Не фантом

Аня сидела на обочине, обнимая колени, и пыталась успокоиться. Руки тряслись, все тело дрожало, в голове скопом проносилось все, что произошло всего лишь пару минут назад: Киняев со своей победной ухмылкой, падающее дерево, глаза рядом лежащего Паши, фантом Костенко. Все случилось так быстро, хотя, когда Аня сидела в кустах и наблюдала за всем со стороны, ей казалось, что эти минуты тянулись вечно. Но теперь она одна, нет ни Паши, ни ребят. Она одна сидит на дороге и не знает, что делать. Рядом лежал пистолет. Девушка взяла его в руки и начала рассматривать. Где-то внутри всплыла совершенно безумная мысль: «Может, закончить все это всего лишь одним выстрелом?». Никогда еще Аня не чувствовала себя такой одинокой, потерянной. Ей даже не было страшно, она просто не знала, что делать. Вдруг рядом послышалось какое-то шипение, которое прервало все Анины размышления. Это была рация, которая находилась в паре метров от девушки. Аня потянулась к прибору, из которого донеслись первые отчетливые слова: — Прием! Это Костенко, прием! Паша, ты тут? Аня быстро схватила рацию, трясущейся рукой зажала кнопку, поднесла прибор к губам и сказала: — Это Аня! Сергей Александрович, помогите мне, я осталась одна! — Так, спокойно. Где ты находишься, прием? — послышалось из рации. — Я у дороги, в том месте, где Вы ушли, пожалуйста, идите сюда! — взмолилась Аня. — Никуда не уходи, я скоро буду, прием, — сказал Костенко и отключился. Секундная радость отошла на второй план, и девушка сразу вспомнила о том, что предыдущий Костенко оказался фантомом. Аня, шатаясь, вышла на середину дороги и медленно зарядила пистолет. За спиной послышались шаги, девушка обернулась и увидела Костенко, идущего к ней на встречу. — Что случилось? Где Паша? — с удивлением спросил генерал. Вместо ответа Аня направила на мужчину пистолет и, заикаясь, произнесла: — Стойте и не двигайтесь. — Эй — эй, в чем дело? Аня, это я! — сказал Костенко, медленно направляя на девушку автомат. — Мне… Мне нужно Вас… Потрогать, — неуверенно пробормотала Аня. — Чего? — смутился генерал и подумал о том, что на девушку так подействовала радиация. — Мне нужно убедиться, что вы настоящий! Что вы не… Не фантом! — последнее слово Аня произнесла очень тихо, как будто боясь его. Костенко, совсем уже ничего не понимая, опустил оружие, протянул свободную руку вперед и очень медленными шагами двинулся навстречу Ане, говоря: — Ладно, потрогай. Только успокойся, пожалуйста. Аня тоже пошла вперед, вытянув руку, в которой не было пистолета. Медленно Костенко и Аня приближались друг к другу. Когда они оказались так близко друг с другом, что их руки почти соприкасались, Аня еще крепче сжала пистолет и второй рукой дотронулась до Костенко. Будучи готовой к тому, что она почувствует только пустоту, Аня даже не поверила, что она соприкоснулась с теплой, настоящей, живой, человеческой плотью. Ни о чем не думая, девушка отбросила в сторону пистолет и бросилась в объятия к генералу. Костенко настолько удивился, что даже не понял, что сейчас произошло. Постепенно приходя в себя, он почувствовал, как девушка плачет и дрожит, и начал неуверенно гладить ее по спине, успокаивая ее: — Тише, Аня, успокойся. Все хорошо, я рядом. Аня еще больше расплакалась, она позволила выйти наружу всем эмоциям, которые скрывала в течение всего путешествия. Но теперь ей было не так одиноко. В объятиях генерала она чувствовала, что она не одна, и что еще не все потеряно. — Давай присядем, и ты все расскажешь, — сказал Костенко, когда Аня немного успокоилась и отстранилась от него. Мужчина и девушка подошли