Два в одном.

- ЧТО С НИМ? - ошарашенно спросил Кацуки. Киришима и вправду выглядел, мягко говоря, не очень. Волосы были опущены, складывалось впечатление, будто он забыл их причесать, да и к тому же, черные корни сразу бросались в глаза. Они будто умоляли о том, чтобы на них пролили хоть каплю красной краски. А про одежду вообще лучше не говорить. Ее будто бы сжали в комок, затем закинули этот комок в баскетбольное кольцо, а потом снова смяли и уж только после этого надели. - Я же говорил, - сказал Денки, повернувшись к Шото. - Гребаный шизик, - дерзко сказал Бакуго, дав четко понять, что теперь он будет презирать Эйджиро за его внешний вид. Шото хотел проигнорировать насмешки Кацуки, но не смог. Он снова взял листок с ручкой и написал:

Он, наверное, всю ночь пробыл рядом с тобой и поэтому толком не успел собраться. Ты не смеешь смеяться над ним!

- Я его не просил об этом, - отрезал Бакуго, намекая на то, что больше не хочет говорить об этом.       Аизавы не было весь урок. Тишину так никто и не нарушил. Шото, уткнувшись в тетрадь, рисовал рисунки и думал о Киришиме. А точнее о том, как сказать ему, что Бакуго жив. Как только прозвенел звонок, ученики направились в сторону парты, где сидел Тодороки, но Шото, узнав, что они хотят проговорить с ними, сказал: - Сейчас я немного занят, давайте позже, - ребята понимающе кивнули, а Тодороки направился в сторону Эйджиро. - Киришима, нам нужно поговорить. Выйдем? - Шото махнул головой в сторону двери. - Угу, - промычал Киришима и они вышли. Немного отойдя от кабинета, Тодороки остановился и, посмотрев в глаза Эйджиро, начал: - Я хотел поговорить с тобой о.., - Шото сделал паузу, дабы не спугнуть красноволосого, - Бакуго, - лицо Киришимы стало еще печальнее, - да, знаю, для тебя это нелегкая тема, но не мог бы ты ответить мне на один вопрос? - Да, конечно, - ответил Эйджиро. Он выглядел очень подавленным. - Почему ты вообще дружил с Бакуго? Он же такой.., - Тодороки попытался подобрать нужное слово, - ну... - ЭЙ, Я, ВООБЩЕ-ТО, ВСЕ ЕЩЕ В ТВОЕЙ ГОЛОВЕ, ПРИДУРОК! - перебил его Кацуки. - Да, я понимаю, что ты хочешь сказать, - отвечал Эйджиро, - но, на самом деле, он другой! - на лице Киришимы стала видна натянутая улыбка, - он похож на огромного пушистого кота, - Эйджиро развел руками по сторонам, будто показывая размер этого самого кота, - обычно он злой, но, если приласкать его, то он становился тихим и милым, - красноволосый, который сейчас сквозь огромную моральную боль натягивал свою лучезарную улыбку, резко задрожал. Тодороки это заметил. Парень, еще какой-то миг пытался держать улыбку, но, не осилив такую ношу, сдался. Он посмотрел в пол, вытирая бегущую по щеке слезу, а затем снова посмотрел на Шото своими опухшими глазами. - О, нет, заткнись, тупоголовый! - застонал Кацуки; он ненавидел сопли в сахаре. - Вот как.., - Тодороки сделал задумчивый и сочувствующий вид. - Кстати, я тут вспомнил кое-какую историю, - Киришима протер глаза рукавом мятой рубашки и начал свой рассказ, - однажды родители Бакуго пригласили меня поехать с ними в деревню к бабушке. - ТАК, СТОП, - резко вставил Кацуки, вспомнив о какой истории идет речь, - ЗАТКНИСЬ, ТУПОГОЛОВЫЙ. ВСЕ, ХВАТИТ. - Когда мы туда приехали, мы пошли занимать кровати и... - ЗАТКНИСЬ! - Кацуки кричал, надеясь на то, что его голос снова волшебным образом станет слышен всем, - ЕСЛИ ТЫ СЕЙЧАС ЖЕ НЕ ЗАТКНЕШЬСЯ, ТО Я УБЬЮ ТЕБЯ! ИЗ-ПОД ЗЕМЛИ ДОСТАНУ И УБЬЮ! КЛЯНУСЬ! - ...