Beauty and the Beast

Гермиона сидит в своей комнате уже второй день, разглядывая белоснежные хлопья снега за окном; единственное развлечение, которое ей позволено. Хозяин замка разрешил ей выбрать одну из комнат, так ей сказал канделябр. Канделябр. Градус сумасшествия всё нарастал и никак не хотел сбавлять обороты; говорящие вещи преследовали её, и она уже не могла грешить на галлюцинации. Навряд ли её мозг выдал бы что-нибудь настолько изощренное. Блейз Забини, так представился ей канделябр и добавил, что он довольно горяч и весел. Гермиона тогда сидела на полу своей темницы, смотрела на грязный и пыльный камень стен и думала-думала-думала. Шок и испуг возросли из-за появления такого... чуда, но зато она стала уверена, что шёпот в коридорах ей не послышался. Тем не менее. Всё это стало для неё пыткой. Её рассудок упорно не желал верить в происходящее и отчаянно цеплялся за различные иллюзии, которые она строила в своей голове. Ничего этого нет. Гардероб Пэнси, которая постоянно ворчала, раскрывала дверцы шкафчиков и изредка швырялась в неё одеждой в тщетной попытке заставить девушку переодеться. Она дома. Гермиона пялилась в высокий потолок и ворочалась на мягкой кровати, которая противно скрипела от этого. Всё вокруг было одновременно старым и новым, богатым и заброшенным. Замок будто застыл в одном моменте и никак не желал переходить в новый отрезок времени, выглядя при этом словно молодящаяся престарелая дама с ее желанием собрать побольше поклонников. Вещи вокруг пытались создать вид обжитого и чистого места, но. Гермиона всё ещё видела огромную паутину в одном из углов, до которого метелка пока что не добралась. Уборка проходила медленно, чтобы не травмировать хрупкую человеческую психику гостьи. Гермиона снова закрыла глаза. В желудке противно заурчало. Она не ела эти два дня, потому что боялась снова наткнуться на грозного зверя - хозяина этого замка. Драко. Так его зовут. Имя перекатывалось у неё на языке с мягким рычанием, отдаваясь чем-то горьким на самом кончике и упираясь краткостью в ребристость нёба. Словно бы в самом имени её поджидал лютый монстр. Словно бы это всё изначально была его судьба. Блейз был на редкость болтлив и сказал, что раньше их хозяин выглядел... иначе. Гермиона решила представить его в роли человека. Все здесь были людьми, но она единственная выглядела по-человечески. Она была напугана, но и не могла отрицать того факта, что ощущала некоторую вдохновлённость происходящим. Гермиона любила книги. Они съедали большую часть её жизни, тыкая девушку носом в сказку и нечто, более близкое ей, чем реальный мир. Городок, в котором она жила - он был не для неё, но она ничего не могла с этим поделать. И вот сейчас, когда всё вокруг было окрашено нотками сюрреализма и волшебства, она паниковала, но и вместе с тем ощущала себя на своём месте. Будто бы это должно было случится с ней. Её сказка обязательно началась бы. Но она не могла и наслаждаться всем этим. Она была пленницей здесь, и то, что предметы-люди называли её гостьей, противно резало слух и выстреливало насмешкой на подкорке мозга. Также она думала о своём отце. Как он доехал? Болен ли он? Если да, то присмотрит ли за ним кто-нибудь? Никто кроме неё не станет этого делать. За психами не ухаживают. Суровая реальность их городка и всего мира в целом. Так ей казалось. Она встала с кровати и решительно направилась к двери. Гермиона не собиралась умирать здесь с голоду. Она будет бороться за свою жизнь и свободу. Она уверенно вышла в коридор и прошла пару шагов, замирая в вопросе: куда идти и есть ли здесь вообще кухня? Она повернула направо и, тихо ступая по грязноватым коврам, направилась вперед, надеясь, что встретит хотя бы Теодора. Теодор Нотт был старинными часами, серьезный, насмешливо-скептичный и несколько раздражительный, он вызвал у Гермионы безотчетную симпатию, хотя она вряд ли могла бы сказать, что кто-то, кроме хозяина замка, ей не симпатичен. Драко. Чудовище. Гермиона услышала какие-то звуки впереди и торопливо зашагала на голоса. Блейз и миссис Уизли. Чайник миссис Уизли. Это всё было действительно ненормально. Гермиона прошла в небольшой зал и увидела канделябр и чайник на столе. Они, похоже, яростно спорили о чём-то, и девушка кашлянула, чтобы привлечь их внимание. Они мгновенно обернулись на нее, и Блейз удивленно хмыкнул: - Я впечатлен, что вы соизволили выйти. Куда направляетесь, мисс? Гермиона закусила губу и чуть жалобно произнесла: - Я искала кухню, эти два дня я не ела и… - Ох, Божечки, Забини, неужели ты не подумал об этом?! Почему ты ничего мне не сказал?! - Я просто… Честно, я не хотел ничего плохого и… - забормотал Блейз уязвлённо. – Просто всякий раз, когда мы входили, она либо спала, либо пугалась и как-то… - Ты невыносим! Дитя моё, садись здесь, мы рады будем накормить тебя! – Миссис Уизли изобразила улыбку на фарфоровом лице, а затем оглушительно свистнула. – За работу! Гостья хочет ужинать! Гермиона осторожно села на стул. Вокруг всё мгновенно зашевелилось и задвигалось, раздались возгласы, песни и смех. Перед Гермионой буквально за полчаса была выставлена целая куча замысловатых шедевров кулинарии. Она разговаривала со всеми и познакомилась с оранжевым\рыжим семейством Уизли, с серьезной чернильницей Гарри Поттером, веселой плитой Лавандой и болтливой кастрюлей Симусом, у которого всё всегда взрывалось. Гермиона улыбалась. Спать она ложилась, думая о том, что, вероятно, она на своем месте и всё не так уж и плохо. Хозяина замка она всё ещё не видела.