к обочине и сели рядом. Костенко достал из рюкзака бутылку воды и протянул Ане. Она жадно вцепилась губами в горлышко и в два счета опустошила половину бутылки. Костенко незаметно улыбнулся, наблюдая за ней. Аня закончила пить, вытерла губы рукой и отдала остатки воды генералу. — Где Паша? — нарушил тишину Костенко. Аня сделала глубокий вдох и начала рассказывать: — Сначала тут появились Вы, то есть не Вы, а Ваш фантом. Но, когда мы это поняли, было слишком поздно, потому что обоих Ваших помощников уже тут не было. Затем появился сам Киняев, и Паша смог его отвлечь, чтобы я убежала за помощью. Но я осталась за деревом и наблюдала за всем. Потом Паша создал Ваш фантом. Да-да, я понимаю, что звучит это безумно, но все именно так и произошло! Затем Паша просто рухнул без сознания, и его… Его забрали на машине! — на последних словах голос Ани сорвался, и она снова заплакала. — Аня, тише-тише, успокойся, — сказал Сергей, взяв Аню за плечи, и развернул ее к себе, — мы найдем Пашу, слышишь? И ребят найдем! Но сейчас тебе нужно отдохнуть! — А если с ними что-либо случится?! — С ними ничего не произойдет! Киняев их точно не тронет, он не будет их убивать! — Ладно, хорошо, — закивала головой Аня, вытирая слезы, — но что мы будем делать? Костенко встал, огляделся вокруг и задумался. Немного помолчав, он заговорил: — Мы сейчас поищем место, где сможем передохнуть, а завтра отправимся на поиски ребят, идет? Аня кивнула и собралась тоже подняться. Генерал подал ей руку, она ухватилась за нее, и он помог ей встать. Девушка отряхнулась, подняла пистолет и еще раз протерла глаза. Костенко перезарядил автомат и пошел вперед по дороге, Аня двинулась за ним.

***

Девушка и генерал шли медленно, не торопясь, в полной тишине, так как каждый был погружен в свои мысли. Костенко пытался составить план действий по поиску Паши и остальных, но ничего дельного на ум не приходило. Аня, идя чуть позади генерала, перебирала в голове всю свою жизнь до того рокового полета на самолете, который привез их в Америку. — Замри! — шепнул Костенко и резко остановился, преградив Ане рукой дорогу. Девушка вздрогнула и замерла. — В чем дело? — шепнула она. Сергей, ничего не ответив, схватил Аню за локоть и потащил ее к обочине. Они соскочили с дороги и спрятались за кучей отвалившихся от деревьев сучьев. Они сидели на корточках: Костенко направил автомат в сторону дороги, а Аня пристроилась за его спиной. — Ты слышишь? Машина едет, — тихо сказал генерал. Аня услышала шум приближающейся машины и молча кивнула. Вдали стали различимы два луча света, исходивших от фар. Автомобиль приближался, и теперь Костенко и Аня смогли увидеть белый джип. Генерал прицелился и выстрелил. Пуля попала точно в лобовое стекло и убила водителя. От неожиданности Аня вздрогнула и ухватилась руками на плечо Костенко. Генерал удивился и посмотрел на ее руки, взглядом намекая, что ему нужно сделать еще один выстрел. Девушка тут же опомнилась и отстранилась от мужчины. Костенко перезарядил автомат и снова стрельнул. На этот раз был убит второй мужчина, который сидел на пассажирском кресле, пытаясь выровнять машину. Автомобиль, которым больше никто не управлял, съехал с дороги, остановился и заглох. — Это как на велосипеде кататься: один раз научишься — никогда не забудешь, — сказал Костенко, ухмыляясь. У Ани округлились глаза от сказанной фразы, и она отодвинулась от генерала. — Прости за неудачное сравнение, — пробормотал Костенко, поняв, что смутил девушку. Аня ничего не ответила, кивнула, встала из-за кучи сучьев и направилась к машине, мысленно восхищаясь тем, как