Моя галлюцинация

Интерес заставляет Еноха заламывая руки нестись в дом, перепрыгивая через выступающее мелкие камни, разбросанные на тропе сада. Близнецы резвятся на выкрашенной в голубой цвет качели. Черт бы побрал этот голубой цвет. Клэр заливалась смехом, гоняясь за Бронвин, которая явно ей поддавалась. Эмма наблюдала за ними и улыбалась каждому действию детей. - Радуетесь очередному пресловутому дню? – Ядовито замечает О’Коннор, облокачиваясь о фасад дома и пряча руки в карманах. - Кажется, тебе пора выбираться из вечной апатии, Енох. Посмотри, как тут хорошо! – Эмма обвела взглядом весь сад и снова посмотрела на него с улыбкой, которой смотрят старики, довольные своей размеренной жизнью. Улыбаться она начала относительно недавно. Ее здорово подкосил уход Абрахама. Воздушная девушка запиралась у себя в комнате и проводила там все время, всю вечность, которая была ей отведена. Она могла позволить себе такую маленькую слабость. Хотя Енох считал иначе. Он предпочитал класть на все и везде, повторяя себе и остальным, что ему похуй. Даже если было с точностью наоборот. - Наивная ты, Блум. У нас не ожидается прихода новенького? – Парень откинул голову назад и взъерошил непослушные темные волосы. Если бы Эмма не зареклась любить кого бы то ни было, непременно влюбилась бы в этот его жест. - Нет, а с чего ты взял? – Девушка немного удивилась поведению приятеля, он никогда не интересовался новенькими и относился к ним ревностно, устраивал проверки, гнобил, делал все, чтобы дать им понять, что он уж точно их тут не ждал. Так же было и с Эйбом. - Показалось, - туманно ответил парень, устремляя взор глаз цвета виски вдаль, - а никто из других петель к нам не попадал? - Енох, ты серьезно? Если бы было так, у нас давно был бы день, полный праздничного настроения! – Блум нахмурила идеальные бровки. - И никого кроме наших ты тут не видела? Никогда? – О'Коннор не собирался сдаваться и решил выяснить, кем был тот парень. Девушка с беспокойством посмотрела на некроманта и приложила тонкую ладонь к его лбу. Он лишь усмехнулся, сбрасывая ее руку с себя. - Ты точно не болен? - Кажется, уже схожу с ума от рутины, - Енох подмигнул Эмме и отправился в дом. «Должен же быть хоть кто-то, кто его видел» В доме как всегда тепло и уютно. Имбрина создала для них идеальные условия, не учтя, разве что, скуки, которая отравляла кровь своим ядом. Каждую комнату заливал солнечный свет, окрашивая стены в оранжевый, в гостиной пахло едой, шкафы ломились от количества книг; но все это было не то. Он заглянул на кухню в поисках странных. Оливия по обыкновению грела большой желтый чайник руками, и думала о чем-то своем. Парень подошел к ней практически вплотную. Кажется, она вообще сейчас ничего не замечала. Он взял прядку ее медных волос и накрутил на палец. Элефанта с испугом обернулась, но увидев, наглое лицо О’Конора, лишь покраснела. - Как дела? – Она говорила тихо и смущенно. Это забавляло парня, он обожал ставить людей в неудобное положение. Одно из немногих развлечений, которое затягивало его с головой, не считая марионеток собственного производства и споров о чем бы то ни было. Он приобнял ее за плечи, выпустив из руки прядь. Девушка начала глубоко дышать, стараясь не подавать виду. - Мне скучно, Лив, - он наклонился к самому ее уху, от чего по ее телу пробежалась дрожь. Она всегда так реагировала на некроманта. Влюбленная дурочка. - Я…я могу чем-то тебе помочь? – Она опустила взгляд и старалась не смотреть на предмет своего воздыхания. - Можешь, милая. – Енох улыбнулся во все тридцать два, поднимая ее голову, чтобы заглянуть Аброхолос в глаза. Ее щеки залились румянцем, а сама она выглядела