Ты красивый

      Тихо шелестят за окном листья, от ветра развиваются тёмные шторы, и не слышно гула машин. Юнги смотрит на спящего юношу, пробегается взглядом по красивому лицу, спускается ниже и разглядывает, как маленькие пальчики сжимают одеяло. Эта ночь кажется долгой, мучительно долгой. На соседней кровати спит Хосок, и Юнги бесшумно целует Чимина в лоб и выходит из комнаты, ещё раз обернувшись.       Тренировка была отменена. Юнги с Чимином после всего вернулись в танцзал, но Тэхёна так и не было. Телефон его был не при нем и от каждого звонка бесшумно вибрировал в джинсовой куртке. Прошёл час, следом второй, а юноши так и не было. Решено было разойтись.       В общежитии Тэхёна тоже не было. Ребята разместились на диване в ожидании хоть каких-либо новостей. Спустя часа два, а, может быть, и больше, позвонил менеджер и сказал, что Ким вернулся. Со спокойной душой все разошлись спать.

***

      Душа Тэхёна была нежной, доброй, но истерзанной болью. Он всегда смотрел на Чимина с самой первой их встречи. Пак был милым, пухлощёким, румяным ребёнком и привлекал к себе большое внимание взрослых. А его талант был непостижим, ведь мальчик поступил в школу искусств с самым высоким баллом по своей специальности. Тэхён же хотел просто поступить, заниматься тем, чем ему действительно хотелось, и просто наслаждаться жизнью в обществе столичных ровесников.       Они были в одном классе. Тэхён всегда смотрел на Чимина с нежностью и любовью во взгляде, ведь на такого ребёнка нельзя смотреть сердито. Ким очень хотел подружиться, но подходя ближе, ретировал со смятением. Он никак не мог заставить себя подойти и хотя бы поздороваться.       Чимин заметил Тэхёна тоже. Он видел, как тот смотрит, буквально испепеляет взглядом, прожигает насквозь. Пак выжидал момента, когда Ким сам к нему подойдёт, но, не дождавшись, представился первым.       Первый их разговор был полон смущения и стыда, потому что Чимин повторял одни и те же фразы, забывая, что говорил это пару минут назад, а Тэхён заикался и не мог остановить смех. Они обменялись номерами и продолжили общение, ни о чем не жалея.       Тэхён всегда смотрел на Чимина. Как тот улыбается лисьими глазами, как смеётся, как появляется ямочка на его щеке, как он машет маленькой ладонью, как жестикулирует и как танцует. За танцами Тэхён любил наблюдать больше всего, ведь Чимин прекрасно контролировал своё тело, он изгибался в нереальных позах и повторял раз за разом ужасно быстрые цепочки движений. Он делал плавные волны всем телом и стрелял глазами в отражение Тэхёна в зеркале.       Ким влюблён. И понял он это прежде, чем дебютировал в составе группы. Именно он так рьяно убеждал продюсера, что Чимин необходим. Тэхён всё также смотрел на Пака, но теперь они были куда ближе.       Тэхен любит нежно, спокойно, платонически. Ему достаточно было, что он может просто завалиться в кровать к другу и выпотрошить всю душу наизнанку. Но в последнее время что-то пошло не так. И закончилось для юноши худшим концом из всех. Чимин влюблён в Юнги.

***

      Тэхен плетётся ранним утром по улочкам между домами в районе, в котором никогда не был раньше. Юноша не следит за тем, куда он идёт, он просто бредёт прямо и поворачивает, если дорога заходит в тупик. Мысли его путаются, и только вчерашнее воспоминание вновь и вновь прокручивается в голове, воспроизводит стоны так, будто это происходит прямо сейчас. Ким не видел процесс, только слышал, как звонко стонал Чимин. И это больно пронзает его сердце, зажимает грудь так, что сложно дышать.       Слезы его уже давно высохли, нос все ещё заложен, а горло саднит. Тэхён плетётся, пока не натыкается на пивнушку, где, не заботясь о своём имидже айдола, выпивает. Он возвращается домой через пару часов, пьяный еле соображающий. На пороге его встречает Джин и сразу же укладывает на кровать без каких-либо вопросов. Тэхён засыпает.       Джин возвращается на кухню и заготавливает продукты на похмельный супчик хэджанкук, ведь у младшего Кима после сна обязательно будет болеть голова. Он режет говядину соломкой, измельчает чеснок, нарезает кимчхи, шинкует капусту и зелёный лук, затем собирает все в одну кастрюлю и варит. На запах из комнаты выходит заспанный Намджун. — Вкусно пахнет, хён, — говорит юноша. — А почему ты решил что-то приготовить? — Тэхён вернулся пьяный, — констатирует Джин. — Правда?! — восклицает Намджун. — Он же не пьёт обычно. — Что-то случилось, я полагаю. — Тогда мне стоит поговорить с ним после того, как он придёт в себя, — говорит младший и покидает кухню.       Сокджин хмыкает в ответ и продолжает готовку.

