Я позвоню тебе

      В тот вечер Какаши проводил Ируку до дома, несмотря на то, что Умино возражал, отнекиваясь тем, что это «неудобно» и «ты и так многое сделал сегодня». Хатаке лишь тихо рассмеялся, отмахиваясь от этих неубедительных причин. Всю дорогу он не выпускал его руку и от этого Ирука уже не отказывался, время от времени неловко сжимая пальцы в ответ.       Обняв его на прощание еще раз, Какаши дождался, когда дверь захлопнется окончательно, а в замке повернется ключ и лишь тогда направился к себе.       Он и сам не знал, почему вдруг тем днем решил рискнуть и написать свой номер на чеке. Просто, когда Какаши увидел Ируку, такого потерянного и усталого, ему захотелось сделать хоть что-то, что могло бы поднять ему настроение. Ему захотелось увидеть его улыбку. И не зря.       Когда Умино улыбнулся ему на прощание, Хатаке поймал себя на мысли, что ничего прекраснее он в своей жизни не видел. И все, как бы сказал Ирука про себя, «хлопоты» с лихвой ею окупались.       Какаши и не думал льстить кому-либо, поэтому он искренне считал мужчину красивым. Да, возможно другим людям он казался совершенно обычным и ничего не стоящим, но… Но было в нем что-то такое теплое и уютное, за что хотелось ухватиться и никогда не отпускать.       Еще больше он уверился в этом тогда, когда держал его в своих объятиях перед озером. Хатаке не понаслышке знал, как тяжело жить. И, хотя он в равной мере не любил раскрываться в подобном плане сам, так и выслушивать нытье других, с Ирукой было по-другому. Он видел, как тот не хотел отвечать ему, как боялся, что нагрузит своими «пустяками», как стыдился за то, что чувствовал себя плохо. И Какаши ценил это. Ценил настолько, что готов был выслушивать его снова и снова, если тому станет от этого легче. Если от этого он улыбнется.       Хатаке лежал в кровати и подумал о том, что это странно. Ему было тяжело привязываться к людям. Действительно, привязываться, а не привыкать на короткое время. Но эти две встречи с одним телефонным звонком зацепили его, как ничто прежде. Это было так… по-детски? Словно он был мальчишкой, а не самостоятельным взрослым. А эти чувства в его душе заставили тихо рассмеяться.       Даже если они были нелепыми, сейчас они грели его так, словно теплое мягкое одеяло промозглой зимней ночью.       Жизнь – странная штука.       Проснувшись утром, сонно собираясь на работу, Какаши думал о том, какой бы предлог найти для следующей встречи. Это настолько сильно заняло его мысли, что он пришел в себя, лишь когда понял, что начинает опаздывать на смену.       Времени на звонок не хватало, а напомнить Ируке о своем существовании очень хотелось. Поэтому он написал ему первую спонтанную вещь, которая только могла прийти в голову вместе с звонким хлопком входной двери за спиной.       «Может, встретимся сегодня? Кстати, хорошего рабочего дня».       Банально и просто, но ничего лучше в голову не могло прийти. Хатаке был абсолютным профаном в эмоциональных словах такого рода.       Наверное, именно поэтому он, получив «корочку» программиста, плюнул на все и остался работать баристой там, где подрабатывал в студенческие годы. Ненапряжный график, простая, в тоже время творческая работа, возможность создавать что-то новое из самых простых вещей…       Хатаке поймал себя на глупой мысли, что эту работу делало еще лучше и то, что тут он встретил Ируку. Его смущенное лицо, судорожно сделанный глоток из чашки кофе, взгляды украдкой, которые он считал, Какаши не заметил… Он просто был…милым.       Телефон пиликнул как раз, когда наплыв утренних клиентов, сонно спешащих на свою работу, спал. Хатаке огляделся по сторонам, чтобы не отхватить от главного за отлынивание от обязанностей и глянул на экран.       «Доброе утро! Было бы неплохо, если тебе несложно»       Какаши едва подавил улыбку, так и попытавшуюся выползти на его лицо. Так и виделось, как Умино нервничает, набирая эти простые слова, переживает о том, не навязывается ли лишний раз, подбирает верные выражения… Телефон пиликнул снова.       «И тебе тоже хорошей работы!»       Улыбка вырвалась на свободу. Сдержать ее было невозможно. Все же, какой он замечательный. Наверняка, чувствовал себя очень неловко, набирая все это. Прямо тогда, когда позвонил ему…       Захотелось услышать его голос, но это бы уже точно заметил менеджер. Жаль… Когда там перерыв?       Невозможно было оторвать свой взгляд от часов на слишком долгое время. Тик-так. Тик-так. Тик-так. Почему стрелки движутся так медленно? Оставалось еще целых десять минут бесконечного ожидания до того, как можно было бы выйти на улицу и позвонить.       А, черт, а что если у него занятия? И он не возьмет трубку?       "Господи, Какаши, прекрати быть таким ребенком." – ругался мужчина на себя, но ничего не мог поделать.       Стоило менеджеру окликнуть его и Хатаке, ничего не уточняя, почти что пулей вылетел на улицу, уже на ходу доставая из форменного фартука телефон.       Гудки, тягучие, словно смола, вытекали из динамика. Секунда, вторая… Обнадеживающий щелчок.       - Да? Что-то случилось? – Какаши едва не вздохнул с облегчением, облокачиваясь спиной о стену кафе.       - Ирука? Как ты? – спросил он, поднимая взгляд в небо, не зная, куда еще его уткнуть так, чтобы самому себе не было противно от того, насколько он сейчас чувствует себя счастливым.       - Я…в порядке? – удивленно ответил Умино. – Так…что-то случилось? Если ты не можешь сегодня, то ничего страшного…       - Нет-нет. – резко перебил его Хатаке, даже не желая слышать о том, что назначенная и ожидаемая встреча могла сорваться. – Я позвонил просто так.       Он не стал говорить о том, что просто хотел услышать его голос. Было бы здорово услышать, как Ирука смутиться и снова начнет пытаться отшутиться, а в конце затихнет и, наверняка, пробормочет какое-нибудь «спасибо». Но все же, сейчас мужчина слишком боялся показать себя дураком.       - Ладно? – непонимающе отозвался Умино, явно запутавшись в том, что происходит. – Тогда…опять в то же время и там же?       - А может, я подойду к твоей школе? – внезапно предложил Хатаке.       - Зачем? – искренне удивился Ирука.       - Я бы хотел увидеть место, где ты работаешь. – без задней мысли честно сказал Какаши и лишь затем, по молчанию Умино, понял, что ужасно смутил его. – Ох, но если тебе неудобно, то…       - Нет, все в порядке. Ум, да, приходи. – Ирука почти бубнил от смущения, когда Хатаке услышал, как на том конце провода раздался школьный звонок.       - Тебе пора. Удачно доработать, Ирука. – получив еще один смущенный звук, который означал нечто вроде «до встречи», Какаши завершил вызов, чувствуя, как полон сил, чтобы закончить рабочую смену.

