Я позвоню тебе

      Ирука медленно закрыл за собой дверь учительской, будто не веря, что в кои-то веки ушел домой так рано. Что особенно делало эту ситуацию странной – ушел он не из-за плохого самочувствия или каких-то проблем, а… ради кого-то. Непривычное чувство, Умино даже забыл, когда в последний раз так делал.       Спускаясь по лестнице и выходя на улице, он бросил взгляд на часы, чувствуя, что слишком спешит. И так и было, его ноги действительно торопились вперед, забыв о том, что им предстоит проделать путь всего лишь в пятнадцать минут, а до встречи было еще полчаса. Когда в последний раз, он не мог дождаться встречи настолько сильно?       Умино усмехнулся сам себе. На самом деле, от этих мыслей стало больше тоскливо, чем радостно. Он всегда старался наладить контакт со всеми, боясь остаться один до конца жизни. Но то ли этот страх был его судьбой, либо жизнь издевалась над ним, снова и снова оставляя наедине с собой. Все уходили по-разному. Кто-то исчезал из его жизни совершенно тихо, не оставляя ни причины, ни повода, словно все воспоминания о человеке были лишь иллюзией, нелепым сном. Кто-то уходил с шумом, ругая и унижая так, что Ирука и сам верил в то, что он виноват перед уходящим. Кто-то уходил с громким хлопком, не сказав и слова. Все они оставляли в душе шрамы и раны разной величины. Но все они уходили, как бы он не старался подстроиться под них, сколько бы души не вкладывал.       И поэтому, мужчина стал бояться новых встреч. Боялся, потому что уже стал считать, что знает финал этой истории наперед. И от этого лишь сильнее удивлялся, что ноги не разворачивают его прочь от места встречи, все равно упрямо идя вперед. Может, сам того не зная, но в его душе еще теплилась надежда, что хоть кто-то останется с ним? Может, он все же не смог ее задушить до конца, как бы не старался?       Наверное.       Ирука дошел до места встречи. В запасе было еще десять минут, поэтому, неловко постояв у двери кафе, вызвав вопросительные взгляды у пары посетителей, заходящих внутрь, он нервно отошел, стараясь скрыться из виду. Почему-то Умино начал беспокоиться о том, что если Хатаке увидит, что он пришел раньше времени, то сочтет его нелепым.       Нервно ходя в стороне, Ирука и сам не заметил, как отсчитывает минуты по секундам. Чем ближе подходило назначенное время, тем сильнее ему хотелось убежать прочь и лишь каким-то чудом ему удалось воспротивиться этому желанию.       Дверной колокольчик звякнул и Умино выглянул из своего переулочного укрытия. Какаши вышел из кафе и оглядывался по сторонам, выискивая мужчину взглядом. Не успев ретироваться обратно, чтобы выйти как нормальный человек, Ирука был застукан на месте и, горя от стыда, ему пришлось покинуть укрытие, неловко сжимая ручку рабочей сумки. Бариста совершенно не придал этому значению, лишь взмахнув рукой в приветствии, легко улыбнулся. Почему-то Умино тут же прекратил нервничать, сразу забывая о всех страхах. То, что он искал вчера.       - Долго ждешь? – спросил Какаши, идя навстречу.       - Нет, минут пять…десять, не больше. – нервно рассмеялся Ирука, дотрагиваясь свободной рукой до плеча. Нет, все же немного он был на иголках. Что, если он разочарует Какаши спустя пару минут? Что если его не пошлют только из вежливости? Что если он только навязывается и…       - Эй, эй, да не нервничай ты так. – положил ему на плечо руку бариста, слегка прижимая пальцы к его запястью. – Я тут единственный, кто должен переживать. Свалился, как снег на голову и вот, думаю, исчерпал ли я свою удачу этой встречей на всю жизнь или нет.       Умино тихо рассмеялся в ответ, чувствуя, как и последнее волнение проходит. Какаши улыбнулся в ответ, убирая руку и кивая головой в сторону дороги.       - Как насчет прогуляться по парку? Или ты голодный? – получив отрицательный взмах головой от Ируки, он продолжил. – О, значит все же парк. Кстати, в следующий раз, если придешь раньше, то заходи внутрь, посидишь, отдохнешь. Идем.       Умино направился следом за устремившимся вперед баристой, чувствуя, что было бы неплохо провалиться сквозь землю. Он видел, видел, как Ирука, словно кретин стоял перед кафе и придя раньше, чем следовало. И видел все его дурацкое поведение после. Вот же…       Умино на секунду замер на месте, удивленно моргнув. Постойте, разве Какаши не сказал «в следующий раз»? Значит… он уже думает, что будет следующий раз? Ох…       От сердца отлегло, и Ирука поспешил за баристой, который шел чуть впереди, легко насвистывая какую-то мелодию. Благодаря этому, Умино мог вдоволь рассмотреть его со спины. Еще в прошлый раз он заметил, что мужчина хорошо сложен, но лишь сейчас он узнал, что ему очень идет рубашка с обычными джинсами. На руке небрежно стукались о запястье часы, отчего Ирука невольно задержал свой взгляд на осторожно выступающих из-под кожи костях. Красиво.       - Кстати говоря, я же до сих пор не знаю, Ва…ничего, если на «ты»? – получив согласный кивок, Какаши продолжил свою фразу, которую он начал произносить, когда они зашли в парк. Странно, они так долго молчали, всю дорогу до парка, но Умино совершенно не заметил этого. Даже в тишине ему было комфортно и спокойно рядом с ним. – Я не знаю твоего имени. Я, конечно, могу звать тебя «милашкой», но, чувствую, что получу за такое, не так ли?       