невероятно счастливой. Уголки губ подрагивали, сдерживая улыбку, что заставило Еноха немного сощуриться и приподнять одну бровь. - Расскажи мне, Лив, ты не видела тут чужаков? – Он придал голосу немного нежности. За сотню с лишним лет, проведенную в петлях, невольно можно научиться играть любую эмоцию, которая только подвластна человеку. Не такое уж и плохое развлечение, если подумать. Только вот играть с чужими чувствами - это подло. Хотя раньше, Енох не упускал такой возможности. Рано или поздно, так или иначе, любой из нас пересматривает свои приоритеты. - Что? – девушка немного побледнела, - Никаких чужаков, ты что! Ты кого-то видел? Нужно срочно рассказать мисс Перегрин! Она попыталась ступить в сторону, чтобы пойти к птице, которая сейчас наверняка была в своей комнате. О’Конор поймал ее за руку и развернул к себе лицом, словно в танце. Оливия немного обмякла в его руках, что случалось с ней довольно часто. Обычно она была суровой огненной особой, которая умела постоять за себя и раздавала оплеухи направо и налево, словно ей выдали на это лицензию. С некромантом же она становилась покладистой и совсем ручной. - Я просто пошутил, детка, не бери в голову. – Парень криво ухмыльнулся, оголяя клык, по которому он аккуратно прошелся языком. Зрачки огненной немедленно расширились. Хотя сделано это было не для того, чтобы соблазнить бедную девушку, а скорее по привычке. Некромант успокаивался, когда кончиком языка продавливал самый острый из своих зубов. По нему тут же разлилась сладкая боль, не похожая ни на что. На Элефанту уже было страшно смотреть, казалось она вот-вот взорвется. Енох пошел искать остальных странных, у кого мог бы узнать о том парне, который начинал интересовать его все больше и больше. Загадочные люди тем и хороши, что хочется немедленно разгадать их, выуживая каждый секрет, смакуя его и переходя к следующему. Парень поднялся на второй этаж, направляясь в комнату Горация. Уж кто, как не он, мог сказать существует ли этот незнакомец на самом деле. Сновидец отличался тем, что знал многое наперед. Блондин примерял новый костюм, который пошил сам, к слову, очень даже хорошо выглядящий. Его первые эксперименты даже одеждой назвать нельзя было, скорее, это была чья-то содранная шкура, которую изрядно повозили об асфальт, а потом предложили ребенку изрезать ее тупыми ножницами. Но Сомнассон сдаваться явно не собирался и занимался день ото дня. Он обернулся к двери, чтобы посмотреть на непрошенного гостя и застыл соляным столбом. О’Коннор вообще редко захаживал к кому-то, старался держаться особняком. Излюбленным местом некроманта была его собственная лаборатория и, пожалуй, луг неподалеку от сада, где они с Миллардом проводили по многу часов в день. Они часто тестировали его новые «игрушки» именно там. Неофициальные бои проводились без лишних свидетелей. Хотя иногда на парня нападал азарт, и он предлагал странным делать ставки, отчего ребята просто не могли отказаться. Для них это было отличным развлечением. - Чем обязан? – Гораций сделал легкий поклон, придерживая правой рукой цилиндр на голове. Он не мог отойти от привычек истинного джентльмена. - Делом государственной важности и особой секретности. – Доверительным шепотом сообщил Енох, заговорчески подмигивая уже заинтересованному сновидцу. - Когда будет бой? – Блондин видимо подумал, что его приглашают на представление. - Понятия не имею, - пожал плечами Енох, - тебе в последнее время никто не снился? - В последний раз я видел сон про Хью и Фиону, - Сомнассон раскраснелся так, словно стал свидетелем крайне непристойной сцены, которую не рискнут показывать даже в кинотеатре, - больше никого. - Вот как, - О’Коннор