Костенко с первого раза убил обоих мужчин. — Аня, постой! — крикнул Сергей, догоняя ее, — Сначала я уберу их из машины, тебе лучше этого не видеть. — Хорошо, — согласилась девушка и остановилась. Генерал вытащил оба трупа из машины, положил их рядом с дорогой, залез в автомобиль, завел его, развернулся и выехал с обочины. Он помахал Ане рукой, приглашая ее в машину, и девушка села на пассажирское сидение. Костенко отпустил педаль сцепления, надавил на газ, и они двинулись вперед. — Нам надо найти место, где переночевать, — первым нарушил тишину Сергей. — Подождите, Паша говорил что-то про бункер, — начала вспоминать Аня. — Точно! — подтвердил генерал, — Нужно найти дорожный знак. — В бункере ведь должны быть ребята! Мы сможем их найти! Я совсем забыла об этом! — воскликнула девушка. — Найдем ребят, устраним охрану и заночуем там, — подвел итог Костенко. — С ними ведь все хорошо? — тихо спросила Аня и посмотрела на генерала, который уверенно вел машину. Костенко перевел взгляд с дороги на Аню и мягко ответил: — Я больше, чем уверен, что с ними все в порядке.

***

Наступила ночь, заброшенный город погрузился в еще большую темноту, чем до этого. Повсюду был туман, который окутывал все деревья вокруг. Костенко ехал вперед, оглядываясь по сторонам в поисках того самого дорожного знака. Аня мирно спала, уткнувшись лбом в стекло. Костенко изредка поглядывал на ее умиротворенное лицо. Аня казалась гораздо беззащитнее, чем в тот момент, когда генерал нашел ее на дороге. Сергей смотрел на нее и чувствовал, что ему необходимо защищать ее. Проехав еще несколько километров, Костенко увидел треугольный знак с правой стороны. Он начал сбрасывать скорость, параллельно легонько хлопая Аню по плечу. Девушка неохотно проснулась и стала хлопать глазами. Она вопросительно посмотрела на Костенко, и он пальцем указал на знак. Аня тут же выпрямилась и уставилась вперед. Генерал съехал с дороги и поехал вглубь леса. Автомобиль трясло из стороны в сторону, так как повсюду были кочки, но генерал уверенно справлялся с управлением, объезжая деревья. — Вон там! Я вижу бункер! — оживилась Аня и показала рукой вперед. Действительно, вдали находилось серо-зеленое здание средних размеров. Костенко аккуратно подъехал к бункеру и заглушил мотор. Оба вышли из машины и пошли ко входу в здание. — Подожди здесь, я все осмотрю, — твердо сказал генерал и направил оружие на дверь. Сергей медленными бесшумными шагами подошел к железной двери и попробовал ее толкнуть. На его удивление дверь оказалась незаперта. — Почему там открыто, если ребят держат в заложниках? — испуганно спросила Аня. — Жди тут, — отрезал Костенко и вошел внутрь. Генерал обходил комнату за комнатой, готовый защищаться и стрелять в любой момент. Но нигде никого не было: ни ребят, ни охранников. Костенко в последнюю очередь осмотрел ванную и вернулся к Ане на улицу. — Там никого. — Вы хотите сказать, что их убили? — произнесла Аня, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. — Не думаю. Если дверь не запрета, то, полагаю, они сбежали, а охранники бросились их искать. В любом случае бункер пуст, и мы тут заночуем, — сказал Костенко и пропустил Аню вперед. Когда оба зашли в бункер, Сергей захлопнул дверь и покрутил вентиль до щелчка, чтобы закрыть ее. Аня медленно прошла вглубь и оказалась в небольшой комнате, где стояли двухэтажные кровати, два стола, на одном из которых был компьютер, два деревянных шкафа и белый холодильник. Костенко прошел вслед за девушкой, положил свой рюкзак на одну из кроватей, затем поставил автомат около двери и огляделся. — Тебе нужно