Death's Vacation

Таканори казалось, что у него остановилось сердце. Он словно перестал дышать. Вокалист, что было сил, рванул к Акире, лежащему на асфальте и не подававшему признаков жизни. Сразу же за ним бежал Койю. Оказавшись возле Акиры, Таканори упал на колени рядом с ним и начал с силой трясти его за плечи. — Аки! Аки! Пожалуйста, приди в себя! Акира! Сузуки, чёрт тебя дери, не оставляй меня! – у него начиналась самая настоящая истерика. Койю в это время уже успел вызвать скорую и теперь безуспешно пытался оттащить Таканори от Акиры. — Не тряси его, чёрт возьми! Но Така словно не слышал его слов. Поэтому Койю пришлось залепить ему звонкую пощёчину, чтобы хоть немного вернуть вокалисту связь с реальностью. Этого оказалось достаточно, чтобы Таканори отпустил плечи Акиры и сел возле него, сотрясаясь от беззвучных рыданий. Койю тоже сел возле Акиры и аккуратно положил голову друга себе на колени. Блондин старался изо всех сил сдержать слёзы. Он ещё успеет выплеснуть свои эмоции, сейчас главное – спасти Акиру. Машина скорой помощи подъехала практически сразу. Врачи аккуратно положили бесчувственное тело басиста на носилки и загрузили в машину. — Я поеду с ним! – Таканори не стал дожидаться ответа врачей, а сразу заскочил в машину. Никто не стал ему перечить. — В какую больницу вы его повезёте? – спросил Койю. — В клинику святого Луки, — быстро ответил врач и сел в машину. Койю сразу же набрал номер Ютаки. — Привет, Ко. Что случилось? – сонно спросил драммер. — Акира попал под машину, — дрожащим голосом произнёс блондин. — Что?! Когда?! — Несколько минут назад. Его повезли в клинику святого Луки, я сейчас поеду туда. — Я выезжаю, — быстро сказал Ютака и сбросил вызов. Койю собирался ловить такси, но вдруг вспомнил про Аоя. Он обернулся на здание и обнаружил, что брюнет по-прежнему стоит на том же месте, на котором остался, когда Койю пошёл забирать телефон. — Иди сюда! – крикнул блондин. – Я ловлю такси, и мы едем в больницу! Аой молча направился в сторону Койю. Такси Койю поймал почти сразу, и уже через 20 минут они были в клинике. Ютака подъехал на пару минут позже. Друзья поднялась на нужный этаж, куда их направил регистратор. В коридоре туда-сюда ходил Таканори, было видно, что ему крайне трудно держать себя в руках. — Как он? – взволнованно спросил Койю, подойдя к вокалисту. — Он на операции, — севшим голосом ответил Така. – Врачи ничего мне не сказали, почти сразу отвезли его в операционную. А что, если он умрёт? Таканори со слезами на глазах посмотрел на друзей. — Значит, ты будешь в этом виноват, — неожиданно грубо сказал Койю. — В каком смысле? – не понял Ютака. — Наш дорогой гном… А впрочем, сейчас это неважно. С личными делами будем потом разбираться. Таканори сел на корточки и спрятал лицо в ладонях. — Я бы душу продал за то, чтобы вернуть всё назад… Чтобы всё исправить… Я… Чёрт, я не смогу без него… — Почему же ты не думал об этом раньше, Така? – грустно спросил Койю. Хотя это был даже не вопрос. – Теперь нам остаётся лишь ждать и надеяться. Аой наблюдал за друзьями, стоя чуть поодаль. Однако сейчас в его глазах не было того привычного интереса, с которым он обычно смотрел на окружавший его сейчас мир. Если бы Койю сейчас обратил внимание на брюнета, он бы заметил в его взгляде нечто, отдалённо напоминающее сочувствие. *** Прошло 2 часа. Койю и Ютака уже давно забили на все правила и моральные нормы и сидели прямо на полу, Таканори по-прежнему мерил коридор шагами, Аой, казалось, ни разу не поменял позу за всё это время. — Почему же так долго… — Койю с каждой минутой становилось всё тяжелее сдерживать эмоции. И даже тот факт, что Ютака ласково гладил его по голове, не помогал ему успокоиться. Акира был его лучшим другом с 15 лет. Они всегда делились друг с другом самыми сокровенными тайнами, помогали друг другу, и искренне друг друга любили. Койю не мог потерять Акиру. Не мог. Услышав в коридоре шаги, все трое обернулись. По направлению к ним шёл врач, рядом с ним были две медсестры. Позади них молодой ассистент вёз каталку, на которой лежал Акира. Таканори сразу же рванул по направлению к доктору, Койю и Ютака последовали его