Сбывшиеся мечты.

      Гарри убирался в доме, как обычно, прибирая самые неприметные уголки. Миссис всегда была крайне придирчива к тому, что он делает, а потому малыш старался все довести до совершенства, чтобы не пришлось убираться второй раз.       Он аккуратно протирал фарфоровые вазы и статуэтки, бережно вытирал пыль с камина. Ему не были в тягость обязанности по дому, а когда его еще и не замечали в награду за проделанную работу, он был несказанно счастлив.       Взгляд Гарри упал на окно и он, затаив дыхание, чуть отодвинул в сторону штору, вглядываясь в то, что творится на улице. Смотреть в окно было для него настоящей редкостью, и для него это было самым настоящим подарком. Он вглядывался раз в каждый сезон года в окно и подмечал изменения, происходящие за пределами дома.        Сегодня не было ничего необычного. Как и прошлым летом большинство газоном были пожелтевшими и жухлыми, в отличии от сада Миссис, где он трудился круглые сутки. Этот сад даже фотографировали уже несколько раз для конкурсов и два раза он занимал первые места.       Вдруг мальчик наткнулся взглядом на сову и грустно улыбнулся. - Красивый подарок для него. Думаешь, долго проживешь?       Малыш спрашивал это у птицы, практически невесомо касаясь стекла. Он искренне желал, чтобы птица взмыла вверх и улетела. У всех игрушек сына Миссис была одна участь: быстрая смерть. И если с участью обычных игрушек Гарри смирился, то для живого существа подобного не желал. Тем более, она была такая красивая!       Вздохнув, он оторвался от окна и пошел убираться дальше в доме. Птица птицей, но Сэр потом сильно побьет его, если Гарри не успеет в срок. А тогда он потеряет сознание и кошмары снова настигнут его.       Чем больше Гарри не спал, тем сильнее был кошмар, который следовал после подобного воздержания. Гораздо реалистичнее и страшнее, а травмы сильнее. С каждым годом происходящее ночью обретало реальную сторону, что неимоверно пугало ребенка. Впрочем, тот нашел выход: направлял всю силу своих странностей на то, чтобы не засыпать как можно дольше. В итоге, каждые две недели он падал без сил, а на утро получал порцию побоев. Это стало чем-то вроде ритуала, традиции.       Малыш, закончивший уже уборку по дому и саду, решил приготовить праздничный ужин, который несомненно должен быть самым шикарным. Ведь у сына Миссис сегодня день рождения.       Гарри разложил продукты и тяжело вздохнул. Сейчас ему потребуется большая удача, чтобы успеть в срок, а затем скрыться на заднем дворе, дабы не мешать никому из присутствующих на празднике.       Из списка мальчик не успел приготовить только салат, который по его мнению не был особо нужен. Убрав на кухне и расставив тарелки на столе в гостиной, Гарри успел как раз к тому моменту, когда открылась входная дверь.        Привычным, незаметным движением, малыш выбрался в сад и устроился у живой изгороди. Здесь всегда было тихо и спокойно, а звуки из дома не долетали до мальчика. Так он не мучился завистью, а радовался тому, что есть лишний шанс поговорить с друзьями-растениями. - Знаете, - начал он, осторожно опускаясь на землю. - Сегодня я видел красивую птицу. По-моему, это была сова!       Растения не могли разделить восторга мальчика, но тот, привыкший жить в мире фантазий, просто представил себе их реакцию и слабо улыбнулся. Зеленые глаза искрились радостью, а руки пытались добавить тому образу, который он рисовал, красочности. - И я даже успел приготовить все вовремя.       Продолжал изливать тихую радость ребенок, чьим обществом были только молчаливые цветы. Они тянулись к нему в поисках влаги, а он принимал это действие, как желание прикоснуться к нему. Он наделял цветы тем, что хотел бы ощутить от людей и был счастлив, что получает хоть такое, вымышленное тепло. Ему было этого вполне достаточно.       Виноград снова потянулся к нему, но на этот раз на его отростки упало письмо, которое тут же взял в руки мальчик. Малыш с интересом принялся его рассматривать. На письме была затерта его фамилия, если быть точнее, то заляпана грязью, но Гарри не обратил на такую мелочь внимания. Повертев еще немного письмо и разглядев его со всех сторон, малыш нерешительно развернул его.       И тут же ощутил непередаваемую эйфорию. Это было словно... Словно... весь мир наполнился невиданными до этого красками. Все приобрело отдельный оттенок, краски стали насыщеннее. Казалось, весь мир изменился от фразы, которой начиналось письмо.       Мальчик нервно потирал края бумаги, пытаясь заставить себя читать дальше. Но в голове билась мысль, абсурдная, для него, но... Такая желанная! Он так ждал ее, так надеялся... - Быть не может... - прошептал малыш, с чумной улыбкой прижимая письмо к груди. - Да быть не может...       Потянув время, он с опаской взглянул еще раз на письмо, а затем раскрыл его и углубился в чтение. По мере того, как он читал дальше, улыбка меркла, а свет в глазах сменялся обычной пустотой, которая была неизменным его спутником.       В письме говорилось, что он, Гарри, волшебник, а так же то, что он зачислен в школу волшебства с рождения. Вот только дальше шел перечень того, что следует купить. Список был не такой уж и маленький, а у Гарри, имевшего у себя неимоверное сокровище в пять фунтов не было денег купить даже бумагу, на взгляд мальчика.       Дочитав до конца, Гарри грустно и растеряно улыбался. Мечта, мелькнувшая на горизонте, махнула хвостом и исчезла, оставляя после себя болезненную рану, которая царапала душу изнутри. Мальчику казалось, что его душа превратилась в розу и теперь ранит его изнутри острыми шипами.        Гарри посмотрел в конец письма, где было указание о том, как написать ответ. Вздохнув, малыш, скрепя сердцем, написал четкий и лаконичный ответ. Попросив виноград вынести письмо за ограду, он направился в дом, скользнув в чулан.        Следующей ночью Гарри закрывал глаза, очень сильно, до звездочек в глазах. Периодически он открывал их и смотрел в потолок. В руке он сжимал письмо, которое было адресовано только ему. В сердце трепетало робкое "быть может ... Я кому-то нужен?"       В письме, на его ответ "Благодарю за приглашение, но откажусь, потому что не имею денег.", значилось: "Не переживай на этот счет. Вскоре ты узнаешь, что зря волновался по этому поводу, мальчик мой. Альбус Дамблдор, Директор школы Магии и Волшебства Хогвратс."