принять душ, а я попробую найти поесть, — по привычке скомандовал генерал и подошел к холодильнику. Аня, повинуясь приказу, пошла в ванную комнату, дверь которой находилась между шкафом и крайней кроватью. Девушка заперлась в ванной и посмотрела на себя в зеркало. В отражении она увидела измученную, неумытую, сонную и усталую девушку, и ужаснулась от своего внешнего вида. Ванная комната была очень тесной, поэтому аккуратными движениями Аня сняла с себя всю одежду и зашла в душевую кабинку. Задернув штору, она повернула кран и почувствовала, как по ее телу струились теплые капли воды. Постепенно мышцы стали расслабляться, Аня закрыла глаза и полностью отдалась приятным ощущениям от теплой воды. В голове снова стали всплывать события сегодняшнего дня. Аня поймала себя на мысли, что вспоминает, как она бросилась обнимать Костенко. Несмотря на весь пережитый ужас, в тот момент ей было очень уютно и спокойно с ним. Он спас ее, не позволил ей остаться одной. Благодарность зарождалась в ней вместе с каким-то еще теплым и непонятным чувством. Аня вдруг опомнилась, что слишком много думает об этом инциденте, встряхнула головой и сказала вслух сама себе: — Я просто испугалась и устала. Девушка закончила принимать душ, вышла из кабинки и взяла полотенце. Тщательно вытеревшись, она уже было собралась надеть свою одежду, но, взяв в руки кофту, она увидела, что та вся была в грязи, и чувствовался неприятный запах. Ане ничего не оставалось сделать, кроме как завернуться в полотенце и замочить одежду. Пока Аня мылась, Сергей отыскал в холодильнике хлеб и колбасу. Он сделал несколько бутербродов и поставил тарелку на стол, на котором не было компьютера. Генерал нашел чайник и розетку, чему был очень рад. Он заварил чай и приготовил две пустых чашки. Все это он так же отправил на стол. «Бедная девочка» — пронеслось у него в голове. Он попытался представить, каково это потерять всех близких друзей, но у Костенко никогда не было сильной привязанности к кому-либо, кроме работы, поэтому ему это не особо удалось. Тем не менее, он решил, что, во что бы то ни стало, он поможет Ане и ни в коем случае не даст ее в обиду. Костенко стоял спиной к ванной комнате, когда из нее вышла Аня. Он обернулся и увидел ее. Она стояла в одном лишь полотенце, обернутым вокруг ее тела. Она ощутила на себе его взгляд, но не увидела в нем ничего пошлого или оценивающего. Девушка смутилась, но не стала прикрываться, потому что у нее просто не было сил делать какие-либо лишние движения. Костенко немного растерялся, но не подал виду. Ему было не впервой видеть женщин в одном лишь полотенце, поэтому он не удивился, не стал пристально разглядывать Аню. Он смотрел на девушку ничего не выражающим взглядом, поэтому Ане было сложно понять, о чем он думает. Несмотря на самоконтроль, Костенко не мог не отметить про себя, что Аня очень красива. — Мне пришлось постирать одежду, потому что она вся грязная, — тихо проговорила Аня, чтобы как-то нарушить неловкую паузу. — Я приготовил поесть, так что кушай, — безразлично сказал Костенко, как будто не услышал слова, произнесенные Аней, и пошел к своему рюкзаку. Он достал спортивный костюм из рюкзака и, не закрыв его, ушел в ванную. Как только дверь за ним закрылась, Аня подошла к шкафу и распахнула его. Там висела только мужская одежда: комбинезоны, свитера и джинсы. Аня достала белый шерстяной свитер с горлом и натянула его на себя. Он оказался таким длинным, что казалось, будто девушка в платье. Она села за стол и взяла первый бутерброд. Лениво пережевывая его, Аня осматривала помещение, а затем ее взгляд