Death's Vacation

Рано утром начался дождь. Именно из-за назойливого стука капель по карнизу Койю проснулся в 6 утра. До звонка будильника оставался ещё целый час, но сон уже не шёл. Поэтому блондин поднялся с кровати и, взяв одежду, направился в ванную. Приняв душ и одевшись, Койю решил заглянуть к Аою, в надежде, что тот уже не спит. И он оказался прав. Койю застал брюнета сидящим на подоконнике. Аой сидел, обхватив руками колени и смотрел в окно. Из одежды на нём были только боксеры, что заставило Койю чувствовать себя немного некомфортно. — Ты уже проснулся? – спросил Аой, не поворачивая головы. Койю вздрогнул. Однако он был рад, что Аой снова разговаривает с ним. — Вроде как да, — пожал плечами блондин. – А ты чего на подоконнике сидишь? — Смотрю на дождь. Мне нравится дождь. Он успокаивает. — Меня он, наоборот, напрягает, — Койю подошёл к Аою и встал у окна, прислонившись боком к стене, лицом к брюнету. – Губа болит? — Немного. Не так, как вчера. — Это хорошо. Тебе надо её обрабатывать каждый день специальным раствором. — Зачем? — Чтобы инфекция не попала, иначе могут быть большие проблемы. — Всё-таки странно у людей организм устроен, — Аой спрыгнул с подоконника и встал прямо напротив Койю, заставляя блондина смущённо опустить глаза в пол. Лишь бы не смотреть на это тело. — Я пойду… Соображу себе что-нибудь на завтрак. — А мне? – как-то жалобно спросил брюнет. — А тебе какое-то время придётся посидеть на йогуртах. — Почему? — Потому что у тебя фактически рана на губе. И надо подождать, пока она заживёт. — А эти йогурты хотя бы вкусные? — Вроде бы… Ладно, ты пока одевайся, приводи себя в порядок. Раствор я поставил в ванную на полочку, ты его сразу увидишь, ватные диски рядом с ним. И, да, в ванной будь осторожен, вода на пирсинг попадать не должна. — Если бы я знал, сколько из-за этой серёжки ограничений, я бы не стал делать этот чёртов прокол, — недовольно пробурчал Аой. Койю улыбнулся. — Ничего страшного, это ненадолго. Он вышел из комнаты и направился на кухню. *** Аой был в ванной почти полчаса, и Койю уже начал беспокоиться, почему брюнет там так долго. Поэтому когда Аой зашёл на кухню, Койю первым делом поинтересовался, что он делал в ванной столько времени. — Смотрел в зеркало, — пожал плечами Аой, садясь за стол. — Полчаса? – шокировано спросил Койю. — Нет, поменьше, наверное. Я, как видишь, ещё и собраться успел. — Всё равно я тебя не понимаю, — блондин отхлебнул зелёного чая и посмотрел на Аоя, который уже принялся есть йогурт. — Ничего так, вкусно, — сказал брюнет, — чего именно ты не понимаешь? — Как можно постольку торчать у зеркала и рассматривать… себя? — Просто мне очень нравится эта серёжка. Мне кажется, она мне идёт. «Не тебе, а Юу», — чуть не брякнул Койю, но вовремя сдержался. — Может, ты тоже себе сделаешь? — Нет-нет-нет, — блондин помотал головой. — Вот уж чего я никогда не сделаю, так это пирсинга. Уши не в счёт. — Ну хотя бы в ушах. — У меня и так на 2 уха 9 проколов, хватит уже, — сообщил Койю, и Аой замолчал, вернувшись к йогурту. *** — Наш красавец-мужчина сделал себе пирсинг, — саркастически усмехнулся Акира, внимательно глядя на Аоя. — Я смотрю, тебя хватило ненадолго, — фыркнул Койю, беря гитару. – В такие минуты ты мне очень кое-кого напоминаешь, — блондин многозначительно посмотрел на Таканори, который в это время настраивал микрофон. — С кем поведёшься, — пожал плечами басист. — Что верно, то верно, — вполголоса сказал Койю. Ютака с интересом наблюдал за этим «высокоинтеллектуальным» диалогом, не желая вмешиваться. Аой, напротив, сидел со скучающим видом, словно уже в тысячный раз наблюдал