***

      Чонгук лежит, развалившись, на своей постели и думает. Он видел, как Джин тащил Тэхёна в его комнату, и последний явно был не в лучшем состоянии. Чон прокручивает в голове моменты, когда ему было плохо и хотелось чьих-либо объятий, и решительно направляется в комнату старшего.       Свет не горит, Тэхён лежит на кровати и сопит. Макнэ пробирается на носочках к кровати и бесшумно садится. Он рассматривает мягкие черты лица, а затем аккуратно вынимает подушку из рук Кима и ложится вместо неё, позволяя старшему обнять себя. Они лежат непозволительно близко, и сердце Чонгука заходится в бешеном ритме. Он даже старается не дышать. Тэхён шевелится и медленно открывает глаза. — Чонгук-щи?.. — проговаривает юноша, потирая глаза пальцем. — Что ты тут делаешь? — Я подумал, что тебе плохо, поэтому и пришёл. — Ты такой милый... — протягивает Ким, улыбаясь, но тут же хмурясь. — Ай, моя голова... — Похмелье? — спрашивает Чонгук. — Да. — Джин-хен готовил что-то, я думаю, для тебя, — говорит юноша. — Было бы здорово, — отвечает Тэхён и встаёт с кровати.       Чонгук следует за старшим на кухню, переводя дыхание. Он не думал о том, что простые объятия могут быть так волнительны. Младший теребит руками край футболки и обтирает об неё вспотевшие ладони. Тэхён, как только проснулся, заметил странное поведение макнэ. И сейчас, стараясь незаметно поглядывать на юношу, он замечает его волнение. — Что-то не так? — Ким останавливается перед выходом в зал и оборачивается, заставая Чонгука врасплох.       Юноша старается не смотреть старшему в глаза, оглядывая помещение на предмет, на который можно смотреть, но не находя подобного, просто смотрит в пол. Он кусает свои губы и сжимает пальцами футболку, совершенно не зная, что сказать. Чонгук молчит, и напряжение растёт. — Почему ты такой взволнованный? — спрашивает Тэхён. — Я... — запинается Чон, — я не знаю, хен. Такое со мной впервые. — Оу, — вырывается из уст старшего. — Тогда тебе стоит пойти освежиться, — и хлопает его по плечу.       Чонгук разворачивается на девяносто градусов и идёт прямо, не глядя на дорогу, будто робот по заданной траектории. Тэхён смотрит ему вслед и не понимает, что произошло, но его голова так болит, что ему не до этого. Он плетётся на кухню и застаёт там Намджуна, уплетающего за обе щеки суп.       Намджун замирает, в голове его проносятся будто тысячи мыслей, сбиваясь. Он тупит взгляд в тарелку и боится даже пошевелить ложкой. Он думает и в то же время нет. Тэхён подходит к плите, где стоит кастрюля, и наливает себе немного супа, решаясь начать разговор первым. — Где хён? — Уехал на занятие по вокалу, — отвечает ему Намджун. — Он приготовил этот суп для тебя, потому что волновался. — Но его ешь ты. — Только потому, что ты спал, — оправдывается старший. — И вообще, ты был пьян и спал, так что будить тебя не было смысла. — Ты прав... — тянет младший и садится за стол. — Тэхён-щи, почему ты... — юноша пытался подобрать правильные слова. — Выпил? — помогает Тэхён. — Да. Что-то случилось? — Намджун поднимает снисходительный взгляд и внимательно смотрит в глаза. — Я влюблён в Чимина, — на одном дыхании выговаривает юноша. — Но он уже с Юнги, я не в праве мешать его любви. Но мне так плохо, хён! Моё сердце разбито на тысячи осколков, как бы сильно я не утрировал, но это правда.       В глазах Тэхёна собираются слёзы и наровятся скатиться по щекам, голова болит так, будто её сжимает кто-то или что-то очень сильно. Намджун молчит. Он просто не знает, что на это сказать. Впервые он сталкивается с подобным.       Однажды Хосок заикнулся о влюбленности Юнги в Чимина, да и сам Юнги позже коротко об этом с Намджуном поговорил, заставляя его задуматься. Ким не беспокоился об ориентации друга совершенно, об отношении к этому фанатов, ведь они непременно примут правду, но больше всего его беспокоило отношение Чимина к этому и возможные ссоры в группе тоже. И если в первое время всё начиналось плохо, то сейчас все закончилось хорошо. Но настигла другая проблема - Тэхён. — Тэ... — тянет юноша, — только не вини себя в том, что не успел. Чимин видит во всех нас своих друзей и братьев, и возможно именно в Юнги он видит кого-то иного. Я правда не смею говорить об этом уверенно, но мне кажется, даже если бы ты признался, Чимин бы не ответил взаимностью. — Я понимаю это, — шепчет младший. — Я как-то ему намекнул, но он все в шутку перевёл. Мне ужасно плохо, хён. И хочется покончить с жизнью... — Ты не прав, Тэ, — Намджун опрокидывает ложку в тарелку. — Любовь сложная, я не отрицаю, но разбитое сердце - не повод так убиваться. Ты переживёшь это, я знаю. Чимин любит тебя несомненно, и ты также люби его. Обязательно найдётся тот, кто полюбит тебя, даже те фанатки. Очень милые девушки. Может, тебе хотя бы одна понравится. — Хён, ну какие фанатки... — мимолётно улыбается юноша. — Они же Арми, как я могу их очернить. — А ты люби так, чтобы наоборот их осветить.       И они улыбаются друг другу, тянутся за ложками и синхронно начинают есть.       Тэхёну легче, и плохие мысли его уже почти не терзают.

