Два в одном.

      Очнулся Шото уже в своей кровати. Он повернул голову в сторону и увидел записку, лежащую на тумбочке.

Приветик. Ты упал в обморок, когда зашел в свою палату. Я обратился к врачу, он сказал мне отнести тебя домой. Извеняй, что шарился в твоей куртке))

с любовью, Кири:D

(я приготовил тебе оладушки. они лежат в холодильнике. быстрее поправляйся (если обморок можно назвать болезнью))

      Тодороки сел на кровать и начал вспоминать, что произошло до обморока. Бакуго. Что он сделал? Вырубил? Но как? В голове у Шото вертелось много вопросов, поэтому, чтобы придти в себя, парень пошел умываться. Его лицо, как всегда, было безэмоциональным, но в душе́ он был тронут заботой Киришимы. Умывшись, Тодороки пошел на кухню. Он открыл вечно пустующий холодильник и обнаружил те самые оладьи в виде улыбающихся смайликов, которые Эйджиро испек специально для Шото. Он еле заметно улыбнулся. - Тебе Киришима каждый день такие делает? - спросил невзначай Тодороки, чтобы хоть как-то начать диалог с Кацуки, но ответа не услышал. Разогрев оладьи в полуживой микроволновке, Тодороки сел за стол. Не то, чтобы Шото был из бедной семьи или что-то вроде этого, он просто не брал деньги отца из-за личных принципов, поэтому парню приходилось усердно работать и максимально экономить. Параллельно с употреблением еды, Тодороки сидел в телефоне. В сети никого не было, хотя обычно все наоборот. Учитывая этот факт, Шото посмотрел на календарь и все сразу встало на свои места. Сегодня был понедельник. Первый урок начался двадцать минут назад. Тодороки быстро вышел из-за стола и, взяв оладью в зубы, побежал одеваться. Через несколько минут он уже бежал в школу.       Не смотря на то, что на улице была зима, температура была довольно-таки высокая, поэтому снег начал таять, а на его замену приходил лед. Из-за него скользкие дорожки были разбросаны по всему городу и для того, чтобы быстро добежать до школы, Шото пришлось сделать несколько гимнастических упражнений на льду.       Пришел Шото как раз к звонку на перемену. Он вошел в класс и сел за свою парту. В классе никого не было, т.к. первым уроком были тренировочные бои. - Мы что, в школе? - сказал сонным голосом Бакуго. - Так теперь ты решил поговорить со мной? - сказал Тодороки обиженно. Он планировал обсудить произошедшее с Бакуго во время завтрака, но тот проигнорировал парня. - Я, вообще-то, только что проснулся! - Шото, рисующий в тетради какую-то каракулю, приподнял бровь. - Ты хочешь сказать, что я проснулся раньше тебя? Это просто невозможно, ведь ты теперь часть моего разума. Когда я бодрствую, ты тож... - З. А. Т. К. Н. И. С. Ь, - прорычал Кацуки, выделяя каждую букву, - почему ты просто не можешь поверить в то, что я ТОЛЬКО ЧТО ПРОСНУЛСЯ? - Бакуго злобно выдохнул. Спустя некоторое время в класс начали заходить ученики 1-А. Они махали Шото и рассаживались по своим местам. Никто не разговаривал. В классе стояла тишина, но Шото это не так сильно смутило, как то, что все были одеты в черное. Как будто в школе поменяли форму или все резко захотели стать готами. - Что с ними? В таком прикиде они бесят меня больше, чем обычно, - сказал Кацуки. - Не знаю, - ответил Шото. Сидящий перед ним Каминари обернулся и непонимающим взглядом посмотрел на Тодороки, спросив: - Ты со мной? Шото посмотрел на него еще более непонимающим взглядом. - Нет, - ответил он. Каминари отвернулся и продолжил сидеть, смотря в парту. Шото еще раз осмотрел весь класс. Он один был одет в школьную форму и от этого ему стало максимально не комфортно.       Всю перемену класс продолжал сидеть в тишине. Прозвенел долгожданный звонок, но учителя Аизавы не было. И Киришимы с Ураракой тоже. Тогда Тодороки все таки решился спросить у Каминари, что тут произошло. - Ты что, не слышал? - отвечал Денки, - Бакуго...ну, после той миссии, он...,- глаза Каминари покраснели,-...у-умер. Он умер, - Денки развернулся и, схватившись за голову, лег на парту. Момо, сидевшая неподалеку, резко соскочила и убежала из класса, закрывая лицо руками. - Яойрозу! - резко выскочив из-за парты прокричала Джиро и побежала за ней. - Идиоты, - пробубнил Бакуго. Шото взял листок и написал:

Похоже, они не знают, что твой разум жив

- А ТО Я НЕ ПОНЯЛ!, - началась неловкая пауза, но уже через минуту была перебита, - спроси лучше у Денки, где твердоголовый шляется, - неуверенно сказал Кацуки. От этих слов у Тодороки дернулся глаз. Он никогда не подумал бы, что этот огромный кусок гнева способен на такое эмоциональное состояние, как беспокойство. - А где Киришима? - спросил Шото, похлопав Денки по плечу. - На нем это отразилось хуже всего, - сказал Каминари, как вдруг в класс зашел Эйджиро. Он тоже был одет во все черное. - ЧТО ЗА НАХРЕН?, - спросил Кацуки с огромным удивлением. У Тодороки был такой же вопрос.