примеру. — Как он? Он будет жить? – сразу же начал Така. — Пока рано делать какие-либо прогнозы, — спокойным голосом произнёс врач. – Произошёл разрыв селезёнки, вследствие чего внутреннее кровотечение. Мы остановили кровотечение, но ваш друг потерял много крови, так что… — А переливание крови? – Койю с болью смотрел на мертвенно-бледное лицо Акиры, которого провезли на каталке мимо него и завезли в палату. — Ему нельзя сейчас делать переливание. Он очень слаб, и неизвестно, как отреагирует организм на чужую кровь. — У вас на всё найдутся отговорки! – вдруг закричал Таканори, у которого начали вконец сдавать нервы. – Сделайте вы что-нибудь, чёрт подери! Спасите его! — Така, успокойся, — укоризненно посмотрел на вокалиста Ютака, и тот немного притих. — Мы делаем всё, что в наших силах, чтобы вытащить вашего друга. В конце концов, это наш долг, как врачей. — Вот именно, — снова не удержался Таканори. — Вам нужно набраться терпения. Всё будет хорошо, — врач ободряюще похлопал Койю по плечу. В следующий миг из палаты, куда положили Акиру, высунулась крайне взволнованная медсестра. — Доктор, остановка сердца. — Что?! – истерично выкрикнул Така. – Какая остановка сердца?! Доктор, не обратив никакого внимания на вокалиста, буквально забежал в палату. Таканори рванул за ним. — Нет! Акира! – Койю успел поймать низкого вокалиста у самой двери. – Пусти меня! Мне надо туда! Я должен быть с моим Аки! Отпусти, чёрт возьми! — Тебе туда нельзя, — Койю изо всех сил держал вырывающегося Таканори. — Да плевать я хотел на это! Я должен быть там! Аки! Не умирай, прошу тебя! Акира! — Уведи его отсюда! – в отчаянье крикнул Койю Ютаке. – Уведи его подальше, Юта! — Да, хорошо, — барабанщик едва ли не силком повёл Таканори прочь от палаты Акиры. — Почему вы так поступаете! Пустите меня к нему! Ютаке всё-таки удалось увести Таку из отделения. Ему нельзя было здесь находиться. Одному Богу известно, что может произойти с ним, если Акира умрёт. Койю теперь с ужасом наблюдал через прозрачное стекло, как врач и медсёстры суетились вокруг тела Акиры. Вот ассистент подкатил дефибриллятор, и начались попытки вернуть Акиру Сузуки к жизни. Блондин дрожал всем телом... Он был бы рад сейчас оказаться на месте Акиры... Он так хотел хоть чем-то помочь лучшему другу… Внезапно Койю осенило. Он резко развернулся к Аою, который теперь стоял прямо у него за спиной, и посмотрел тому в глаза. — Спаси его. Ты ведь можешь. — О чём ты? – Аой удивлённо изогнул бровь. — Сейчас не до твоих идиотских игр, Аой! – Койю старался не повышать голос, но получалось плохо. – Ведь от тебя зависит сейчас, будет он жить или нет. Спаси его. — А тебе не кажется, что Таканори должен получить по заслугам за свою ложь? — Что?! – блондин не верил своим ушам. – Ты видел его? Он уже и так получил сполна! Акира не заслуживает такой смерти! — Боль – единственный способ заставить людей осознать свои ошибки, — Аой был спокоен, как скала, и это заставляло Койю дрожать от бессильной ярости. – Почему я должен его спасать? Блондин вцепился пальцами в ворот рубашки Аоя. — Пожалуйста… — еле слышно прошептал он. По его щекам текли слёзы, а тело мелко трясло. Аой, не отрываясь, смотрел Койю в глаза. Казалось, прошла целая вечность, когда внезапно дверь палаты открылась, и оттуда вышел врач, вытирающий пот со лба платочком. — Успели, — облегчённо вздохнул он. – Ещё бы чуть-чуть… Он феноменальный везунчик. Видимо, его друзья очень его любят. Теперь мы его точно стабилизируем, — он вымученно улыбнулся Койю и пошёл по коридору. За ним из палаты вышли медсёстры и ассистент. Койю осознал, что до сих пор сжимает в руках рубашку Аоя. Он с трудом разжал онемевшие пальцы и повернулся к окну. Блондин со слезами на глазах смотрел на монитор одного из приборов. Который давал понять, что сердце Акиры бьётся. Пусть и слабо. Но бьётся. Он жив. Койю почувствовал, что Аой подошёл к нему со спины почти вплотную. А затем он услышал шепот у самого уха. — Имей в виду. Я сделал это только ради тебя. Аой отодвинулся от Койю и направился по коридору к лестнице. Блондин отошёл от стекла и упал на колени посреди больничного коридора, наконец-то, дав волю эмоциям.