Леди Макбет

Ни один человек не может стать более чужим, чем тот, кого ты в прошлом любил. Э.М.Ремарк «Триумфальная арка»

— Хей, солнце, как ты? ЙеРим заходит в палату подруги, прикрывая за собой дверь, в надежде что её «мать» не ворвётся сюда со скандалом. А сонная Сильги, не спеша тянется на кровати, расплываясь с приветственной улыбке. — Кошмары не снились и на этом спасибо. — Ну понятное дело, с таким-то защитником под боком. Кстати, а где он? Подруга вопросительно кивает в сторону пустого дивана. — Ушёл ещё полчаса назад. Дале… ЙеРим присаживается на стул рядом и проходится по брюнетке изучающим взглядом. — Как живот? Очень болит? Швы не разошлись? Может что-то прине… — Остановись, прошу, мне хватило утреннего допроса от доктора и медсестёр. Давай лучше расскажи мне что-то интересное. Например куда ты исчезла ночью перед выступлением, а? Подруга немного замялась от неожиданного вопроса, но не стала медлить с ответом. — Не поверишь кто мне пьяный в стельку звонил ночью. — ЙеРим кривит лицо показывая эгьё* и тянет писклявым голоском, — Пак Чимин собственной персоной. И звонкий смех Сыльги разлился по палате. Так как Ким, не умел кривляться никто. — И я вообще в шоке, что у него ещё мой номер остался. Продолжила она. Несмотря на шутки подруги, Сыльги немного бросило в жар от хлынувших воспоминаний о последней встрече с Чимином. Тогда не то что не было смешно, было больно и отчаянно. До слёз. — Просил забрать его…даже вспомнил, что мы с первого класса за партой сидели. Говорил что я буду прекрасным врачом. Даа, Пак Чимин всегда знал, что хочет услышать девушка, не важно в каком он состоянии. — В итоге, я привезла его домой и так устала, что устала там же. А проснулись мы в обнимку, безумие правда? Что-то кольнуло в груди. Ревность? Невозможно… Кан натягивает на лицо счастливую (?) улыбку. — Ох, неужели. Надеюсь у вас таки что-то получится. ЙеРим перевела взгляд на свои руки и загадочно улыбнулась. Даже не загадочно, горько, очень горько. И всё же взглянув подруге прямо в глаза ответила: — Нет, не получится. После того что он сделал с тобой, я не смогу смотреть на него по другому. Да и увидев его в таком состоянии, меня немного отпустило. Образ идеального Пак Чимина треснул по швам. Думаю я наконец повзрослела и сняла эти розовые очки. Найду себе кого-то получше. Сыльги не сдерживается и таки пускает слезу. Она тянет к Ким свои руки и заключает её в объятиях, нашёптывая ободряющие слова: — Думаю это лучший итог к которому ты могла бы придти. Ты молодец что всё-таки отпустила. А я похоже нет…

