Сезон охоты на суккуба

— Вот говнюк, — прошипела демонесса в клочки разрывая листок, — смотался, оставив вшивое письмецо! — она щелкнула пальцами, заставив падающие на пол кусочки вспыхнуть и осыпаться на паркет пеплом. — Почему я полюбила полукровку — идиота? Перед глазами снова встал текст письма, который она нашла на подушке. Ни конверта, ни лепестков роз, всего лишь жалкие две строчки, наспех накарябанные на листке, вырванном из блокнота. «Ари, я освобождаю тебя. Не ищи меня, я приду сам, когда разберусь с Мейсом. Артур.» — Никакой романтики, — Ари телепортировала в гостиную, чтобы обнаружить, что кинжал пропал также, как ее браслет служения и сам Артур. — Ну отлично, теперь ты героически умрешь, потому что Мейс развеет твою сущность по ветру, а я… а я умру вслед за тобой. Эта мысль пришла ей в голову так остро и неожиданно, что демонесса поняла, что так оно и будет. Сердце ее сжалось. Три тысячи лет она ждала его и не готова была просто так потерять. Решительными шагами Ари направилась в подвал, собираясь призвать демонического палача.

***

Ари сидела на каменном полу, вычерчивая руны собственной кровью. Неторопливо, осторожно, чтобы не допустить ни единой ошибки, она рисовала пальцами древние закорючки. Закончив, она удостоверилась, что все сделала правильно и только тогда, прошептала заклинание призыва, отступив от круга на несколько шагов. Чтобы там не говорил Кирио, демонесса знала, что с Палачом шутки плохи. У нее своей работы хватает, вряд ли она будет в восторге от такого своеобразного «приглашения». Главное, чтобы она выслушала, а не прикончила на месте. Круг вспыхнул огнем, а потом Ари увидела перед собой палача. Худенькая, невысокая демонесса в коротких шортиках недовольно смотрела на нее исподлобья. — У тебя есть минута, а потом я прикончу тебя за то, что посмела вызвать меня, как какого-то мелкого беса, — скучающим голосом сказала она, опасно посматривая на катану, что сжимала в руке. — Я хочу заключить сделку, — на одном дыхании выпалила Ари, опасаясь встречаться с пугающими глазами, о которых ходили легенды. Страх и любопытство боролись в ней, не позволяя поднять взгляд выше смертельно поблескивающего оружия. «Чертов Кирио! Тоже мне подобрела! Как была адской стервой из Преисподней, так и осталась». — У тебя осталось полминуты. Мысли метались в голове Ари, никак не желая сложиться в слова. Она молчала, не решаясь заговорить. Ей не было страшно умереть, она боялась за Артура. Демонесса страстно желала, чтобы он жил, пусть даже ценой ее жизни, которая все равно была жалкой и никчемной до его появления. Сердце ее стучало отчаянно, переполненное невысказанной мольбой, надеждой и тревогой. Слишком много чувств для той, что веками сохраняла спокойствие. За свою бесконечно долгую жизнь она заключила много сделок, но эта была самой важной. От нее зависела жизнь того, кто был дороже всего на свете. Того, кто оживил ее мертвое сердце. — Что это? — Лотос оказалась нос к носу с Ари, вздрогнувшей от прикосновения Палача. Хитро прищурившись, шатенка положила руку демонессе на грудь. — Как трепещется, — удивилась она. — Демон, — Ари запнулась, — нет, человек, которого я люблю, — она произнесла последнее слово с радостным восторгом, не укрывшимся от цепкого взгляда Лотос, — он в опасности. — Хочешь его спасти? Ари показалось, что она услышала нотки понимания в чуть смягчившемся голосе. Кивнув, демонесса рассказала про Мейса, про его план по приумножению собственной силы, путем нарушения кодекса демонов, про Артура, который собирался сразиться с ним в одиночку. Когда рассказ ее подошел к концу, она с удивлением поняла, что голос ее дрожит. Замолчав, она наконец нашла в себе силы посмотреть Палачу в глаза и застыла, ожидая ответа.  — Я помогу тебе, — Лотос спрятала катану в ножны. — Но с некоторыми условиями. Первое, я заберу все силы Мейса себе. — Я согласна, — не задумываясь выпалила Ари. Сердце ее совершило кульбит. Артур будет жить. — Не спеши. Второе условие, думаю, тебе понравится куда меньше — ты отдашь мне все души, которыми владеешь. — Хорошо, — твердо ответила демонесса. — Я дам тебе все, что хочешь, только спаси его. Прошу. — Ты будешь слабой, беззащитной, словно суккуб, — предостерегла ее Лотос. — Ты это понимаешь? — Это неважно, — Ари усмехнулась. Сравнение с суккубом пришлось к месту. Ей было уже не привыкать. Несколько секунд голубые глаза боролись с сиреневыми, а потом Палач кивнула. — Я принимаю твое предложение, — она протянула Ари свою тонкую, покрытую рунами руку. Когда обе прошептали слова заклятия, скрепившего их сделку, Ари почувствовала невыносимую тяжесть и опустошенность. Упав на колени от неожиданной слабости, она продолжала крепко сжимать руку Лотос, отдавая ей все свои силы, все, что у нее было. Но даже так, упираясь коленями в каменный пол, она чувствовала себя сильнее, чем когда-бы то ни было, ведь впервые она делала что-то ради того, кого любит.

***

Артур стоял посреди пустыря, сжимая в руке кинжал, закрыв глаза и прислушиваясь. Ари много времени потратила, помогая ему развить слух, который позволял ориентироваться даже лучше, чем зрение, так как не был ограничен углом обзора. Помня это ее наставление, парень уехал за город подальше от суеты, шума и людей. Раскисшая от беспрестанных дождей земля противно хлюпала под ногами, но Артура это не смущало, он привык к тому, что почти все его поединки были борьбой в грязи. Он надеялся, что Мейс менее привычен к подобным условиям, и это станет его преимуществом. Глубоко вдыхая запах ночи, парень пытался уловить присутствие или какой-нибудь шорох, но тщетно. Устав от темноты, он распахнул глаза и запрокинул голову назад. Почти полная луна болталась на небе, затянутая облаками, даря жалкий свет. Россыпь едва заметных звезд заманчиво посверкивала издалека. Ночь была прекрасна. Как и Ари. Перед мысленным взором Артура возникло лицо спящей демонессы. Он вспомнил, как не спал почти всю ночь, слушая тихий стук ее сердца, как гладил мягкие, словно шелк, волосы и вдыхал ее удивительный запах. Он не смог бы описать его, но это словно была смесь из всего самого приятного, что он ощущал в этой жизни. Ему не хотелось уходить, оставив жалкую записку, но он боялся, что упорная демонесса не отпустит его просто так. Поэтому сбежал, чтобы защитить ее. Он должен был сам разобраться с Мейсом и вернуться к ней, чтобы провести вместе всю обозримую вечность. Замечтавшись, Артур потерял бдительность, и почувствовал демона за секунду до того, как ему под лопатку засадили нож. Он попытался увернуться, но сталь, вспарывая кожу, вошла в плоть по самую рукоятку. Артур взвыл от боли, мгновенно трансформируясь. — А сынок-то глуповат, — противный, ехидный голос. Когтистая лапа ударила наотмашь, толкая назад, а потом Мейс снова исчез. Быстро перемещаясь вокруг метавшегося от ярости и боли полукровки, он наносил удары, распарывая одежду и кожу, вырывая все новые и новые крики. — Ну, давай, малыш, покажи на что способен! — кричал демон, с легкостью отбивая все удары. — Чтобы папочка мог гордиться, — багровые, как кровь, покрывавшая Артура, глаза сверкали в темноте. — Ты кусок дерьма, — прошипел полукровка, нанося ему глубокий порез по предплечью. — Проклятая сталь? — поморщился Мейс. — Жульничать нехорошо, — погрозив сыну пальцем, он отшвырнул его на землю одним ударом ноги. Рухнув в грязь, Артур заорал от боли, пронзившей его в том месте, где засел нож. Извернувшись, он уцепился за рукоятку, но она выскользнула. Времени на вторую попытку у него не было — Мейс надвигался на него, наклонив вперед голову с огромными рогами.