***

      Ирука вышел из ворот школы ужасно смущенный тем, что Хатаке и правда ждал его. Он совершенно не понимал, зачем ему это, было видно по его взгляду, но Какаши не был намерен объяснять. Не сейчас.       Мужчина заметил, что Умино выглядит уставшим. Господи, неужели он, несмотря на всю свою изнуренность, все равно не отказался от встречи с ним? Хатаке что, спит?       Решив не щипать себя для проверки, потому что если это и сон, то он был приятным, Какаши шел рядом, поддерживая обычный повседневный разговор. Такой бессмысленный и простой, но такой уютный. Ирука старался казаться более разговорчивым, чем вчера, хоть ему было непривычно, и Хатаке ценил это.       Завернув за очередной угол, Умино, наконец, понял, что что-то не так и, удивленно моргнув, спросил:       - Разве это не дорога к моему дому?       - Именно так. – пожал плечами Какаши, не видя в этом ничего удивительного.       - Но… ведь… - непонимающе поднял свой взгляд на Хатаке мужчина, явно забывший, что такое забота. Он всегда отдавал себя другим, а вот чтобы другие заботились о нем – это было для него в новинку.       - Тебе нужно отдохнуть. – тоном, не терпящим возражений, сказал Какаши, осторожно кладя руку ему на плечо. – Устроим полноценное свидание в другой раз, ладно? Мы же не в последний раз видимся, так?       - О… А… Да. – Ирука уставился в землю, заливаясь краской, но не отрицая. Хатаке остановился. Не только потому, что они уже пришли к его дому (и когда расстояние в полчаса стало таким коротким? Словно секунда), а потому что это было нестерпимо мило.       - Ирука? – позвал он его, так, что тот тут же поднял взгляд на него. Какой же все же он замечательный. – подумал Какаши прежде, чем приблизился и бережно задержав свои губы на его лбу.       Умино, явно не ожидавший такого, рефлекторно опустил голову вниз снова. Его уши горели. Но он его не ударил, хотя имел, в принципе, основания для этого.       Хатаке, не сдержав улыбки, потрепал его по волосам, тихо смеясь.       - Спокойной ночи. Отдыхай, ладно? – с сожалением отняв руку, он развернулся, чтобы направиться к себе. Возможно, по дороге стоило зайти в магазин. – Я позвоню.       Ирука не сказал ему и слова, но когда Какаши скрылся за углом, то почувствовал, как его телефон в кармане пиликнул. Разблокировав экран, он понял, что улыбка снова воцарилась на его лице.       «Хороших снов, Какаши!»