***

— Минни... — подзывает Юнги, — сядь на коленки. — Зачем, хён? Это смущает... — младший прикрывает лицо ладонями и жмётся у дивана. — Я хочу тебе кое-что показать, подойди. — Ну, хён! — скулит юноша. — Да, да, — говорит старший и хлопает ладонями по коленям.       Чимин медленно с осторожностью подходит и аккуратно усаживается на чужие колени спиной к собеседнику. Юнги обвязывает его глаза шарфом и кротко целует в открытую шею. Младший ждёт, затаив дыхание, и вдруг начинает играть песня, которую они вместе со старшим записывали. Разливается нежная мелодия, Мин зачитывает рэп, а припев поёт Пак, создавая полную музыкальную гармонию. — Правда, хорошо получилось? — спрашивает Юнги шёпотом.       Чимин дрожит под чужими прикосновениями, шумно выдыхает, когда ему шепчут на ухо, и трется ягодицами о чужие бёдра. — Минни... — тянет старший, — ты возбуждён?       А юноша стонет, хватаясь за чужую ладонь на бедре и откидываясь спиной на грудь. Юнги лениво водит ладонью, едва касаясь паха, шепчет очередные бредни на ухо и упивается чиминовыми стонами. Он признаётся себе, что голос донсена - лучшее, что он когда-либо слышал. Он с нежностью вспоминает их первую встречу, вспоминает пухлощёкого мальчика и понимает, насколько всё изменилось. — Это было прекрасное время, проведённое с тобой, — говорит Юнги и снимает шарф с глаз. — Я не жалею, что пришёл сюда и встретил тебя. — Слишком сладко, хён, — улыбается Чимин и целует возлюбленного.       Они лениво целуются и ласкают друг друга, постанывают и скулят, медленно раздеваются и стонут. Чимин самовольно опускается на пол и прижимается пухлыми губами к головке, заставляя Юнги запрокинуть свою голову назад и дрожать под умелыми действиями. Пак целует головку, ствол, перебирает в ладонях яички и заглатывает член полностью, пропуская в глотку и создавая ею приятные вибрации, отчего Мин дёргается и преждевременно кончает. — Ого, хён, неожиданно, — удивляется младший, глотая белую жидкость и вытирая остатки с губ. — Это было слишком. Минни, ты где учился? — подозрительно сощуривает глаза юноша. — В интернете, — хмыкает Пак и привстаёт с пола. — Достань презерватив в левом верхнем ящике, — приказывает Юнги и избавляется от одежды полностью. — С каких пор они у тебя там лежат? — Всегда, — пожимает плечами. — А зачем они нам вообще? — спрашивает Чимин. — От всякой заразы. И нам бы лучше сходить к врачу, ну так, на всякий случай, но это потом.       