С самых первых минут

      Чимину было десять, когда он впервые увидел на своём предплечье не свой багрово-фиолетовый синяк.       Папа сразу же начал причитать, заметив ссадину, мол, нельзя же омежке быть таким неосторожным. Чимин только посмотрел на омегу недоумённо и пояснил, что этот синяк никак не может принадлежать ему, ведь весь вчерашний день мальчик готовился к завтрашней контрольной по математике.       В тот вечер папа очень долго обнимал сына и говорил что-то о том, что это мгновение маленький Чимин никогда не забудет, но всё, что запомнил из всего этого омежка, так это саднящую боль на левом предплечье, которую усугубляли папины крепкие объятия.       Чимину исполнилось двенадцать, когда он впервые вывел на своём запястье синей шариковой ручкой слово «Привет», с замиранием сердца ожидая ответ.       Омежка не сводил глаз с собственного запястья около двух часов, но ответное сообщение так и не получил. Первое разочарование больно кольнуло Чиминовское сердечко, но мальчик не спешил отчаиваться, мало ли его соулмейт слишком занят или просто ещё не заметил послания, оставленного Чимином.       Но родственная душа игнорировала и другие попытки мальчика наладить общение, поэтому терпеливый Пак решил, что стоит подождать, пока его соулмейт сам не созреет для общения.       Чимину было четырнадцать, когда стоя перед зеркалом в ванной, он кончиками пальцев огладил чужой багровый засос на своей шее.       Омежка был настолько разочарован и обижен на своего соулмейта, что решил никогда не разговаривать и не встречаться с ним. Вытирая рукавом шерстяного свитера слёзы, стекающие по щекам, Чимин выбросил всю свою коллекцию цветных гелевых ручек, которые припас специально для общения со своей истинной парой в будущем.       Чимин переживал рассвет юности — свои шестнадцать, когда его лучший друг встретил своего соулмейта.       Тэхён проводил всё свободное время с Чонгуком, а всё время, в которое был занят Чонгук — с Чимином. Омежка не жаловался. Он понимал. Пытался понять. Тэхён всё время рассказывал Паку о том, какое взаимопонимание и комфорт царит между родственными душами, а Чимин только удручённо кивал, временами поглядывая на своё чистое запястье.       Чимину исполнилось семнадцать, когда Тэхён позвонил ему в семь часов утра и громким визгом сообщил, что они зачислены на вокальное отделение в лучшем университете искусств во всей Южной Корее.       Пак помнил, как боялся, что не поступит и вечно дёргал Тэ, который и сам был точно на иголках. В тот день Чимин на радостях совсем забыл об осторожности и своим корявым почерком вывел на левой руке «Поезд Пусан-Сеул, 7.00, третий вагон. Не забыть разбудить Тэхёна»       Опомнился Чимин только тогда, когда в конце его «напоминалки» аккуратно вырисовался вопросительный знак. Так упорно и тщательно Пак ещё никогда ничего не оттирал.       После расселения в студенческом общежитии выяснилось, что Чимина и Тэхёна поселили в одной комнате. Это, безусловно, было хорошей новостью. А вот то, что Чонгук, который, кстати, поступил в тот же универ, и Тэ постоянно выставляли несчастного Пака из его же собственной комнаты стало не самым приятным открытием.       Когда в очередной раз отсиживаясь в студенческом кафе напротив общежития, он увидел Юнги, блондин, смахивающий больше на одного из греческих богов олимпа, нежели на обыкновенного студента, кажется, праздновал что-то в компании своих друзей, на которых Пак не обратил особого внимания.       