Ты прекрасна

      Я не появлялась в школе уже три дня и заедала свою огромную печаль мороженым. Всё повторялось. Вновь я ела в тёмной комнате и думала о своей судьбе.       Впрочем, пора заканчивать ныть. Я ж теперь не жирдяйка, и пора взять себя в руки.       Мама, увидев меня такой, перекрестилась и попыталась выгнать из меня демонов, чтобы они вернули мне мягкое и податливое тело. А вот фиг. Я не буду ни с кем целоваться — и у меня всегда будет прекрасно-идеальное тело.       С этим телом я удачно выйду замуж, рожу детей, но не буду ни с кем целоваться. Надеюсь, правило не распространяется на поцелуи в щёчку?       — Юна, к тебе пришли, — мама два раза стукнула в мою дверь.       — Кто? — спросила я.       — Я.       Бён Бэкхён увидел моё весьма прелестное лицо, измазанное в клубничном мороженом. Я попыталась вытереть всё это безобразие, но у меня ничего не получилось. Отлично, Чхве Юна, ты бесподобна!       — Убежала такая, ничего не сказала, вот же ж зараза маленькая, — Бён слегка нахмурился. — Так ещё и в школе отсутствовала. Учитель взбесился, сказал, что я явно тебя обидел. Так вот. Я пришёл принести тебе домашнее задание и печенье и поцеловать тебя. Как видишь, все вещи я принёс…       — Нет, мне нельзя целоваться! — сказала я.       — Почему это? Что, наша дорогая Сехунита наплела тебе, что за способность к похудению надо платить такую высокую цену — не целоваться?       Сехунита?!       — Что ты несёшь? — мои губы дёрнулись.       — Так ты не знала, что О Сехун — твой ангел-хранитель? — Бэкхён расширил глаза. — Ну ничего себе…       Я абсолютно ничего не понимала. Какой из О Сехуна ангел-хранитель? Бэк-и, ты, случаем, не обдолбался там?       — Да не бойся, из-за поцелуя ты не потеряешь внешность Го А Ра или Пак Шин Хе, кто тебе там ближе? — спросил Бён. — Просто давай поцелуемся.       — Нет.       — Тогда я пошёл, — он встал и нарочито медленно пошёл к выходу. — Не передумаешь?       — Иди уже! — я бросила в парня подушкой.       Блин. Вот чёртов мастер поцелуев Бён Бэкхён! Почему он заставил мои щёки покраснеть? Клянусь, в следующий раз я его покусаю!       А интересно, он вкусный?       Тьфу, Чхве Юна, совсем свихнулась на почве своих диет. Иди уже спи.       — Что, так и не хочешь поцелуев с Бэком?       Я стояла напротив… парня? С белыми волосами и в платье. В его руках была волшебная палочка, которую обычно покупают маленьким девочкам, за спиной — крылышки из пластмассы, а на голове был ободок с кошачьими ушками.       — Похоже, мороженое было лишним, — сказала я. — Торкнуло меня хорошо так.       — Да ладно тебе, Юна-я, — улыбнулся… фей?! — Совсем, что ли, меня забыла? Это же я, О Сехун.       О мой кот, пуленепробиваемый кирпич О Сехун улыбнулся! Вот его фанатки завизжат, когда узнают! Впрочем, о чём это я? Какого вообще чёрта мне снился чёртов О Сехун?!       — Сехунита, блин, — я прыснула со смеху. — О Сехун, это ведь ты?       — Я ж только что представился, глупая, — парень цыкнул языком. — Ладно, признаю, шутка не смешная. Короче, я пришёл к тебе с приветом, говоря, что солнце встало, или как-то так, так как я не помню стиха полностью, но не суть. Так вот, теперь ты можешь целоваться с любым парнем, с которым захочешь, и ты не потеряешь свою… сексуальную форму.       Я набросилась на него с кулаками, и Сехун упал, пытаясь защититься от ударов.       — Да что плохого в том, что я считаю тебя сексуальной? Ай-ай, Чхве Юна, мне больно! Ладно-ладно, прости!       — Так-то, — я встала на ноги. — Всё, я просыпаюсь!       — Нет, подожди, Юна!       Но в ту же секунду я проснулась. Перевернувшись на другой бок, я включила ночник и посмотрела на свои маленькие ладошки. Как всё же непривычно быть худенькой. Да, я стала красивее, но что-то не то…       На следующий день я всё же в школу пришла. Даже отсидела два урока. А потом ушла на крышу, где ветер колыхал мои волосы и юбку. Какой кайф…       — Привет, малышка, — чьи-то руки легли на мои плечи.       Так. Стоп. Чей это голос? Я не могла его узнать, это точно не голос моего знакомого!       Он развернул меня к себе — и я увидела лицо парня. Оно мне ровным счётом ничего о хозяине не говорило, и я хотела уже что-либо сказать, как он прижал меня всем своим телом к перилам и спросил:       — Поиграем, красивая малышка?       Его рука сильно сжала мою челюсть, я готова была уже заорать от страха, как дверь на крышу распахнулась и влетел Бён Бэкхён.       — Ты! Отошёл от неё! Кто ты вообще такой, чтобы лапать мою глупышку?       Парень резко отошёл от меня, а затем сорвал с моего пиджака бейджик с именем и кинул его с крыши. Я чуть не набросилась на него с кулаками, но меня опередил Бэк.       — Ах ты тварь! Как ты смеешь обижать мою девушку?!       Бэкхён и неизвестный мне парень дрались. За меня. Я чувствовала себя главной героиней какой-то дорамы…       В общем, парень свалил, чуть не навернувшись с лестницы. Бэкхён что-то прокричал ему вслед, свистнул, а потом, как истинный главный герой дорамы, провёл рукой по волосам, взглянул на меня исподлобья.       — Всегда находишь приключения на свой обворожительный тыл, — сказал парень, приближаясь ко мне. — Я только с драки, ты меня одаришь поцелуем?       — Да что ты пристал?! — вспылила я. — Я не хочу целоваться с тобой!       — А я хочу, — сказал парень. — Думаешь, для чего тебе дано такое тело?       Я хотела что-то ещё сказать, но Бэк впился поцелуем в мои губы.       Я почувствовала странную тяжесть во всём теле. Блуза затрещала по швам, лицо стало округляться, осиная талия превратилась в податливый кусок пуддинга…       — Что ты наделал?! — я отскочила от парня, с трудом удерживая наполовину разорванный пиджак на плечах. — Это ты и О Сехун виноваты!       И я, рыдая, вновь полная, как и была, убежала с крыши.