Падение света

Штаб мятежников под городом. За четыре часа до битвы на вокзале.

- …и мы не дадим им издеваться над нами! – Эрнест ударил кулаком по трибуне, после чего толпа человек из двухсот взревела аплодисментами. Они были в одном из самых крупных помещений запутанного лабиринта тоннелей. Эрнест хотел с последней речью выступить перед своими людьми, взбодрить их, вселить в их души уверенность в их действиях и скорую победу. Для того, чтобы его услышали все восставшие, было потрачено много усилий, но это было не напрасно. - Императрица сидит в своём дворце, боясь нас! Она выставила перед нами свои войска, потому что она боится своего же народа! Она не пустила вас, когда вы, простые люди, просили её разобраться с налогами, с работой, голодом! Но наша «великая императрица» просто вышвырнула вас из дворца и навсегда закрыла его двери для всех, кроме «элиты» страны! – Он произнёс всё это на одном дыхании и закончив, глубоко вздохнул, для продолжения. – Они называют нас предателями. Но на самом деле, предатели только они сами. Деметра и её министры, они предали свой народ и теперь выжимают из нас все соки, делают своими рабами, видят в нас только средства для набивания своих карманов золотом. За его спиной стояли остальные лидеры восстания: Его верный друг Йозеф, отставной полковник Карл и аристократ Федерико. Они вместе со всеми, с неохотой хлопали Эрнесту, во время пауз в его речи. План они итак знали и присутствовали здесь только для того, чтобы их видели остальные люди. - К сожалению, среди нас тоже есть такие. Они изменили нашим принципам и повелись на запах власти и денег. Вот они! – Эрнест резко развернулся и указал на стоявших за ним его помощников. От удивления никто из них даже не успел сказать и слова, как их схватили солдаты. – Посмотрите в их лица, лица предателей, которые сдали наши планы императрице и уже думали, какие места им дадут в правительстве. Вы ошиблись, господа. Вы проиграли. - Это обман! Он вас обманывает! Мы всегда были верны восстанию! – Федерико пытался вырваться из захвата, но тут же получил прикладом по голове. Дальше он говорил уже тихо, себе под нос. – Какой же ты ублюдок, Эрнест.. как ты мог?.. Вся ненависть толпы обрушилась на них. Оскорбления, проклятия, просто крики слились в один гул, от которого закладывало уши. Этих троих отвели в к стене и поставили на колени. Расправа была быстрой. Через несколько секунд Эрнест снова обратился к людям. - Это – знак нашей великой победы. Сегодня мы победим! Толпа вновь взорвалась, но на этот раз уже с счастливыми криками «Ура!». Вера людей была сильна как никогда.

Столичный Аэропорт. Два часа до битвы на вокзале.

Трое мужчин, диверсантов повстанцев, в тёмной униформе воздушных сил империи, шли по подвалу терминала аэропорта. Шедший впереди был одет в форму офицера, двое других, идущих позади, в форму рядовых. Серый, слабоосвещённый подвал был доверху забит ящиками с провизией, боеприпасами, оружием и запчастями для техники. Среди ящиков иногда мелькали фигуры людей, – охранников, или инженеров – но они не обращали внимания на эту троицу. - Нам сильно повезло, что спуск в канализацию они не додумались закрыть. – Шёпотом сказал мужчина в форме офицера. – Теперь нужно… Его перебил треск включившегося громкоговорителя. - Внимание! Прибыл дирижабль «Грозовой». Инженерам группы «Альфа» явится на четвёртую взлётно-посадочную площадку. Повторяю, инженерам группы «Альфа» явится на четвёртую взлётно-посадочную площадку. – Снова треск, означавший, что громкоговоритель выключен. Впереди идущий резко остановился и развернулся. - Сэр? Командир жестом приказал им идти за ним. Они зашли в тёмное местечко, где их никто не видел и не слышал. Тот что был в офицерской форме начал говорить шёпотом: - Планы поменялись. Нам нужно не дать этому дирижаблю взлететь. – с твёрдой уверенностью сказал он. – Мы взорвём его. Зарядов взрывчатки нам должно хватить. - У нас всего пять зарядов, сэр. – Низкорослый, черноволосый паренёк аккуратно снял с плеча рюкзак. – Вы думаете, этого хватит? - Да, здесь тонны боеприпасов. Хватит и одного, чтобы тут всё взлетело на воздух. – Второй, полноватый и высокий, поддержал идею своего командира. – Как будем действовать? - Ты, - он