Блог Хогвартса

Доброго здоровьица [ОдинПротивЦелогоМира]

Чем дольше я находился в Министерстве, тем глупее мне казался наш план. Настолько масштабный и сложный, что попасть внутрь и быстро выйти обратно казалось так же невозможно, как победить СЗК пластмассовой вилколожкой. Тем не менее, даже если у нас есть только вилколожка, нужно по меньшей мере попытаться ей воспользоваться. Поэтому я поехал на лифте в отдел Жабридж. После неприятной встречи с Толстоватым надел Мантию и поспешил на поиски ее кабинета. Хотя не рассчитывал найти медальон, но полагал, что, во всяком случае, нужно в этом убедиться. В конце концов, я мог найти что-то, что приведет меня к нему. По дороге наткнулся на почти такое же неприятное зрелище, как скульптура на входе: ведьмы и волшебники, делающие брошюры «Грязнокровки и чем они опасны для мирного чистокровного сообщества». Хотелось схватить их, порвать на кусочки, разразиться гневной тирадой о том, как чистокровные начали эту войну, но я этого не сделал. Нужно было добыть медальон. Поэтому выпустил отвлекающую обманку и вошел в кабинет Жабридж, который, судя по табличке на двери, принадлежал главе комиссии по учету магглорожденных. Внутри все очень напоминало ее кабинет в Хогвартсе, только без досье на учеников. (Подозреваю, что когда она там преподавала, то держала досье на каждого. Очень на нее похоже.) Нашел досье мистера Уизли — его семья находилась под наблюдением, а Нежелательным Лицом №1, очевидно, был я. У нее даже был плакат, где я изображен с этой надписью на груди — а ниже «Подлежит уголовному наказанию». А еще удивляетесь, почему мы называем ее Жабридж. -----------------------------------------------------------------------------------------------------------

Ненавижу Жабридж [Поедатель Пирожков]

Я потратил много времени, чтобы избавиться от тучи в кабинете Яксли. Так глупо — сражаться с облаком, когда мог бы помочь Гарри и Мионе — но потом вспомнил о миссис Кроткотт. Если уж я украл облик ее мужа, то меньшее, что я мог сделать — попытаться избавиться от этой дурацкой тучи, чтобы у Яксли хоть немного улучшилось настроение, когда он будет ее допрашивать. Кто-то сказал мне позвать Берни Пиллсуорта. Когда вошел в лифт, там был только Гарри. Сначала я его не узнал — в основном, потому что забыл, как он выглядит — но толком поговорить мы не успели, потому что зашел мой отец. Недобро взглянул на Гарри — полагаю, настоящий Ранкорн не самый приятный человек — а потом повернулся ко мне. «А, Редж, здравствуйте. Это ведь вашу жену допрашивают сегодня? Э-э…— что с вами? Почему вы такой мокрый?» Я не встречался с ним взглядом, потому что боялся, что он может меня узнать. «В кабинете у Яксли идет дождь. Я не смог его остановить, поэтому меня послали за Бенни Пиллсуортом, по-моему, его так назвали» "Да, в последнее время во многих кабинетах идут дожди. Уже пробовали Метео реканто? Блетчли помогло." "Метео реканто?" Это я произнес шепотом. Миссис Кротткот в опасности, а мы тут обсуждаем, как остановить дождь в кабинете Яксли. Более того, стою рядом с отцом и не могу сказать ему, кто я. "Нет, не пробовал. Спасибо, п — то есть, спасибо, Артур." Так странно было обращаться к нему по имени, что я выскочил из лифта настолько быстро, как только мог. ----------------------------------------------------------------------------------------------------------

Доброго здоровьица [ОдинПротивЦелогоМира]