***

Спустя час бессмысленной болтовни, ЙеРим покинула палату подруги с словами: «Если я не прийду на Патанатомию, то профессор Мин вспороть мне кишки.» Через час, медсестра принесла обед, но аппетита как такого не было. Кан уставилась, на своё отражение в гороховом супе и перематывала в голове разговор с подругой. Пак Чимин. Пак Чимин. Пак Чимин. После всей той боли, как вообще можно думать о нём? После такого дерьма прощают лишь влюблённые или мазохисты. Первое точно нет (нет?). Тогда, она что, похожа на мазохистку? О нет, она и есть мазохистка, самая что не есть настоящая. Да, у них вроде налаживаются отношения с Тэхёном, но между ними ещё пропасть. Такая большая и глубокая, сколько ещё нужно времени чтобы заполнить её? А поможет ли это время вообще? А Чимин, ближе, но от этой близости одна лишь боль. И больно обоим, кому физически, а кому морально, не важно. Они уничтожают друг друга. И эти игры стоит уже прекратить. А стоит ли? Слишком сложно… Из затяжных раздумий Сыльги вырывает стук в дверь палаты. Неужели Тэхён так быстро вернулся? Как не вовремя. — Тук-тук, можно? В дверном проёме застыло до боли знакомое лицо, лучше бы это был Тэхён. — Ч.что ты тут делаешь? Женщина, чьё имя Кан уже который год пыталась забыть, проходит вглубь палаты и усаживается в своём элегантном, определённо не дешевом, пальто на стул возле кровати. На её идеально уложенных волосах проступала еле заметная седина, лицо украшала пара мелких морщинок, наверняка она пыталась их скрыть с помощью ботокса и прочих дорогостоящих процедур. Но как говорится: «Время никому не подвластно». — Я была тогда на премьере «Леди Макбет» и видела весь тот ужас, что произошёл с тобой. Всё так быстро произошло, что я не успела сориентироваться. Но благо этот милый парниша — Пак Чимин, кажись он был вашим одноклассником с ЙеРим, сказал мне в какую больницу тебя повезли. Чёртов Пак Чимин, когда ты уже научишься различать сто хорошо, а что плохо… — Я рвалась к тебе в палату всю ночь, но эти глупые врачи не впускали меня. Не поверили что я твоя мать, представляешь. Она попыталась тепло улыбнуться, но весь этот спектакль уже надоел Сыльги. Она громко рассмеялась и откинула столовые приборы, так и не дотронувшись до обеда, кажись у кого-то истерика. — Мать? А с чего они должны были тебе поверить? Насколько я помню, ты отказалась от меня и оставила на попечительство отцу. У тебя даже нет никаких родительских прав на меня. Да и сколько лет мы не связывались? Пять, шесть? С чего Я должна верить, что ты моя мать? СоЁн немного замялась и опустила глаза в пол. Неужели она чувствует вину? Что-то слабо верится. — Я понимаю, ты злишься, но я была вынуждена уйти. Твой отец…он испортил мне жизнь, а я нашла мужчину который смог вдохнуть в меня новую жизнь. И…и он кстати владелец этой больницы, один звонок и тебя переведут в новую палату, только по… Не в силах слушать это дерьмо, Сыльги схватилась за тарелку с супом и выплеснула содержимое женщине в лицо, прерывая её душераздирающую речь. В палате повисла тишина. Да как она вообще может говорить о деньгах в такой момент? Она даже не пыталась извиниться за причинённую боль, пытая откупится. Мать? Это определённо не о ней. — Да ты хоть знаешь что спустя год как ты кинула нас, отец умер? И я осталась одна…да меня бы забрали в детдом если бы не родители ЙеРим! Кан уже сорвалась на крик, не обращая внимание не собственные слёзы которые на раскрасневшемся лице. Она отшвырнула поднос с посудой разбивая всё содержимое о стену. На что женщин подскочила со стула и перевела испуганный взгляд на Сыльги.  — Какая ты к чёрту мать?! Ты эгоистичная сука, которую можно купить помахав пачкой денег перед носом! Да я тебя ненавижу, презираю! Подавись своей ВИП палатой! Мне от тебя ничего не нужно! На шум и крики, в палату прибегают медсёстры, немного оторопев от увиденного, они всё же уводят СоЁн чтобы отмыть от супа. — И не смей больше сюда прихо… Не успела она закончить свою гневную тираду в сторону матери, как другая медсестра вколола ей успокоительное в плечо. Сыльги пыталась бороться со сном, но веки начали предательски опускаться. — Ненавижу… Было последним, что она успела прохрипеть перед тем как провалится в крепкий сон.

***

Проходит неделя больничного режима. Горе-мать таки послушала брюнетку и больше не являлась ей на глаза. Может она и пыталась заглянуть, но врачи строго настрого запретили ей появляться, боясь за ментальное здоровье пациентки. Они уже думали отправить её на сеансы к психологу, но ЙеРим смогла их переубедить объясняя всю историю их отношений с матерью. За что Сыльги была сильно благодарна подруге, потому что она бы точно не выдержала если бы ещё кто-то начал копаться в её голове. Слишком много болезненных воспоминаний там завалялось, которые ей никак не хотелось проявлять на свет, снова… Благодаря ежедневной дозе снотворного, Кан перестали мучать кровавые кошмары, из-за чего ей не очень то и хотелось выписываться из больницы. Часто навещавший Тэхён сообщил, что профессор Ким Намджун перенёс последующие выступления ещё на неделю, оставляя место Леди Макбет за Сыльги. Как оказалось, людей настолько взбудоражил неожиданный конец пьесы и ужасающие статьи в газетах, что билеты были раскуплены в мгновении ока. Сумасшедший народ, им только хлеба и зрелищ подавай.