подобный разговор. — Всё, я готов, — с энтузиазмом сообщил Така. — Тогда начинаем, — наконец, подал голос драммер. *** После репетиции первым, как всегда, ушёл Ютака. Койю с Аоем ушли следом. В репетиционной остались только Таканори и Акира. — Ты собираешься или нет? – спросил Акира, надев ветровку, и выжидательно посмотрел на Таку. — Нет, я хочу ещё немного попрактиковаться. Мне кажется, я стал хуже петь, — грустно произнёс вокалист. — Ерунду говоришь, — Акира подошёл к любовнику и ласково потрепал его по макушке. — Это не ерунда. Мне не нравится, как звучит мой голос. — Ты упрямая балда, — усмехнулся басист. – Тебя встретить? — Я в состоянии сам дойти, — фыркнул Таканори. — Ну, как хочешь. Если вдруг передумаешь, звони, я приду, — Акира мягко поцеловал Таку в губы и направился к двери. — Аки. — Что? – уже стоя в проёме, басист обернулся. — Я люблю тебя, — как-то жалобно сказал Таканори. — И я тебя малыш. До скорого, — Акира вышел, оставляя вокалиста одного. *** После репетиции Койю снова предложил Аою прогуляться, и на этот раз брюнет согласился без колебаний. Что не могло не радовать Койю. Он стал более сговорчивым, и это можно было считать существенным прогрессом в их общении. Блондин не мог понять, с чего вдруг он радуется таким, казалось бы, пустякам. Однако это непонимание особо его не напрягало. Он просто решил принять это, как данность. Больше никаких фортелей, наподобие того с пирсингом, Аой не выкидывал. «Что само по себе тоже неплохо», — думал блондин. Видимо, эта ситуация с проколом губы научила его тому, что не всегда нужно слепо идти на поводу у своих желаний. Они гуляли по городу больше двух часов, и домой направились только тогда, когда над Токио начали сгущаться сумерки. — Вот чёрт, — пробубнил Койю, шаря по карманам джинсов, а затем куртки, когда они с Аоем уже стояли у подъезда. — Что? — Я, кажется, телефон в репетиционной оставил. Надо вернуться, забрать. — А до завтра подождать нельзя? — Нет. Мало ли кто может позвонить. Что-то важное… Тебя завести домой или… — Я пойду с тобой, — Аой не дал Койю договорить. «Ну естественно…» — подумал блондин. *** Уже находясь возле здания, где располагалась репетиционная точка, Койю попросил Аоя подождать снаружи, пока он заберёт телефон. На это брюнет согласился. Зайдя в репетиционную, он обнаружил свой сотовый на одном из динамиков. — Всего 30 лет, а уже склероз, — блондин усмехнулся сам себе и вышел из комнаты. Он уже собирался идти по направлению к выходу из здания, как вдруг услышал приглушённые голоса, доносящиеся из комнаты отдыха, которая находилась через дверь от их репетиционной. Никто из участников группы почти никогда не пользовался комнатой отдыха, она практически всегда пустовала, поэтому голоса, доносящиеся оттуда немного насторожили Койю. Он глянул на дисплей мобильного. 11 часов вечера. Блондин направился в сторону комнаты отдыха, стараясь идти как можно тише. Вдруг это какие-нибудь воры? Подойдя почти вплотную к двери, которая была не заперта и даже плотно не закрыта, Койю прислушался. Саундтрек: X-Japan – I.V. — По-моему, ты не очень-то рад меня видеть, сладкий, — нарочито нежно пропел незнакомый блондину голос. — Просто я совершенно не ожидал, что ты сюда придёшь, — во втором говорящем блондин сразу узнал Таканори. Какого....? — Мы не виделись целую неделю, я даже соскучился как-то, — незнакомец хихикнул. – Неужели тебе надоело со мной трахаться? Койю не мог поверить своим ушам. Таканори изменяет Акире? Это просто не может быть. Не может… — Дело в другом, — спокойно начал говорить вокалист. – Сегодня, скорее всего, мы видимся в последний раз. — Почему