указал на паренька с рюкзаком. – Бери три заряда. Расставь их как можно не заметней и уходи. Мы пойдём туда, перехватим этих инженеров и зайдём вместе с ними. - Сэр, вы уверенны? Если мы взорвём этот склад, мы итак нанесём им необратимый ущерб. – Он вытащил три заряда, а рюкзак отдал другому. - Нельзя упускать такую возможность. Детонатор будет у тебя. Взрывай его через час, не раньше. Понял? - Так точно, сэр. - Тогда всё. Пойдём. – Он похлопал полного по плечу. – Удачи нам всем. Командир кивнул черноволосму пареньку и они разошлись по разным сторонам. Охрана без вопросов выпустила оставшихся вдвоём повстанцев и те вскоре вышли на улицу. Практически всё пространство аэропорта было занято дирижаблями или же ящиками, что попросту не поместились на склад. Тут было полно и военной техники, от шагоходов до танков, но они все просто стояли, ожидая своего часа. Большая часть пехоты уже была отправлена в город, для поддержания порядка, хотя бы в некоторых частях города и для уничтожения мятежников. «Грозовой» уже висел прямо над площадкой. Из-за сильной утечки, дирижабль накренился на правый бок, но всё ещё был в воздухе. Снизу, под ним уже было больше сотни людей, ведущих приготовления для посадки. Стандартная процедура. Дирижабль постепенно перевёл винты вверх и теперь они медленно прижимали его к земле. - Вон они. – Командир пальцем показал на идущух в сторону «Грозового» группу где-то из двадцати пяти человек. – Быстро, за ними. Быстрым шагом, привлекая к себе достаточно внимания, они стали догонять их. Им повезло, что инженеры из-за множества инструментов шли не слишком быстро. К тому моменту, как переодетые диверсанты достигли группы инженеров, «Грозовой» уже почти приземлился. - Эй, вы! – Окликнул их командир, из-за чего вся группа остановилась и посмотрела на них. – Мы поднимемся с вами на борт. В целях, э-э-э, безопасности. Проследим за вашей работой. - Нас не оповестили об этом. Разве личного состава капитана дирижабля не достаточно? – Один из инженеров вышел вперёд. – Старший инженер Хэллс, сэр. - Лейтенант Фокс. У меня приказ Хаска. - Адмирала Хаска, сэр. – Он посмотрел на своих подчинённых, но те ничего не сказали. - Да, именно. Давайте поторопимся, нельзя задерживаться. Нужно вернуть «Грозовой» в строй. Хэллс кивнул. Он побоялся возразить Фоксу, несмотря на все свои сомнения. Все вместе они продолжили движение к четвёртой площадке. Через двадцать минут все поднялись на борт корабля. Часть инженеров отправилась в двигательный отсек для осмотра двигателей и генераторов, с ними же пошли и диверсанты. Охрана не обратила на них внимания, пропустив всех на борт. Мятежники, которые первый раз оказались на подобной махине были под большим впечатлением. Если командир ещё старался сдерживать себя и старался не выражать своего восхищения этим кораблем, то его помощник не скрывал свой восторг. - У вас такое лицо, лейтенант, будто вы первый раз видите дирижалбь изнутри. – Хэллс косо смотрел на Фокса. Мягко говоря он ему не доверял. - Каждый раз поражаюсь этим конструкциям. Вершина технологического прогресса. – Он попытался выкрутится, но судя по виду старшего инженера, весьма не удачно. Пока никто не видел, командир кивнул своему помощнику и тот свернул в другой коридор, чтобы установить взрывчатку в двигателях. Он устанавливал её там, где инженеры уже прошли, чтобы при просмотре не было ничего обнаружено. Примерно через пол часа они шли обратно. Так же не заметно второй диверсант вернулся обратно. - Этот отсек в полном порядке. Остальные уже должны были завершить ремонт. – Хэллс остановился и повернулся к Фоксу. – С какого вы дирижабля? Я не помню ни одного лейтенанта Фокса. Повисло молчание. Но когда Фокс понял, что оно затянулось, его помощник кинул в лицо Хэллсу рюкзак. Пол завибрировал, послышался нарастающий гул. Сразу за этим включились громкоговорители. - Ремонт завершён. Все системы в порядке, начинаем взлёт. – Громкоговорители выключились. - Диверсанты! – Один из инженеров побежал прочь, чтобы сообщить остальным. – Диверсанты! Тревога! Командир с размаху ударил Хэллса по лицу, от чего тот без сознания упал на пол. Остальные в растерянности не знали, что делать. Воспользовавшись моментом, повстанцы