рассмеялся, видя лицо Горация, который, кажется, до сих пор пытался забыть тот сон. – Тебе никогда не снился высокий парень с голубыми глазами и в очень странной одежде? Может, видел его? Гораций принялся почесывать за ухом и активно тереть подбородок, силясь вспомнить всех голубоглазых парней, которые приходили к нему во сне. Его взгляд блуждал по потолку, будто он однажды уже видел на нем ответ на вопрос, а теперь отчаянно его там искал. - Не помню такого, не снился. – Он решил, что с него уже хватит расспросов и уставился на себя в зеркало, критично осматривая каждый сантиметр новенького костюма. - Если вдруг приснится, расскажешь. – Это не звучало как милое предложение, скорее, как доброжелательная угроза, не терпящая возражений. *** За весь день некромант успел поговорить с каждым из странных, кроме Милларда, который до сих пор был занят. Его лимит общения был до неприличия превышен. Енох больше любил тишину и покой, а не вот это все. Но мысли отчаянно просили найти голубоглазого. Наллингс появился только к ужину, взвинченный и даже взбудораженный, он рассказывал о том, что наконец закончил наблюдения за курочками мистера Гордона, который жил ближе всех к мысу. «Так вот чем этот паршивец был занят» - Здорово! – Обрадовалась Клэр, которая обожала животных, она хлопала в ладоши и бегала вокруг стула невидимки. - Хочешь расскажу? – Миллард никогда не упускал возможности потрепаться о своих наблюдениях. - Завтра. – Тяжелая рука Еноха легла на невидимое плечо Наллингса, облаченное в старомодный жилет и бежевую рубашку. - Чем сегодня займемся? – Судя по звуку голоса мальчишки, можно было определить, что он задрал голову вверх, опуская ее на высокую спинку стула и уставился на О’Коннора. - Поговорим, - обреченно произнес Енох, которому отчаянно хотелось запереться в своей комнате и почитать в тишине. Наллингс ничуть не удивился, некромант общался с ним намного больше, чем с другими странными. Он и сам не мог понять, почему стал другом самому угрюмому парню среди всех воспитанников мисс Перегрин, но в душе даже радовался. Они прошли в сад, где уже начинался закат. На том месте, где сидел невидимка, смялась трава, словно на нее изо дня в день ставили что-то тяжёлое. - Ты ведь всех жителей острова знаешь? – Енох предпочитал не смотреть на своего странного друга, глаз его он все равно не видел. - Еще бы! Я подробно описал все действия каждого из жителей! – Гордо протянул мальчик, - даже фотографии сделал. – Он выудил из походной сумки увесистую книгу, в которой было не меньше пятисот страниц, исписанных аккуратным почерком. Миллард открыл раздел, где красовались снимки людей с краткими пояснениями. - Можно? – Поинтересовался Енох, протягивая руку к томику. Наллингс уложил ее некроманту на колени, тыкая в каждого жителя пальцем (исключительно судя по звуку) и комментируя его жизнь, пусть исходя и из одного лишь дня. Енох все никак не мог понять, как парнишка решился на такую кропотливую работу. Хотя это занятие отлично убивало время, которого у них в запасе было до безобразия много. - Ты не встречал там парня с каштановыми волосами и голубыми глазами? - Ты описал достаточно стандартную внешность, - придирчиво сообщил невидимка, - имя-то хоть помнишь? - Понятия не имею, - признался Енох, - моего возраста, высокий и странно одет. Это все что могу рассказать. - Людей твоего возраста там нет! – Миллард принялся обрывать идеально скошенную траву. - Уверен? - Полностью. Не забывай, я уже больше двух десятков лет наблюдаю за ними. «Ну все, О’Коннор, поздравляю, ты официально съезжаешь с катушек, а в качестве бонуса, к тебе является незнакомый красавчик. Ничего так галлюцинация»