вдруг? Твой белобрысый бойфренд что-то заподозрил? — Его зовут Акира. Так, между прочим. — Да мне неважно, как его зовут. Так почему? — Я пообещал ему, что больше не буду ходить налево. Незнакомец засмеялся. — Это так мило звучит из твоих уст, Таканори. Ещё скажи, что ты всегда сдерживаешь обещания, которые даёшь. — Нет… — тише произнёс Така. – Но это я намерен сдержать. И, Бё, это совершенно не смешно. Бё… Бё… Койю не мог вспомнить, где он слышал это имя прежде. Но оно определённо было ему знакомо. — Ну, хорошо. Решил так решил, — уже без смеха сказал Бё. – Но… Я могу рассчитывать хотя бы на прощальный секс. Прямо сейчас. — Я не думаю, что это хорошая идея. — Да брось, ты же тащишься от того, как я тебя трахаю. Голоса стихли, и послышался звук поцелуя. Едва ли у Койю на душе был так мерзко когда-либо прежде. Его друг, Таканори, самым подлым образом изменяет искренне любящему ему человеку. Мерзко. Подло. Отвратительно. Койю хотелось войти туда, пинком открыть дверь, и дать по морде сначала Таке, а потом его чёртовому любовнику. Однако эта идея захлебнулась, когда блондин услышал за спиной шаги. Он обернулся и с ужасом увидел Акиру, идущего по коридору, уткнувшись в телефон. Он подошёл к двери репетиционной, открыл её, заглянул внутрь, и, никого там не обнаружив, закрыл дверь, и в следующий момент столкнулся глазами с испуганным взглядом Койю. — Привет, Ко, — улыбнувшись, сказал басист. – Вот почему твой черноволосый дружок торчит на улице. Что ты тут делаешь? — Я…я… т-телефон забыл тут… — Койю запинался на каждом слове, судорожно думая о том, как не дать Акире заглянуть в комнату отдыха. – А ты почему здесь? — Таканори пришёл встретить. Он остался немного попрактиковаться с вокалом, и я решил, что лучше всё-таки за ним зайти. А почему ты там стоишь? – настороженно спросил Акира и буквально через две секунды стоял с Койю почти нос к носу. – Кто там? — Никого там нет, — протараторил Койю, хватая Акиру за руку. – Пойдём на улицу, Така, наверное, уже идёт домой. Но басист резко вырвал руку и в следующий момент распахнул дверь комнаты настежь. Руки сидел на столе, обхватив ногами талию другого парня, который в это время ласкал шею вокалиста поцелуями-укусами, попутно расстёгивая ремень на его джинсах. Они оба уже давно избавились от футболок. Койю узнал того самого парня, которого видел с Таканори пару месяцев назад. Почувствовав, что на них смотрят, любовники оторвались друг от друга. Така испуганно уставился на Акиру. — Аки… Я… Койю перевёл взгляд на лучшего друга. Он был белым, как полотенце, в уголках глаз блестели слёзы. Сердце блондина сжалось. — Грош цена твоим обещаниям, Така-чан, — с этими словами басист развернулся и быстро пошёл по коридору. — Нет! Аки, подожди! – Таканори оттолкнул от себя Бё, спрыгнул со стола и, схватив с пола свою футболку, кинулся следом за Акирой, на ходу натягивая недостающий предмет гардероба. Койю смерил презрительным взглядом озадаченного Бё и тоже рванул на улицу. Акира шёл быстрым шагом, не разбирая дороги. В сущности, ему было глубоко плевать, куда он идёт. Человек, которого он любил больше всего на свете, солгал ему. Предал его. — Акира! Остановись, прошу тебя! Позволь мне всё объяснить! – задыхаясь от бега, кричал Таканори вслед удаляющейся фигуре басиста. Внезапно Акира остановился прямо посреди дороги и обернулся. — Нет, Така-чан. Я больше не хочу слушать твою… — договорить он не успел. Послышался режущий по ушам визг тормозов. Картинка того, как тело Акиры безвольно падает на капот автомобиля, стало кошмаром наяву для Таканори. И для Койю, который всё это время шёл следом за вокалистом. — Аки….