На острие истины

      Он быстро шёл по улице, стараясь держаться основного потока людей — и в то же время нервно и с опасениями глядя на каждого, с кем только доводилось пересекаться взглядами. Несмотря на темнеющее небо, сам город, казалось, засыпать не собирался: стали загораться яркие подсветки вывесок, зажигались фонари, а на огромных дисплеях мелькали знаменитые лица, рекламирующие различную продукцию. В толпе же двигались усталые работники, возвращающиеся домой, и словно им в противовес — весёлая молодёжь, будто бы им назло наслаждающаяся жизнью. Взоры молоденьких девушек чаще всего обращались к нему, горящие интересом, будто бы призывающие к чему-то — их привлекал бунтарский вид парня с выбеленными волосами, облачённого в кожаную одежду.       Вот только Чхве СэРану было абсолютно не до этих девушек, ведь сейчас даже в них он видел потенциальных врагов. Совсем недавно он решился на безумный, в чём-то отчаянный шаг, что мог сорвать все его усердия по сокрытию собственной личности; и теперь его сердце бешено колотилось, ведь казалось, что те, кому СэРан пытался противостоять, вычислили его и бредут по пятам. Сейчас эта безликая толпа была одновременно его защитой — он мог затеряться среди людей, и зоной риска — а ну как враг уже подбирается к нему в стремлении нанести удар? И Чхве СэРан нервно дёргался от каждого столкновения с кем-то, и его окутанную тревогой фигуру провожали недоумёнными взглядами.       Он до сих пор не привык к жизни в большом городе: всё вокруг было слишком ярким и шумным, чересчур много куда-то спешащих людей — это пугало, СэРану хотелось вернуться в тишину, к еле слышному гудению компьютера и иллюзорному ощущению безопасности. И не только: его подстёгивало беспокойство за единственного человека, которого он мог назвать своим другом. Именно поэтому он так спешил, нервно оглядываясь и одновременно пытаясь вести себя естественно; с каждым шагом СэРан приближался к месту, ставшему их убежищем.       СэРан вздохнул с облегчением, когда оказался в зоне жилых домов, а шумные улицы остались позади; и в то же время он стал шагать медленнее, с напряжением вглядываясь в темноту переулков и вслушиваясь в отдалённые, приглушённые звуки спального района. Люди встречались и здесь, но у СэРана была возможность обходить их на расстоянии, не вызывая никаких подозрений. И, уже подойдя к нужному дому, СэРан подобрался: его обеспокоенный взгляд заскользил по трём мужчинам в официальных костюмах, которые стояли поблизости от входных дверей, переговариваясь друг с другом, и с подозрением окидывали взглядом каждого, кто входил в дом или покидал его. Эти ребята так и не исчезли с горизонта, продолжая держать вахту и караулить.       Натянув на лицо суровое, дерзкое выражение, СэРан уверенно направился к входным дверям: мужчины в костюмах с подозрением проследили за его движением, но ничего не предприняли — они уже видели его с утра, выходящим из дома, и наверняка постарались выяснить о нём хоть что-нибудь через свои базы. К прискорбию для них, СэРан предполагал подобное развитие событий, и его поддельная личность фигурировала уже во всех базах Кореи, каких только возможно. Его тут же кольнуло волнение: а вдруг что упустил, недосмотрел?.. Но парни устрашающего вида не бросились вслед за ним, и СэРан, оказавшийся внутри многоэтажки, в облегчении выдохнул, замерев и слегка согнувшись. Всё тело подрагивало от долгого напряжения.       — С вами всё в порядке? Мне вызвать скорую? — участливо поинтересовался пожилой охранник, следящий за порядком в доме; он вышел из-за своей стойки и теперь стоял напротив СэРана. Его взгляд то и дело раздражённо направлялся к входной двери: ребята в официальных костюмах не нравились ему, но поскольку неприятностей они не учиняли и даже не стремились попасть внутрь, причин поднимать панику не было.       — Не надо, спасибо, — пробормотал еле слышно СэРан, огибая охранника и быстрым шагом направляясь в сторону лифтов. «С вами всё в порядке?» — однозначно нет, но знать охраннику этого не обязательно. Как не обязательно ему знать и о том, что в камерах его агентства СэРан уже давно покопался и переправил под себя; поднимаясь в лифте, он невольно кинул взгляд на средство слежения. Его почти целый день не было на своём месте, и это могло обернуться настоящей катастрофой.       Поэтому в квартиру-студию СэРан почти влетел, мгновенно окинув взглядом пространство помещения — Рика стояла перед окном, вглядываясь в ночной город, и с ней, казалось, всё было в порядке; СэРан тут же переключил внимание на свои компьютеры и понёсся к ним, беспощадно начиная печатать на клавиатуре и проверять все системы. Только убедившись, что всё под его контролем, СэРан в облегчении повалился на стул — и впервые за день позволил себе окончательно расслабиться: он наконец-то был в безопасности. Взгляд СэРана невольно покосился в огороженную им самим зону, которая никогда не давала ему покоя. Даже в их убежище жила опасность смерти… Которая в то же время была гарантом их безопасности. Как, чёрт возьми, иронично.       — СэРан-а… — позвала его Рика. СэРан отвернулся от компьютеров, свешиваясь через спинку компьютерного кресла и глядя в её спину, скрытую копной длинных и густых светлых волос. И осмотрелся — только сейчас он осознал, что они находятся в полнейшей темноте. СэРан с недовольством стал добираться до выключателя, когда Рика, наконец, продолжила свою речь, по-прежнему стоя к нему спиной. — Пожалуйста, скажи, что ты принёс хорошие новости.       СэРан щёлкнул выключателем, и комнату озарил свет, заставив его зажмуриться. Рика даже не дёрнулась — и её будто бы замороженная фигура невольно нагоняла на него жуть. И что за детские пожелания?..       — Я принёс хорошие новости. Стало легче, нуна? — безжизненным голосом произнёс СэРан, потому что — чёрт возьми, какие хорошие новости? У них была только лишь слабая надежда на то, что сегодняшняя попытка как-то разрешить ситуацию окупится: и ведь сам СэРан абсолютно не верил, что хоть что-нибудь получится. В то же время Рика… Рика продолжала на что-то надеяться и верить. Именно она была вдохновителем и тем, кто действовал. Он же, СэРан, был никем — и только благодаря Рике он стал хоть на что-то способен, только благодаря ей он стал учиться не просто плыть по течению, а пытаться на что-то влиять.       — С твоей стороны очень трогательно исполнять мои эгоистичные пожелания, — в её приятном, грудном голосе послышалась улыбка; СэРан пристально смотрел в её окаменевшую спину, чувствуя, что что-то не так. — Но в следующий раз, пожалуйста, постарайся, чтобы это прозвучало искренне.       — Не вижу смысла врать, — отрезал СэРан. И это будто вскрыло его беспокойство, потому что в следующий момент он, захлёбываясь словами, понёсся выдавать свои переживания: — В этом не было никакого смысла, нуна! Абсолютно! Я вроде бы и искал тех людей, которым будет не всё равно… Но полиция проигнорировала мои слова так же, как игнорировала и послания через Интернет! Они видят имя «Хан Чумин» и уже дрожат от страха… Или же — им не хватает доказательств! Доказательств, нуна, которые я просто не способен добыть, потому что я — не он, и никогда не смогу быть таким же, как он!.. — СэРан стал ловить ртом воздух. Чувствуя слабость, он добрался до двухместного светлого дивана и упал на него, всё ещё поглощённый своими переживаниями и совсем не замечая, что Рика продолжает стать перед окном, словно каменная статуя.       — Ах. Чумин всегда всё держит под контролем, — произнесла она, всё ещё глядя в окно, — я наблюдала за его людьми. Они продолжают следить за домом. Ждать меня. Это сводит с ума, не так ли, СэРан-а? — СэРан поднял голову — Рика наконец-то повернулась к нему, на её аристократически бледном лице горела искусственная улыбка. И это испугало его.       — Нуна… Что-то не так? — какой глупый вопрос, ведь сейчас абсолютно всё не так. И теперь в это «не так» неожиданно стала входить Рика, чьё поведение изменилось; она даже игнорировала его слова, продолжая свою речь.       — А СэЁн… Вы оба так талантливы. Но из-за меня, из-за Ви ваши таланты в итоге уходят на подобные вещи, — СэРан с беспокойством бегал взглядом по лицу Рики. А она продолжала говорить, крепко сцепляя тонкие руки на животе, заламывая собственные пальцы и кривя своё миловидное лицо, будто бы испытывая боль. — И СэЁн тоже следит. Отовсюду, из каждой камеры я чувствую его взгляд…       — Только не здесь, нуна, здесь он нас не может увидеть, — поднялся СэРан на ноги. Он никогда раньше не видел Рику такой, хотя в последние дни стал замечать, что она всё чаще отказывает своему оптимизму, своей вере в лучшее; СэРан не думал, что это что-то серьёзное — у каждого бывают плохие дни. Но то, что происходило сейчас… Рика будто совсем не слышала его слов, взгляд её был затуманен.       — Ведь даже тебя это сводит с ума? Я вижу, что ты боишься, СэРан-а. Я чувствую этот страх, и он разбивает мне сердце: ведь это из-за меня ты испытываешь его. Ты был таким милым мальчиком… Как и СэЁн. У вас была такая несчастная судьба, но вместе вы были счастливы. Но что сделали мы с Ви? Мы отобрали это счастье, раздробили вас, разрушая поодиночке…       — Нуна. Рика, ты что, прекратила принимать таблетки? — охрипшим голосом произнёс СэРан, вспоминая до этого стандартную процедуру Рики по потреблению антидепрессантов. Которую он, чёрт возьми, уже довольно давно не наблюдал. Рика застыла с приоткрытым ртом, продолжая крепко сцеплять руки на животе и невольно сжимая и заставляя трещать ткань своего любимого бежевого платья. — Рика? — требовательно повторил СэРан.       — Я… Я… Мне было лучше. Я…       СэРан, не слушая её нелепые попытки оправдаться, в волнении кинулся на поиск необходимых таблеток. Он не был психиатром, он не знал, что предпринять и как правильно себя вести, но он должен был что-то сделать.       С тех пор, как они с Рикой стали пытаться хоть что-то изменить и поведать миру о «Mint Eye», в местах, где только могла появиться Рика, стали дежурить жуткие мужчины в официальных костюмах. Естественно, они были и здесь; и Рика с СэРаном, ограниченные в ресурсах, невольно испуганные, решили затаиться в квартире. Особенно это касалось Рики — о СэРане в «Mint Eye» не знали, и это было их преимуществом. Вот только это значило, что и встречи с психиатром, столь ей необходимые, завершились.       Зелёные глаза Рики, пустые, следили за его метаниями между шкафчиками.       — Мне правда стало лучше, СэРан-а! — неожиданно вскрикнула она, заставляя СэРана невольно съёжиться — его всегда пробирала дрожь, когда на него кричали, и накатывало чувство вины. Тряхнув головой, он продолжил искать её таблетки. — Мне лучше! Я поняла, что эти таблетки заставляют меня забыть истину! А теперь, без них, я вновь способна видеть правду. Я ужасна! Я… Я вырвала тебя из нормальной жизни и заставляю теперь подвергать свою жизнь опасности, хотя даже не знаю, что я должна предпринять и сделать…       СэРан с триумфом схватил антидепрессанты, что оказались в темноте одного из дальних шкафчиков Рики; казалось, она специально закинула их туда, чтобы скрыть со своих глаз. Будто бы верила, что они и правда ей не нужны. Рика протестующе замотала головой, стоило СэРану протянуть их ей.       — Держи, нуна. Давай же! Ты должна выпить! — поскольку СэРан встретил её сопротивление, в итоге он почти силой заставил её проглотить таблетки и запить их водой. Рика закашлялась, касаясь тыльной стороной ладони своего рта. Он с убеждением уставился в её пустые глаза, сжимая её бледные плечи. — Нуна. Ты меня не заставляла, помнишь? Я сам это выбрал. Ты лишь предложила мне, а я согласился, ага? И… Пусть нам сложно… Пусть наш противник силён… Мы справимся, верно? Ты сама это говорила, — в его речи не было уверенности, но СэРан честно старался достучаться до Рики, и, кажется, у него получалось, потому что во взгляде её появлялась осознанность. — И вспомни: у тебя теперь есть RFA. Ты помогаешь людям… Ты делаешь, что можешь.       Он знал, что таблетки не подействуют быстро. И было очень, очень плохо, что Рика в итоге прервала свой курс лечения, избавившись от внимания своего психиатра; СэРан не мог поверить, что она сделала это, ведь Рика искренне стремилась полностью излечиться, лишь бы не причинять людям вокруг себя боль. Но Рика всё же слабо кивнула, признавая верность его речей, и лбом прижалась к его плечу, пряча слёзы.       — Что бы я делала без тебя, СэРан-а? — пробормотала она. — Прости меня. Я… Я вспомнила Ви. Он так верил в меня, что я смогу справиться без помощи таблеток, что он поможет мне… Спасёт меня. Мне приснился сон, где мы снова были вместе, и он говорил мне это. И я вновь оказалась заворожена его речами, вновь поверила ему… Что бы я делала, если бы ты всё-таки ушёл? — неожиданно всхлипнула она, заставляя сердце СэРана сжаться. Он неуверенно похлопал её по спине, не совсем представляя, что ещё он бы мог сделать для её утешения. — Я не справилась бы без тебя, СэРан-а. Спасибо.       — Брось… — мгновенно буркнул в ответ СэРан, отстраняясь в смущении от неё и отворачивая лицо от слабой мягкой улыбки, что расцвела на лице Рики сквозь слёзы.       «Брось». Что ещё он мог сказать? Ведь где бы был он, если бы не Рика? Так и продолжал бы влечь жалкое существование, напуганный миром и угнетаемый матерью, продолжал бы тосковать по своему близнецу и злиться на него: как он посмел исчезнуть без единого слова, без единого звонка, хоть какого-нибудь сообщения? Как мог бросить СэРана в одиночестве противостоять матери, бояться неведомого отца и вполне реальных людей, что отец посылал к ним с целью слежки и запугивания? СэРан никогда не был таким же храбрым, как СэЁн, и те толики смелости, что в нём были, быстро затухали, когда поблизости не было близнеца.       Первое время после того, как СэЁн исчез, к СэРану приходили Ви и Рика и дарили хоть какую-то надежду своим присутствием, своим теплом и светом: они были так прекрасны, так добры… Но потом исчезли и они, оставляя СэРана бороться в полном одиночестве. А ведь СэРан не умел бороться.       Но потом Рика вернулась, вместе с собой вернув и надежду. Она рассказала ему правду и раскрыла глаза. И хоть так велико было желание поиграть в недоверчивого, обиженного, оскорблённого и обозлённого — разве мог СэРан так поступить, когда СэЁн был в опасности, был не в себе? Разве СэЁн, будучи на его месте, бросил бы его? Никогда.       — Я найду другой способ, нуна. Если не через полицию… Наверняка есть другие способы. «Mint Eye» не должен существовать, — решительно произнёс СэРан и немедленно направился к компьютеру. Верно. Если бы не Рика, он бы продолжал трусливо и жалко плыть по течению в ожидании чуда, терпя побои со стороны матери и давящее наблюдение со стороны отца. Но теперь же он благодаря ей, Рике, стал кем-то, кто был способен на что-то влиять; кто был способен действовать и менять ход игры в свою пользу. И он, чёрт возьми, сделает это.       Он спасёт своего брата — и если не получается сделать это прямо, он найдёт альтернативные пути.