Мужчина рассмеялся, а Ирука почувствовал, как кончики его ушей загорелись. Он хотел было слегка стукнуть собеседника в отместку, но понял, что тот в целом прав и они действительно не представлялись друг другу как должно.       - Умино Ирука. Школьный педагог. – он по привычке протянул руку для рукопожатия, и смутился, когда Какаши, слегка удивившись, с легким смешком все равно пожал ее в ответ. – А Ваш… твое имя? Какаши?..       - Хатаке Какаши. Хотя я приятно удивлен, что ты прочитал мой бейдж. – улыбнулся бариста. – Тут есть замечательное место, где можно посидеть перед озером. Очень красиво.       - Я не против. – робко улыбнулся в ответ Умино. Он все еще боялся произвести дурное впечатление, но не мог понять, как лучше себя вести. Было сложно впервые за долгое время общаться с кем-то не из рабочего коллектива. С человеком, который почему-то решил устроить эту встречу с ним.       До нужной скамейки они шли рядом. Какаши все еще тихо напевал что-то, то ли от того, что не знал с чего начать разговор, то ли чтобы дать время Ируке привыкнуть к своему обществу. Солнце озаряло небо алым цветом, плавно скатываясь в озеро, которое было уже видно. Как и нужную скамейку.       Усевшись, Умино подумал, что здесь действительно очень красиво, завороженно наблюдая за переливами прощальных лучей в воде. Какаши, явно довольный произведенным впечатлением, сел рядом.       - Знаете, я, конечно, очень рад, что мой номер все же был использован по назначению, а не оказался в мусорке, но все же… Почему? – наконец заговорил он. – Мне показалось, что тебе не очень приятен был тот разговор в кафе.       - Ох, просто… - Ирука замялся. Не то чтобы ему было сложно открываться людям, просто… просто стоит ли говорить начистоту? Стоит ли вообще что-то говорить? Каждый раз, когда он, наконец, открывался людям, все шло по накатанной дорожке, все хуже и хуже. – Ничего. Случайно вышло.       - Случайно, да? – прищурился Какаши, наклонив голову. – Ирука, ты знаешь, что совершенно не умеешь врать?       Умино вздрогнул, пойманный с поличным и, неловко рассмеявшись, опустил взгляд в землю.       - Разве я не должен задавать такой вопрос тебе? Почему ты вообще дал свой номер такому, как я? – попытался перевести тему мужчина, наблюдая, как легкий ветер колышет траву у берега.       - Просто… Не знаю. Честно? Ты мне понравился. – задумчиво начал Какаши, откидываясь на спинку скамьи. – Что-то в тебе есть такое… искреннее и светлое, что я не мог не рискнуть. Не удержался.       Поймав удивленный и недоумевающий взгляд Ируки, он усмехнулся.       - Да, да, это «ф…ф…флирт». – Умино смутился и снова уткнулся в землю. В лучах заходящего солнца было видно, как покраснели его щеки. – Ну, я ответил на твой вопрос. Ответишь на мой?       - Я… - мужчина замялся, все еще не до конца уверенный в том, что стоит идти на риск. Но так хотелось довериться уже хоть кому-то и не проиграть в этом. Почему-то Какаши дарил ощущение того, что в этот раз стоит рискнуть. – Просто столько свалилось в последнее время. Разваливающийся дом, задержки зарплаты, проблемы с учениками…с людьми…       Он почувствовал, что его начинает прорывать. Начав с малого, всегда сложно остановиться. Все накопившиеся переживания упорно проделывали трещину в собственноручно выстроенной дамбе. Ируке было неловко, он не хотел выплескивать не нужные никому, кроме него проблемы, тем более на того, кто так хорошо отнесся к нему. Но внимательный и серьезный взгляд Хатаке, который действительно собрался выслушать все его переживания, не оставляли и шанса сдержать эту рвущуюся реку эмоций.       И Умино высказал ему все. Все, что так тревожило его последний месяц. Все, что не давало спокойно уснуть. Словно пытался высказать всю боль, которая так резала его душу, отбирая надежду на спокойствие. Казалось парадоксальным, как в таком обычном и неказистом человеке могло скопиться столько отчаяния. Об этом вряд ли подозревали окружающие, видевшие в нем лишь лучезарную улыбку.       Какаши внимательно слушал его, не перебивая. Ирука умолк, тяжело дыша, чувствуя, словно сбросил с себя гигантский груз, который тащил так долго, что почти привык к тому, что лучше быть не может. И хотелось плакать от того, что могло быть гораздо лучше. Потому что почувствовал это сейчас.       Хатаке осторожно придвинулся ближе. Умино непонимающе обернулся на него, ожидая каких угодно слов разочарования, но только не того, что последовало вместо них. Какаши молча обнял его, стискивая в объятиях. Ирука сначала замер, чувствуя, как подкатывается ком к горлу. Затем, поражая самого себя, неловко обнял Хатаке в ответ, вжимаясь лицом в его плечо.       Чужая рука прикоснулась к его волосам, бережно поглаживая. Умино не смог остановить себя и тихо всхлипнул. Слезы молчаливо текли по щекам, но от этого становилось легче. Какаши понимал это, поэтому не говорил ни слова, лишь продолжая осторожно прикасаться к волосам, оказывая бессловесную поддержку. Ируке большего и не надо было. Сердцу становилось легче даже от этого, освобождая место чему-то новому.       Как же хорошо, что он рискнул. Как хорошо, что он набрал его номер.       Солнце скрылось за горизонтом, словно давая новой странице жизни открыться.