Как только Рон вышел из лифта, зашел Перси, но выскочил на следующем этаже. Мне мистер Уизли выйти из лифта не дал. Подумал, что он мог меня узнать — по взгляду или манере речи — но не угадал. "Слышал, ты донес на Дирка Крессвелла." "Простите?" Понятия не имел, кто такой Дирк Крессвелл. "Не притворяйся, Ранкорн." Его злость удивила меня. " Ты разоблачил мага, подделавшего свою родословную, не так ли?" " Я… что я сделал?" "Так вот Дирк Крессвелл в десять раз больше волшебник, чем ты. И если он выживет в Азкабане, ты за все перед ним ответишь, не говоря уже о его жене, сыне и друзьях." "Артур," сказал я, испытая крайне странные чувства, обращаясь к нему по имени, "вам ведь известно, что за вами следят?" Внешне я мог быть Ранкорном, но внутри оставался Гарри, и не хотел, чтобы у мистера Уизли были неприятности. "Это угроза, Ранкорн?" громко осведомился он. "Нет, это факт! Они наблюдают за каждым вашим движением!" Двери лифта открылись, и мистер Уизли вышел — но перед этим бросил на меня уничтожающий взгляд. Я все твердил про себя, что он думал, что смотрит на Ранкорна, но все же больно было от того, что мистер Уизли посмотрел на меня именно так. Спустившись вниз, я был настолько занят мыслями, как лучше пробраться в зал суда, что почти не заметил, насколько здесь было холодно. Казалось, что с каждым шагом становится все холоднее, и я догадался о присутствии дементоров еще до того, как их увидел. Затаив дыхание, я ожидал возможности попасть внутрь и найти Гермиону. ---------------------------------------------------------------------------------------------------------- К тебе пришла любовь [GooGooDollsНавсегда] Возможно, Мафальда Хопкирк была и не против изводить для Жабридж горы бумаги, пока та отправляет невинных магглорожденных в Азкабан, но у Гермионы Грейнджер это вызывало ненависть. В обычных обстоятельствах я получила бы удовольствие от наблюдения за работой настоящего волшебного суда, но именно этот был настолько пристрастным и жутким что сдержаться можно было только представляя, как я наношу Жабридж удары своим пером. Единственным плюсом ведения протокола было то, что ее Патронус, даже если бы и не был настолько сильным, сохранял тепло и уют в месте, где мы находились. И в принципе я поняла, почему он так силен — происходящее доставляло ей удовольствие. Когда «судебное разбирательство» над Мэри Кроткотт было в самом разгаре, кто-то шепнул мне на ухо: "Я за твоей спиной." Я подпрыгнула так высоко, что чуть не опрокинула пузырек с чернилами, Но Жабридж и Яксли ничего не заметили. Они были сосредоточены на том, чтобы отправить миссис Кроткотт в Азкабан. Жабридж как раз спрашивала Мэри об ее палочке — а, точнее, обвиняла — когда из-под ее мантии выскользнул медальон. "Какой красивый, Долорес," сказала я. "Что?" Она взглянула на медальон. "Ах, да, это семейная реликвия... С означает Сельвин... я в родстве с Сельвинами... собственно, не так уж много чистокровных семей, с которыми я не состою в родстве… Жаль," произнесла она, указав на миссис Кротткот, "что этого нельзя сказать о вас. Род занятия родителей: зеленщики" Думаю, что эта ложь разозлила Гарри так же, как и меня, потому что он указал на нее палочкой из-под мантии и завопил «Остолбеней!» Она повалилась на пол, а пока Яксли поворачивался посмотреть, кто вырубил Жабридж, Гарри сделал с ним то же самое. "Гарри!" "Гермиона, я не желаю сидеть и слушать, как она изображает… -" "Гарри, миссис Кротткот!" Дементоры, вне всякого сомнения, почувствовали, что Жабридж и Яксли больше их не контролируют, и принялись за нее. Когда Гарри вызвал Патронуса, один из них как раз запрокинул ее голову назад. Потом все произошло быстро: я забрала медальон и сотворила его дубликат, чтобы Жабридж не заметила разницы, Гарри освободил миссис Кроткотт, велел ей вместе с детьми исчезнуть из страны, и мы выбежали из зала. По дороге к выходу он сказал оставшимся магглорожденными то же, что и миссис Кротткот, сославшись на «новую официальную позицию». Нам удалось вовремя выбраться наружу, аппарировать обратно на площадь Гриммо, но я была уверена, что Яксли (или как его там) увязался за нами. Поэтому, когда мы там оказались, я быстро аппарировала снова.