побежали обратно в двигательный отсек, чтобы спрятаться там. Однако, они были в западне. Завыла сирена. Обычные лампы дневного света выключились, ненадолго коридоры погрузились во тьму, затем включился аварийный, красный свет. В двигательный отсек уже прибыла охрана. Они были вооружены лишь дубинками – использовать огнестрельное оружие на дирижаблях категорически запрещалось. - Внимание! В двигательном отсеке обнаружены диверсанты. Найти и доставить на мостик. Живыми. Спрятавшись за какими то ящиками рядом с одним из двигателей, от рёва которых закладывало уши, двое диверсантов не боялись шуметь – их бы всё равно не услышали. Дальше бежать было некуда, это был тупик. Командир посмотрел на наручные часы. Прошло больше часа, с момента их разделения, заряды взрывчатки уже должны были быть взорваны. - Что-то не так! – Прокричал он своему помощнику. – Взрыв уже должен был произойти! Тут в зал ворвалась охрана. Их не заметили, но они собирались перевернуть тут всё вверх дном. Нужно было действовать. - Сдавайтесь! – Командир вышел из-за ящиков с гранатой в руке. – Через три секунды, после того, как я её отпущу, она взорвётся! Все замерли. Они были очень близко к двигателям, взрыв гранаты спровоцировал бы взрыв, способный полностью уничтожить половину воздушного корабля. - Вам всё равно не уйти! Мы на высоте пятидесяти метров! Да и ещё одного вашего уже давно схватили! – Охранники постепенно приближались к ним, чтобы схватить. - Я дал вам шанс.. – На этот раз он не кричал, а сказал себе под нос. – Было честью оказаться здесь! Он швырнул гранату прямо к одному из двигателей и зажмурился. Всё произошло быстро. Ярчайшая вспышка осветила весь аэропорт. Сначала был тихий хлопок, а за ним серия из четырёх сильнейших взрывов. Всю заднюю часть «Грозового» моментально разорвало, не оставляя даже обломков. Во время взрыва весь корабль подкинуло ещё метров на десять вверх, а теперь, со скрежетом и воем остатки полыхающего дирижабля устремились к земле. Все, словно заворожённые смотрели на то, как люди с криками разбегаются с четвёртой взлётно-посадочной площадки. Даже прекрасно понимая, что им не спастись, они продолжали бежать. Дирижабль упал через несколько секунд, а для всех вокруг это словно продолжалось вечность. С сильнейшим лязгом носовая часть упала на землю, превращаясь в груду обломков. Во все стороны от неё пошла волна огня, поражающая убегающих людей. Через секунды произошёл ещё один взрыв, до конца уничтоживший площадку, остатки выживших и «Грозовой».

Дворцовая площадь. Через час, после битвы при вокзале.

Дворец. Перед ним стояли шеренгами солдаты элитной имперской гвардии, закованные в чёрную, устрашающую броню. Эти люди отбирались специально, со всех краёв страны, они больше обычного человека раза в полтора и превосходили его по всем параметрам. Первая шеренга солдат держала огромные щиты, которые были размером почти с них самих. Они заняли позу, позволяющую им с лёгкостью выдержать удар о щит и оттолкнуть их обратно. За ними была вторая шеренга, вооружённая винтовками со штык-ножами. Эти солдаты должны были стрелять в проёмы между щитами, уничтожая цели на расстоянии и всех, кто осмелится приблизится. Строй был несокрушим. Их единственной задачей было сохранить жизнь Её величества, не пропустить никого во дворец. И они выполнят её ценой своих жизней. Дальше шёл подъём ко дворцу, а точнее, к его главному входу. Лестница, что вела туда была с обоих сторон окружена клумбами, с яркими, разноцветными цветами. По всему периметру клумб были установлены фонари и знамёна с белым полумесяцем и короной над ним – гербом Сумеречной Империи. Перед входом во дворец и по периметру клумб, выстроилась третья шеренга гвардейцев. Они были не так неприступны, как первые две шеренги. Но отличительной особенностью их от остальных двух – это наличие красных полос на броне, означающая более хорошую подготовку, большую силу и выносливость. Один такой солдат, был по силе, как дюжина крепких мужиков. Своей винтовкой-алебардой гвардейцы были способны пополам разрубить простого человека. Они и были последней линией обороны императорского дворца и императрицы Всего гвардейцев было три сотни человек, по сотне в каждой шеренге, но они были