***

Палач телепортировала их с Ари прямо на место сражения. В то же мгновение обе демонессы увидели, как Мейс одним рывком жутких когтей вспорол грудь Артура, собираясь достать его сердце. Лотос быстрее ветра подлетела к Мейсу, собираясь снести ему голову, но катана, вопреки ее ожиданиям, не материализовалась. Доли секунды ее замешательства позволили Мейсу отскочить подальше. На его лице появилась кривая усмешка. — Я ждал Вас позже, госпожа Палач, — саркастично бросил он. — Я ожидал, что вы придете, поэтому провел небольшой ритуал, — Мейс небрежно обвел рукой поле. — Что это значит?! — Ари была достаточно старым демоном, но даже она не знала, что есть ритуалы, запрещающие что-то первородным. — Какое редкое и глупое заклятье, — небрежно бросила Лотос. — В кругу этого поля, никто не может призывать истинное оружие, — закатив синие глаза, Палач сделала шаг в его сторону. — Мейс, неужели ты не понимаешь, что даже если сбежишь, я найду тебя позже и убью? А за то, что оскорбил меня этой выходкой, буду убивать медленно и мучительно. И как ты мог забыть, что Палачу не обязательно иметь оружие, чтобы исполнить приговор? — Лотос махнула ладонями, размышляя, как бы поизощрённее и поболезненнее его прикончить. — Законом мне полагается спячка в Тартаре, а не полное уничтожение, — самодовольно бросил Мэйс, следя за каждым движением Ари и Лотос. — Ты, червяк, будешь учить меня законам? — Лотос переместилась к Мейсу, кулаком отбрасывая его через половину поля. — Никакого изгнания, я уничтожу тебя. Мейс, пошатываясь после оглушающего удара, хотел сбежать, но у него это не вышло. — Я уже коснулась тебя, и никуда ты от меня не сбежишь, — глаза Лотос вспыхнули синим, и она медленно пошла ему навстречу. Тогда Мейс создал три точные копии себя и призвал десятки своих лучших демонов — рабов, растворяясь в их толпе. — Какое извращение плодить себя, — Лотос потянула носом, — ты даже унифицировал ваши ауры, мило. Годы прислуживания Алукарду не прошли даром. Лотос бросилась в толпу демонов, сражаясь сразу со всеми. Уклонялась, она танцевала на поле, изгоняя и убивая одного за другим. Ари же бросилась к Артуру, лежавшему без сознания в луже собственной крови. На нем не было живого места от увечий, а в груди зияла дыра из которой торчали обломки костей. Где-то в глубине вскрытой грудной клетки, слабо, еле слышно стучало сердце. — Держись… Ты должен излечиться, — беспомощно бормотала она, сжимая его ладонь. Сейчас в ней не осталось ни капли магии, чтобы исцелить его. Она могла только держать его за руку и ждать, пока он начнет регенерировать сам. Неожиданно Ари заметила, как несколько демонов прорвались к ним через Лотос и были уже рядом, потому что Палач не успевала задерживать всю толпу и сражаться с Мейсом и его копиями одновременно. А без верной катаны, ей приходилось двигаться быстрее чем обычно, чтобы успевать уклоняться от оружия врагов. Ари дернулась вперед, закрывая собой тело Артура, готовая защищать его, несмотря на слабость, которая все еще сковывала ее тело. Выпустив когти и обнажив клыки, она приготовилась сражаться, как, вдруг, ее охватил животный ужас. Земля стала мелко дрожать под ногами, как при землетрясении. Всего раз, много веков назад, она чувствовала эту ауру на одной из войн демонов и поклялась себе, что сделает все, но не попадется снова на глаза этому чудовищу. Ари не ошиблась, и почуяла его не только она. Все враги Лотос тоже услышали, а затем увидели, как в центр поля телепортировался Безликий — самый