***

— Ну что же, поздравляю тебя с выпиской. Улыбающийся Тэхён вручил брюнетке небольшой букетик цветов и придержал дверь машины, пока та садилась в неё. Парень вызвался отвезти её домой, оправдываясь тем что, такси — пустая трата денег. А Сыльги не очень то и сопротивлялась. Ехали они в полной тишине, но она не казалась неловкой, а скорее приятной и нужной. Им было комфортно рядом даже без слов. Приехав домой, Ким помог ей подняться до квартиры и донести все вещи с больницы. И вот он стоит в дверном проёме, Кан безусловно тонет в его шоколадных омутах и уже тянется к нему за поцелуем, но тут же одёргивает себя. — Что-то не так? — Я кое-что вспомнила…я думала об этом всё время как лежала в больнице. И поняла, пока мы с тобой не расставим все точки над і мы не сможем стать ближе. Я хочу всё по честному. Ты только выслушай меня до конца. — Ты меня пугаешь Кан Сыльги. Он тянет невинную улыбку, пытаясь скрыть волнение, но всё четно, голос предательски задрожал. — То, что…то что Чимин сказал тогда в клубе, это…правда. Я спала с ним и солгу если скажу, что мне не понравилось…там всё так запутано. — Ким громко глотает образовавшийся ком в горле и опускает взгляд в пол. Он так боялся услышать именно эти слова. Но перебивать девушку не пытается. — Ты хороший, да что уж там, ты шикарный парень Тэхён. И ты нравишься мне очень. Но пока я не разберусь со своими чувствами и отношениями с Чимином, не могу ничего обещать. Да и мы пока никто друг другу, ты сам это прекрасно знаешь, я ничего о тебе не знаю, о твоей истории, твоей семье, друзьях. А ты почти ничего не знаешь о мне. Мне нужно время Тэ… Шатен всё же смотрит в, уже красные, глаза Сыльги. Он тянется руками к её лицу и касается своими горячими губами лба девушки. — Делай как знаешь. Разворачивается и направляется к ступенькам кидая напоследок: — Репетиция семнадцатого, не забудь. Кан закрывает за собой дверь и опускается по ней прямиком на пол, срываясь на плачь. — Я нен…ненавижу теб.яяя… Пак Чимин.

