I gave him my heart

Ту ночь они провели втроём: Гарри, старающийся всем своим теплом согреть милого Пумперникеля, прижимался всем телом к Луи, который не хотел отпускать Гарри. Этакий бесконечный круг больших и маленьких ложечек. Но, к сожалению, всё милое и красивое имеет свои недостатки — Луи пришлось бежать в ледяной душ с самого утра, потому что настолько больной стояк было уже невыносимо терпеть. Гарри, в свою очередь, пытался думать о чём-то противном, но, если честно, он просто молился, чтобы Томлинсон уже наконец-то покинул душ, чтобы хозяин ванны мог снять напряжение.

***

— Гарри, я не могу повесить эту морковку выше! Сам бери и вешай! — Луи надулся, словно он маленький мальчик, не получивший конфету, но он был лишь взрослым и крутым парнем, который, даже стоя на носочках, не мог повестить прекрасную морковку рядом с милой игрушкой в форме котика. Предприняв очередную попытку, шатен встал на носочки, стараясь тянуться изо всех сил, но ничего не вышло, поэтому он сел на диван, хмурясь и смотря на Гарри. — Давай, — парень подошёл к своему другу и взял из его рук игрушку, чуть дольше позволенного потираясь пальцем о его пальцы. В одно движение он повесил морковку на желаемое место, вызвав улыбку на его лице. Он отошёл в сторону, чтобы осмотреть их многочасовые труды. Ёлка получилась шикарной — огромное количество игрушек, бантов и ярких гирлянд смотрелись изящно и мило, а сверху была невероятная звезда, обсыпанная золотыми блёстками. Луи быстро включил гирлянду в розетку, ёлка тут же загорелась оттенками голубого, розового и белого. Он посмотрел на Гарри и просто подошёл к нему. Просто крепко обнял за талию. Просто положил голову ему на плечо. Просто шепнул, что не хочет уезжать.

***

За несколько часов они украсили весь дом, включили самый рождественский плейлист, который только можно отыскать, и занялись готовкой. На кухне горело несколько ароматных свечей, Пумперникель устроился на мягком кресле в углу кухни, а Луи сидел на барной стойке и смотрел на милого Гарри, свесив ноги. — Хорошо, сколько сахара надо добавить? — поинтересовался кудрявый, заканчивая замешивать тесто. — 100 грамм, дорогой, — последнее слово случайно сорвалось с его губ, но Гарри это заметил и с огромным удовольствием повторил его у себя в голове несколько миллионов раз. Они так и не обсудили тот факт, что спали вместе, но оба искренне верили в то, что это повторится. — Что ж, через час достанем этого красавчика из духовки и будем ужинать, — Стайлс снял с себя домашний фартук, быстро помыл руки и осмотрелся. Луи всё также по-детски мотал ногами, изучая огромную тетрадь с рецептами, которые Гарри пишет вручную каждый раз, когда находит что-то интересное. Он подходит к парню и кладёт руку на его колено, шепча что-то типа: «пойдём в гостиную». За то время, что было у них до ужина, они сняли одно милое видео с ответами на вопросы фанатов, успели обняться сотню раз и, кажется, Луи начал немного залипать на Гарри, когда тот его не видел. Принявшись за ужин, Томлинсон, словно маленький ребёнок воскликнул: — Снег! Гарри! Смотри! — не давая и секунды на раздумья, он схватил Стайлса за руку и потащил к выходу. Отперев дверь, они сразу вышли на крыльцо, которое уже было частично покрыто белоснежным и волшебным снегом. Луи не мог перестать улыбаться, а Гарри достал телефон, чтобы запечатлеть такого милого мальчика, стоящего в одном свитере. Он так искренне радуется первому снегу, что Стайлсу становится больно где-то в области сердца. — Я так давно не видел снег, Гарри. Почему-то там, где ты, только волшебство и любовь.