Его безразличный ко всему взгляд, отсутствующий вид и белоснежная кожа — всё это казалось Чимину чем-то нереальным… Чем-то, чего в реальности существовать попросту не могло. Пак так и продолжал бы бесстыдно пялиться на красивого незнакомца, если бы через маленькое помещение закусочной до него не добрался насыщенный запах тёмного шоколада с лёгкими нотками корицы.       Чимин вылетел из кафе так быстро, как только могли позволить законы физики и направился прямиком, куда глаза глядели, пытаясь хоть немного успокоить мысли, роившиеся в голове. — Тэхён, — уже затемно вернувшись в общежитие, позвал Пак. — Как ты понял, что Чонгук — это твоя родственная душа? — Не поверишь, — продолжая что-то увлечённо строчить в своём телефоне, видимо, о чём-то с кем-то (ага, с кем-то, конечно) переписываясь. — Хоть я и рассказывал тебе эту историю бесконечное множество раз, я могу и повторить. Выяснив, что мы учимся в одной школе, этот придурок Чонгук написал на своём лбу «Занято», представляешь? Как ты мог забыть?! Мне пришлось с этим пол дня таскаться, а потом отмывать эту фигню ровно столько же времени! — Я помню, — отмахнулся Чимин. — Я говорю об ощущениях. Что ты почувствовал, когда вы встретились?       Тэхён оторвался от экрана телефона и как-то подозрительно посмотрел на лучшего друга прежде, чем заговорить. — Даже не знаю, как тебе это объяснить… Ну, сначала я собирался убить этого придурка, когда заметил его в коридоре с такой же надписью на лбу, а потом… — он слегка замялся, то ли вспоминая что-то, то ли подбирая нужные слова. — Я просто почувствовал его запах и понял, что вряд ли у меня получится его побить. А если и получится, то это станет не лучшим исходом лично для меня. — То есть, — дрожащим голосом начал Чимин. — Ошибиться невозможно? — Так, Чимин~а, что случилось? — требующим тоном спросил Тэ, усаживаясь напротив друга и, беря того за руки. — Ты не говорил о соулмейтах с момента нашего знакомства. — Просто… Я… — Пак пытался придумать нечто вразумительное, но ничего не выходило. — Кажется, я встретил свою родственную душу… — Правда?! — громко взвизгнул Тэхён, одумавшись, прикрывая рот ладонью. — Чимин, так это же здорово! — Не думаю, что это так уж здорово… — пролепетал Пак, обнимая подушку. — Ты бы его видел… — Некрасивый? — уточняет Ви, пытаясь понять озабоченность Чимина. — Наоборот, — качает головой омежка, утыкаясь носиком в мягкую подушку. — Смахивает на произведение искусства. — Ну? — не понимает Тэхён. — И чего ты нос повесил? — А как же мне его не вешать, если мой соулмейт с детства игнорирует моё существование, а сейчас ещё и оказывается, что он красивый до потери памяти?! — возмущается Пак. — Где я, а где он? — Ты тут, он там, — пожимает плечами Тэ. — Чимин, за тобой бегает половина нашего курса, как ты можешь считать себя недостаточно красивым? Неужели твой альфа настолько хорош? — Настолько, — горько кивает омежка. — И выглядит таким… Холодным, что ли… Я в жизни не решусь с ним заговорить! — А ты и не заговаривай, — просто отвечает Тэ. — Просто дай ему почувствовать себя, а дальше пусть сам справляется. — А если он откажется от меня?.. — испуганно спрашивает Пак. — Чимин~а, как он может отказаться от тебя? — Тэхён обнимает омежку за плечи, пытаясь утешить. — Вы ведь предназначены друг другу. То, что он пытался игнорировать тебя на расстоянии не означает, что он сможет проделать то же самое сейчас. — Но я ведь даже имени его не знаю… — прошептал Чимин, снова вспоминая образ прекрасного незнакомца. — А где вы встретились? — интересуется Тэ. — В кафе напротив. — Он выглядел старше? — На год, два, возможно… — Тебе повезло, Чимин, — ободряюще улыбается Тэхён. — Он, вероятно, студент нашего универа. Мы разыщем его! — Этого я и боюсь… — обречённо шепчет Пак, зарываясь пальцами в свои рыжие волосы.