страшный из всех первородных демонов. Двухметровый, огромный и мощный, он раскинул руки, одной волной магии и ярости сметая почти всех оставшихся в живых демонов, обращая их в пепел. — Лотос, почему ты веселишься без меня? — голос его неожиданно звучал нежно и мягко, когда он обратился к Палачу. — Милый, с тобой не повеселишься. Ты опять всех сразу убил, — фыркнула игриво демонесса, хватая за шкирку вмиг притихшего и сжавшегося от ужаса Мейса. — Эта падаль посмела нарушить закон и пыталась избежать наказания. Безликий даже не взглянул своими разноцветными глазами на застывшего в руках Лотос демона. — Хочешь, я его убью? — буднично предложил он, шагая к ней навстречу. — Я еще не нарушил закон! — завизжал Мейс, — полукровка пока жив, отпустите меня! Лотос бросила трясущегося от страха демона к ногам первородного. — Мне плевать на закон, — улыбаясь, сообщил аристократ круга, поднимая руку. — Я сама, — остановила его демонесса, склоняясь к Мейсу и заглядывая своими синими глазами в саму его сущность. Мейс заорал, чувствуя, как его выжигают заживо изнутри, а затем Безликий добил его очередной волной магии, развеивая по ветру. Тут же Лотос ощутила огромную силу, которая перешла к ней от Мейса. — Ты ранена, — недовольно заметил демон, увидев быстро затягивающийся глубокий порез на плече Палача. — Не занудствуй, — буркнула демонесса. Она хотела поцеловать Безликого, как неожиданно услышала крик Ари. — Это еще что? — Безликий вслед за Лотос переместился к Ари и Артуру. — Он умирает, — дрожащим голосом сообщила Ари. — Он не исцеляется, — она судорожно сжимала руку брюнета, слушая его замедляющийся пульс. — А почему он должен исцеляться? — саркастично спросил Безликий. — Он же полукровка. Побитая, слабая полукровка. Лотос, этих двоих тоже убить? — Нет, — палач мягко возразила, — я заключила с ней сделку. — Дай угадаю, почему, — буркнул ребячливо грозный первородный, услышав рваный стук сердца маленькой демонессы. — И почему ты выбрала полукровку? — обратился он уже к Ари, не понимая, как этот смертельно раненый мог привлечь внимание демонессы. — Я тебя помню, — вдруг усмехнулся Безликий, уставившись на Ари. — Я…я… — Ари вся сжалась от его колючего взгляда, помня ту войну, в которой чудом уцелела. — У меня не было выбора… Ты убьешь меня? — Ты вела пол-легиона на меня, — хмыкнул Безликий, отчего-то улыбаясь. — Хорошая была битва, так что живи, — добродушно хохотнул он, вспоминая былые времена. — Но вот паренек твой откинется с минуты на минуту. Полукровке не выжить с такими ранами. Мысли Ари заметались в поисках выхода, она переводила беспомощный взгляд с Безликого на Лотос, словно умоляя о подсказке. Внезапно, Артур захрипел и из последних сил сжал ее руку. Его пульс стал критически медленным для человека, а из горла вырывались только хрипы и бульканье крови. — Мы не можем исцелять людей, наша магия тут бессильна. Попрощайся с ним, — Лотос, присела и коснулась пальцем его лица, вливая в него немного магии, чтобы привести в сознание, а потом крепко сжала руку Безликого, отступая назад. Ари не умела плакать, но глаза защипало, словно в них брызнули кислотой. Рассматривая ставшие такими родными уже черты, она не видела грязи и крови, она видела только красивые глаза, мужественный подбородок и плотно сжатые от боли губы. Коснувшись их кончиком пальца, она очертила их контур, запоминая. Ей хотелось так много сказать, ей хотелось хоть что-то сделать, но почему-то в голове было отчаянно пусто. Страх за него, лишал ее способности