вместе восемь лет, и вдруг тебя, ни с того ни с сего, выставили? Это просто свинство, — блондин скрестил руки на груди. — Ну, вообще-то, повод был, — Юу хмыкнул, — я поссорился с нашим вокалистом, Бё, в пух и прах. — Ссоры бывают в любом коллективе. Это не повод выгонять талантливого музыканта из группы, — возмутился Койю. — Ты не совсем понял, солнечный зайчик, — блондин снова смутился, — мы поссорились не как согруппники. — А как кто? — Как любовники. — Оу… — только и смог ответить Койю. — И Бё выдвинул ультиматум: либо ухожу я, либо группа вообще прекращает свое существование. — И ты решил уйти… Брюнет кивнул. — Бё – истеричка, каких поискать. Но остальные ребята ведь тут ни при чем, и мне не хотелось, чтобы наши личные отношения как-то отразились на них. Койю не знал, что сказать. С одной стороны, его поразил поступок Юу. Пожертвовать своими интересами ради других может далеко не каждый. С другой стороны, его немного ошарашила новость, что Юу гей. Конечно, у Койю не было никаких предрассудков на этот счет – за пять лет игры со сладкой парочкой – Така и Акира – в одной группе, он не испытывал абсолютно никакого дискомфорта. Но Юу – это другая ситуация. Койю чувствовал, что понравился ему, понравился как парень, и он не знал, как к этому относиться. — И часто ты вот так выпадаешь из реальности? – вопрос Юу вырвал Койю из размышлений. — День сегодня такой… — Точнее, уже вечер, — брюнет указал взглядом на настенные часы, которые показывали 8-30. — Мы так долго здесь сидим? – у Койю округлились глаза. – Я даже не заметил… Юу самодовольно улыбнулся. — В моей компании время всегда пролетает незаметно. Кроме того, я предупреждал, что разговор будет долгим. — Да, я помню. Так или иначе, мне пора домой. — Мне тоже. Надо приготовиться к завтрашнему «прослушиванию». Оба парня синхронно встали со своих мест. — Тебе куда? – спросил Юу, когда они с Койю вышли из кафе. — На автобус, — ответил блондин, — а тебе? — А мне отсюда 10 минут идти до дома. — Ясно. Встретимся завтра в 9 утра здесь, договорились? — Договорились, — улыбнулся брюнет, — до встречи. Койю смотрел ему вслед до тех пор, пока Юу не завернул за угол. Какое-то странное чувство поселилось в его душе. Предчувствие чего-то плохого. Койю не мог понять, откуда оно взялось и что могло значить, но в какой-то момент в его голове пронеслась мысль, что он видит Юу в последний раз. И эта мысль ему совсем не нравилась. *** Юу шел по улице, в деталях вспоминая время, проведенное в кафе с Койю. Он снова и снова представлял его лицо, его улыбку, добрую, искреннюю, и отчего-то грустную. Его голос, бархатный, приятный для слуха. И глаза, два бездонных омута цвета лесного ореха, в них так хотелось утонуть. Юу остановился и достал сигарету. Он определенно запал на этого парня. Прислонившись боком к стене дома, брюнет закурил. Надо будет пригласить его куда-нибудь. В кино. В ресторан. Да хоть куда, главное просто побыть с ним, узнать его поближе. Понять, почему в его бездонных глазах столько печали. — Эй, чувак, сигареткой не угостишь? Юу едва успел повернуться, как его резко впечатали в стену спиной, а точнее, его гитарой. Нож бесшумно и почти безболезненно вошел в тело где-то в районе груди. Стало нечем дышать. Еще одно резкое движение, и неизвестный отстраняется, ухмыляясь. — Курение действительно убивает. Звук удаляющихся шагов. Рука, до этого придерживающая чехол с гитарой, ослабла и безвольно опустилась. Гитара с характерным звуком упала на мокрый от дождя асфальт. Юу медленно сполз по стене, чувствуя вкус крови во рту. «Глупо получилось», — последняя мысль, возникшая у него в голове перед тем, как он завалился на бок, попытавшись втянуть в легкие воздух. В последний раз.