***

— Юнги, — Тэхён сочувственно берёт Чимина за руку. — Мин Юнги. — Всё настолько плохо?.. — испуганно тянет Пак, стараясь не смотреть на блондина, сидящего в противоположном углу забитой студентами столовой. — Боюсь, что да, — стараясь не смотреть Чимину в глаза, тихо отвечает Тэ. — Чонгук знаком с Юнги. Он рассказывал, что тот очень талантлив и популярен среди омег, но сам больше смахивает на ледышку. Никому не отвечает взаимностью, отшивает. Поговаривают, что очень жёстко. — Мне ничего не светит… — обречённо подводит итог омежка. — Светит, конечно! — Тэ возмущённо расталкивает друга. — Ты же его истинная пара! — Только вот его это, похоже, не колышет… — бубнит Чимин в ответ, поднимаясь из-за их столика и, подхватывая свой рюкзак. — Чимин, ну чего ты такой пессимист? — возмущается Тэхён, пока они пересекают столовую. — Тебе стоит попробовать… — Я не собираюсь ему на шею вешаться, — тихо чеканит Пак, перебивая друга. — Жил же девятнадцать лет без него как-то, вот и сейчас проживу… — Тэхён! — звонкий голос Чонгука останавливает их уже возле выхода. — Привет, — улыбается Тэ, целуя своего альфу в щёку. — У тебя есть ещё пары? — Одна, — кивает Чон, обнимая омегу за талию.       Они начинают о чём-то тихо ворковать, и это выглядит настолько «сладко», что Чимину хочется сквозь землю провалится. Но он стоит на месте. Стоит и отважно выдерживает пристальный взгляд холодных серых глаз. Пак чувствует это напряжение через всё помещение, но не может заставить себя прервать зрительный контакт. Не может даже пошевелиться. — Привет! — Чимин слышит звонкий голос рядом с собой и это помогает ему прийти в себя. — Извини, ты в порядке?       Слева от Пака стоял красивый омега. Высокий шатен с карими глазами и светлой кожей. Он неловко улыбался, то и дело переводя взгляд из одного места в другое. — Да, всё хорошо, — Чимин улыбнулся в ответ, радуясь тому, что наконец-то смог справиться с оцепенением. — Мы ведь не знакомы? — Нет, — качает головой шатен. — Меня зовут Ким Сокджин, я одногруппник Чонгука. — Меня зовут Пак Чимин, — отвечает омежка. — И я лучший друг омеги твоего одногруппника. — Очень приятно, — усмехается Сокджин, снова отводя глаза, словно боясь взглянуть на что-то. — Прости, просто я не очень комфортно себя чувствую рядом с этой парочкой. — Не ты один, — хмыкает Чимин. — Хотя я уже привык. — Ладно, в любом случае можешь передать Чонгуку, что я отдам ему его записи после этой пары? — просит Джин. — Без проблем, — кивает Пак. — Спасибо, до встречи, — улыбается шатен и напоследок бросает быстрый взгляд на столик в левом углу столовой. — До встречи, — кивает Чимин, удивляясь странному поведению этой омеги.       За тем столиком сидит Мин Юнги, но, кажется, Сокджин смотрел чуть правее.       Тэхён наконец-то прощается со своим альфой, и они с Чимином без происшествий покидают столовую. — Что это был за альфа? — спрашивает Пак, когда они оказываются в школьном коридоре. — Тот, что сидел рядом с Юнги. — Рядом с Юнги?.. — удивлённо тянет Тэ. — А-а… Это Ким Намджун. Одногруппник Мин Юнги. А тебе какое дело? Прощупываешь почву? — Ничего я не просчупываю! — Чимин пихает друга в бок. — Просто Сокджин странно смотрел на него. — Ты знаком с Джином? — недоумевает Тэхён. — Нет, я, конечно, понимаю, что когда вы с Чонгуком вместе, то ничего и никого вокруг не замечаете, но это чересчур… — качает головой Пак, изображая глубочайшее возмущение. — Мы же только что познакомились! — Ну тебя, — обиженно бурчит Тэ, впрочем, быстро оттаивая. — Джин — замечательная омега. Мы неплохо друг друга знаем, он ведь вместе со мной ходит в театральный кружок. — А причём тут Намджун? — уточняет Чимин. — Без понятия, но я тоже замечал за Сокджином странное поведение, когда рядом этот альфа, — рассуждает омежка, убирая короткую прядь за ухо. — Всё, что я знаю о Намджуне — это то, что он очень серьёзный, умный и красивый альфа. Пишет классные тексты и уже успел заключить контракт с известной музыкальной студией. Он почти так же популярен, как и Юнги. Но я никогда не видел Намджуна и Джина вместе. — Ясно, — кивает Пак, снова впадая в лёгкую (нет) апатию. — Не кисни, Чимин~а, — Тэ задорно улыбается, когда они заходят в студию. — У меня хорошие новости. — Вы с Чонгуком не выгоните меня на улицу мёрзнуть сегодня вечером? — саркастично интересуется Чимин. — Лучше, — Тэ игнорирует ответ друга и невозмутимо продолжает. — Старшекурсники сегодня собираются в доме Хосока и зовут кучу народа. Чонгука пригласили и разрешили привести нас с собой. — Я польщён, — бубнит Пак. — Это все хорошие новости? — Неа, — ещё шире улыбается Тэхён. — Чимин, соображай! Мин Юнги тоже там будет. Отличная возможность выяснить отношения! — Ага… — пролепетал Пак в ответ, чувствуя, как желудок исполнил сальто, а сотня бабочек (слонов) станцевала джангу где-то под рёбрами.