способны на многое. Огромный, светло-серого цвета дворец, был сердцем империи. Являясь фактически самым крупным зданием в городе, он поражал всех своим величием и красотой. Его башни, гордо возвышались над городом, синяя кровля постоянно притягивала к себе внимание. В ночное время, дворец был ещё великолепней: освещаемый иллюминацией, он был словно огромный факел, видимый отовсюду даже в самый сильный туман. Из зала Совета Министров прямо на площадь выходил крытый балкон. Двери приоткрылись и на него вышли двое имперских стражников, следом за которыми вышла Деметра. Она с важным видом встала около парапета, держа руки за спиной. То, что она увидела на площади, поразило её до глубины души, это посеяло в ней сомнения в правильности её действий. Но Деметра быстро отогнала эти мысли и вздохнула полной грудью. Свежий воздух и холодный ветерок бодрил её, от чего, несмотря на позднее время, ей совсем не хотелось спать. Или же это было от волнения? Площадь Правительства была огромна. В основном здесь собирались люди на различные торжественных мероприятиях, часто, когда выступал какой-либо политик или сама императрица или император. Площадь уже десятилетие не используется машинами и является пешеходной. Из-за близости с Проспектом Мира площадь была одной из самых посещаемых в городе. Прямо за проспектом, напротив, находился Центральный Городской Парк, самый большой, во всей стране. Вся площадь освещалась бесконечным количеством фонарей, на ней постоянно было светло. По середине площади находился огромный фонтан, в форме полумесяца, вода в нём в ночное время переливалась цветами, благодаря иллюминации, на его вершине находился памятник Первому Императору. Площадь была так же заполнена лавочками, по бокам которых стояли знамёна империи, ночью отдельно подсвечивающиеся прожекторами. Огромная толпа разношёрстных людей стояла прямо напротив гвардии. Стояли они как попало, определённого строя не было и каждый всё ещё пытался пробраться ближе к началу. Их было около двух тысяч, может быть больше. Последняя надежда повстанцев. Одеты были они по разному: кто-то в порванной одежду, которую уже можно было бы назвать скорее тряпьём, кто-то в достаточно богатые кафтаны. Оружия хватило не на всех, как и не хватило времени всех научить им пользоваться. Были люди и вооружённые вилами, копьями, старыми мечами. Но были и вооружённые пистолетами, винтовками и даже гранатами. Но они не атаковали, словно выжидая чего-то. Один из них, простой рабочий, вышел вперёд. В руке у него был старый, ржавый пистолет, который он поднял вверх. Его лицо перекосила злоба. С каким-то животным криком, даже рёвом, он нажал на курок, выстрели в воздух. Вся толпа, все кто не был вооружён настоящим оружием ринулись вперёд. Гвардейцы сделали первый залп. В одну секунду полегло больше сотни человек, но их это не остановило. Первые повстанцы врезались в щиты гвардейцев, даже не покачнув строй. Только когда вся толпа обрушилась на них, только тогда они отступили, но строй не разрушили. Крик «Граната!» и последовавший за ней взрыв – стали надеждой. Гвардейцам пришлось отступать ещё дальше, в некоторых местах строй уже был прорван и им приходилась сражаться в рукопашную. Залп третьей шеренги и ещё сотня погибших. Звуки выстрелов не прекращались. Крепкая броня гвардейцев была практически непробиваемой, но уязвимость была у всего. Против уже сотен погибших, был всего десяток раненых гвардейцев. Акрон висел над дворцом. Плотный слой облаков скрывал его от всех, двигатели не работали, так что услышать его тоже было нельзя. - Адмирал, нам доложили, что сражение внизу уже началось. Какие будут приказания? – Капитан дирижабля с важным видом встала за Хаском, ожидая приказа. - Прикажите солдатам готовится. Начинайте снижаться, как только опустимся на сотню метров, запускайте горизонтальные двигатели. И приготовьте осадные крюки. - Сэр, опустившись так низко здесь, мы можем задеть дворец. – Доложила Капитан. - Мы получим повреждения? - Нет, сэр. Обшивка выдержит повреждения такого типа. - Тогда меня это не волнует. – Хаск сделал соответствующий жест рукой. – Выполняйте. Сражение внизу продолжалось. Число погибших росло с каждой секундой, но повстанцы наступали всё сильнее