думать, парализуя, сковывая. Вдруг губы брюнета дрогнули. — Ари, — просипел он, глядя ей в глаза. — Возьми мою душу, — попросил Артур, продолжая сжимать ее руку. — Возьми ее себе, как забрала мое сердце. Демонесса кивнула, не отпуская его руки, чувствуя, как его душа вливается в нее. Впервые кто-то отдавал ей себя добровольно, и это ощущение было неповторимым. Не простой прилив сил, а словно легкое дуновение нежного ветра, приятно защекотавшего ее кожу. Тепло поднималось от ладони брюнета, проникая под ее кожу, касаясь самого сердца. Она тихонько охнула, пораженная этим ощущением, а потом весь ее мир сжался до Артура, который стал демоном и начал исцеляться. Он с трудом принял сидячее положение, а потом, не обращая внимания на боль, притянул ее к себе, касаясь своим лбом ее. Дыхание щекотало губы, а сердца бились в унисон. — Артур, — она впервые произнесла его имя, с удовольствием прокатывая его на языке. Прижав его ладонь к груди, она прошептала, — я могу попросить тебя сохранить мою? — не дожидаясь ответа, Ари поцеловала его, передавая ему саму себя. Вопреки ожиданиям, никакого чувства опустошения не было. Все было правильно. Она отдала ему самое ценное, что у нее было, но при этом не ощущала утраты. Только легкую, забытую за долгие тысячелетия, радость и спокойствие. Растворяясь в нем, она внезапно стала целой. Увидев его улыбку, она поняла, что чувства их одинаковы. — Интересно, правда? — раздался над ними мелодичный голос Лотос. — Добровольное взаимное рабство, — насмешливо сказала она Безликому. — Краткий миг счастья не отменяет того, что они оба слабы и бесполезны, — едко ответил демон. — А учитывая, скольким эта дамочка перебежала дорогу за три тысячи лет… Думаю, миг этот окажется совсем скоротечным, — безжалостно подвел черту он. — Ари, это правда? — спросил Артур, увидев тень, пробежавшую по лицу демонессы. — Да, мы снова отчаянные смертники, — горько усмехнулась она, поднимаясь на ноги. — А вы мне нравитесь, — сказала Палач, вдруг осознав, что не может просто бросить их здесь. Их чувства были такими сильными, что казалось, она может потрогать их руками. — Я предлагаю сделку. — Прошлая сделка дорого мне обошлась, — без тени обиды и злости ответила Ари. Артур с удивлением услышал в ее словах привычную усмешку. — Я хочу предложить вам службу, — улыбнулась Лотос. — Вы помогаете мне ловить провинившихся демонов, а я даю вам силы и неприкосновенность. — А так можно? — Ари посмотрела в глаза Лотос и тут же отвела их. Синева еще не погасла в глазах палача, и смотреть было мучительно больно. Только Безликий смотрел в них с любовью и обожанием. — Ты не заберешь наши души? — Я получила сегодня много сил и душ. Так на кой мне еще две? — пожала плечами Лотос. — Предложение заманчивое, — хмыкнул Безликий. — Даже великодушное. Мало кто связывается со слугами демонического Палача. — Мы согласны, если это безопасно для Ари, — сказал хмуро Артур, с опаской поглядывая на демонов, прижимая демонессу покрепче к себе. Лотос шепнула короткие слова заклятья и быстро коснулась их рук. Артур с Ари с удивлением увидели тонкие браслеты рун, обвивших их запястья, которые стали визуальным подтверждением тех уз, которые теперь связывали их с Лотос. — Теперь мы можем идти? — Безликий нетерпеливо закинул маленького Палача себе на плечо, собираясь телепортироваться. — А что дальше? — крикнула им вслед Ари, все еще не совсем веря в правдивость происходящего. — Отпуск, скажем, лет на пятьдесят, — прошептал ветер голосом Лотос.