***

Они снова легли спать вместе, объяснив это друг другу так: «Пумперникелю сложно выбрать, с кем ему ночевать». К сожалению, эта ночь закончилась не стояками, а ужасным кашлем Томлинсона, который разбудил Гарри. Кудрявый до утра носил ему в огромных количествах чай, постоянно прикладывал ко лбу мокрую тряпочку и, не переставая, напевал успокаивающие песни. Луи уснул у него на коленях, когда Гарри в сотый раз вытирал пот со лба такого милого парня. Он любовался его красивым разрезом глаз, острыми скулами, милым носиком, изящной щетиной и просто невероятными губами. С трудом думая о последствиях, он аккуратно провёл большим пальчиком по его верхней губе, а потом по нижней. Ему безумно хотелось приблизиться к ним и почувствовать такого прекрасного парня на вкус. Гарри стал постепенно сокращать между ними расстояние, но, услышав мяуканье, он поднял взгляд. Любимый котёнок смотрел с осуждением, но, если честно, он просто не хотел, чтобы Гарри заразился от Луи ужасной простудой.

***

Из-за ночных ухаживаний за шатеном, Гарри проспал до позднего утра, в то время как Луи проснулся пораньше и решил приготовить им завтрак. Пожарив блинчики и сварив овсяную кашку, он пошёл в гостиную, чтобы посмотреть фильм, но его внимание привлекла фотография на стене. Милый Гарри стоит на крыльце какого-то большого и красивого здания, держа в руках прекрасный голубой цветок. Кудри ещё не такие крупные, глаза чертовски зелёные и грустные, несмотря на улыбку до ушей. Луи замечает что-то до боли знакомое в этих ступенях. Долго соотнося в памяти полученные факты с имеющимися, он понял, что Гарри учился с ним в одной школе. Луи снял фото со стены, вынул из рамки, надеясь увидеть подпись, и не прогадал: «Спасибо тебе за этот год, Гарри. Надеюсь, ты всё-таки сможешь покорить своего футболиста под 17ым номером. Удачи в новой школе! Найл :)х». Томлинсон чуть не закашлял от неожиданности, так как под таким номером в школьные годы играл лишь он. Схватив фото, он побежал в комнату, где были его вещи, чтобы достать кое-что важное. Он схватил уже абсолютно сухой венок из голубых цветов, названия которых он так и не узнал. Он рассмотрел его и понял, сколько всего он не замечал раньше. Или кого.

***

Оставаясь в венке и тёплом свитере, Томлинсон пошёл на кухню, чтобы заварить чай и подумать обо всём произошедшем, но там уже кто-то хозяйничал. — Доброе утро, Лу, — с нежностью сказал Гарри, стоя у плиты, лишь малость услышав шаги. — Я надеюсь, тебе лучше? — Намного, — ответил парень, запрыгивая на столешницу. Тут-то Стайлс и заметил полную картину, которую он не ожидал увидеть. — Ты снова помогал мне в трудную минуту. Гарри, ты снова делал это. Как и много лет назад. Стайлс лишь смущённо отвёл взгляд и покачал головой, тихо говоря: — Что скажешь насчёт того, чтобы поговорить откровенно? — Я очень этого хочу, — Луи положил ладонь на ладонь Гарри, слегка сжав, надеясь, что это придаст парню сил и уверенности, но тот резко схватил его за руку, потянул на себя и начал кружиться. Смеясь, Томлинсон положил одну руку ему на талию, а другой взял за руку. Тихо напевая друг другу на ушко песню Эда Ширана «Give me love», они кружились по кухне до тех пор, пока не закипел чайник. Когда они остановились, дыхание спёрло, Луи положил ладонь на его щёчку, желая лишь одного. Но он был не уверен, что это желание есть у того, кто стоит напротив. Долго стесняясь, он смущённо отвёл глаза в сторону, думая, что упустил шанс поцеловать того, кого хотел. Но оба слышат отчаянное мяуканье, смотрят на столешницу, где сидит котёнок, который поднимает голову к потолку и продолжает издавать звуки. Прямо над ними висела красивая ветка омелы. * Усмехнувшись, Томлинсон притянул парня к себе как можно ближе, шепча: — Я обязан. Гарри не успел засмеяться, так как его губы сразу же накрыли другие, такие тёплые и сладкие, что он сразу забыл, как дышать. Прикрыв глаза от наслаждения, Луи лишь сжал рукой талию парня, второй поглаживая его спину. Гарри старался забрать в память из этого поцелуя каждую секунду, он постепенно растворялся в Луи, который не пытался переступить границу и углубить поцелуй. Они оба получили желаемое, но длилось это не особо долго: котёнок вновь отчаянно привлекал их внимание своим мяуканьем, на этот раз оповещая, что нужно выключить кипящий чайник.