остановился на рюкзаке Костенко. Девушка отложила недоеденный бутерброд и подошла к рюкзаку. Аня медленно начала вытаскивать оттуда различные вещи, мысленно пытаясь оправдать свои действия. Ей безумно хотелось узнать хоть что-нибудь о человеке, с которым ей похоже придется проводить много времени. Никакой информации, кроме того, что в другой реальности он хотел их всех убить, у нее не было. Девушке было необходимо узнать хоть что-нибудь о нем, но в его рюкзаке совершенно ничего не нашлось, кроме оружия, патронов, паспорта, удостоверения ФСБ и нескольких бутылок воды. Аня услышала, как звуки воды из соседней комнаты стихли, быстро все положила в рюкзак и вернула его в обратное положение. Затем девушка ринулась обратно к столу и снова принялась за бутерброд с чаем. Из ванной вышел Костенко, но теперь он был не в форме, а в черных спортивных штанах и серой футболке. От этого он ей все равно не перестал казаться мужественным генералом. Он убрал форму в рюкзак, а Аня тем временем налила для него чай во вторую кружку. Мужчина сел к ней за стол и они молча жевали бутерброды. — Завтра, как только отоспимся, отправимся на поиски Паши и остальных. Обойдем школу, бассейн, изучим улицу Лазарева и проедемся вдоль улицы Курчатова, — описал план действий Костенко с присущей ему интонацией командира. — Вы так хорошо знаете этот город, — удивилась Аня. — Я же говорил, что здесь жил раньше, — теперь он заговорил более мягко. — Точно, я совсем забыла, — сказала девушка, и ей почему-то стало стыдно, — Вы скучали по Чернобылю? — Вернувшись сюда, я понял, что не особо скучал, — усмехнулся генерал. — Я очень скучаю по дому… Хотя теперь получается, что если нет Советского Союза, значит, нет у меня дома, — расстроено пробормотала Аня. Костенко хотел ее поддержать, но не знал как. Он не мог представить, каково перенестись из одной реальности в другую, к тому же все эти перемещения во времени, другие реальность казались очень сложными и непонятными, но ему не пришлось ничего говорить, потому что Аня продолжила свою мысль: — Еще несколько дней назад я была обычной советской стюардессой, а теперь я нахожусь тут, по факту совершенно в другой стране. Аня не выдержала и снова расплакалась. Ей было больно, страшно, она не знала, что ждет ее дальше, что им делать, куда идти. Что будет после того, как все закончится? Где она будет жить? А если это вообще никогда не закончится? Генерал придвинулся к Ане, аккуратно и нежно, боясь девушку вспугнуть, взял ее за руку и заговорил: — Тебе страшно и непривычно, я понимаю. Но мы обязательно с этим справимся. Я помогу тебе найти ребят, я помогу вам вернуться домой. Да, не в СССР, но в Россию. Все вернется на свои места, я тебе обещаю. И пока мы тут, я не позволю никому причинить тебе боль. Аня поверить не могла, что с ней говорил тот Костенко, который несколько дней назад забрал их из Америки, который допрашивал их, который был на перестрелках, который недавно убил двоих мужчин. Она посмотрела ему в глаза и попыталась вложить в свой взгляд всю благодарность, на которую была способна. — Спасибо Вам большое, — прошептала Аня, — Несмотря на то, что Паша утверждал, что вы хотели нас убить, я вижу и чувствую, что Вы другой, Вы хороший человек. Девушка высвободила свою руку, встала из-за стола и пошла к кроватям. Девушка забралась на верхний этаж одной из них и сказала: — Спокойной ночи. Костенко ничего не ответил, а всего лишь кивнул, слегка улыбнувшись. Аня укрылась одеялом и провалилась в глубокий сон. Генерал все еще сидел за столом, доедая свой бутерброд и переваривая в голове весь сегодняшний день.