***

Ари макала палец в пенку капучино и слизывала ее, глядя в чашку. Артур сидел напротив и наблюдал за ней с улыбкой, которую она так любила. По ее сосредоточенному и оттого еще более милому лицу скользили лучи солнца, касаясь кончиков густых ресниц и путаясь где-то в волосах. — Это ужасно негигиенично, — проворчал демон шутливо. — И неприлично. — Какой кошмар, — закатила глаза демонесса, скользя кончиком языка по пальцу. — Как думаешь, поэтому на нас так пристально смотрят те пожилые дамы? — насмешливо спросила она, кивая в сторону двух немолодых итальянок, которые смотрели на нее с явным осуждением. — Думаю, да, — кивнул брюнет. — Куда мы поедем дальше? — спросил он, расправляя на столе потрепанную карту. — Хочу сфотографироваться у Пизанской башни, как будто я ее держу, — объявила Ари, хитро подмигивая. — Да, ты оригиналка, однако, — фыркнул Артур. Его удивило ее желание, свойственное самым обыкновенным смертным туристам, но потом он вспомнил, как она уговаривала его на это путешествие. Как она хотела пережить это все с ним. Он ведь дальше Подмосковья никогда не выезжал. А сейчас они были свободны и счастливы, путешествуя на машине, сменяя города и страны.– Пиза, так Пиза, — согласился он, подзывая официанта. — Ты будешь десерт? — спросил демон, накрыв ее руку своей. — Я думала, на десерт сегодня буду я, — от того, каким голосом она это сказала, внутри что-то перевернулось, и вдруг стало еще жарче, чем было. Брюнет почувствовал, как ее ступня скользит вверх по его ноге. Перехватив ее у бедра, он пощекотал ее пятку, и демонесса дернулась так, что чашки, стоявшие на столе, подпрыгнули, жалобно звякнув блюдцами. Итальянки посмотрели на них так, словно хотели испепелить. — Полиция нравов, однако, — фыркнула Ари, залпом допивая кофе. — Тоже мне светские старушки. Она пыталась казаться недовольной, но Артур знал, что ей это нравится. Что так она чувствует себя обычной. Почти человеком. — Кстати, у меня для тебя подарок, — сообщила демонесса, ныряя рукой в сумку. Поймав недвусмысленный взгляд, она покачала головой. — Нет, это не я, — пообещала Ари, выкладывая на стол громоздкий сверток. — С днем рождения. Брюнет раскрыл упаковку и с удивлением увидел фотоальбом. На обложке было вставлено их первое совместное фото, селфи, где Ари показывала язык, а он зачем-то нахмурился. Заметив его непонимающий взгляд, демонесса пояснила: — Я очень хотела, чтобы кроме воспоминаний осталось что-то материальное. Чтобы спустя века, мы могли открыть альбом и снова пережить вместе эти моменты. Это твой первый год. — Наш год, — поправил ее Артур, с удовольствием перелистывая страницы. Он понял, почему Ари так настаивала на совместных снимках, почему всегда таскала с собой фотоаппарат. Словно снова переживая эти дни, он рассматривал фотки. Там были и постановочные снимки, вроде того, где они стоят, обнявшись у Эйфелевой башни, и самые обычные, где Артур ест руками пиццу, или где Ари, стоя на стремянке, наряжает елку. Их первый поход в театр, первый ресторан и рок - концерт — все самые важные на взгляд демонессы моменты поместились в сотни фотографий, которые она старательно разложила в хронологическом порядке. — Просто, раньше время тянулось так бесконечно долго, каждый день был похож на предыдущий, а сейчас… Сейчас время летит так быстро, что я за ним не успеваю, — немного грустно сказала Ари. — Как же нам повезло, что у нас в запасе целая вечность, — улыбнувшись, Артур отложил альбом и взял ее руки в свои. — Как мне повезло, что у меня есть ты. — Очень повезло, — усмехнулась демонесса. — Так что насчет десерта?