Сердце волшебника

      — Не трожь её! Не-е-ет! Нет! — Седрик закричал и, тяжело дыша, проснулся в холодном поту. Ворон, преспокойно дремавший на бочке, свалился на каменный пол.       — Кар-р! Ты в своём уме?! Ты чего орёшь?!       Седрик потёр лицо ладонями. Его безумно трясло.       — Мерзавец! Подлец! Я убью его! — он вскочил на ноги и подбежал к решётке. — Выпустите меня!       Седрик вцепился в прутья, но они были очень и очень крепкими. В отчаянии он стал колотить по ним сжатыми в кулак руками. От сильного удара чёрная перчатка окрасилась тёмно-бордовым пятном. По пальцам потекла кровь.       — Я должен, должен идти! Выпустите меня сейчас же! Кто-нибудь!       Не услышав ответа, Седрик заметался по темнице словно дикий зверь. Лицо его горело. Он тяжело дышал, сжав зубы. Разбитой трясущейся рукой он нервно провёл по волосам. По коридору шёл смотритель, Седрик мигом подлетел к решётке и закричал:       — Откройте! Пожалуйста, выпустите меня!       — Угомонись! А то сейчас быстро успокоим.       — Выпустите меня-я-я!!! — Седрик орал, как ненормальный. — Я должен её спасти! Я убью его, убью! Я!..       Ворон сел ему на плечо и отвесил несколько хороших оплеух.       — Ус-с-с-покойся!       Седрик быстро заморгал. Он пришёл в себя.       — Я должен срочно выйти отсюда. София… Ай!       На него выплеснулся ковш ледяной воды.       — Остынь! — охранник кинул на него злой и недовольный взгляд и, повернувшись, зашагал на пост, бормоча под нос ругательства.       Бедный Седрик стоял мокрый, как воробей. С волос капала вода. Вся одежда выше пояса была мокрая насквозь: и мантия, и рубашка, и жилетка… Туфли тоже промокли и чавкали.       — Идиот! — со злостью выдохнул он и повернулся к ворону. — Что мне теперь делать?! Я весь мокрый!       — Ты псих! Незачем было так орать! — Черныш стряхнул те капли, которые на него попали. Он-то отскочить успел.       Седрика затрясло. Теперь уже не от нервов, а от ледяного холода. Он снял мантию, выжал с неё воду, как смог отжал жилетку и рубашку. Всё равно всё оставалось мокрым и неприятным. Пришлось так и надеть.       — Как вы смеете так обращаться с придворным волшебником?! — крикнул он вслед мимо проходящему надзирателю. Тот на миг обернулся.       — Послушай, сейчас — ты преступник. И мне не важно кто ты.       Он ушёл. По коридору раздавались громкие и увесистые шаги.       Седрик повернулся спиной к стене и съехал по ней на пол. Обхватив голову, он сжал зубы. По бледным щекам потекли слезы.       — Если он хоть пальцем её тронет — я убью его!..       — Эй, — ворон сидел рядом. — Может хоть что-то объяснишь? В чём дело?       Седрик поднял голову. В его глазах смешалась и ярость, и боль, и отчаяние.       — Чёрныш, он лапал её своими руками! Он говорил ей гадости и насильно целовал её!       — Кто — он?       — Принц Джеймс!       — Тебе что, сон приснился? — Ворон поднял одну бровь. Он был в шоке от происходящего.       — Да, наверное, сон… Но это было как наяву! Никто не исключает, что он вещий!       — Я исключу, — Черныш взлетел на койку. — Я сейчас же слетаю и проверю, — он закатил глаза и вздохнул. — Ради твоего спокойствия.       — О, Черныш! Ты лучший друг!       — Только без писем на этот раз. Я вам не почтовая курица.       — Ладно, — Седрик встал. — Просто посмотри, всё ли с ней хорошо.       — Уже.       Ворон взмахнул крыльями и улетел.       «С одной стороны — хорошо, что на моей камере разбито стекло…» — Седрик забрался на койку с ногами и обнял колени. Холодный воздух, задуваемый в окно, пронизывал до костей. — «А с другой стороны, очень и очень плохо…»       Он сидел, отчаянно пытаясь согреться, и снова вспомнил сон.       «А может я и правда слишком стар для неё?» — он посмотрел на свою окровавленную руку и сжал её в кулак. — «Нет! Никакой я не старый! Мне и сорока-то ещё нет! Эх…»       Дрожь не унималась. Зубы начали выстукивать дробь.       «Только вот дожить бы… До этих… Фей…»       Он упёрся мокрым лбом в колени и закрыл глаза.