мне пришлось спать с Бакуго, - сказал Киришима, перебирая пальцами. - ДВУМОРДЫЙ, ЗАКРОЙ УШИ, - кричал блондин в унисон с Киришимой, чтобы Тодороки ничего не услышал. Честно говоря, у Кацуки получалось, потому что Шото приходилось не хило так напрягать мозг, чтобы понять, что сказал красноволосый, а что Бакуго, - ДВУМОРДЫЙ! ЕСЛИ ТЫ СЕЙЧАС ЖЕ НЕ УЙДЕШЬ, Я СНОВА СДЕЛАЮ ЧТО-НИБУДЬ С ТВОИМ МОЗГОМ! - заявил Кацуки, но Тодороки не собирался уходить, - ТЕБЕ ЖЕ ХУЖЕ! - Кацуки попытался что-нибудь предпринять, но у него нечего не получилось, - БЛЯТЬ! - Когда Бакуго вышел за удочками, ко мне подошла его бабушка и спросила "Ты не бросишь Кацуки?". Я тогда с удивлением на нее посмотрел и ответил "Не брошу". Она кивнула головой и сказала "Ох, как хорошо. Знаешь, на самом деле Кацуки хороший, несмотря на его характер...", затем она опустила голову и с грустью добавила "Всю жизнь ему было очень одиноко, надеюсь хоть ты как-то изменишь это", - Эйджиро выдохнул с облегчением и на его лице появилась еле заметная улыбка. Тодороки медленно поднял брови. Так Киришима и вправду дорожит Кацуки. Иногда он думал, что это все из-за того, что Бакуго держит Эйджиро в страхе и тот таскается с ним не по собственной воле. Но он и подумать не мог, что такой человек, как Бакуго, так сильно повлиял на чью-то жизнь. - ЗАТКНИСЬ! - снова прорычал Кацуки. Видимо, на протяжении всего рассказа он пытался снова вырубить Тодороки, но у него не получилось. - Ну и тогда я пообещал ей, что стану лучшим другом Бакуго и изменю его жизнь. - СДОХНИ, ЧЕРТОВ ТУПОГОЛОВЫЙ! - Бакуго начал выходить из себя. - Наступила ночь и знаешь что! Бакуго отрубился и начал задыхаться! Я начал беспокоиться, подполз ближе и спросил "Что случилось?", а он просто взял и обнял мен... - ЕБАЛО ЗАВАЛИ, БЛЯТЬ! ТЫ ОБЕЩАЛ, ЧТО НИКОМУ НЕ РАССКАЖЕШЬ, ГОВНА КУСОК! - Бакуго взял голос и левую руку Шото под свой контроль. Он заткнул рот Киришимы и начал злобно сверлить бедного парня взглядом. Вдруг, левый глаз Шото (тот, который голубой) загорелся неестественным ярко-красным цветом. Зрачки Киришимы уменьшились раз в десять. Он нервно сглотнул, а его руки предательски задрожали. Тодороки тут же попытался взять тело под свой контроль, но у него не вышло. - Бакуго, перестань! - попросил Тодороки. - СДОХНИ, ДВУМОРДЫЙ! - прорычал Кацуки. Эйджиро стоял разинув рот. Его полностью охватило шоковое состояние. Он видел перед собой очень странную картину: Левая сторона лица Шото всем видом говорила "я убью тебя!", а правая наоборот умоляла о пощаде. - Прекрати, Бакуго, - Тодороки своей правой рукой начал убирать левую руку с лица Эйджиро. - УЙМИСЬ! - Бакуго убрал руку с лица Киришимы и сжал в кулак, как вдруг в их голове началась резкая боль. Парни схватились за голову и упали на колени. Вскоре, не выдержав такого давления, парни громко закричали. Их голоса слились. Боль прекратилась так же резко, как и началась. Тело парней упало на пол, словно безжизненное Киришима, еще не отошедший от шока, ударил себя по лицу, чтобы проверить, спит он или нет. Он не спал. Тогда Эйджиро, поймав себя на мысли, что нужно срочно что-то делать, наклонился к телу Шото, и стал проверять пульс. - Что случилось? - спросила Мина, которая решила посмотреть что за странные звуки слышатся из коридора, - ТВОЮ МАТЬ, ТОДОРОКИ! - воскликнула девочка и громко завизжала. На ее крик сбежались все ученики 1-А. - Все в порядке, он просто упал в обморок, - успокаивал всех Эйджиро. - С ним все хорошо? - спросил Изуку. Киришима отрицательно покачал головой. - Каминари, помоги мне донести его до медпункта, - сказал Киришима, закинув руку Шото себе на плечо. - Ага, - Денки подбежал к Тодороки и сделал тоже самое с другой стороны.