и сильнее. С каждым метром, что они становились ближе ко входу во дворец, вера в победу была всё сильнее. Ещё одна граната полностью прорвала первую и вторую шеренги, они были уже близко. Вся площадь была усыпана трупами, от первых рядов повстанцев, что приняли на себя весь удар, уже не осталось никого. Нарастающий гул накрыл всю площадь. Те, что были по дальше от центра сражения подняли глаза вверх. Из-за плотного слоя облаков над дворцом стал пробиваться свет – свет прожекторов Акрона. Дирижабль медленно, но верно снижался, приближаясь к площади с каждой секундой. Во время движения к площади он носом зацепил одну из мелких башен. Гул двигателей смешался со скрипом железа, воем гнувшихся балок и звуком разрушавшегося камня. Верхняя часть башни отвалилась и упала вниз, на площадь, убив множество людей, в том числе и гвардейцев, вся иллюминация дворца отключилась и теперь эта огромная тень – главный символ столицы - возвышалась над площадью, вселяя страх. Дирижабль стал разворачиваться, две тяжёлые пушки с крюками, которые находили снизу, нацелились на площадь. - Адмирал, крюки готовы. – Доложил оператор орудий. - Отлично. Стреляйте прямо по площади и начинайте посадку. Как только сможете, открывайте трап. – Адмирал не скрывал своего довольства, понимая, что сейчас будет. Две пушки с осадными крюками совершив небольшой поворот выстрелили, почти одновременно. Оба невероятно больших крюка – выстой с двух человек – с огромной скоростью врезались в землю, разрывая в куски асфальтированное покрытие и людей. Они проехали так ещё метров тридцать, не оставляя за собой ничего живого. Акрон продолжил снижаться, находясь диагонально над площадью. Люди снизу стреляли в него, но маленькие пульки просто рикошетили от брони этой махины. Вопли людей заполонили площадь. Много повстанцев пострадало от этой атаки: некоторых превратило просто в куски мяса, некоторых разрубило пополам. Дирижабль снизился до определённой высоты. Включилась сирена, и на площадь опустился трап. В авангарде первого полка шли солдаты с похожими щитами, что были у гвардейцев. Все внимание повстанцев быстро переключилось на них теперь задача уже была выжить, а не прорваться во дворец, где выжившие гвардейцы уже снова организовали строй. Сзади, со стороны проспекта подходило подкрепление – шестой батальон перетянулся сюда, чтобы перекрыть путь для отступления и взять мятежников в кольцо. Авангард спустившись на землю переходил в наступление, убивая каждого мятежника, у себя на пути. Послышался стрекот пулемётов – с Акрона спускались специальные боевые шагоходы, которые в отличии от полицейских были вооружены не только пулемётами, но и лёгкой противотанковой пушкой. Повстанцы отступали. Потеряв всю волю к победе, он просто хотели выжить. Некоторые, всё ещё продолжали оказывать сопротивление, паля без разбору по всем, кто-то взяв последние гранаты бежал к солдатам и взрывался, стараясь забрать с собой как можно больше. Это была бойня. Солдаты просто топтали мятежников, не оставляя им шанса. За всем этим всё ещё наблюдала Деметра. Она была напугана и тяжело дышала. Никогда, до этого момента она не видела, как в один момент гибнут столько людей. Но жалко их ей не было, было просто страшно. - Ваше высочество, всё нормально? – Спросил один из стражников. – Может, вам пройти к себе? - Нет. Я.. я должна видеть всё это. – Она постаралась взять себя в руки, что было крайне сложно. Последними с Акрона спустились танки. Не сделав ни одного выстрела, они забили последний гвоздь, в гроб мятежа. Сражение всё ещё продолжалось, солдаты добивали последних, кто ещё осмеливался стрелять, больше полутысячи человек сдались, бросили оружие и встали на колени. Многих из сдавшихся всё равно расстреливали, но некоторых и помиловали. Их отводили ближе к дирижаблю и связывали. Больше они не были полноценными гражданами империи и их ждала судьба рабов или пытки в подвалах Министерства Нравственности. Из больше чем двух тысяч человек, выжило всего лишь четыре сотни. Из трёхсот гвардейцев, чуть больше пятидесяти. Империя одержала здесь вверх, растоптав основную силу мятежа. Шестой механизированный полк уже двигался к штабу повстанцев в канализации. Конец гражданской войны был близок.