***

      Гарри тяжело дышал, пытаясь прийти в норму и заставить себя глядеть в сумрак чулана, не закрывая глаз. Сегодня он допустил промашку и уснул. Очередной плохой сон, очередной кошмар, который сложно было пережить. Малыш не кривил личико, просто молча лежал и плакал.        Перед глазами все стояли руки, загнившие, разложившиеся на половину. С них падали на пол странные белые червячки с кусочками плоти. Гарри ощущал противный запах разложения, но уже настолько привык к нему, что даже не поморщился тогда. Он практически обрадоваться успел и сесть на пол, как вдруг руки стали тянуться к нему.       А он не мог закричать и позвать на помощь.       Сейчас малыш понимал, что звать было некого и никто бы не пришел, но так хотелось... Чтобы хоть кто-нибудь...        Перед глазами замелькали картинки из последнего сна.       Вот руки тянуться к нему, практически дотрагиваются до него. И среди тьмы выныривает голоса с пустыми глазницами, из которых вытекает что-то тягучее. - Убийца... Ты стал причиной нашей смерти... - Убийца... - Убийца... Ты убийца!        Шелестел вокруг хор голосов, а мальчик тем временем уже не мог сдвинуться с места. От отчаяния он глянул в низ и обнаружил, что его держит за ноги куча мертвых тел. И к нему еще приближаются новые тела.       Как по волшебству, комната стала освещаться противным светом, который давал возможность увидеть только тени, очертания, самые противные черты разлагающегося существа, но только не окружающее пространство. Оно тонуло во мраке и погружало туда же Гарри.       Он не сразу понял, что опускается куда-то. Только в тот момент, когда оказался по колено в каком-то болоте. Тут запах усилился на столько, что он не выдержал рвотного позыва. Кажется, существ это раззадорило и разозлило одновременно. Они стали быстрее приближаться к нему, и когда самые дурно пахнущие тела оказались поблизости "героя" магического мира, он был уже по грудь в странном водоеме.       Поттер с содроганием вспомнил, как его касались ледяные руки и каждый обвинял в своей смерти. А потом  еще обзывал, и сулил, что он никому не будет нужным. Пожалуй, последнее было для мальчика особенно болезненным.       С грустной улыбкой поднявшись, он провел влюбленным взглядом по полке со своими сокровищами и вытащил из-за пазухи письмо.  - Наверное, я так расплачиваюсь за тебя. - пробормотал он и погладил краешек.       Откинувшись на стену, он занял сидячее положение, и стал во второй раз разглядывать письмо. Открыть снова он еще не решился, хотя и прошло около недели. Мальчик решительно не знал, как поступить. Вдруг, после того, как он откроет письмо, текст там будет совершенно другой?       Вздохнув, он решился. - Так вот, значит как... - прошептал он, смотря горящим взглядом в окошко двери, - Я и в правду маг!       От наслаждения он даже зажмурился до звездочек в глазах. Это... Это ведь было так невероятно! Одно дело верить в то, кто ты есть, а другое - знать это. Да и настоящая магия, обучение, а еще... Еще! Если быть чуть смелее, ну, совсем капельку! То, возможно... - У меня будут друзья, - практически одними губами произнес Гарри, точно боялся, что спугнет такую возможность.       Вздохнув, он определил, что уже достаточно рано для того, чтобы выйти в сад и убрать последствия ночного дождя. Если он постарается, то еще успеет приготовить тот пирог, который так хотела Миссис.       Раз он теперь волшебник, которому нужно многое к учебе, нужно попытаться найти общий язык с этой семьей. И начинать стоит с той, которая всеми тушами заправляет.