Юнги позволяет Чимину позаботиться об контрацепции и самому управлять процессом вообще, а тот только и рад. Младший осторожно насаживается на плоть и благодарит себя за то, что в душе заранее себя растянул. Он даёт себе время привыкнуть, целуя возлюбленного, и начинает медленно двигаться. Он задаёт средний темп и продолжает движение. Юнги без остановки целует Пака, оглаживает его бока и до боли сжимает ягодицы, помогая глубже насаживаться, а второй рукой с той же скоростью ласкает член. — Хён! — стонет младший и останавливается. — Давай лучше на диване.       И Юнги, повинуясь просьбе, подхватывает Чимина и несильно бросает на диван, прижимается к нему и вытирает пот со лба, целуя и возвращаясь к процессу. И после нескольких толчков кончает в презерватив, а затем помогает и возлюбленному закончить. — Хён, — выдыхает Пак, — это же будет продолжаться всегда? — Что именно? — Любовь. — Конечно, Минни, мы будет всегда вместе, — сладко улыбается Мин.

***

      Джин срочно собирает всех в зале, и все бегут занимать места, потому что перечить старшему хёну не могут, да и накопилось всего, есть что рассказать. — Знаете, для чего я вас тут собрал? — оглядывает присутствующих Сокджин и замечает на себе вопросительные взгляды. — Все мы знаем, что Чимин глотал таблетки, так ещё и поссорился с Юнги, и, кажется, ссора эта была сильная, но как-то быстро они помирились. — Ну, — Юнги прокашлялся в кулак, — я влюблён в Чимина, и поначалу он мне взаимностью не отвечал, а теперь мы встречаемся.       Джин и Чонгук были, мягко говоря, удивлены. — Правда? — переспрашивает старший Ким для уверенности. — Да, — подтверждает Чимин. — Ну, — подаёт голос Хосок, — это было очевидно. — А я, — поднимает руку Тэхён, — влюблён в Чимина тоже, но он видит во мне лишь друга. — Что? — поворачивается на голос Пак. — Серьёзно? Прости, Тэхён-щи... Я должен был понять это раньше... — Ничего, я уже справился с этим, — успокаивает Тэ. — А мне Тэ нравится! — кричит Чонгук и утыкается в колени от стыда. — Окей... — выдаёт Джин. — Все друг другу нравятся, я понял... Но давайте без показа на людях, ладно? Я в принципе не злюсь на вас и плохо не подумаю, не бойтесь. Но. Милуйтесь, когда рядом никого не будет! — Да, хён!       Ким старший встаёт с кресла и, цокая языком, звонит в службу доставки, ведь он заслужил пиццу, после таких признаний. Тэхён зажимает Чонгука перед его комнатой и выясняет все подробности его “нравится”, Хосок интересует об интимной жизни Юнги, хотя тот вырывается, а Намджун лишь хлопает Чимина по плечу.

Всё улеглось

— Я надеюсь, что твоё “нравится” привратится в “люблю”, — говорит Тэхён и отпускает бедного Чона, — ведь ты мне тоже нравишься Гуки, не так, как Чим, но всё же я попытаюсь ответить на твои чувства. — Не стоит, хён, ты просто не можешь отказать тому, кто тебе признался. — Не правда!