***

А от того ни слуху ни духу с того самого момента на премьере. Будто испарился, впервые парень сделал так, как его просили (как не вовремя) — начал жить своей жизнью. В которой как оказалось Сильги нет. Или… На часах 2 ночи. Кан просыпается от звука входящего смс: «Нужно поговорить. Жду тебя на пятом мосту у парка Апчон. Чимин» Ещё минут пять девушка пытается сфокусироваться на чёрных буквах на ярком экране и дочитав смс, резко подрывается с кровати. На счастье у ЙеРим сегодня ночная смена в больнице (сумасшедшая, ещё не закончила универ, а уже убивает себя практикой), Пак будто знал, чтобы никто не смог остановить эту глупышку к нему на встречу. И она снова летит в этот омут с головой. Правильно ли вообще всё это? Да какая уже разница, ей нужны ответы. — О чём будем говорить? Она стоит в метре от него, боясь подойти ближе, будто он может сделать ей больнее. Больнее уже невозможно, наверное. А Пак стоит на берегу, такой одинокий, плечи опущены, а взгляд направлен куда-то в реку, лёд тронулся, скоро весна. — Пива? Не оборачиваясь, он уверенно протягивает уже открытую бутылку. Ни секунды раздумий, Кан подходит ближе, и принимает угощение. В последнее время, она сильно пристрастилась к алкоголю. Много снотворного после больницы вредно, а снова видеть кошмары она не хотела. Припадая губами к горлышку, брюнетка наблюдает за течением реки, так и не осмелившись поднять взгляд на Чимина. — Как твоё здоровье? Хорошо всё срослось? — Да вроде, жить буду. — Это Венди. — Что? — Не притворяйся дурой, мы оба знаем, что это она подкинула тебе настоящий нож вместо бутафории. Кан нервно сглотнула. Откуда он? — Почему ты не сказала? Почему не обратилась в полицию? Ты ведь могла…умереть. Сыльги иронично хмыкнула, волнуется, гаденыш. Но и это мести она тоже успела подумать. В больнице было предостаточно свободного времени. — Таких как она публичное правосудие не исправит. Я приготовлю для неё особый урок. И в этот момент уже Пак повернулся в сторону Сыльги. Её лицо озарила игривая улыбка. Она не собиралась прощать Венди и кинуть «случайно» на эту ситуацию. Просто руки к ней ещё не дошли. Ведь есть дела поважнее. Кстати о них: — Но ты ведь не об этом хотел поговорить, верно? Блондин опускает взгляд на свои ботинки и молчит. Минуту, три. Но Кан готова ждать, не зря ведь она в два ночи сорвалась сюда. Ей нужны ответы, хоть какие-то. — Я…я правда пытался забыть, забыть тебя и всё то дерьмо что было между нами. Знакомился с новыми девушками, да что там, даже к ЙеРим начал подкатывать. Кан картинно закатила глаза, хорошо что ЙеРим оказалась умнее своей подруги…намного умнее. — И знаешь. Ни хрена…ни хрена не получилось, мои мысли лишь о тебе. Не знаю что это, но ты мне нужна. Их взгляды пересекаются, в них столько боли, столько грусти. Но не более. Этого мало. Всегда будет мало. Сыльги не разрывая зрительного контакта допивает своё пиво и отбросив бутылку в сторону, притягивает блондина за шиворот впиваясь в его замёрзшие губы. Пак на секунду растерялся, но тут же взял ситуацию под контроль, обвивая талию девушки руками и врываясь языком к ней в рот. Поцелуй вышел мокрым, громким и скомканным. Чимин не стал медлить и потянувшись своими ловкими пальчиками к застёжке, расстегнув куртку девушки, одним ловким движением, пробрался под свитер, к горячей коже, которая тут же покрылась мурашками. Толи от холода, толи от возбуждения, одному Богу известно. Ещё мгновение и брюнетка разрывает поцелуй и отталкивая парня, громко смеётся. — Да вот что тебе нужно. Что, никто не дает, решил трахнуть самую легкую добычу? А я надеялась услышать что-то новое… Какая же она дура. Правда поверила во всю эту хрень с откровениями у реки Хан? Идея украдена из типичной дорамы, Пак Чимин. Не оригинально. Чимин, нервно отдёрнув край куртки, облизал уже распалённые губы и посмотрел Кан в глаза. — Да причём тут это. Знаешь сколько девушек готово раздвинуть передо мной ноги. Но после того раза в кабинете, у меня встаёт только на тебя. И что мне с этим делать? Как дальше жить? Господи, идиотка. Какие к чёрту чувства, Кан Сыльги проснись. Он думает только одним местом. — Что за чушь? — Не веришь? На проверь. Блондин кивает на бугорок ниже куртки, корча страдальческую мину. Не выдержав этого спектакля, Кан хватает Пака за его, уже налившееся кровью, достоинство, вырывая из его уст тихий стон и шепчет: — Ну тогда, пока не полюбишь меня, никакого секса, Пак Чимин. И резко отпуская того уходит к чертям с этого пляжа. Детский сад, ей Богу. — Так я люблю тебя, неужели ты не почувствовала? Кричат ей в ответ, на что Кан лишь нервно смеётся. Да, Сыльги определённо не хватало такого вот несерьёзно-серьезного Пак Чимина, который перевернёт всё с ног на голову и запутает этот клубок пуще прежнего. Теперь она уже жалеет, о том, что отказалась от предоставленного психолога в больнице… *Эгье - милое личико, такой прием часто используют айдолы для фансервиса. Лично я люблю эгье^^