Попрыгунчик

«Власти ходят по дороге — Кто лежит там на дороге? Кто-то протянул тут ноги, Труп какой-то на дороге… Эй, да это ведь народ!..» ©В.С. Высоцкий

Глава 2, из которой читатель узнает, как трудно сидеть на диете, и что можно сделать с Президентом, если он один, а вас — двенадцать

      Петр Иванович Семиноябрьский, солидный упитанный мужчина лет пятидесяти с небольшими островками седины на висках, проснулся сегодня позже обычного. Лучи теплого майского солнца уже залезли к нему на кровать и медленно, словно кошка на охоте, подбирались к его ногам.        — Наста-а-асья! — громко позвал Семиноябрьский, сел, не выбираясь из-под одеяла, и потянулся. Под потолком что-то сверкнуло, и тотчас между окном и кроватью материализовалась высокая брюнетка в ослепительно белой рубашке и юбке-карандаше.       — Настасья, девочка моя, как там обстоят дела с моим завтраком?       — Доброе утро, Петр Иванович! Запускаю программу по приготовлению завтрака. Каша овсяная с клубникой и медом, фруктовая тарелка, капучино и круассан с ананасовым джемом будут поданы через семь минут и сорок четыре секунды. Желаете чего-нибудь еще?        — Да, позвони, пожалуйста, в Комитет и предупреди, что десятичасовое совещание переносится на одиннадцать. А лучше на полдвенадцатого.        — Будет исполнено, — улыбнулась помощница и исчезла.       Петр Иванович, окончательно проснувшись, вылез из своей теплой постели и направился в ванную комнату. В ней не было привычных ванны, душевой кабины, стиральной машины или даже раковины. Вместо всех этих обязательных атрибутов в центре комнаты стояла большая капсула из черного стекла, очень напоминающая кабину офисного лифта. Стоило только подойти и махнуть рукой перед ней, как ее дверцы бесшумно разъехались, приглашая внутрь. Хозяин дома разделся и положил пижаму в выдвижной ящичек сбоку от входа, а затем зашел в кабину. Дверцы все так же бесшумно закрылись за его спиной, отрезая ему путь к отступлению.        — Запустить утренние процедуры.       Через секунду после команды в самом верху начало свое движение большое кольцо, похожее на сплющенный обруч с небольшим бортиком внизу, постепенно разгоняясь до огромной скорости. После того как количество оборотов в минуту явно перевалило за пятьсот, из многочисленных дырочек внутри крутящейся конструкции под давлением хлынули маленькие струйки, образуя непрерывную завесу, подобную жидкости для мыльных пузырей, натянутой на колечко. Лишняя вода же улавливалась нижним бортиком и по специальной системе отправлялась в фильтр, где очищалась и снова подавалась для повторного использования. Кольцо начало медленно снижаться, смывая с Петра Ивановича остатки сна и любую мало-мальскую грязь, попутно приятно массируя каждую клеточку его кожи.       После окончания процедуры из стены выдвинулась трубочка, которую Семиноябрьский потянул в рот. Из дырочки на конце устройства прыснула зеленая жидкость с запахом мяты, мягко очищая зубы от налета и микроорганизмов, размножившихся во рту за прошедшую ночь.       За чисткой зубов последовал мощный вихрь теплого воздуха с крыши и со стен кабины, мгновенно осушивший Петра Ивановича.        — Утренние процедуры окончены! — раздался приятный женский голос, и вместе с дверцами капсулы открылась ниша в стене, в которой висел кипенно-белый банный халат и стояли пушистые тапочки.

***

      Переодевшись в гардеробной из халата в темно-синий костюм с белой сорочкой и красным галстуком, сменив уютные тапочки на черные кожаные туфли, надев линзы и завершив свой образ механическими часами и золотым кольцом, Семиноябрьский прошел в столовую, где на столе его уже ждал завтрак.        — Настасья, голубушка, расскажи мне, что нового произошло в стране с прошлого вечера? — спросил он в пустоту, присаживаясь за стол.       Под потолком опять что-то сверкнуло, и у противоположного края стола появилась Настасья.        — Вчера, в ночь с четырнадцатого на пятнадцатое апреля 2127 года, группа радикалов из-под Нововоздвиженска совершила нападение на завод по производству плазменных батарей, вероятнее всего, с целью уничтожения склада с продукцией и срыва ее поставки органам поддержания правопорядка. Семеро нападавших были задержаны для дачи показаний и дальнейшего суда, пятеро были устранены на месте, одному удалось сбежать. Ведется его поиск.       Закончив свой доклад, помощница мило улыбнулась.        — Мдааа, уже третий набег на оборонительные заводы за этот месяц. Сначала подорвали производство генераторов силовых полей, пять дней назад сорвали выпуск новой партии автоматических турелей и залезли в президентскую резиденцию, а теперь, значит, батареи, — Петр Иванович начал рассуждать вслух, размахивая в воздухе ложкой с кашей. — Значит, сегодня на заседании Комитета разберем этот вопрос. А что по этому поводу думают в СМИ?        — Ничего, — ожила Настасья. — Всем инфосистемам запрещено пропускать эти новости. Вместо них транслируются видео с подготовки к VII съезду Правления и ролик из Красногородска, где в зоопарке родились сразу три мамонтенка, один из которых, к тому же, еще и альбинос.        — Вот и прекрасно! — каша с помощью крутящегося механизма отъехала в сторону, а ее место заняли кофе и круассан. — Народ должен быть счастлив и доволен. А если транслировать с самого утра всякую мерзость, всякую гадость да чернуху, прости господи, — Семиноябрьский понюхал круассан и, решив, что с сегодняшнего дня он на диете, отложил его, — то так недалеко всех и до депрессии довести! Правильно я говорю?        — Полностью с вами согласна, — закивала Настасья.        — А депрессия — это что? Это снижение всех экономических показателей, увеличение затрат на медицину и соцпрограммы. А средств у нас на это нет. Каждая копеечка на счету! Так что передай Семену Валерьевичу из Главной Трансляторной, чтобы в эфире были только хорошие новости. И как можно больше развлекательных программ. Пусть люди видят, что государство заботится об их психологическом здоровье! — и с этими словами Петр Иванович, не удержавшись, откусил круассан, запил его несколькими глотками кофе, вышел из-за стола и направился к лифту, ведущему на крышу его дома.